Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Применение акционерного законодательства
.pdf
Акции как объект права собственности
являются на сегодняшний день единственной их формой. Выпуск
ценных бумаг в бездокументарной форме допускается Кодексом, где
говорится о «бездокументарной форме фиксации прав», удостоверяемых ценной бумагой, об «операциях с бездокументарными ценными бумагами», о том, что к такой форме фиксации применяются
правила о ценных бумагах, если иное не вытекает из особенностей
фиксации (ст. 149). Эти положения создают правовые предпосылки
для введения новой формы ценных бумаг. Однако они недостаточны
для регулирования отношений, связанных с их применением.
Регламентация условий выпуска и обращения акций в бездокументарной форме дается в Законе о рынке ценных бумаг. Здесь они
рассматриваются как объекты права собственности, говорится об
основаниях и моменте возникновения такого права и т.д. Об акциях
как объекте права собственности идет речь в ряде статей Закона об
акционерных обществах и в некоторых других правовых актах.
Но все эти нормы существуют и действуют как бы автономно, в отрыве от ГК РФ, являющегося основополагающим актом в системе
гражданского законодательства. Несогласованность в законодательстве ряда принципиальных положений создает известные трудности
в практике его применения.
В цивилистической науке мнения по поводу правовой квалификации бездокументарных акций разделились, высказываемые точки
зрения порой диаметрально противоположны.
Ряд специалистов отрицает возможность применения к таким акциям категорий вещного права. Е.А. Суханов пишет, что на бездокументарные акции не могут переноситься свойства вещей, они не могут являться объектами вещного права, а могут рассматриваться лишь
как особый способ фиксации прав акционера – участника акционерного общества
1
. В последующей работе он критически оценивает то,
что правовой режим ценных бумаг, не существующих в реальной осязаемости, нередко определяется с помощью традиционных категорий,
рассчитанных на ценную бумагу как документ (вещь). Применительно к бездокументарным ценным бумагам, по его утверждению, исчезает такое понятие, как «право на бумагу», по причине отсутствия самой бумаги
2
.
1
См.: Витрянский В.В., Суханов Е.А. Новый Гражданский кодекс Российской Фе-
дерации об акционерных обществах и иных юридических лицах. М.: Центр деловой
информации еженедельника «Экономика и жизнь», 1995. С. 73.
2
Гражданское право: Учебник / Отв. ред. Е.А. Суханов. 2-е изд. Т. 1. М.: БЕК,
1998. С. 321.
191
Приложение 1
Резко отрицательное отношение к бездокументарным ценным
бумагам выражает В.А. Белов. По его утверждению, «основной юридический порок концепции ценных бумаг в бездокументарной форме – в противоречии ее общим нормам теории ценных бумаг»
Именно с этих позиций им проводится анализ бездокументарных
акций и отмечается отсутствие у них ряда признаков классической
ценной бумаги – документа, отмеченных в ст. 142 ГК
2
. В одной из
более поздних работ он пишет: «Ценные бумаги – это документы,
бездокументарные ценные бумаги – это не документы, следовательно, бездокументарные ценные бумаги – это не ценные бумаги»
3
.
Довольно близкую позицию занимает Л.Р. Юлдашбаева. Не подвергая сомнению возможность применения бездокументарных ценных бумаг
4
, она вместе с тем утверждает, что бездокументарная цен-
ная бумага «представляет из себя только объект обязательственного
Доводы Е.А. Суханова (и других цивилистов, придерживающихся такой же точки
зрения) о том, что предмет, не существующий в реально осязаемой форме, нельзя
называть «вещью», понимая под этим материальный объект, справедливы. Но в данном случае речь идет не о признании наличия у бездокументарной бумаги соответствующих физических свойств, а о возможности распространения на них, как указывает Е.А. Суханов, «режима» ценных бумаг, применения к ним общих правил размещения и обращения ценных бумаг, за исключением тех, которые определяют форму и
порядок фиксации соответствующих прав.
1
Белов В.А. Ценные бумаги в российском гражданском праве. М.: ЮрИнфоР,
1996. С. 128.
