Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Письма к сыну
.pdf
большое значение будут для тебя иметь ближай
шие восемьдевять лет: вся твоя последующая
жизнь зависит от них. Я совершенно откровенно
выскажу тебе все мои надежды и опасения каса
тельно тебя. Мне думается, что из тебя выйдет
настоящий ученый муж и что ты сумеешь приоб
рести большой запас разнообразных знаний, но я
боюсь, как бы ты не пренебрег тем, что считает
ся вещами незначительными, хотя в действитель
ности они весьма существенны,— я имею в виду
обходительность, приветливость, располагающие
к себе манеры: это подлинные и основательные
преимущества, и, однако, люди, не знающие све
та, считают все это пустяками. Мне пишут, что ты
говоришь очень быстро и неотчетливо,— это
очень неудобно и неприятно для окружающих,
и я уже тысячу раз старался тебе это внушить.
Пожалуйста, будь внимателен к своей речи и по
старайся ее исправить. Когда человек говорит от
четливо и приятно, он гораздо большего может
добиться, и мне приходилось слышать немало со
держательных речей, которые люди оставляли без
внимания изза того, что у произносивших их
была неприятная манера говорить, и не меньше
речей пустых, которым, однако, люди рукоплес
кали только потому, что их было приятно слу
шать. Прощай.
161
XXVI
Лондон, 17 мая ст. ст. 1748 г.
Милый мой мальчик,
Получил вчера твое письмо от 16 мая н. ст. и,
прочтя его, написал сэру Чарлзу Уильямсу благо
дарность за внимание, которое он тебе оказал. Твое
первое появление при дворе оказалось, повиди
мому, удачным, и его величество король Польши
обратил на тебя внимание. Надеюсь, что ты отнес
ся к этой похвале спокойно и с уважением, как
и должен отнестись настоящий светский человек.
Людей, плохо воспитанных и темных, всякое ве
личие ослепляет: они до безумия пугаются, когда
с ними заговаривают короли или великие люди,
теряются, робеют и не знают, ни что, ни как им
ответить, тогда как les honn^etes gens
1
присутствие
высокопоставленных лиц не ослепляет; люди бла
городные знают, какое они должны оказывать им
уважение, и не забывают о нем, но при этом нис
колько не смущаются и могут так же непринужден
но разговаривать с самим королем, как если бы
перед ними был любой из его подданных. Вот ве
ликое преимущество тех, кого смолоду вводят
в высшее общество и кто рано приучается разго
162
1
Людей благородных (фр.).
варивать с лицами, занимающими более высокое
положение. Сколько я здесь видел людей, получив
ших самое лучшее английское образование, снача
ла в школе, а потом в университете, которые, когда
их представляли королю, не знали, стоят они на го
лове или на ногах. Стоило только королю загово
рить с ними, и они чувствовали себя совершенно
уничтоженными, их начинало трясти, они силились
засунуть руки в карманы и никак не могли туда по
пасть, роняли шляпу и не решались поднять; сло
вом, в поведении их было все что угодно, только
не было естественности и простоты.
Человек воспитанный умеет говорить с ниже
стоящими людьми без заносчивости, а с вышесто
ящими — уважительно и непринужденно. Беседуя
с королями, он останется совершенно спокойным;
он умеет пошутить с дамами, принадлежащими
к самой высокой знати,— непринужденно, весело,
но вместе с тем и почтительно. С теми же, кто
равен ему по положению, независимо от того, зна
ком он с ними или нет, он говорит о вещах, всех
интересующих и всем доступных, не позволяя
себе, однако, быть чересчур легкомысленным,
нисколько не волнуясь и не делая никаких нелов
ких движений. И надо сказать, что такая вот непри
нужденность всегда производит самое выгодное
впечатление. <…>
А пока прощай, и да благословит тебя Бог!
163
XXVII
Лондон, 21 июня ст. ст. 1748 г.
