Добавил:
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:

Русская повесть эпохи романтизма. Перспективы современного изучения. Монография

.pdf
Скачиваний:
0
Добавлен:
07.09.2026
Размер:
1 Мб
Скачать
☆
к Достоевскому»
336
337
338
339
336
337
338
339
. Нам представляется, что этот вопрос заслу-
живает большего внимания.
Рассказ Лескова «Тупейный художник» (1883) в последнее время становился предметом внимания исследователей довольно часто
. Отмечается даже связь этого небольшого произведения с агиографической традицией и в целом с культурой христианской книжности
. Однако проблема художественного творчества и образ художника, вынесенный в название рассказа, до сих пор остаются в стороне. Мы считаем, что именно этот образ и привя­занная к нему сюжетная линия позволяют выявить прочную связь между творчеством Лескова и литературной традицией предше­ствующей эпохи, а именно эпохи романтизма, что в свою очередь расширит понимание творческой индивидуальности Лескова в целом.
Так, в предисловии к рассказу говорится: «У нас многие ду-
мают, что "художники" – это только живописцы да скульпторы, и то такие, которые удостоены этого звания академиею, а других не хотят и почитать за художников. <…> У других людей не так: Гейне вспоминал про портного, который "был художник" и "имел идеи", а дамские платья работы Ворт и сейчас называют "худо­жественными произведениями"»
. Далее, пересказывая историю
талантливого танатопрактика, в совершенно романтическом
века / И. Видуэцкая // Вопросы литературы. – 1981 – №2. – C. 148-188.
ях последних лет // Социальные и гуманитарные науки. Отечественная и зарубежная литература. Сер. 7, Литературоведение: Реферативный журнал. – 2023. – №2. – с. 105-125.
рассказа Н.С. Лескова «Тупейный художник» // Art Logos. – 2018. – №2 (4). – С. 13-27.
11 т. – М.: ГИХЛ, 1956–1968. – Т. 7. – 1958. – 570 с. [Электронный ресурс]
// URL: https://traumlibrary.ru/book/leskov-ss11-07/leskov-ss11-07.html#s020 (дата обращения: 07.09.2024).
Видуэцкая И. Творчество Лескова в контексте русской литературы XIX
Маньковский А.В. «Тупейный художник» Н.С. Лескова в исследовани-
Вигерина Л.И. Агиографическая традиция в художественной системе
Лесков Н.С. Тупейный художник // Лесков Н.С. Собрание сочинений: В
~ 191 ~
ключе Лесков сталкивает высокое и низкое, трагическое и коми-
340
340
ческое. Сама повесть при этом посвящена «мастеру в таком же необычайном художественном роде» – крепостному театрально­му парикмахеру и гримеру (тупейщику) Аркадию.
Несмотря на то, что повесть основана на исторически досто­верном материале, она имеет тесные связи с литературным кон­текстом, причем прежде всего с произведениями эпохи роман­тизма (действие повести также происходит в начале XIX в.). Имя главного героя до этого времени встречается в основном в мона­шеской среде, а в мирской, тем более в крестьянской, не распро­странено. Зато оно имеет широкую популярность в литературных произведениях, благодаря которым и входит в широкий обиход во второй половине столетия и с которыми ассоциируется. Кро­ме того, Аркадий обладает вполне романтической внешностью и соответствующим характером: «Призовут его, бывало, <…> и скажут: "Надо, чтобы в лице было такое-то и такое воображение". Аркадий отойдет, велит актеру или актрисе перед собою стоять или сидеть, а сам сложит руки на груди и думает. И в это время сам всякого красавца краше, потому что ростом он был умерен­ный, но стройный, как сказать невозможно, носик тоненький и гордый, а глаза ангельские, добрые, и густой хохолок прекрасиво с головы на глаза свешивался, – так что глядит он, бывало, как из-за туманного облака»
. Этот «взгляд из-за туманного облака»
представляет собой не только романтический штамп, но и своего род знак принадлежности героя и к земному, и к иному миру од­новременно, что свидетельствует об особом, пограничном типе бытия героя.
Наконец, герой имеет романтический дар преображать сво­им искусством действительность, а именно внешность людей: «Главная особенность гримировального туше этого художника состояла в идейности, благодаря которой он мог придавать лицам
Там же.
~ 192 ~
самые тонкие и разнообразные выражения»
341
342
343
341 342 343
. Интересно отме­тить, что при этом не делается различий между гримировкой ак­тера для представления и обычного человека для обыденных нужд. Меркантильные цели гримируемых людей игнорируются, искусство и художник оказываются выше этого. Сам Аркадий осознает это: «Есть во мне смысл от бога»
, – говорит он. Таким
образом, Лесковым развивается высказанная в предисловии мысль о том, что искусство не просто проникает в повседневную жизнь, оно романтически преображает ее, если находится Ху­дожник, который реализует творческий потенциал в обычной профессии. В данном случае становится своего рода холстом че­ловеческое лицо, и благодаря работе художника оно, как произ­ведение искусства, производит задуманное и достаточно сильное впечатление.
