Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Русская повесть эпохи романтизма. Перспективы современного изучения. Монография
.pdf
В повести «Косморама» духовное оказывается тесно пере-
249
250
251
249
250
251
плетено с материальным, и эта связь в какой-то степени является
нормой, а не уделом избранных, поскольку все герои, представленные в повести, имеют духовных двойников (или сами являются материальными двойниками духовных существ – как посмотреть). Однако осознание этой связи в нашем, материальном мире
действительно делает героя избранным. Впрочем, связь между
мирами, их взаимодействие не обязательно должны быть подчинены иерархическому принципу. Другую модель соотношения
множества миров можно выявить в сказке-притче Одоевского
«Необойденный дом», написанной в том же 1840 году, в котором
была впервые опубликована повесть «Косморама» («Отечественные записки» Т. VIII, No.1. Отд. III, 1840. С.34-81).
«Необойденный дом» с подзаголовком «Древнее сказание о
калике перехожей и о некоем старце» был опубликован в 1842 г.
в «Альманахе в память двухсотлетнего юбилея имп. Александровского университета». Авторское жанровое определение указывает на связь с фольклорной традицией и традицией русской
православной книжности, что в полной мере реализуется на протяжении всего повествования. Исследователи же определяют
жанр этого сочинения как сказку
, повесть (повесть-сказку)
или рассказ, впрочем, с оговоркой, что «ближе всего “Необойденный дом” к философской притче – как сплав символики и
этики»
Кони А.Ф. В.Ф. Одоевский: биографическая справка [Электронный ре-
сурс] // Проект «Собрание классики». – URL: http://az.lib.ru/o/odoewskij
_w_f/text_0010.shtml. (Дата обращения: 27.09.2023.).
Терешкина Д. Б. Религиозная идея повести В. Ф. Одоевского «Необой-
денный дом» // Проблемы исторической поэтики. – 2022. №1. – С. 149-167.
Зимилева А.О. Архетипическое начало в рассказе В.Ф. Одоевского «Не-
обойденный дом» // Вестник Тверского государственного университета.
Серия: Филология (Литературоведение). – Тверь: Тверской государственный унивреситет, 2017 г. – Вып. 1. – С. 40.
. Остановимся на жанровом определении «сказка-
~ 141 ~
притча», поскольку с нашей точки зрения оно наиболее точно от-
252
253
252
253
ражает идейно-художественное своеобразие произведения.
В качестве ближайшей предшественницы «Необойденного
дома» можно назвать новеллу В. Ирвинга «Рип Ван Винкль»,
написанную в 1819 г. и опубликованную в 1837 г., посредством
которой сказка-притча Одоевского оказывается связана с целым
рядом авторских и фольклорных произведений
. Скорее всего,
новелла Одоевскому была известна. Действительно, при сопоставлении этих произведений обнаруживается сходство пространственно-временной организации и близость мотивов. Герой
Ирвинга отправляется на охоту в горы и исчезает на 20 лет, которые проходят для него как одна ночь, после чего он возвращается
в сильно изменившийся родной мир. Однако в этой новелле, вопервых, реализуется традиционная романтическая концепция
фантастического – с возможностью по-разному трактовать произошедшие события в зависимости от мировоззрения и позиции
читателя
. Во-вторых, фантастический мир, в котором оказыва-
ется герой, это мифологический хронотоп, замкнутый, повторяющийся, он не соединяется и не взаимодействует с линейным
хронотопом реальной действительности. Разумеется, структура
пространства-времени в новелле Ирвинга тоже сложна и интересна. Она также не сводится к простому двоемирию, поскольку
время до исчезновения Рипа Ван Винкля является абстрактным,
легендарным, а время, в которое он возвращается, это динамичная современная действительность со множеством конкретных
примет времени, что имеет для понимания авторского замысла
тронный ресурс] // Издательство «Лицей». – URL: https://licey.net/free/15-
analiz_proizvedenii_zarubezhnyh_pisatelei_biografii_inostrannyh_pisatelei/62amerikanskaya_literatura/stages/2115-irving_novella_rip_van_vinkl.html (дата
обращения: 28.09. 2023).
