Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Применение уголовно-правовых мер без изоляции от общества исторический опыт и современность. Монография
.pdf
процесс постпенитенциарной адаптации и отторжение личности со
стороны общества.
Совокупность перечисленных факторов обусловливает довольно
высокий уровень правонарушений в условиях исполнения наказания.
Все эти последствия можно избежать при замене лишения свободы наказаниями без изоляции от общества, при которых соотношение карательного и воспитательного моментов характеризуется
существенным преобладанием второго, когда осужденный не изымается из привычной среды и не лишается налаженных социальных
связей, дающих возможность отождествлять себя с другими членами общества.
Регламентированные в ст. 44–45 УК РФ наказания без изоляции
от общества вполне позволяют решить эту задачу. Наряду с наказаниями, связанными с изоляцией осужденного от общества, дополнительными наказаниями и смертной казнью, они образуют подсистему наказаний, дающую основания суду на основе закона с учетом
опыта судебной практики, общественного правосознания и научных
рекомендаций рационально и, по возможности, эффективно использовать различные меры воздействия на осужденного, сочетая имущественные лишения, ограничения собственно личных неимущественных неотъемлемых прав и интересов, воздействия на психологическую структуру личности, ограничения возможностей профессионального и иного поведения в будущем.
Вместе с тем, по оценкам специалистов, в нашей стране, к сожалению, не прекращается, а при более глубоком анализе статистики
продолжает увеличиваться рост числа лиц, находящихся в предварительном заключении и осужденных к лишению свободы. С учетом общего роста числа всех осужденных за совершение преступлений абсолютное число осужденных к лишению свободы не только не снизилось, но даже возросло.
По состоянию на 1 января 2010 г. в учреждениях уголовноисполнительной системы содержалось 864 тыс. человек, в том числе в 755 исправительных колониях отбывало наказание 723,9 тыс.
человек, 226 следственных изоляторах и 164 помещениях, функционирующих в режиме следственных изоляторов при колониях,
содержалось 131,4 тыс. человек, в семи тюрьмах отбывало наказание 2,8 тыс. человек, в 62 воспитательных колониях для несовершеннолетних – 5,9 тыс. человек. В учреждениях содержится
21
69,1 тыс. женщин, при женских колониях имеется 13 домов ребенка, в которых проживает 846 детей1.
Таким образом, по количеству осужденных, отбывающих
наказание в местах лишения свободы, в расчете на 100 тыс. населения страны Российская Федерация находится на втором
месте в мире после США.
Еще одним аргументом в пользу более широкого применения
наказаний без изоляции от общества является их экономическая
обоснованность. В данном случае, как нам представляется, следует
различать два аспекта: затраты на организацию исполнения указанных наказаний и их собственный компенсаторный механизм. Содержание такого большого количества граждан в исправительных
учреждениях тяжким бременем ложится на бюджет государства,
сдерживает решение многих социальных задач, способствует распространению обычаев и традиций криминальной среды2.
Наказание, сопряженное с изоляцией от общества, основано на
презумпции того, что лицо, совершившее преступление, ценит личную свободу превыше всего и угроза помещения в тюрьму является
фактором, сдерживающим преступность. На практике же подобный
сдерживающий эффект достаточно минимален. Более того, опыт
показывает, что тюремное заключение оказывает огромное воздействие как на лиц, совершивших преступление, так и на общество в
целом. Для осужденных тюрьмы являются «школой преступности»,
недостаточно развитая система реабилитации и адаптации после
освобождения также не способствует возвращению в общество.
Важным аспектом предпочтения наказаний без изоляции от общества выступает их компенсаторный потенциал. В принципе, компенсаторные способности, т. е. принудительное обеспечение исполнения возмещения материального ущерба, как отмечается в литера-
1
Официальная информация ФСИН России // Преступление и наказа-
ние. 2010. № 4. – С. 2.
2
См.: Филимонов О.В. Проблемы применения в России уголовных наказаний, альтернативных лишению свободы // Развитие альтернативных
санкций в российской уголовной юстиции: опыт и перспективы: Сб. материалов международной конференции (Москва, 29–30 мая 2002 г.). – М.:
PRI, 2002.
22
туре, свойственны любому наказанию1. Однако эффективность их
реализации – разная. Применительно к лишению свободы эти способности ограничиваются лишь принудительным и, как правило,
неквалифицированным трудом. Да и то администрация далеко не
всегда может организовать его по сугубо экономическим причинам.
В этой связи предстоит еще много работать над проблемой экономической оправданности самих альтернатив.
Вместе с экономической мотивацией внедрению наказаний без
изоляции от общества сопутствуют и экономические проблемы.
