Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Политическое богословие
.pdf
Дитрих Бонхеффер. Церковь и мир
рованное распознание истока
23
. Это начавшееся при преследовани-
121
ях бегство ко Христу, при котором сегодня устанавливается24 связь
церкви и мира. Не Христос должен оправдываться перед миром
посредством признания благ права, истины, свободы, а эти блага
стали испытывать потребность в оправдании, и их оправдание –
единственно Иисус Христос. Не «христианская культура» должна
сделать приемлемым25 для мира имя Иисуса Христа, а распятый
Христос стал прибежищем, оправданием, защитой и требованием
для претерпевающих страдания высших благ и их поборников. Это
преследуемый и страдающий Христос, являемый в своей общине, у
которого ищут прибежище право, истина, человечность и свобода.
Это не имеющий где преклонить голову в мире, изгнанный из мира
Христос в яслях и на кресте, под чью защиту прибегают, и лишь так
мир открывает широту его власти. Крест Христов делает оба слова
истинными: «кто не со Мною, тот против Меня» и «кто не против
вас, тот за вас»26.
«Блаженны изгнанные за правду, ибо их есть Царство Небесное»
(Мф 5:10). Речь здесь идет не о Божьем правосудии, следовательно, не о преследовании из-за Иисуса Христа, а прославляются как
блаженные те, кого преследуют27 из-за справедливых – давайте еще
23
Слова «распознание истока» заменяют «тайна».
24
Слово «... устанавливается» дописано на полях страницы. Здесь появляются ключевые слова «Церковь и мир», которые стали заголовком рукописи на с. 353.
25
Слова «должна сделать приемлемым» заменили: «делает еще выносимым». О
«христианской культуре» ср., например, замечание Г. Риттера «Сильное государство и утопия», 128, что в Германии XIX столетия для национально-либерального
бюргера «культура» как конечный продукт долгого духовно-исторического развития заступила на место религии. То, что культура христиански сформирована,
утверждалось даже далекими от христианства людьми. См. в разделе «Этическая
проблема и культура» в лекции Бонхеффера «Систематическое богословие XX
столетия» (по записям слушателей) 1931/32 гг., DBW 11, 191: «Существенной
функцией христианства является заключение духовного достояния времени в
скобки».
26
Мф 12:30 и Мк 9:40. Оба последних предложения (начиная со слов «это не имею-
щий где преклонить голову в мире») дописаны на полях рукописи.
27
Ср. толкование на Мф 5:10 в DBW 4 (N), 108. Это была широко распространенная
церковная установка, причем решающая для дальнейшего существования
Церкви, слишком мало ориентированная на справедливость в обществе, а
потому мало способная отклонить элементы нехристианского мировоззрения
при нацистском режиме, чьи злодеяния рассматривались как выходящие за
пределы церковной компетенции. Ср. «учение о двух царствах», с. 32.
122
Политическое богословие
добавим: истинных, благих, человечных – вещей (ср. 1 Петр 3:14 и
2:20). Ложная боязливость тех христиан, которые уклонялись от
страданий из-за справедливых, благих, истинных вещей, потому что
христиане якобы могут по совести страдать только ради открытого
исповедания Христа, та
28
черствость, которая подозрительно относится и отмежевывается от всяческих страданий из-за справедливых
вещей, в этой заповеди блаженства однозначно объявляется Иисусом
Христом неправедной. Иисус считает своими тех, кто страдает из-за
справедливых вещей, Он принимает их под свою защиту, включает
их в сферу своей ответственности, в свои требования. Так влеком к
Христу гонимый из-за справедливых вещей. Так происходит, что гонимый в годину страданий и ответственности – возможно, впервые в
своей жизни, не понимая себя и удивляясь себе, но чувствуя внутреннюю необходимость – взывает ко Христу и исповедует себя христианином, потому что только в этот момент он осознает свою причастность ко Христу. И это не конструкция, а опыт, который мы обрели29,
в котором отчетливо проявилась сила Иисуса Христа во всех сферах
жизни, в которых доселе она оставалась сокрытой.
В надежные времена, когда правит закон и нарушитель закона
обречен на опалу и изгнание, с помощью образов мытаря и блудницы Евангелие Иисуса Христа четко говорит людям: «мытари и
блудницы вперед вас идут в Царство Божие» (Мф 21:31). В метаниях пришедших времен, когда беззаконие и злоба самовластно торжествуют, Евангелие в первую очередь свидетельствует о фигурах
праведных, истинных, человечных, которых немного осталось. В
другие времена было иначе, тогда дурные стремились ко Христу,
а благие пребывали вдали от Него. Теперь мы видим, что благие
обретают Христа, а дурные закоснели против Него. В другие времена можно было проповедовать30: прежде чем ты не стал грешником, как этот мытарь и эта блудница, тебе не распознать Христа
и не найти Его. Теперь нам скорее следовало бы сказать: прежде
чем ты не стал справедливым, как страдающие и борющиеся31 за
28
Дополнение, вычеркнуто «нехристианская».