тронный ресурс] / Педагогический альманах. – 2001. – №9. – URL:
http://old.ort. spb.ru/nesh/njs9/vdoven9.htm (дата обращения: 28.09. 2023).
Ирвинг В. Новелла «Рип Ван Винкль». Анализ произведения [Элек-
Вдовенко И. Сюжет: Спящий. Рип ван Винкль и Хони Меагель [Элек-
~ 142 ~
принципиальное значение. Тем не менее, новелла американского
254
254
писателя оказывается близка сказке-притче Одоевского концепцией наличия коммуникативного пространства, или пространства
возможностей, в котором происходит взаимодействие персонажей и непротиворечиво соединяются две разные по своей природе действительности.
Также следует указать, что в собрании русских народных
сказок А.Н. Афанасьева в разделе «Рассказы о мертвецах» под
номером №358 приводится сказка о двух друзьях, давших друг
другу обещание, согласно которому тот, кто женится раньше,
приглашает другого на свадьбу
. Один друг умирает, через несколько месяцев его товарищ собирается жениться. Когда свадебный поезд проезжает мимо кладбища, юноша решает зайти на
могилу к умершему другу. Он зовет покойника на свадьбу. Тот
поднимается из могилы и приглашает живого друга спуститься к
нему, чтобы выпить стакан сладкого вина. Друг соглашается. После первого выпитого стакана проходит сто лет, после второго –
двести, после третьего – триста. Когда юноша возвращается в
мир живых, вместо кладбища он видит пустырь, дороги тоже нет.
Его родная деревня сильно изменилась. Священник, к которому
пошел герой, сверяется с книгами и говорит, что, действительно,
была очень давно свадьба, во время которой жених пропал. Было
это триста лет назад. Как мы можем видеть, целый ряд мотивов
этой сказки, прежде всего пространственно-временных, соотносимы с фольклорными мотивами «Необойденного дома». Вероятнее всего, Одоевский был с ней знаком.
Наконец, нужно помнить, что произведение Одоевского
имеет посвящение – В.А. Жуковскому. Признанный классик русского романтизма часто обращался в своих сочинениях к мотиву
сна, а самым широко известным примером является, пожалуй,
сказки А.Н. Афанасьева: В 3 т. — М.: Наука, 1984—1985. — (Лит. памятники). – Т. 3. — 1985. — 510 с. С. 60-70.
Рассказы о мертвецах: [Тексты сказок] № 351—362 // Народные русские
~ 143 ~
баллада «Светлана», в которой так же, как в сказке-притче Одо-
255
255
евского, выстраиваются две действительности – обыденная и
действительность сна, которая обладает не меньшей реалистичностью до тех пор, пока Светлана не пробуждается, с той лишь
разницей, что в «Необойденном доме» сном, вопреки клише романтической литературы, не оборачивается ничего – все действительности одинаково реальны и одинаково осуществлены. Таким
образом, пространственно-временная структура совсем небольшого произведения выстраивается автором на фундаменте и с
учетом огромного литературного наследия. Но и для новаторства
у Одоевского остается достаточно места.
Ключевой образ, вынесенный Одоевским в заголовок произ-
ведения, является пространственным и может пониматься двояко.
Необойденный дом – это и дом в лесу, разбойничий притон, который старица никак не могла миновать, к которому приходила
трижды, чтобы полностью пройти духовное испытание. Но необойденным в значении «не обиженный» можно назвать и пространственного двойника этого дома, а именно дом самой старицы в другом мире, где, как говорят ее живые дети, «была нам несказанная благодать Божия. Все мы здоровы, дети нам утешение;
что ни посеем, сторицею взойдёт; в торговлю пустим – нежданная прибыль; словом, что ни предпримем – как будто святой о
нас старается, невесть откуда со всех сторон добро нам в дом
идёт»
. То есть, изначально автор настраивает читателя на
вполне привычную концепцию двоемирия. Однако с развитием
повествования мы обнаруживаем, что Одоевский изображает не
мир идеальный и мир действительный, а мир единый, цельный,
но с многовариантным развитием событий. Точнее, можно
ция по изданию: Сказки русских писателей. – Ростов н/Д: Издательский
Дом «Проф-Пресс», 2001. – 512 с. // Библиотека Максима Мошкова. –
URL: http://az.lib.ru/o/odoewskij_w_f/text_0092.shtml (дата обращения:
28.09. 2023).