2
«Документ, претендующий на статус ценной бумаги, – пишет В.А. Белов, – должен, как это следует из его наименования, быть воплощен на бумажном носителе…
Ценная бумага всегда была, есть и будет обособленным документом… Документ не может быть признан ценной бумагой, если он в силу своих юридических или физических
свойств не может быть передан от одного лица к другому, то есть не обладает свойством
передаваемости» (там же. С. 26, 39, 132).
3
Белов В.А. Бездокументарные ценные бумаги. М.: ЮрИнфоР, 2001. С. 19.
Негативно оценивая бездокументарные акции, В.А. Белов не может, однако, отрицать их существования и позволяет в связи с этим более лояльное высказывание,
предлагая «попытаться исследовать данное явление как новый правовой институт,
выявить его существенные качественные характеристики и сравнить с характеристиками уже существующих. Возможно, – допускает он, – окажется, что институт фиксации прав из ценных бумаг в безналичной форме действительно представляет собой
особое правовое образование» (см.: Белов В.А. Ценные бумаги в российском гражданском праве. С. 135).
4
В связи с высказываниями отдельных авторов о том, что бездокументарные ценные бумаги можно рассматривать лишь как способ фиксации прав (по терминологии
ст. 149 ГК, где, правда, употребляется и выражение «операции с бездокументарными
ценными бумагами»), Л.Р. Юлдашбаева справедливо отмечает, что «способ фиксации
не может быть объектом гражданско-правовых отношений, в том числе обязательственных», и предлагает употреблять понятие «бездокументарные ценные бумаги» (Юлдаш-
баева Л.Р. Правовое регулирование оборота ценных бумаг. М.: Статут, 1999. С. 37, 39).
192
1
.
Акции как объект права собственности
права – совокупность имущественных прав»; что «в случае с бездокументарной ценной бумагой дуализм ценной бумаги исчезает. Бездокументарная ценная бумага не существует как объект вещного
1
права»
.
Иных взглядов придерживается ряд других специалистов. О возможности и целесообразности применения к бездокументарным
ценным бумагам категорий вещного права, понятия права собственности пишет Д.В. Мурзин. Проанализировав эту проблему, он делает вывод: «Ничто не препятствует совершению с ценными бумагами
сделок, приводящих к смене собственника»
2
. Интересно следующее
его рассуждение: «Нельзя согласиться с мнением, что использование
бездокументарных ценных бумаг нуждается в принципиально новых
правилах, а не в традиционных, рассчитанных на оборот вещей.
Гражданский кодекс подразумевает как раз иную презумпцию…
предусматривая, что к такой форме фиксации применяются правила, установленные для ценных бумаг». Необходимость учитывать их
естественную специфику «не означает, что у законодателя прослеживается какое-либо иное намерение, кроме того, что бездокументарные акции (т.е. права) будут выступать в обороте как вещи»
3
.
О приемлемости конструкции бездокументарных эмиссионных
ценных бумаг говорится в работах Д.И. Степанова, использующего
применительно к ним понятие «идеальной оболочки». «Именно в отношении такой оболочки, – считает он, – возможно возникновение,
изменение и прекращение гражданских прав…» И далее: «…с законодательным закреплением подобной оболочки становится возможным
использование в отношении ценных бумаг тех же институтов вещных
и обязательственных прав, которые применяются в отношении прочих объектов гражданских прав, особенно материальных вещей, если
1
Юлдашбаева Л.Р. Указ. соч. С. 39, 51, 66. Если с этими выводами согласиться, то
перспектива усиления защиты прав обладателей акций стала бы призрачной.
Исключая отнесение бездокументарных ценных бумаг к объектам вещного права,
Л.Р. Юлдашбаева вместе с тем считает возможным применение к их режиму, определяемому в целом как обязательственно-правовой, некоторых вещно-правовых элементов. Подробнее по поводу данной компромиссной позиции см.: Шапкина Г.С.
Новое в российском акционерном законодательстве. М.: Центр деловой информации
еженедельника «Экономика и жизнь», 2002. С. 51.
2
Мурзин Д.В. Ценные бумаги – бестелесные вещи. М.: Статут, 1998. С. 87.
В дальнейших рассуждениях этого автора допускается некоторая неоднозначность позиции, например, когда он отмечает: «Самый важный вывод относительно
возникновения права собственности на ценную бумагу будет в том, что с исчезновением документа, бланка ценной бумаги, исчезает двойственность ценной бумаги:
остается только «право из бумаги»» (там же. С. 112).