Наиболее ярко они проявляются на примере исполнения в нашей
стране обязательных и исправительных работ. Согласно УИК, вид и
объекты обязательных работ (ст. 25), места исправительных работ
(ст. 39) определяются органами местного самоуправления по согласованию с уголовно-исполнительными инспекциями. Здесь возникает помимо организационных сугубо экономическая проблема.
В рыночных условиях любое предприятие заинтересовано в максимальной производительности при минимальных затратах. Исходя
из этого, осуществляется внутренняя кадровая и управленческая
политика. Однако в случае с устройством на работу осужденных
руководство предприятия не в полной мере самостоятельно, поскольку на него возлагаются обязанности по исполнению наказания
и оно ограничено в возможности увольнения таких работников. Получается, что исполнение названных наказаний экономически невыгодно.
Думается, что выходом из сложившейся ситуации является создание специальных государственных предприятий, рассчитанных
именно на работу такого контингента. В этой связи заслуживает
внимание опыт функционирования в прошлом таких подразделений, как спецкомендатуры.
Круг проблем, связанных с внедрением наказаний без изоляции
от общества, включает, кроме экономических, также еще несколько
групп: организационные (сопряженные с созданием исправительных центров, прочих элементов инфраструктуры, обеспечивающей
реализацию наказания), правовые и мировоззренческие.
1
См.: Чучаев А.И., Абдрахманова Е.Р. Лишение свободы и проблемы
его реализации. – Ульяновск, 1996. – С. 25.
23
Если в отношении экономических и организационных трудностей ситуация более-менее ясна, то две другие – нуждаются в разъяснении.
С юридико-технической точки зрения такие наказания представляют собой варианты дифференциации уголовной ответственности,
заложенные в уголовном законе. В УК РФ усматриваются три возможности применения альтернатив:
1) выбор наказания в санкции нормы Особенной части, преду-
сматривающей несколько видов;
2) назначение более мягкого наказания, чем предусмотрено за
данное преступление (ст. 64 УК РФ);
3) замена неотбытой части наказания более мягким видом нака-
зания (ст. 80 УК РФ).
Вместе с тем в российском уголовном и уголовно-процессуальном
праве отсутствует механизм, стимулирующий более широкое применение наказаний без изоляции от общества. В результате этого судье
легче применить «привычное» наказание. В этом и заключается мировоззренческая проблема. В нашей стране давно сформировалась и
продолжает действовать карательная парадигма в судебной политике. Да, следует согласиться, что назначение наказания предполагает
судейское усмотрение в назначении наказания, возможности которого, закрепленные в УК РФ, указаны выше.
Ю.В. Грачева справедливо считает, что правосознание правоприменителя (в нашем случае – судьи), «как взаимодействующее
единство правовой идеологии и правовой психологии, составляет
субъективную основу принятия решения», которая, как она правильно отмечает, «является существенным элементом (выделено
нами – авт.) механизма реализации предоставленного судье … права на усмотрение в процессе применения уголовно-правовых
норм»1.
Однако пока не произошла смена стереотипа мышления судей,
считающих суровость наказания эффективным средством исправления преступника и предупреждения новых преступлений, нам
представляется необходимым законодательное придание судейскому усмотрению определенного вектора, а именно – смещение ак-
1
Грачева Ю.В. Судейское усмотрение в уголовном праве: Автореф.
дис. … канд. юрид. наук. – М., 2002. – С. 9.
24
цента пенализации деяний в сторону приоритета наказаний, не связанных с изоляцией от общества.
С учетом опыта западных стран сделать это можно следующим
образом. В настоящее время в отечественном уголовном праве наказания без изоляции от общества по отношению к лишению свободы de facto имеют подчиненный характер. Это означает, что применяются они при условии, если есть возможность не назначать лишение свободы. Последнее обусловлено, в частности, отсутствием
механизма погашения обстоятельств, отягчающих наказание, каким-либо фактическим материалом, касающимся деяния, личности
виновного или иных имеющих значение для дела аспектов.
Кроме того, в УК РФ никак не подчеркивается исключительный
характер лишения свободы как крайней меры, к которой следует
прибегать в самую последнюю очередь. Существующее положение,
ограничивающее репрессивность судебного приговора, закрепленное в ч. 1 ст. 60 УК РФ и гласящее, что более строгий вид наказания
из числа предусмотренных за совершенное преступление назначается только в случае, если менее строгий вид наказания не сможет
обеспечить достижение целей наказания, поскольку не закрепляет
исключительность лишения свободы и приоритетность применения
альтернатив.
Не решает этой задачи и ныне действующая редакция ст. 64 УК
РФ, согласно которой, при наличии исключительных обстоятельств,
связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновного,
его поведением во время или после совершения преступления, и
других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, а равно при активном содействии
участника группового преступления раскрытию этого преступления, судом назначается наказание ниже низшего предела, предусмотренного Особенной частью Уголовного кодекса, или более мягкое наказание. Решение отдается на усмотрение судьи, которому
законом не предоставляется ни количественных, ни качественных
критериев оценки указанных обстоятельств, позволяющих назначить более мягкое наказание, чем предусмотрено за данное преступление.