29
Этот опыт был приобретен во время разбирательств на национал-социалистиче-
ских судах.
30
Вычеркнуто: «иди к дурным, лишь туда».
31
Здесь намек на участников активного сопротивления нацистскому режиму, не в
последнюю очередь и на атеистов и коммунистов.
Дитрих Бонхеффер. Церковь и мир
123
право, истину, человечность, тебе не распознать Христа и не найти
Его. Это – два парадоксальных, невозможных одновременно высказывания. Но они характеризуют ситуацию. Христос принадлежит
и дурным и благим, Он принадлежит обоим лишь как грешникам.
Это значит, что Он призывает вернуться к истоку тех, кто в их
дурном и в их благом отпали от истока, чтобы они более были не
дурными и благими, а оправданными и освященными грешниками.
Но прежде чем мы озвучим последнюю мысль, в которой дурное
и благое едино перед Христом и в которой перед лицом Христа
снимаются различия всех времен, мы не можем избежать вопроса,
заданного нам нашим собственным опытом и временем, а именно:
что означает, что благие находят Христа. Другими словами: каково
отношение Иисуса Христа к благим и благому
32
.
Церковь, опираясь на Писание, постоянно размышляла над отношением Иисуса Христа к дурным людям и к злу. В протестантских церквах этот вопрос стал доминирующим. Он затрагивает
главный нерв Реформации, озвучивая евангельское слово в новозаветной глубине и полноте. Напротив, вопрос об отношении благого к Христу остался примечательным образом незатронутым. Благим здесь был или фарисей и лицемер, который должен был быть
убежден в своей злобе, или отвратившийся от своего зла и обратившийся к Христу, а теперь направленный Им на добрые дела. Соответственно этому благо было или splendidum vitium33 язычников, или
плодом Святого Духа. Конечно, вопрос об отношении Иисуса Христа к благому тем самым никак не исчерпывается. Из-за пренебрежения этим вопросом из Евангелий извлекали призыв к обращению и утешение для грешников, таких как пьяницы, прелюбодеи и
развратники всякого рода. В отношении благих людей Евангелие
32
Вычеркнуто, новый абзац: «На самом деле ситуация такова, что отношение
Иисуса Христа к дурным и злому известна [вычеркнуто: «и понятнее»]». Это
вычеркнутое заменяет: «Каждому, кто знаком только с Евангелиями [заменено:
«Кто находит этот вопрос странным и неожиданным, тот, вероятно, еще не
понял, что»]».
33
«Блистательным пороком» (лат.). Так переводит Г. Риттер в «Сильное государство
и утопия» (G. Ritter, Machtstaat und Utopie), 147, прим. 14 (к с. 19) приписываемое
блаженному Августину обозначение «древнеримских добродетелей честолюбия
и стремления к свободе, сделавших Рим великим». (Й. Мауcбах (J. Mausbach, Die
Ethik des Heiligen Augustinus), «Этика святого Августина II», 259: «... мы вообще не
найдем выражение “splendida vitia“ у Августина». Указание: Дирк Шульц).
124
утрачивало свою силу. Об обращении благого
Политическое богословие
34
ко Христу мало что
говорилось1).
1) Одна из главных заслуг Адольфа Шлаттера35, независимо от
предлагаемого им решения, в том, что он постоянно поднимал
этот вопрос. Но он остался непонятым, да и не могло быть иначе36.
Раз уж мы сегодня вынуждены по-новому ставить и продумывать именно этот вопрос, то прежде мы должны сказать, что здесь
мы намерены сначала осмыслить понятие благого в самых общих
чертах, т. е. просто в его противоположности порочному, беззаконному, непристойному, в его противоположности бесстыдному
нарушению нравственного закона во всех его деталях. Библейскими словами: добро в его противоположности мытарю и блуднице, причем сфера добра содержит различные градации, от чисто
внешнего соблюдения порядка до внутренней проверки себя и
формирования характера, до личного самопожертвования ради
высших человеческих ценностей. В справедливом возмущении
против бюргерской удовлетворенности37, для которой благо представляется предварительной ступенью к христианскому, причем
восхождение от благого к христианскому должно происходить более или менее без сломов38, – в протесте против удобного извраще-
34
Ср. в заметке № 20 «Христос и благие (благо)»: «ετάνοια [греч. «обращение»] –
блага ко Христу, 2 Тим 1:3 и 1 Тим 1:13».