Милый мой мальчик,
Мысль о том, что у тебя очень плохая дикция,
никак не выходит у меня из головы и до такой сте
пени меня тревожит, что я буду писать тебе об
этом не только сейчас, но, может быть, и во мно
гих других письмах. Радуюсь и за тебя, и за себя,
что я вовремя об этом узнал и что, как я надеюсь,
еще не поздно ее исправить, и всегда буду чувство
вать себя бесконечно обязанным, как впослед
ствии, разумеется, и ты сам, сэру Чарлзу Уильямсу,
написавшему мне об этом. Боже мой! Если бы по
твоему недосмотру или по моему эта неловкая
и неприятная манера говорить вошла бы у тебя
в привычку, а это могло случиться через какиени
будь два года,— как бы ты выглядел в обществе
и на больших приемах! Кому было бы приятно
твое присутствие и кто стал бы слушать твои ре
чи? Почитай, что пишут о дикции Цицерон
и Квинтилиан, какое большое значение они при
дают тому, чтобы она была приятной. Цицерон
идет даже дальше, он утверждает, что оратору не
обходима хорошая фигура и что прежде всего он
не должен быть vastus, т. е. непомерно большого
роста и неуклюжим. Это доказывает, что он хоро
164
шо знал людей и понимал, какое большое зна
чение имеет приятная внешность и изящество
манер.
Мужчины, точно так же как женщины, следуют
голосу сердца чаще, чем голосу разума. Путь к серд
цу лежит через чувства: сумей понравиться чьим
то глазам и ушам, и половина дела уже сделана.
Мне часто приходилось видеть, как судьбу челове
ка раз и навсегда решали первые произнесенные
им в обществе слова. Если их приятно услышать,
люди, помимо своей воли, сразу же проникаются
убеждением, что у человека этого есть достоинства,
которых на самом деле у него может и не быть;
с другой стороны, если речь его поначалу произво
дит неприятное впечатление, у них сразу же появ
ляется какаято предубежденность и они не хотят
признать за этим человеком заслуг, которые, воз
можно, у него и есть. И нельзя утверждать, что чув
ство это несправедливо и необоснованно, как то
может показаться с первого взгляда, ибо, если у че
ловека есть какието способности, он должен знать,
как неимоверно важно для него красиво говорить
и быть в обществе приятным и обходительным:
тогда он будет развивать в себе эти качества и до
водить их до совершенства. У тебя хорошая фигура
и нет никаких природных недостатков, которые
могли бы повлиять на твою речь; если захочешь,
ты можешь быть обходительным, а речь твоя —
165
приятной. Поэтому ни я, ни общество не при
пишем твою неудачу ничему другому, кроме как не
достатку умения. Какое наблюдение, и очень вер
ное, мы постепенно делаем над актерами на сцене?
Не то ли, что самые сообразительные из них всег
да говорят лучше всех, хотя голоса у них, может
быть, отнюдь не лучше? Пусть у них даже совсем
плохие голоса, они будут, во всяком случае, гово
рить понятно, отчетливо и с надлежащим выраже
нием. Если бы Росций говорил быстро, невнятно
и грубо, то, ручаюсь тебе, Цицерон никогда не счел
бы его достойным той речи, которая была произ
несена в его защиту. Слова даны нам для того, что
бы мы могли выражать наши мысли, и до крайно
сти нелепо произносить их так, что либо люди
вообще не смогут понять их, либо у них пропадет
всякое желание вникать в их смысл.
Говорю тебе прямо и совершенно искренне, что
буду судить о твоих способностях по тому, будет
ли приятной или нет твоя речь. Если ты человек
способный, ты ни за что не успокоишься до тех
пор, пока не приучишь себя говорить хорошо, ибо,
заверяю тебя, это в твоей власти. Попроси мра
Харта послушать тебя и читай ему каждый день
вслух; пусть он останавливает тебя и поправляет
каждый раз, когда ты будешь читать слишком быс
тро, не соблюдать паузы или неправильно акцен
тировать слова. Постарайся при этом открывать
166
как следует рот, отчетливо произносить каждое
слово. И попроси мра Харта, мра Элиота и всех,
с кем ты будешь говорить, напоминать тебе об этом
и прерывать всякий раз, когда ты будешь сбивать
ся на скороговорку и на невнятное бормотание.
Хорошо даже просто читать вслух, когда остаешь
ся один, проверять свою дикцию самому и читать
вначале значительно медленнее, чем надо, для того
чтобы освободиться от позорной привычки гово
рить чересчур быстро. Словом, если ты об этом как
следует подумаешь, искусство красноречия станет
твоим делом, твоим занятием и твоим удовольст
вием. Поэтому того, что я высказал тебе в этом
и предыдущем письмах, более чем достаточно, если
у тебя есть соображение, а если нет, то напиши
я и в десять раз больше, старания мои все равно
не помогут. Итак, довольно об этом.
