Палеолитические святилища под скальными навесами юго-западной Франции (история изучения, проблемы структуры и эволюции). Монография

У края блока 1 из слоя ориньяка I навеса Пато вырезано изображе­ние головы рыбы, по крайней мере, этот рисунок напоминает рыбу бо­лее всего другого (рис. 91). И в этом же навесе, на своде, находится барельефная фигура лосося (рис. 2), выполненная не ранее граветта, поскольку этому периоду оккупации предшествовал обвал свода и изображение не могло бы сохранится. Использование в одном и том же месте такого редкого в наскальном искусстве образа, как рыба, пред­ставителями разных культур, достаточно сильно отстоящих во време­ни, кажется весьма символичным и показательным.

Трудно объяснить совпадением появление камней с купулами в мадленском Реверди, находящемся «лицом к лицу» с навесами Блан­шар и Кастане – «центрами» камней с купулами в ориньяке. Святили­ще Реверди выглядит прямым наследником ориньякской традиции. Включение такого большого количества совершенно, казалось бы, не характерных для мадленского «панорамного» святилища элементов, может быть связано с его местоположением и необходимостью именно в этом месте такого элемента, как камни с купулами, причем в боль­шом количестве. Блоки с купулами, камни с кольцами, большие обо­рудованные очаги, отдельно стоящий блок с головой животного и рас­крашенный скульптурный фриз в глубине навеса делали Реверди зеркальной копией противолежащих ориньякских святилищ. Нельзя исключать, что именно «обратной» ориентированностью Реверди объ­ясняется отличие мадленского «языка купул» от ориньякского, так как классических «следов» в Реверди нет, но в конечном итоге в Кастане и Бланшар есть не только «следы».

Логично предположить, что цоколь под черепом был декорирован именно в связи с этим событием. Не исключено, что человеческий че­реп «понадобился» в тот момент, когда в структуру святилища вошли три черепа животных – позднее перенесение черепа свидетельствует, что и они, возможно, появились здесь не сразу.

ставлений человека о явлениях и процессах, пластическим воплощени­ем которых этот фриз является. В структуре Кап-Блан нашел отраже­ние некий объективный природный процесс, причем процесс цикличе­ский, повторяющийся, в противном случае, ценность его фиксации в столь монументальной форме была бы, по меньшей мере, сомнительна, но, самое главное, туда не могли быть внесены изменения.

Внутренние святилища, создаваемые на эмпирической базе внеш­него, начинали в свою очередь влиять на него, что ощутимо прояви­лось в росте значения изображения во внешней зоне. Быть может, это нарастающее смыкание изобразительных языков, порождающее стира­ние граней между зонами, и вызвало необходимость разделения святи­лищ, поскольку они, по-видимому, предназначены были для выполне­ния различных функций.