Вместе с тем романтический корень художественного про­изведения оказывается куда глубже. Фактически в рассказе Лес­кова с характерной для автора причудливостью реализуется один из основных романтических конфликтов – конфликт между су­щим и должным, действительностью и идеалом. Аркадий спосо­бен не только превратить любую юную актрису крепостного те­атра в святую Цецилию, но и привести «в военное воображение» страшное, покрытое буграми и заросшее щетиной лицо брата графа, приехавшего представиться государю: «от военных боль­ше требовалось – чтобы перед старшим воображалась смирность, а на всех прочих отвага безмерная хорохорилась»
. Разумеется, изменить сущность людей Аркадий не в силах, но с помощью своего парадоксального бытового искусства он способен пока­зать, каким человек может и должен быть – лучше, чем он есть, по замыслу Творца. Думается, это и есть та божественная «идей­ность» романтического Художника, которой обладает и Аркадий
Там же. Там же. Там же.
~ 193 ~
и на которую в повести указывается дважды: «был это человек с
344
345
344 345
идеями, – словом, художник»
. В этом отношении Лесков ока­зывается последовательным романтиком, что становится очевид­ным, если обратиться, например, к статье «О поэте и его совре­менном назначении» идеолога русского романтизма В.А. Жуковского, в которой отмечается: «Самое высшее из про­изведений художества есть то, когда художник выражает не только собственную идею, но в своей идее и самого верховного творца»
.
Можно предположить, что в контексте повести понятие «идейности» связано не только с неким творческим наитием, бо­жественным даром, но и с моральными принципами, которые ру­ководят жизнью Художника, направляют его действия, причем влияние их выходит за пределы непосредственно творческой дея­тельности. Наличие этической системы координат и соотношение с ней характера героя является важной особенностью русских романтических произведений, которую унаследует литература более позднего времени. Так, Аркадий, обладая сильным, воле­вым характером, решается увезти любимую девушку, чтобы спа­сти ее от насилия и позора, – он следует моральному закону, ко­торый для него выше законов общества. Также он выдерживает своего рода испытания, когда выполнить приказ одного из брать­ев-помещиков означает нарушить приказ другого и в любом слу­чае быть наказанным, и когда, проявив себя на войне, возвраща­ется, чтобы честно выкупить у помещика свою возлюбленную. Упомянутая в предисловии гибель танатопрактика становится предзнаменованием смерти Аркадия: он оказывается случайной жертвой грабителя. Таким образом, у Художника может не быть амбиций, даже мысли о том, чтобы заниматься искусством в тра­диционном «галерейном» смысле, однако его судьба может быть
С. 326.
Там же. Жуковский В.А. Эстетика и критика. – М.: Искусство, 1985. – 431 с.
~ 194 ~
не менее трагичной, чем у художника «высокого» искусства, а
346
346
высокие морально-нравственные качества являются неотъемле­мой чертой его характера.
Таким образом, в повести «Тупейный художник» с прису­щей для творчества Лескова спецификой воссоздается образ ро­мантического Художника, говорится о его особой миссии – пре­ображении действительности, а также реализуется один из ос­новных романтических конфликтов – конфликт между идеалом и действительностью. Для Лескова как писателя развить романти­ческие идеи преображения действительности посредством худо­жественного творчества было существенно более важным, чем воспроизвести отдельные элементы стиля романтических произ­ведений.
Как отмечает М.Я. Вайскопф, «Романтизм был вовсе не мо­стом к великой русской литературе, а ее непреходящей живой ос­новой, соками которой она питается и поныне»
. Многие его темы, идеи, мотивы и образы (такие, как, например, образ роман­тического Художника и мотив его особого назначения) не исчез­ли с окончанием романтической эпохи, а, наоборот, продолжи­лись и развились в творчестве авторов последующих десятиле­тий, позволяя глубже понять природу русского национального литературного героя и в целом суть литературного процесса.
«НЛО», 2022. – 600 с. С. 7.
Вайскопф М.Я. Агония и возрождение романтизма / М.Я. Вайскопф. –
~ 195 ~
Заключение
Русская романтическая повесть являет большое разнообра-
зие жанровых разновидностей и художественных решений. Об­ращение к литературному опыту предшествующих периодов со­четается в ней с активным творческим поиском и эксперименти­рованием. В романтической повести раскрывается осмысление писателями современной действительности и национально­исторического прошлого, поднимаются вечные вопросы любви, добра, справедливости, веры, творчества.
