Роль права в формировании гражданского общества в Российской Федерации. Материалы XI ежегодной научной конференции студентов юридических вузов и юриди

Следовательно, обязательным условием положительного раз­решения ситуации является наличие прав на землю. Красноречи­во на это указывает судебная практика. Если до внесения изме­нений в ГК РФ (2006 г.) узаконение самовольных построек от­носилось к одной из наиболее простых категорий судебных дел и исковые заявления удовлетворялись в большинстве случаях, то после поправок оно стало значительно менее конвейерным, чем раньше.

Как следствие, возникают проблемы у самого владель­ца дома – невозможность распоряжения (передача иному лицу по договору куплипродажи, мены, дарения, завещание и т. д.), у государства – невозможность взыскания с владельца ни налога на недвижимое имущество, ни земельного налога.

В качестве выхода из данной ситуации можно предложить следующее. Вопервых, вернуть ранее действующую редакцию, чтобы разорвать этот замкнутый круг об отсутствии прав на зем­лю. Данное положение в настоящее время рассматривается но­вым проектом ГК РФ и разрешает эту проблемную ситуацию, поз воляя признать право собственности на самовольную по­стройку при условии предоставления документа, подтверждаю­щего, что земельный участок будет в установленном порядке вы­делен лицу. Вовторых, законодательно закрепить, с какого мо­мента следует применять новую норму ст. 222 ГК РФ – с момента возведения постройки или же с момента обращения в суд с иском о признании права собственности.

Следует отметить, что особенности исполнения альтернатив­ного и факультативного обязательств и защиты интересов сторон в этих отношениях недостаточно подробно исследованы в юри­дической литературе.

Альтернативное обязательство возникает по поводу соверше­ния гражданскоправового акта – выбора предмета исполнения. При этом субъект выбора, которым по общему правилу является должник, управомочен, но не обязан совершить выбор. По сути, в такой ситуации реализация альтернативного обязательства ста­вится в зависимость единственно от воли должника – стороны, не заинтересованной в большинстве случаев в реализации ука­занного обязательства. При этом отсутствие юридической обя­занности приводит к тому, что должник не может быть принуж­ден к совершению выбора, а альтернативное обязательство в рам­ках законодательных норм не может быть реализовано (путем ре­ального исполнения) даже принудительно. В подобных случаях кредитор не вправе совершать выбор за должника, но вправе об­ратиться в суд, который при вынесении решения определяет обя­занность должника альтернативно. В данных обстоятельствах су­щественно ущемлены интересы кредитора альтернативного обя­зательства, поскольку ему нечего противопоставить такому по­ведению должника. И. Б. Новицкий справедливо замечает, что «меры против злоупотребления правом могут, например, состо-

Обязательным признаком предприятия является использо­вание его в предпринимательской деятельности. В связи с этим в его составе всегда будут присутствовать долговые обязатель­ства. Поэтому вопрос об ответственности наследников по обяза­тельствам наследодателя, входящим в состав предприятия, явля­ется весьма важным и актуальным.

Данный вопрос неоднократно становился предметом рас­смотрения в работах ученыхцивилистов, таких как В. Ю. Смир­нова1, Е. А. Ходырева2, А. В. Бегичев3, В. В. Пронин4 и др. Вме­сте с тем до настоящего времени однозначные подходы к опре­деленным аспектам данной проблемы так и не сформированы. Объясняется это сложностью самого объекта наследования – предприятия как имущественного комплекса.

Более того, столкновение интересов наследников и кредито­ров состоит в том, что кредиторы заинтересованы в полной ответ­ственности наследника по долгам наследодателя, наследникам же выгодно эту ответственность оградить активом наследства.

Кроме того, специфика наследования предприятия заключа­ется еще и в том, что на момент открытия наследства предпри­ятие может иметь отрицательную стоимость, то есть его обяза­тельства превышают активы организации. Поясним вышеприве­денный тезис.

Вышеперечисленные специфические особенности предпри­ятия как имущественного комплекса обусловливают возникно­вение ряда проблемных вопросов в связи с его наследованием, а именно: в каком объеме наследники будут нести ответствен­ность? Возможна или нет полная ответственность наследника пе­ред кредиторами, в том числе и собственным имуществом, сверх наследуемого? Если нет, то возможно ли возложение полной от­ветственности за долги предприятия на наследника, получивше­го его в составе наследственного имущества? Необходимо ли по­лучение согласия кредиторов на переход задолженности, входя­щей в состав предприятия, к наследникам и, соответственно, не­обходимо ли уведомление кредиторов о переходе предприятия в порядке наследования?

По нашему мнению (аналогичной точки зрения придержива­ется Е. А. Ходырева), решение проблемы об объеме ответствен­ности наследника предприятия можно найти, если разграни­чить обязательства, возникшие как при жизни наследодателя, так и после открытия наследства. Ограниченную ответственность (в пределах своей наследственной доли) наследники предприя­тия должны нести только по тем обязательствам, которые возник­ли при жизни наследодателя и не были им своевременно испол­нены или не были им исполнены по причине его смерти, так как обязанность по их исполнению наступила уже после открытия наследства.

Таким образом, представляется, что при наследовании ответств енность за долги, входящие в состав предприятия, долж­ны нести те наследники, которые его приобретают. Что касает­ся других долгов наследодателя, в данном случае все наследни­ки по закону той очереди, которая призвана к наследованию, от­вечают по ним на основании общих положений законодательства о наследовании, то есть в пределах стоимости перешедшего им наследства соразмерно полученным наследственным долям.