35
Вычеркнуто: «в интерпретации». А. Шлаттер «Этика», 15, прим. 2: Христос
«пришел призвать не праведников» (Мф 9:13). Фарисейская праведность была
сплавом греческой добродетели и иудейского закона. Поэтому для учителей до-
бродетели осталось загадкой и камнем преткновения, почему Иисус требовал
покаяния от праведных.
36
Предложение о Шлаттере, написанное как часть продолжения текста, позднее вы-
делено и обозначено как примечание. В рукописи за ним следует еще один вычер-
кнутый абзац: «Раз уж мы сегодня вынуждены по-новому переосмыслить именно
этот вопрос, то мы должны отсечь две равным образом роковые ошибки интер-
претации: во-первых, понимания бюргерского блага как предварительной ступени
христианства, при котором дальнейший шаг [вычеркнуто: «переход»] от благого
к христианству происходит более или менее без сломов, во-вторых, от идеализации
всего библейского». Ср. с. 133: «...библейские “маргинальные образы”».
37
Слова «в справедливом возмущении» заменяют: «в чувстве неприязни». Также в
30.6.1944 г., WEN, 374, находится формулировка «”граждански удовлетворенного”
существования».
38
Ср. DBW 4 (N), 87-88, в призыве Иисуса следовать за Ним «уже происходит
слом». См. на с. 223 сл., где (вместо «псевдолютеранский») сначала было
сформулировано: «бюргерский Христос».
Дитрих Бонхеффер. Церковь и мир
125
ния Евангелия нам в течение XIX столетия от случая к случаю, а
потом за последние 20 лет с особой силой, нам страстно внушали
опасную фальсификацию Евангелия, его толкование в превратном смысле. На место оправдания благого заступило оправдание
злого, вместо идеализации бюргерского смирились с идеализацией антигражданского, противного порядку, хаотического, анархического, катастрофичного. Божественно прощающая любовь
Иисуса к великой блуднице, к прелюбодейке, к мытарю
39
была
искажена до – психологически или политически мотивированного – христианского одобрения антигражданских «маргинальных
способов существования»40 проститутки и изменника Родины.
Из Евангелия грешников, о силе которого шла речь, непреднамеренно получилось потворствование греху. Благо – в его гражданском смысле – угодило под град насмешек41.
39
Ср. Лк 7:36-50 (грешница); Ин 8:2-11 (прелюбодейка); Лк 19:2-10 (мытарь).
40
Это выражение находится в заметке №20. Романо Гвардини – см. так же с. 133,
прим. 15 (Р. Гвардини, «Религиозные образы», 49) – использует при описании
«концепции “великого грешника” Достоевского» выражение: «сплошь марги-
нальные натуры».
41
Ср. А. фон Мартин, «Религия в жизни и размышлениях Якоба Буркхардта»,
217: Согласно взглядам Буркхардта и Керкегора Лютер усадил на трон «плебей-
ство». «Этот отход от аристократического является для Буркхардта, как и для
Ницше, главной характерной чертой так же всего развития культуры Нового
времени (от Лютера... до Золя)». Ср. в тегельском фрагменте романа Бонхеффе-
ра 1943 г., DBW 7, 102: Франц видел «только лишь истощенные фигуры рабочих
из “Жерминаля” Золя» (роман вышел в свет в 1885 г.). Ср. также в тегельском
фрагменте драмы образ Генриха, который подобно главному герою в «Дневнике
сельского священника» Жоржа Бернаноса вырос среди матросов и девок
(там же, 38) и чье мнение о «толпе» (64) напоминает драму «Человек-Масса»
политически мотивированного Эрнста Толлера. О последнем Бонхеффер писал
в США в 1931 г., DBW 10, 398: “The decay of bourgeois society and ideals and the
growth of a proletarian society is his [Tollers] theme. ... Toller will hold his place as a
poet of the Proletariat” (англ. «Разложение буржуазного общества и идеалов, а так
же рост пролетарского общества являются его [Толлера] темой... [Несмотря на
ничтожные литературные достоинства] Толлер желает занять пьедестал поэта
пролетариата»). Толлер сочинил свои действующие на публику театральные
произведения, которые возбудили большой интерес в двадцатые годы, во
время своего тюремного заключения в крепости в 1919–1924 гг. – Под текстом
на краю рукописи стоит: «развитие». Ниже на наполовину пустой странице
рукописи большое черное чернильное пятно. Заметка №20, где находятся
предварительные формулировки к c. 364, поднимает мотивы рукописи
«Последние и предпоследние вещи» (там стоит «благо принадлежит Христу
как своему истоку», сходно c. 154; также упоминается «потерянный сын» с. 155
126
Политическое богословие
(сл.), но не в рукописи «Церковь и мир»; «ложный методизм», ср. c. 132-133 и
153). Она заканчивается словами: «Явные грешники всегда в общем контексте с
нравственным состоянием добрых. Интуитивно это так: хороший буржуа тоже
смирен перед Богом, но порочный существует только из Его милости». Такая
бумага, как для заметки №20, а именно темный ломкий лист, использовалась для
подготовительных заметок к наброску «О возможности слова церкви к миру» и
для самого этого наброска. – В заканчивающейся здесь главе об относительно
(в «предпоследнем») благом налицо тесная связь Бонхеффера с теми, кто, не
сознавая себя христианами, участвовал в сопротивлении и положил свою жизнь
за просвещение, гуманизм, свободу, терпимость и права человека.