Интерес к истории и элементы исторического художествен-
ного мышления наряду с активным использованием фантастики также характерны для романтизма. В русской романтической по­вести мы можем наблюдать непротиворечивое соединение этих двух, казалось бы, взаимоисключающих аспектов художествен­ного метода, причем обращение с этого ракурса к анализу про­странственно-временной организации произведений позволяет обнаружить масштабируемость такого характернейшего и прин­ципиально значимого для понимания романтического мировоз­зрения явления, как романтическое двоемирие. Так, единство ис­торического, преображенного свободным романтическим изоб­ражением, и фантастического, изображаемого зримо и конкретно, воссоздает синкретическое мироощущение, соотносимое с обра­зом прошлого, которое противопоставляется трагически разоб­щенному настоящему, образуя тем самым своего рода рекурсию романтического двоемирия. Кроме того, очевидной становится неудовлетворенность писателей выразительными возможностями этой дихотомии, что проявляется в создании более сложных, по­рой весьма причудливых и, тем не менее, филоосфски глубоко
~ 196 ~
осмысленных пространственно-временных моделей. Интересно было бы рассмотреть в дальнейшем с этой точки зрения художе­ственную действительность романтического литературного про­изведения, а именно условное, промежуточное коммуникативное пространство, формирующееся вокруг собственно сюжета благо­даря композиционным приемам и особенностям организации по­вествования.
Русская романтическая повесть представляет собой целост­ное явление, поскольку обнаруживает постоянство эстетических принципов и интересов авторов. В пользу этого довода свиде­тельствует и то, что герои романтических повестей обнаружива­ют характерологическую общность, которую можно выявить и, опираясь на теорию Л.Н. Гумилева, довольно точно определить как пассионарность, что в свою очередь не только углубляет по­нимание характера романтического героя как художественного феномена, но и, например, может стать основой для новой, уни­версальной типологии персонажей романтических произведений.
Придерживаясь в своем исследовании позиции, согласно ко­торой отечественная реалистическая проза второй и третьей тре­тей XIX столетия глубоко укоренена в литературе романтизма, мы в качестве перспективы дальнейшего изучения этой темы хо­тели бы обозначить вопросы связи характера романтического ге­роя с тремя основными типами русской классической литературы – «маленьким человеком», «лишним человеком» и «новым чело­веком». Представляется, что категория пассионарности может стать ключом к выявлению специфики и глубинной природы этой связи. Наряду с этим хотелось бы подробнее рассмотреть изображение романтической эпохи как особого этапа русского историко-культурного процесса и связанное с ним проявление романтической традиции в творчестве авторов последующих де­сятилетий. Родство и эстетическая преемственность романтизма и реализма не всегда очевидны, а это позволит по-новому взгля­нуть на взаимосвязь литературных направлений и выявить прин-
~ 197 ~
ципы актуализации романтического метода в более поздней ли­тературе.
В заключение хотелось бы вернуться к мысли Л.Н. Гумиле­ва о том, что произведения искусства представляют собой кри­сталлы пассионарности, которые способны сохранить и передать пассионарный импульс далеко за пределы времени своего созда­ния, причем неоднократно. В этом ключе русская литература эпохи романтизма, безусловно, является именно таким кристал­лом, передавшим пассионарный импульс всей последующей рус­ской литературе и до сих пор продолжающим передавать его.
~ 198 ~
ОГЛАВЛЕНИЕ
Введение ………………………………………………………………………
3
Глава 1. К вопросу о сущности романтического героя ………………...
8
1.1. Литературоведческий потенциал теории пассионарности Л.Н. Гумилева …………………………………
8
1.2. Пассионарные черты романтического героя ……………………….
14
1.3. Наполеон и Байрон в творческом сознании М.Ю. Лермонтова …..
24
1.4. Система образов малой прозы А.К. Толстого ……………………...
40
1.5. Романтический герой прозы А.К. Толстого и теория пассионарности Л.Н. Гумилева ……………………………….
59
Глава 2. Историческое и фантастическое в русской романтической прозе …………………………………………...
79
2.1. «Век минувший»: образ прошлого в русской романтической прозе …………………………………………
79
2.2. Романтическая фантастика в ранней прозе А.К. Толстого ………..
94
2.3. Формы репрезентации истории в ранней прозе А.К. Толстого …..
102
2.3. Принципы романтического историзма А.К. Толстого …………….
110
Глава 3. Особенности пространственно-временной организации русской романтической повести …………………………………………..
137
3.1. Своеобразие пространственной организации прозы В.Ф. Одоевского …………………………………………………..
137
3.2. Романтический дуализм и пространственная организация прозы А.К. Толстого ……………………………………………………...
147
Глава 4. Эпоха романтизма и романтическая традиция в русской классической повести …………………………………………..
168
4.1. Романтические особенности творчества И.С. Тургенева …………
168
4.2. Романтизм в творчестве Н.С. Лескова ……………………………..
180
Заключение …………………………………………………………………..
196
~ 199 ~
Научное издание
Громова Полина Сергеевна
Перспективы современного изучения
Монография
Подписано в печать 18.11.2024.
Формат 60×84/16. Объем 11,6 усл. печ. л.
Тираж 500 экз. Заказ № 12501.
Отпечатано в ООО «Тверская фабрика печати»
170006 г. Тверь, Беляковский пер., д. 46
+7 (4822) 35-32-13, +7 (495) 255-33-12
info@t-f-p.ru
~ 200 ~
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]