3
Там же. С. 103.
193
Приложение 1
они не входят в противоречие со спецификой ценной бумаги…»
1
Это
положение автор относит как к документарным, так и бездокументарным ценным бумагам. Подобных высказываний можно привести
еще ряд
2
.
Дискуссия по поводу природы бездокументарных акций выходит
за рамки академического спора. Сторонниками разных точек зрения
выдвигаются предложения, адресуемые законодателям и правоприменительным органам в качестве рекомендаций по совершенствованию законодательства и практики его применения, и на них следует
остановиться.
Предлагаемые названными и другими авторами подходы к решению рассматриваемой проблемы можно свести к трем вариантам.
Первый – бескомпромиссный. Исходит из недопустимости какоголибо отступления от классического определения ценной бумаги как
документа, имеющего материальное воплощение в виде бумажного
носителя, отвечающего по форме и реквизитам установленным законом требованиям. Бездокументарные акции при этом варианте
неприменимы.
Такой подход был оправдан на более ранних этапах акционерного
предпринимательства, когда его масштабы были несравненно меньше, а количество выпускавшихся большинством акционерных обществ акций выражалось небольшими числами. Сегодня во многих
крупных обществах количество выпускаемых акций исчисляется
миллионами, а нередко десятками и сотнями миллионов
3
.
Многократно возросший объем операций на фондовых рынках,
необходимая мобильность их проведения потребовали применения
новых технологий (с использованием современных технических
средств) в организации обращения ценных бумаг. Дематериализация эмиссионных ценных бумаг отражает эту потребность – стрем-
1
Степанов Д.И. Защита прав владельца ценных бумаг, учитываемых записью на
счете. М.: Статут, 2004. С. 14.
2
Поддерживает это мнение, например, Г.Н. Шевченко. «Бездокументарные ценные бумаги, – пишет она, – нельзя рассматривать только как имущественные и неимущественные права; бездокументарные ценные бумаги – это еще, выражаясь терминологией Д. Степанова, и идеальная оболочка – то, что мыслится как ценная бумага… Юридическая природа ценных бумаг, независимо от формы их выражения
одинакова… Правовой режим документарных и бездокументарных ценных бумаг во
многом аналогичен, и именно это позволяет обеспечить защиту прав их владельцев…»
(Шевченко Г.Н. Эмиссионные ценные бумаги: Понятие, эмиссия, обращение. М.:
Статут, 2006. С. 31–32).
3
В качестве примера можно привести ОАО «Норильскникель». По данным отчета
об итогах годового общего собрания акционеров, этим обществом размещено
(по состоянию на 30 июня 2008 г.) более 1700 млн акций (Известия. 2008. 15 июля).
194
Акции как объект права собственности
ление к снижению материальных затрат на их выпуск
1
, большей
оперативности в проведении соответствующих операций, что тоже
стоит денег и является способом решения выдвинутых временем
проблем. Попытки возврата к прежней, только документарной форме акций, даже если бы они были поддержаны, вряд ли оказались бы
реалистичными.
Неприемлемым представляется и второй вариант, не исключающий использование бездокументарных акций, но предлагающий
рассматривать их лишь как совокупность удостоверяемых акцией
обязательственных прав. Близким к этому является предложение о
признании таких акций особым объектом права, но только не вещного. Принятие этой модели привело бы к утрате тех преимуществ,
которые связаны с введением в оборот ценных бумаг как специальных объектов, наделенных свойствами вещей, что способствовало
активному вовлечению в обращение имущественных прав с использованием хорошо отработанного и достаточно эффективного механизма правового регулирования обращения материальных объектов.
Это, во-первых.
Не менее серьезные отрицательные последствия проявились бы при
таком варианте из-за снижения уровня правовой защищенности владельцев акций ввиду отказа от понятия «право на бумагу», во-вторых.