Вселенский патриарх Варфоломей. Православие и права человека
Вселенский патриарх Варфоломей
127
правоСлавие и права человека
*
Права человека заслуженно считаются одним из величайших
политических достижений в истории человечества, решительным
шагом на пути к свободному, справедливому и гуманному миру.
После ряда политических, социальных, экономических и религиозных кризисов на Западе права человека вышли во второй половине XVIII столетия на авансцену мирового процесса вместе с
американской и французской революцией. Начиная с их классических деклараций (1776 и 1789 гг.), права человека более или менее
отчетливо стояли в центре политических событий. Они стали динамической действительностью, которая могла ответить на великие
вызовы, связанные с современными условиями жизни. Они – как
ценный инструмент политико-правового гуманизма, как нить Ариадны в темном лабиринте времени. Собственно, эпоха универсальных прав человека начинается с их Всеобщей декларации ООН 10
декабря 1948 г. Всеобщая декларация прав человека – подлинно гуманистический манифест после величайшей катастрофы в истории
человечества в связи со Второй мировой войной. Права человека
провозглашаются «в качестве задачи, к выполнению которой должны стремиться все народы и государства»1.
*
Речь в Фонде им. Конрада Аденауэра в Берлине 1 июня 2017 года.
1
United Nations, Universal Declaration of Human Rights (General Assembly Resolution 217A),
New York: United Nations, 1948. На рус. яз.: Всеобщая декларация прав человека. При-
нята резолюцией 217 А (III) Генеральной Ассамблеи ООН от 10 декабря 1948 года, URL:
http://www.un.org/ru/documents/decl_conv/declarations/declhr. См. «Преам-
була»: URL: http://supercook.ru/decoration/zakon-dekl-prav-chelobeka.html.
128
Политическое богословие
В наши дни террористических атак, глобального экономического кризиса и безвыходности плюрализма, который не просто
связан с мультикультурализмом, а с постоянно уменьшающейся степенью общественного согласия в отношении ценностей и целей,
брака и семьи, абортов и эвтаназии, воспитания и образования,
добра и зла и т. д. Это автоматически влечет за собой затруднение
в совместной ценностной ориентации. Права человека предлагают себя в качестве инструмента для решения многих проблем и
для преодоления общемирового кризиса свободы. Последствия
современной культуры и риски «технополиса» (Н. Постман) требуют в глобальном масштабе новых ответов, которые более не могут
базироваться на прежних традиционных этических принципах.
Для таких ответов и предлагают себя как опору права человека.
Вы помните, наверное, что Юрген Хабермас во время своего посещения Китая в самом начале третьего тысячеления предложил
права человека и как решение политико-социальных проблем в
этой огромной стране
2
. Хайнер Билефельд по праву констатировал: «Последствия современности все больше проявляются сегодня в глобальном масштабе. Это касается также кризисов и рисков
современной цивилизации, которые уже невозможно преодолеть
с оглядкой на традиционные формы этоса, соответственно, на традиционные политическо-правовые институты… Найденный сначала на Западе ответ в контесте прав человека на кризисы современности, кажется, стал сегодня неизбежен вследствие аналогичного
опыта несправедливости и кризиса во многих регионах мира»3.
В памяти народов и индивидуумов права человека безоговорочно являются символом борьбы за человеческое достоинство, за
свободу и справедливость. Они – знак надежды на лучшее будущее
для человечества. Люди знают, что свобода и мирное сосуществование не являются само собой понятным результатом экономического развития, повышения стандарта жизни и прогресса в науке
и технике.
