Политическое богословие

Отстаивая политику идентичности и различия, Коннолли под­держивает принцип неограниченных различий – идеал плюрализ­ма, – полный парадоксов, о которых Коннолли отлично известно: «Если вы не ограничиваете культуру плюрализма, это может навре­дить самому плюрализму; но если вы отвечаете его рьяным против­никам так, как они ответили бы вам, плюрализм может быть разру­шен теми же самыми средствами, которые его поддерживают. Эта комбинация свидетельствует об уязвимости плюрализма»13. Так каким же образом очень разные представители общества могут строить его на таком шатком фундаменте, не впадая в анархию и не способствуя дальнейшему укреплению национального государ­ства, которому Коннолли так отчаянно стремится бросить вызов? Коннолли предполагает, что социальное устройство базируется на «ироническом согласии». Где, в таком случае, место справедливо­сти в стремлении Коннолли к идеалу плюрализма? Каким образом общества, следующие по пути неограниченных различий, могут ре­шать свои споры, чтобы прийти к миру и согласию, особенно когда одна из социальных групп постоянно практикует насилие над дру­гими? Слабое место его точки зрения на справедливость проявляет­ся именно там, где одна идентичность условно сдерживается, что­бы не препятствовать другой идентичности получать признание до бесконечности. Эгоистичный взгляд на справедливость, по всей видимости, возникает там, где мои собственные представления о справедливости – это все, что действительно имеет значение.

Цицерон видит справедливое правосудие в божественном зако­не, поскольку этот высший закон существует прежде всякого го­сударства и является неизменным и вечным. Этот высший закон имеет свой источник в боге, который есть «автор, толкователь и движущая сила этого закона», и существует повсеместно для всех разумных людей16. Люди участвуют в этом высшем законе через до­бродетельный разум, который присущ также богам. Согласно Ци­церону, мир как таковой есть по сути единый город, состоящий из пантеона богов и людей, действующих согласно добродетельному разуму как соответствующему природе17. Поэтому законы государ­ства, отправляющего в иерархическом духе правосудие по отноше­нию к гражданам, имели основанием римское стоическое богосло­вие и представляли собой его расширение.