При самой тесной взаимосвязи «права на бумагу» и «прав из бумаги» – с передачей ценной бумаги переходят, как сказано в законе,
все удостоверяемые ею права в совокупности (абз. 2 п. 1 ст. 142 ГК) –
они имеют существенные отличия: по характеру, субъектному составу, способам защиты. «Право на бумагу» относится к абсолютным,
что означает возможность его обладателя требовать от всех третьих
лиц воздерживаться от совершения каких-либо действий, препятствующих его осуществлению, а в случае нарушения этого права – использовать специальные способы защиты собственности, включая
предъявление виндикационного иска. Права, удостоверяемые ценной
1
Критически оценивая переход на бездокументарную форму акций, отказ от «устаревшей» концепции, В.А. Белов иронично замечает: «Вероятно, бумажная промышленность России не смогла бы обеспечить такого количества бланков для ценных бумаг.
Только этим «форсмажорным» обстоятельством можно объяснить игнорирование практикой элементарного здравого смысла, не говоря уже о концептуальных основах учения о ценных бумагах» (Белов В.А. Ценные бумаги в российском гражданском праве.
С. 125). Ирония вряд ли здесь уместна. При всем уважении к классическим правовым
конструкциям (которые, кстати, не могут оставаться навсегда застывшими) экономическая сторона при принятии крупных решений также не должна игнорироваться.
Нетрудно хотя бы приблизительно оценить в материальном выражении (да и с точки
зрения экологии), во что обошелся бы выпуск бланков всех этих бумаг.
195
Приложение 1
бумагой, являясь обязательственными, носят относительный характер, связывают обладателя субъективного права лишь с обязанным по
отношению к нему лицом. Права, удостоверяемые акцией, устанавливают, таким образом, отношения только между акционером и обществом. В этих рамках использование специальных способов защиты права на акции от третьих лиц невозможно.
Остается третий вариант – признание бездокументарных акций
объектом вещного права в юридическом значении (условно, в допустимых для этой конструкции пределах). Нельзя не напомнить,
что введение в свое время института ценных бумаг (в форме традиционных для того периода документов) в качестве носителей имущественных прав и наделение их свойствами вещей также было условным. Ценность представлял не бумажный носитель (материальный объект), а удостоверяемые им права. Данная модель оказалась
удачной. В настоящее время стоит вопрос о замене одной юридической формы, условно отнесенной к объектам вещного права (бумаги), другой – компьютерной, с сохранением всего того положительного, что создано в организации и правовом регулировании этих
отношений (отражает характерные для них сущностные моменты), и
с учетом современных условий и требований
1
. Положительным
в этом случае является устранение тех препятствий в защите прав
владельцев акций, о которых шла речь.
Предлагаемое решение основывается на двух свойствах, характеризующих правовые системы: а) известном консерватизме права,
проявляющемся в сохранении и использовании сложившихся и оправдавших себя правовых институтов, в том числе путем приспособления их к изменяющимся обстоятельствам, что придает праву стабильность; б) способности права реагировать на новые явления и запросы времени.
Принятие этой модели потребует нового взгляда на некоторые положения общей теории ценных бумаг, но вряд ли этого стоит опасаться. Потребность в выработке современного концептуального подхода
к определению роли и значения института ценных бумаг, критериев,
которым они должны отвечать с учетом нынешней ситуации, назрела.
И рассматривать это нужно не как покушение на «святые устои», а
как развитие теории ценных бумаг исходя из новых условий формирования и развития гражданско-правовых отношений.
1
Следует уделить внимание и такой стороне, как сохранение, в допустимых пределах, сложившейся и ставшей привычной терминологии, включая понятие «ценные
бумаги», чтобы не вносить ненужной ломки в практику правоприменения.
196
Акции как объект права собственности
В практическом плане это должно получить выражение в пересмотре ряда норм законодательства о ценных бумагах, прежде всего в
устранении несогласованности по некоторым принципиальным позициям. В ГК нельзя оставить неизменным общее определение понятия ценной бумаги, основанное на взглядах, сформировавшихся в
период, когда все бумаги существовали лишь в форме отдельных документов (п. 1 ст. 142). Необходимо развить положения, характеризующие бездокументарные ценные бумаги как правовой инструмент,
обеспечивающий передачу имущественных и связанных с ними неимущественных прав в режиме обращения объектов вещного права
(с условным отнесением их к таким объектам) с учетом присущей им
специфики
1
.