Думается, что такой механизм должен быть регламентирован в
уголовном законе в виде нормы, закрепляющей принцип, согласно
которому вопрос о лишении свободы должен рассматриваться в ис-
25
ключительных случаях, когда нет возможности назначить вместо
него иной вид наказания, не связанный с изоляцией от общества.
Начиная с 70-х гг. прошлого века, некоторые государства стали
осознавать вышеназванные проблемы и искать пути их разрешения.
В частности, это осуществлялось через распространение применения наказаний без изоляции от общества. Совет Европы и ООН со
своей стороны стали разрабатывать и принимать документы, направленные на внедрение подобной практики во всем мире.
Так, в 1981 г. Парламентская Ассамблея Совета Европы рекомендовала государствам-участникам «заменять … наказания в виде
лишения свободы, предусматривающие непродолжительное содержание под стражей, другими мерами, которые были бы более эффективны и не противоречили принципу наказания»1.
В 1986 г. Комитет Министров Совета Европы принял Резолюцию под названием «Некоторые меры, альтернативные тюремному
заключению»2. В этой Резолюции Комитет рекомендовал правительствам государств-участников вводить различные альтернативные наказания и рассмотреть возможности включения их в Уголовный кодекс. Комитет особо указывал государствам-участникам развивать три направления, и в частности, рассмотреть программы общественных работ, которые обеспечивали бы возможность для активной ресоциализации лица, совершившего преступление.
В 1985 г. на Седьмом Конгрессе ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями, состоявшимся в
Милане, государства-участники приняли Резолюцию № 16, которая
акцентировала внимание на сокращении численности заключенных,
предпочтении альтернативных мер наказания и социальной реинтеграции правонарушителей.
Основным международным документом, определяющим исполнение наказаний, альтернативных лишению свободы, стали так называемые Токийские правила, принятые Генеральной Ассамблеей
ООН в декабре 1990 г. Они содержат набор минимальных требований, обеспечивающих, чтобы альтернативные меры применялись и
исполнялись в рамках закона и без нарушения прав лиц, осужденных к таким мерам.
1
См.: United Nations Secretariat: «Alternatives to Imprisonment». Interna-
tional Review of Criminal Policy, № 36, 1980, p. 9.
2
Резолюция СЕ (76), март 1986.
26
Аналогом таких правил для европейских государств стала «Рекомендация № R (92) 16 Комитета Министров государствам-членам
относительно Европейских правил по применению общественных
санкций и мер взыскания».1 Эта Рекомендация была принята Советом Европы в 1992 г. и содержит 90 правил, которые дополняют
Европейские тюремные правила. Рекомендация настоятельно просит государства-члены достичь соответствующего баланса между
защитой общества и интересами потерпевшего, ресоциализацией
преступника и приверженностью международным стандартам.
Деятельность ООН и Совета Европы, рекомендующих и пропагандирующих широкое использование альтернатив тюремному заключению, постепенно помогла снизить удельный вес тюремного
заключения во многих странах мира. Так, например, к середине
90-х гг. в Бельгии только 26 % вынесенных приговоров предусматривали тюремное заключение, а в Финляндии 90 % приговоров
предполагали ту или иную форму альтернативных санкций. В то же
время в Португалии лишение свободы назначалось в 45 % случаев,
что говорит о неоднородности этого процесса.
В настоящее время наказания без изоляции от общества продолжают развиваться во всем мире. Среди них наибольшее распространение получают общественные работы2. И если страны Запада
имеют уже достаточно большой практический опыт в применении
таких наказаний, то многие страны Центральной и Восточной Европы и Центральной Азии только еще начинают вводить их в практику. Что касается стран бывшего Советского Союза, то наиболее
успешных результатов по применению общественных работ добилась Латвия – в последние три года доля назначения этого вида наказаний в стране выросла с 1,4 до 10 % и наблюдается тенденция к
увеличению.
Для России, занимающей второе место в мире по числу заключенных и развивающейся в условиях сложной экономической ситуации, более широкое применение наказаний без изоляции от общества представляется особенно актуальным.
1
Рекомендация № R (92) была одобрена Комитетом Министров 19 окт.
1992 г. на 482-м заседании заместителей министров.
2
В УК РФ аналогом данного наказания являются обязательные работы,
введение в практику применения которых планируется в 2004 г.
27
Организация и правовое регулирование исполнения уголовного наказания в странах Западной Европы и США прошли на своем историческом пути этапы, сходные с процессом становления и
развития уголовно-исполнительной системы в России. Именно поэтому, посредством изучения и анализа опыта исполнения таких
наказаний в зарубежных странах, можно прийти к эффективному
использованию этого опыта и на территории России, ставшей на
путь реформирования уголовно-исполнительной систем в связи с
вступлением в Совет Европы.