2
“‘Das geht ans Eingemachte’. Jürgen Habermas über die neue, weltoffene Studen-
tengeneration und die Angst der Kommunistischen Partei vor dem Reizthema Men-
schenrechte”, Der Spiegel, 30 April, 2001, S. 148-149.
3
H. Bielefeldt, Philosophie der Menschenrechte. Grundlagen eines weltweiten Freiheitsethos, Wis-
senschaftliche Buchgesellschaft, Darmstadt, 1998, S. 38.
Вселенский патриарх Варфоломей. Православие и права человека
129
I
С момента своего появления права человека столкнулись с сопротивлением христианских церквей. «Вряд ли есть такое развитие современного духа, которое бы не натолкнулось поначалу на
сопротивление церквей и богословия»4, – говорит Юрген Мольтман. Для церкви и богословия права человека были «выражением
неспасительного самовозвеличивания человека»5, даже отпадением от христианства.
Много воды должно было утечь и много времени потеряно в
связи с раздувавшейся враждебностью и взаимными обвинениями. Только после катастрофических последствий и неописуемой
бесчеловечности двадцатого столетия западные церкви признали
гуманное целеполагание прав человека. Сегодня права человека
составляют ядро церковного свидетельства в мире, как утверждал
и Конрад Хилперт: «Нет никакого сомнения: нынешняя Католическая церковь видит в соблюдении и осуществлении прав человека
центральную задачу своей собственной деятельности. Эта констатация относится также к евангелическим церквам и великим экуменическим союзам, таким как Всемирный совет церквей и Всемирная лютеранская федерация»6.
В наши дни права человека снова конфронтируют с религией, на
сей раз с нехристианскими религиями. Несомненно, встреча этих религий с правами человека – вопрос не из легких. Права человека не
относятся к традиционному достоянию религий, хотя от них исходили мощные импульсы к обоснованию и защите достоинства человека.
Уже было сказано, что права человека являются величайшим вызовом
и сложнейшей проблемой, с которой и по сей день приходится полемизировать религиям, хотя религии и движения за права человека
все же связывает между собой общая забота о достоинстве человека,
несмотря на различия в обосновании этого достоинства.
4
J. Moltmann, Was ist heute Theologie?, Freiburg/Basel/Wien: Herder Verlag, 1998,
S. 15.
5
W. Huber, Gerechtigkeit und Recht. Grundlinien christlicher Rechtsethik, Chr. Kaiser Verlag,
Gütersloh, 1996, S. 433.
6
K. Hilpert, “Die Menschenrechte in Theologie und Kirche”, in: M. Durst, H.J. Münkl
(Hrsg.), Theologie und Menschenrechte, Freiburg/Schweiz: Paulusverlag, 2008, S. 68.
130
Важнейшими аргументами нехристианских религий против
прав человека являются следующие:
1. Права человека появились в Западной Европе и Северной
Америке. Следовательно, они – западное культурное достояние
и связаны с основными предпосылками западной политической
культуры. Утверждаемая за ними универсальная значимость – это
новая форма западных гегемонистских устремлений, культурный
империализм Запада. Западу бросаются упреки в лицемерии и цинизме при использовании прав человека. Они политизируются и
ими постоянно злоупотребляют в государственных интересах.
2. Права человека несут на себе печать христианства, даже если
они оборачивались против церквей, и церкви поначалу отвергали
их. Эти права человека – утонченная форма христианского миссионерства, троянский конь христианского мира.
3. Права человека – выражение индивидуалистического образа
человека, который взрывает антропологические основания культур, центрированных на обществе, и представляет для этих культур
чудовищную провокацию и выражение неуважения. На их взгляд
права человека создали во всем мире проблем больше, чем решили.
4. Права человека воплощают собой секуляризм и антропоцентризм, несовместимые с теоцентрикой и космоцентрикой незападных культур. Также подчеркивается, что движения за права человека были и доселе остаются союзниками атеизма.
Что мы хотим сказать здесь по этому поводу? На пути к правам
человека многое зависит от позиции религий по отношению к ним.
Здесь невозможно найти решение без диалога религий с правами
человека. Он же в свою очередь опирается на межрелигиозный диалог. Диалог также и здесь является средством преодоления недоверия и культивированием открытости и сотрудничества.
Политическое богословие
II
Вызов «прав человека» затрагивает и Православную церковь.
Позиция четырнадцати Православных автокефальных церквей
по отношению к правам человека не одинакова. К сожалению, в
православном мире существуют круги и лица, рассматривающие
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]