В силу различий во взглядах на бездокументарные ценные бумаги
как объект гражданского права до сих пор не прекращаются разногласия по поводу возможности применения в отношении их положений ст. 301 и 302 (о виндикации), а также ст. 398 ГК (о защите
права приобретателя вещи в случае уклонения продавца от исполнения обязательства по ее передаче). В этих нормах упоминаются
индивидуально-определенные вещи. Нередко делается ссылка на
отсутствие критерия, который мог бы использоваться для индивидуализации бездокументарных акций (являющихся по закону именными), подлежащих взысканию с должника в пользу истца. В указанных случаях вряд ли было бы правильным говорить о необходимости вычленения по каким-либо специальным признакам акций,
подлежащих передаче (возврату) истцу, из общего количества соответствующих акций, имеющегося на лицевом счете должника (ответчика). Для удовлетворения подобного иска должно быть достаточно наличия материально-правовых оснований, подтверждающих
правомерность требования истца, и необходимого количества отыскиваемых акций на счете ответчика (имеются в виду акции конкретного эмитента, определенной категории (типа) и номинальной
стоимости, одного выпуска). Такого рода положение целесообразно
было бы закрепить законодательно.
Использование любой юридической фикции, включая условное
отнесение объектов, не имеющих материальных свойств (либо практической материальной ценности), к вещным, требует от законодателя выработки правовых гарантий, обеспечивающих надежность соз-
1
Вместе с тем целесообразно ограничить область применения этой формы, признав
ее приемлемой лишь для именных эмиссионных ценных бумаг, не распространяя такую
возможность на ордерные бумаги (исключив упоминание о них из ст. 149 ГК).
197
Приложение 1
данных моделей, функционирование их в гражданском обороте как
носителей реальных ценностей (имущественных прав). То есть исключение того, чтобы юридическая фикция могла превратиться в
фактическую.
Исторически сложившийся правовой институт ценных бумаг
предусматривает ряд таких гарантий. Это набор требований, соответствие которым наделяет объект признаками ценной бумаги. Исключение из их перечня условия об обязательности документарной
формы (в отношении некоторых видов ценных бумаг) не умаляет
значения других, являющихся универсальными независимо от формы выпускаемых бумаг. К ним относятся законодательное определение видов ценных бумаг (ст. 143 ГК), требование об установлении
обязательных реквизитов ценной бумаги, обеспечении ее публичной
достоверности и ряд других. Конкретные требования к отдельным
видам бумаг определяются специальным законодательством.
Принятые в последние годы правовые акты, регламентирующие
порядок эмиссии бездокументарных акций (определяющие требования к документации, на основе которой она может проводиться,
отражению в ней необходимых данных об эмитенте, категории (типе) и номинальной стоимости выпускаемых акций, закрепляемых
ими правах и др.), проведения государственной регистрации акций в
качестве ценных бумаг и отчетов об итогах их выпуска, подтверждающих завершение этого процесса и оплату выпущенных акций,
и т.д., являются регулятором отношений в рассматриваемой сфере,
обеспечивая определенный уровень гарантий. Но не всегда достаточный. Остаются проблемы с обеспечением надежности системы
фиксации и учета прав владельцев бездокументарных акций в реестре акционеров, исключением фактов необоснованного списания
акций со счетов владельцев без их распоряжения, иных случаев
вторжения в права акционеров, приводящих к их ущемлению.
Внесение необходимых изменений в общие нормы Гражданского
кодекса, относящиеся к институту ценных бумаг, должно повлечь
соответствующую корректировку специальных законодательных актов, регламентирующих вопросы их применения, направленную на
повышение эффективности этого института и усиления защиты прав
владельцев бумаг.