В настоящее время общее состояние, динамика и изменение
структуры преступности в зарубежных странах, в том числе и с появлением таких политических образований, как Европейский Союз,
обусловили появление схожих проблем в исполнении уголовных
наказаний в странах Западной Европы.
«Повышение эффективности исполнения наказаний без изоляции осужденных от общества с тем, чтобы они могли служить альтернативой лишению свободы, – одна из крупных проблем совершенствования применения уголовного наказания»1.
На протяжении последнего пятидесятилетия выдающиеся
ученые, политические деятели и правозащитники неоднократно указывали на необходимость интенсификации в разработке единых
концептуальных норм и правил исполнения альтернативных наказаний и их повсеместного распространения.
Основным документом по этому вопросу являются Стандартные
минимальные правила Организации Объединенных Наций в отношении мер, не связанных с тюремным заключением, принятые Генеральной Ассамблеей в декабре 1990 г.
В правиле 8.2. указанного документа международного права перечислены возможные наказания, не связанные с лишением свободы, которые может назначить суд:
Органы, выносящие приговоры, могут предусматривать по делам
следующие виды наказания:
(а) устные санкции, такие как замечание, порицание и предупреждение;
(b) условное освобождение от ответственности;
(с) поражение в гражданских правах;
1
Уголовно-исполнительное право: Учебник / Под ред. И.В. Шмарова. –
М.: БЕК, 1998.
28
(d) экономические санкции и денежные наказания, такие как разовые штрафы, поденные штрафы;
(е) конфискация или постановление о лишение права собственности на имущество;
(f) возвращение имущества жертве или постановление о компенсации;
(g) условное наказание или наказание с отсрочкой;
(h) условное освобождение из заключения и судебный надзор;
(i) постановление о выполнении общественно полезных работ;
(j) направление в исправительное учреждение с обязательным
ежедневным присутствием;
(k) домашний арест;
(l) любой другой вид обращения, не связанный с тюремным заключением;
(m) какое-либо сочетание перечисленных выше мер1.
Необходимо обратить внимание на то, что указанная норма
стала основой организации системы наказаний, не связанных с изоляцией осужденных от общества, для большинства стран, ратифицировавших Токийские правила, в том числе для США и всех стран
Западной Европы.
Предпосылки реформы пенитенциарной политики обусловлены
логикой и закономерностями развития нашего общества и поэтому
неизбежны. Иного пути у нас сегодня нет. Он предопределен историческим процессом и объективными потребностями дальнейшего
социального развития.
1
Стандартные минимальные правила ООН в отношении мер, не связанных с тюремным заключением (Токийские правила, 1990) /Уголовноисполнительный кодекс РФ. С приложениями, указателями судебной
практики. – М., 1997.
29
Глава 2
ИСПОЛНЕНИЕ НАКАЗАНИЙ
БЕЗ ИЗОЛЯЦИИ ОТ ОБЩЕСТВА
В ДОРЕВОЛЮЦИОННОЙ РОССИИ
Эпоха Киевской Руси и Московского государства не отличалась
гуманизмом. Поэтому наиболее популярными видами кары были
телесные наказания и смертная казнь. Телесные наказания были,
хотя и жестокими, но наказаниями без изоляции от общества и в
этом смысле – альтернативами лишению свободы и смертной казни.
Согласно Судебнику 1497 г. самым распространенным телесным
наказанием была так называемая торговая казнь, под которой понималось битье преступника кнутом на торгу, площади или в ином месте
массового скопления людей. Публичная обстановка торговой казни, по
замыслу законодателя, должна была не только способствовать достижению цели общего предупреждения преступлений, но и оказывать
повышенное психологическое воздействие на осужденного.
Соборное Уложение 1649 г. предусмотрело применение ранее не
известных членовредительских наказаний в виде отсечения руки,
ноги, урезания носа, губы, вырывания глаза, ноздрей, которые назначались в основном за имущественные преступления.
В XVII в. особая роль стала принадлежать так называемым денежноимущественным наказаниям1. Они подразделялись на такие разновидности, как продажа2, возмещение ущерба3 и конфискация имущества.
1
Некоторые авторы отводят им ведущую роль. См.: Рожнов А.А. Уголов-
ное право московского государства (XIV–XVII). – Ульяновск, 2007. – С. 26.
2
Продажа представляла собой денежное взыскание, которое поступало
в пользу лица, разбиравшего дело. Размер взыскания не был фиксированным и определялся судьей. Продажа, как правило, служила дополнительным наказанием, например, к битью кнутом.
3
При присуждении возмещения ущерба виновный был обязан выплатить сумму в пределах исковых требований. Исключением было посяга-
30
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]