Одоевский В.Ф. Необойденный дом [Электронный ресурс] / Публика-
~ 144 ~
наблюдать движение от мира неидеального во многих вариантах
к одному единому идеальному миру.
Действие сказки-притчи происходит в двух реальностях, со-
бытия в которых различаются. В одной семья старицы жива, но
разбойник, не убивший их, не имеет возможности раскаяться и
спастись. В другой разбойник благодаря прощению старицы раскаивается и спасается, но совершенное убийство отменить нельзя, дети старицы мертвы. Время в этих реальностях движется параллельно. Тем не менее, эти реальности взаимодействуют, поскольку образуется некий ограниченный буферный хронотоп.
Время в нем длится приблизительно сутки, пока героиня блуждает по лесу.
Сказочные, фольклорные элементы (лес как чужое пространство, изба в лесу, троекратное повторение действия, предметы, наделенные особым смыслом и символикой, и др.) сопряжены с религиозными мотивами. Суть испытания старицы в том,
что она сталкивается с грешником-разбойником и трижды его
прощает, несмотря на его злодеяния, которые выстроены по
принципу градации и имеют не абстрактный, а конкретный характер. Так, разбойник убивает не посторонних людей, а сына и
дочь старицы. Таким образом, духовное испытание осложняется
за счет личной, самой близкой привязанности. Старица не просто
выдерживает испытание, но и спасает грешника – он раскаивается. Вместе они символично выходят из леса, отправляются в храм
и оказываются там как раз ко всенощной. Выбор службы не случаен: в православной традиции «в богослужении Всенощного
Бдения Церковь сообщает молящимся ощущение красоты заходящего солнца и обращает их мысль к духовному свету Христову. Церковь также направляет верующих на молитвенное размышление о наступающем дне и о вечном свете Царства Небес-
~ 145 ~
ного. Всенощное Бдение есть как бы богослужебная грань между
256
257
256
257
прошедшим днем и наступающим»
.
Возможна и еще одна, в большей степени литературная интерпретация, вполне, впрочем, соотносимая с дидактическим
компонентом сказок Одоевского: лес – это не только символическое пространство возможностей, это еще и ментальное пространство, где страхи героини как бы материализуются. В результате этого моделируется реальность, в которой все, чего она
только могла бояться, самое страшное в ее жизни произошло.
Оказавшись в этой модели, старица символически переживает
потерю, примиряется с ней и находит в себе силы простить грешника-убийцу. В итоге она возвращается в благополучный реальный мир, где ничего страшного так и не случилось. Исчезновение
вещей с этой точки зрения интересно объясняется А.О. Зимилевой: «Здесь вступает в силу другой фольклорный мотив – мотив
откупа, уходящий корнями в языческие верования. Откупом становятся бусы и рушник, пропавшие у сына и дочери после странных снов, необъяснимо повторяющих греховную исповедь разбойника. С точки зрения разума это необъяснимо, однако с точки
зрения обряда – совершенно логично. Утрата значительна для героев (подарок матери, связь с матерью), но несоизмерима с ценностью жизни. Для обряда важен лишь сам факт свершившейся
утраты. Пропажа вещей, символизирующих в глазах матери детей (как свидетельство смерти, подтверждающее слова разбойника, – поэтому оказалась возможна подмена), отвела беду»
. Сто-
ит добавить, что и здесь фольклорные мотивы переплетаются с
тронный ресурс] / Азбука веры: Информационно-просветительский портал. – URL: https://azbyka.ru/smysl-i-struktura-vsenoshhnogo-bdenija (дата
обращения: 28.09. 2023).