198
О применении статьи 75 Закона об акционерных обществах
О применении статьи 75 Закона об акционерных обществах
Приложение 1
О ПРИМЕНЕНИИ СТАТЬИ 75
ЕДЕРАЛЬНОГО ЗАКОНА «ОБ АКЦИОНЕРНЫХ ОБЩЕСТВАХ»
Ф
Арбитражный суд рассмотрел дело по иску организации – акционера коммерческого банка «АКБ «Общий» с требованием об
обязании банка выкупить у истца 35 тыс. принадлежащих ему обыкновенных акций АКБ
проведение ответчиком дополнительной эмиссии акций, в приобретении которых истец не участвовал, в результате чего его доля в уставном капитале банка снизилась с 18,53 до 4,01 %. Акционер
основывал свой иск на ст. 75 Федерального закона «Об акционерных
обществах» (далее – Закон об акционерных обществах, Закон), наделяющей акционеров правом требовать выкупа обществом принадлежащих им акций при внесении в устав общества изменений, ограничивающих их права. В голосовании по решению об увеличении
уставного капитала банка истец не участвовал. В исковом заявлении
он указал, что последствием внесения связанных с этим изменений
в устав банка станет ограничение его прав, в том числе права требовать созыва внеочередного общего собрания акционеров (п. 1 ст. 55
Закона), возможности в любое время инициировать проверку (ревизию) финансово-хозяйственной деятельности банка (п. 3 ст. 85 Закона). Кроме того, снижение доли истца в уставном капитале более
чем в 4,5 раза отрицательно отразится на его участии в управлении
обществом – возможности влияния на итоги голосования по тем
или иным вопросам на общем собрании акционеров, повлечет
уменьшение размера дивидендов, на которые он может претендовать, а также стоимости причитающегося ему имущества банка в
случае ликвидации последнего.
Суд в иске отказал. Мотивы отказа сводились к следующему:
1) решение о размещении 1240 тыс. дополнительных акций банка
было принято общим собранием акционеров в пределах количества
объявленных акций, установленного его уставом, и в соответствии
со ст. 28 Закона об акционерных обществах;
2) на основании ст. 40 Закона акционеры общества, имеют преимущественное право приобретения размещаемых посредством
открытой подписки дополнительных акций в количестве, пропорциональном количеству принадлежащих им акций этой категории
(типа). Истец не реализовал свое преимущественное право на при-
1
. Поводом для обращения в суд явилось
1
Дело Арбитражного суда г. Москвы № А40-36345/02-54-378.
199
Приложение 1
обретение дополнительных акций, что и привело к снижению его
доли в уставном капитале банка;
3) дополнительный выпуск акций «АКБ «Общий» зарегистрирован в установленном порядке, выпуску присвоен государственный
регистрационный номер, зарегистрирован отчет об итогах размещения акций этого выпуска, т.е. нарушений при размещении акций не
допущено;
4) установленный ст. 75 Закона перечень оснований для заявления
акционерами требований о выкупе акций является исчерпывающим и
не предусматривает обстоятельств, на которые ссылается истец.
В итоге судом сделан вывод: решением внеочередного общего собрания акционеров «АКБ «Общий» об увеличении уставного капитала
банка путем выпуска дополнительных акций не были нарушены права и законные интересы акционера, обратившегося с иском.
Апелляционный и кассационный суды оставили решение суда
первой инстанции без изменений.
В постановлении суда апелляционной инстанции отмечено, что
принятие общим собранием акционеров решения об увеличении уставного капитала банка влечет внесение соответствующих изменений
в его устав; однако уменьшение доли истца в уставном капитале суд
не считает обстоятельством, влияющим на его права; у истца, говорится в постановлении, «остается возможность участвовать в управлении обществом, реализовать свои права».
Кассационный суд, поддержавший решение по делу, включая
ссылку на отсутствие нарушения прав и законных интересов акционера, указал, что «при ином подходе… можно прийти к выводу, что и
соответствующие нормы Закона об акционерных обществах, предусматривающие возможность, порядок и условия принятия решения
об увеличении уставного капитала акционерного общества, носят изначально дискриминационный характер по отношению к правам акционера».
Анализируя судебные акты, принятые по комментируемому делу,
необходимо остановиться на двух основных вопросах: во-первых, на
раскрытии содержания положений ст. 75 Закона об акционерных обществах, определяющей условия, при которых акционер получает право требовать выкупа обществом принадлежащих ему акций; во-вторых,
на оценке фактических обстоятельств, послуживших поводом для
обращения акционера с иском, выявлении того, насколько они соотносятся с условиями, перечисленными в ст. 75 Закона, и насколько
мотивы решения суда об отказе в иске согласуются с идеями, заложенными в законе, и реальными условиями, вызвавшими спор.
200
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]