Вслед за умением хорошо говорить благород
ная осанка и умение произвести хорошее впечат
ление в обществе очень нужны, потому что они
очень располагают к тебе людей. Всякое небре
жение к этим качествам в молодом человеке еще
менее простительно, чем жеманство. Оно свиде
тельствует о том, что тебе безразлично, нравишься
ты другим людям или нет, а для других это просто
оскорбительно. Один человек, видевший тебя сов
сем недавно, рассказал мне, что ты неловок в сво
их движениях и не следишь за собою: мне жаль,
167
что это так; если все будет продолжаться в том же
духе и дальше, ты сам потом пожалеешь об этом,
но будет поздно.
Неуклюжесть очень отпугивает людей, полное
пренебрежение к одежде и к наружности вообще —
это дерзкий вызов существующим обычаям и мо
де. Ты, конечно, помнишь мра *** и, разумеется,
помнишь, до чего он был неуклюж; уверяю тебя,
это очень мешало признать за ним его способнос
ти и достоинства, которые в конце концов едва
смогли уравновесить этот его недостаток, но не
больше. Многие из тех, кому я когдато рекомен
довал его, отвечали мне, что, по их мнению, у че
ловека этого не может быть никаких способнос
тей, иначе он не был бы так неловок,— до такой
степени много значит, как я тебе уже говорил, в гла
зах людей внешность.
Большое влияние на репутацию, слагающуюся
в свете, оказывают женщины, и человеку неловко
му никогда не получить их поддержки. А ведь, кста
ти сказать, их очень много, и мнения их гораздо
чаще подсчитываются, нежели просто кладутся на
весы. Поэтому тебе следует уделять внимание как
одежде, так и изяществу всех движений. Повиди
мому, в Лейпциге нет человека, который бы дей
ствительно умел одеваться, обладал изящными ма
нерами и мог служить для тебя образцом того
и другого. И тем не менее не пренебрегай ни тем,
168
ни другим и следи за своим костюмом и манера
ми, отправляясь ко двору,— там это необходимо,
тамто ты и найдешь себе для того и другого хо
роших учителей и хорошие примеры. Упражнения
в верховой езде, фехтовании и танцах выправят
и облагородят твое тело, руки и ноги и придадут
тебе l'air d'un honn^ete homme
1
, если только у тебя
будет желание ее приобрести.
В заключение хочу, чтобы ты кое о чем поду
мал, чтобы ты мог почувствовать, какое тебе вы
пало на долю счастье — иметь человека, который
настолько заинтересован тобой, что выведывает
твои недостатки, для того чтобы потом поставить
тебя о них в известность. Никто, кроме меня,
не стал бы так стараться разузнать их все, а потом
исправить, самто ты ведь их, может быть, и вовсе
не знаешь: наше самолюбие плотной завесой за
крывает от нас наши проступки. Но когда ты слы
шишь о них от меня, можешь быть уверен, что это
голос человека, который, ради тебя одного, хочет
их исправления. И человека этого ты не можешь
заподозрить в пристрастии, ибо если он и при
страстен, то только к тебе, и всем сердцем хочет,
чтобы его отеческая забота о тебе за короткое вре
мя сделала излишней всякую другую заботу, разве
что дружескую. Прощай.
169
1
Внешность благородного человека (фр.).
XXVIII
Лондон, 26 июля ст. ст. 1748 г.
Милый мой мальчик,
Есть две разновидности ума: одна из них нико
гда не даст человеку сделаться скольконибудь зна
чительным, а другая обычно делает его смешным;
иными словами, есть умы ленивые и умы легко
мысленные и пустые. Хочу надеяться, что твой
не относится ни к тем, ни к другим. Ум ленивый
не дает себе труда ни во что углубиться, первые же
встретившиеся на его пути трудности (а труднос
ти неизбежны всюду, когда ты добиваешься чегото
значительного или хочешь чтото значительное
узнать) отбивают у него охоту идти дальше; он ус
покаивается, довольствуется легким, а следователь
но, поверхностным знанием и более склонен
остаться глубоким невеждой, нежели затратить
какието усилия на постижение того, что глубоко.
Таким людям многие вещи кажутся невозможны
ми, и порою они бывают даже в этом твердо убеж
дены, тогда как на самом деле для человека настой
чивого и трудолюбивого невозможного почти нет.
Им же все трудное кажется неосуществимым, или,
во всяком случае, они стараются думать, что это
так, для того чтобы оправдать свою лень. Сосредо
точиться в продолжение часа на чемто одном —
170
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]