обойденный дом» // Вестник Тверского государственного университета.
Серия: Филология (Литературоведение). – Тверь: Тверской государственный унивреситет, 2017 г. – Вып. 1. – С. 42.
Потапов Виктор, прот. Смысл и структура Всенощного Бдения Элек-
Зимилева А.О. Архетипическое начало в рассказе В.Ф. Одоевского «Не-
~ 146 ~
христианскими, а именно с мотивом греха: грех, совершенный в
мыслях, это тот же грех, и все, что происходит в сознании человека в более широком смысле, так же реально, что и происходит с
ним на самом деле.
В конце произведения две реальности непротиворечиво
смыкаются в один, по сути, идеальный мир: в нем и дети старицы
живы, и разбойник Федор, совершивший их убийства, раскаялся
и стал монахом. Он и старица оказываются равны перед Богом и
умирают вместе. Таким образом, сказка-притча Одоевского изображает движение от множественного неидеального мира к идеальному цельному.
Творческий поиск в области организации художественного
пространства велся Одоевским осмысленно и последовательно.
Отталкиваясь от обширных фольклорной и литературной традиций, писатель искал новые способы выразить на уровне пространственно-временной организации художественной действительности романтическое стремление к идеалу, обосновать возможность существования идеального мира, пути его постижения
и достижения.
3.2. Романтический дуализм
и пространственная организация прозы А.К. Толстого
Вопрос о пространственной организации произведений романтической литературы сложен и интересен в силу того, что до
сих пор недостаточно исследовано соотношение романтической
философии и эстетики в ее динамике с творческой практикой писателей-романтиков. В частности, концепция романтического дуализма, понимающаяся писателями далеко не однозначно, со становлением, развитием и угасанием романтического течения претерпевает ряд концептуальных изменений, и это отражается в
творчестве уже зарубежных писателей. Русский романтизм
~ 147 ~
«смотрел на западные формы с точки зрения итога», в результате
258
259
260
258
259
260
чего «динамика некоторых мотивов и образов на русской почве
выразилась наиболее отчетливо»
. Поэтому для понимания об-
щих художественно-методологических тенденций в русской литературе XIX в. представляется важным исследовать частное
осмысление и реализацию в творческой практике идеи романтического дуализма, который, по словам Е.Г. Милюгиной, «является важнейшим методологическим принципом романтизма»
.
Пространственная организация ранней фантастической прозы А.К. Толстого является последовательной реализацией диалектических взглядов романтиков на мир и происходящие в нем
события. Пространства повести «Упырь» и рассказов «Семья
вурдалака» и «Встреча через триста лет» дуалистичны: они распадаются на реалистическое и фантастическое, которые, сохраняя
свою оппозиционность, тем не менее, оказываются слитыми воедино и сохраняют мощные обоюдные причинно-следственные
связи. Кроме того, раздвоение пространства связано с удвоением:
предметы, заполняющие некое художественное пространство, его
детали, а также герои, действующие в нем, как правило, имеют и
реалистические, и фантастические ипостаси. Гитара, найденная
на кровати в заброшенном доме Пьетро д’Урджина, оказывается
в руках упыря, принявшего обличие Пепины, а ее изображение
вместе с девушкой на фреске тесно связано с легендой о том, что
Пьетро д’Урджина продал душу дьяволу и с тех пор, как тот ее
забрал, лодочники Комо по ночам слышат доносящиеся из особняка «звук гитары и два поющие голоса, один старого дон
Пьетро, другой неизвестно чей»
. Портрет Прасковьи Андреев-
ны в доме бригадирши Сугробиной, несмотря на иронию Рунев-
– 384 с. С. 185.
грани и судьбы. – Тверь: Твер. гос. ун-т, 1998. – 86 с. С. 30.
4 т. – М.: Правда, 1980. – Т. 2. – 400 с. С. 34.
Манн Ю.В. Динамика русского романтизма. — M.: Аспект Пресс, 1995.
Милюгина Е.Г. Своеобразие романтического дуализма // Романтизм:
«Толстой А.К. Упырь: Повесть // Толстой А.К. Собрание сочинений: В
~ 148 ~
ского, действительно «по всем законам фантастического мира»
261
262
263
261
262
263
являет герою призрак, и в то же время «портретом» призрака
Прасковьи Андреевны в реалистическом пространстве является
невеста Руневского Даша. Особый смысл приобретает песня
Зденки о короле и предавшей его молодой супруге, когда Зденка
о ней упоминает, уже не принадлежа к человеческому миру.
Деталь реалистического пространства может разворачиваться в целый событийный ряд в пространстве фантастическом. Рыбаренко подробно описывает Руневскому интерьер «чертового»
дома (виллы Urgina), отмечая между прочим, что гобелены в одной из зал «представляли сюжеты из мифологии и из Ариостова
“Orlando”. Здесь Парис сидел в недоумении, которой из трех богинь вручить золотое яблоко»
. Среди оживших героев именно
этого сюжета оказывается впоследствии Антонио. В бал призраков разворачивается упоминание о маскараде в замке Обербуа в
письме отца, адресованного герцогине де Грамон.
Герои повести также подвергаются «удвоению». Бригадирша Сугробина, пожилая женщина, склонная вдаваться в воспоминания о своей молодости, дама на первый взгляд недалекая,
оборачивается зловещим упырем (она готова погубить собственную внучку) и греховной красавицей Марфой, героиней древнего
семейного предания. Статский советник С.С. Теляев, он же рыцарь Амвросий, «принадлежит к самой лютой породе упырей»
Сложно сказать, намеренно ли Толстой дает одно и то же имя,
связанное с двойственной реальностью вечной жизни, героям
двух свои произведений (такое же имя носит монах в повести
«Амена»), однако похожими эти персонажи отнюдь не кажутся: в
готически-строгом образе героя «Амены» нет ничего комическо-
.
го. Дон Пьетро д’Урджина-младший, сотрудничающий с контрабандистами, является, вероятно, и доном Пьетро д’Урджина-
Там же, с. 22.
Там же, с. 39.
Там же, с. 29.
~ 149 ~
старшим, тем, что заключил сделку с дьяволом, и он же – языче-
264
264
ский бог Юпитер. Применительно к двум рассказам Толстого, в
«Семье вурдалака» это старик Горча, глава семейства и вместе с
тем первый вурдалак, во «Встрече через триста лет» это сама героиня, светская кокетка и женщина-ангел, женщина-идеал. Эти и
другие персонажи органически вписываются в концепцию романтического двоемирия: они существуют одновременно и в реальном, и в фантастическом мире. Реальные ипостаси этих персонажей окутаны нарочитыми таинственными недомолвками, а
фантастические, напротив, обытовлены. Основным приемом характеристики этих персонажей становится романтическая ирония, которой, по замечанию И.В. Карташовой, пронизана вся
ранняя фантастическая проза Толстого
.
Таким образом, возникает мотив отражения, не связанный,
вопреки традиции, с мотивом зеркала (зазеркального мира) или
отражающей водной глади. Однако некоторые предметы и пространственные дефиниции не имеют «двойников», а переходят из
реалистического пласта в фантастический и наоборот, претерпевая при этом существенные метаморфозы. Сокровища, купленные Рыбаренко ночью в «чертовом» доме у контрабандиста Титта
Каннели, наутро оборачиваются костями, а сама вилла Urgina,
мистический особняк на озере, превращается в «чертов» дом посреди городка.
Интересна формальная сторона организации дуалистического пространства повести, а именно положение дома. Как известно, «пространственная картина мира в романтической фантастической повести оказывается многослойной. Один ее уровень составляет «обычное» пространство. Другой уровень включает в
себя мифологичекий универсум, где и происходит приобщение
персонажей к тайном бытия. Эти уровни пересекаются между со-
ниях А.К. Толстого сороковых годов // Мир романтизма. – 8(32). – Тверь:
Твер. гос. ун-т, 2003. С. 92-93.
Карташова И.В. Своеобразие фантастики в романтических произведе-
~ 150 ~
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]