Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Антиохийская школа в истории христианской мысли. Учебное пособие
.pdf
От автора
разовательной сфере. Религия предстает в свете герменевтических
исследований не только как социальное явление, но и прежде всего как мощный самостоятельный фактор культурного развития.
Как замечает Э. Кэмерон, «история развития христианства в Римской империи прежде писалась историками с их точки зрения,
ориентированной в основном на социальные и организационные
измерения… Но большинство из нас ныне осознало всю силу пространства языка, даже при том уровне развития коммуникаций,
который был в Ι в. по Р.Х. Сам факт, что христианство смогло возникнуть и развиться в неблагоприятных условиях, побуждает к
анализу этой проблемы»
1
.
Появление философско-богословского поля для диалога было
предопределено характером новой веры как исповедания воплощенного Слова. Ему предшествовала длительная подготовка
античного мира к монотеизму. «Медленно прорисовывались, —
писал Э. Хатч, — в тумане ранней греческой мысли очертания единого Бога. Они появлялись вместе с чувством единства мира. Это
чувство не всегда было пробужденным. Разнообразные феномены
земли, моря и неба не всегда находили единое выражение. Ум пытался объединять их в группы, принадлежащие различным царствам и управляемые различными божествами. Только бессознательная алхимия мысли, которая работала на протяжении многих
поколений, могла составить эти отдельные группы в нечто единое
и увидеть в них части универсума. Кроме того, к единобожию вело
и ощущение порядка в мире… Порядка, который сущест вует не
только вверху, но и внизу»2. В отличие от многих религий и культов
поздней Античности, христианство «не было только лишь ритуалом; оно уделяло чрезвычайное внимание словесным выражениям; Слово было его главной метафорой, а сердцевиной — Книга»3.
Говоря о христианстве как о языковой реальности, мы говорим об
осознании высшей реальности слова: слова-мысли, слова-решения,
слова-веления, слова-дела, слова-события, слова-приговора и т.д.
Библия для христиан, представителей «религии Книги», была
не просто священной историей, но целостным выражением воли
Создателя. Многие поколения верующих искали в этой книге того,
чтó именно хочет от них Deus maximus, какими хочет видеть их. Эта
постоянная оценка себя «от лица Божия» создала особый чело-
1
Cameron A. Christianity and the Rhetoric of Empire. The Development of
Christian Discourse. Berkeley, 1991. Р. 2.
2
Hatch E. The Infl uence of Greek Ideas on Christianity. N.Y., 1957. P. 171.
3
Cameron A. Op. cit. Р. 19.
11
От автора
веческий тип, устремленный к жизни нездешней и способный к
созиданию вечных и непреходящих ценностей на Земле. Как отражение реалий жизни временной, язык в библейской культуре
представлял собой, по формулировке историка герменевтики
Фрэнсиса Янга, «таинственный покров истины, позволяющий выразить вечное бытие в повествовании». По мнению этого автора,
«христианская культура отразила в себе классическую культуру,
но ее дискурс формировался в отношении другого набора текстов
и повествований — в новой интертекстуальности… Священное
Писание стало восприниматься как альтернативный массив литературы, подвергаться тем же научным исследованиям, что и греческая классика, и заменять эту классику в предоставлении авторитетных примеров, цитат и аллюзий для христианских ораторов»
1
.
Сущность христианства, согласно самопониманию христиан,
состояла в адаптации образа жизни человека к требованиям Божественного закона, при соблюдении которого человек достигает
совершенства, возможность которого изначально заложена в его
природе. Поэтому богословие должно было иметь не только умозрительное, но и, не в меньшей степени, воспитательное значение.
В самом начале своего существования Церковь обращалась к вопросу о школе, а в IV в. по Р.Х. его решение становится совершенно
необходимым. По словам академика Ю.В. Рождественского, «обращение язычников, как общая задача Запада и Востока, требовало хотя бы относительного единства образовательной системы…
Средством объединения стала книга, так как устные языки были
разными, культура также различалась, различалось фольклорное
искусство, различались традиционные средства управления —
письма и документы, ибо они основывались на разных системах
права: римского и византийского права и языческих “Правдах”,
фиксировавших обычное право язычников. В этой ситуации письменные и документные сношения приходят в упадок. Объединяющим языковым средством управления обществом становится
книга, содержащая основные по смыслу христианские сочинения
и примыкающие к ним тексты устного характера, церковная музыка, проповедь и академические речи»2.
Наиболее отчетливо педагогический подход к проповеди христианства проявляется в трудах вселенского учителя Церкви IV в.
1
Young F.M. Biblical Exegesis and the Formation of Christian Culture.
Cambridge, 1997. P. 47.
2
Рождественский Ю.В. Философия языка. Культуроведение и дидактика.
М., 2003. С. 66.
12
От автора
по Р.Х. святителя Иоанна Златоуста. Он уделял особенное внимание чтению даже простыми христианами Священного Писания,
так как «велико богатство мыслей, сокровенное в словах его»1.
Раскрытие богатства сокровенного смысла Священного Пи-
сания, которое отнюдь не лежит на поверхности, было признано делом искусного толкователя. Именно в сфере истолкования
рождались основные вопросы христианской мысли, двигавшие
вперед развитие философско-богословской литературы. Методы
экзегезы (герменевтической практики в отношении сакрального текста) разрабатывались в рамках высших исследовательских
институтов — они назывались просто «школами», но включали
в свои программы universitas studiorum античного мира. Одна из
таких школ, а именно Антиохийская, будет находиться в центре
нашего рассмотрения.
Определение Антиохийской школы как института представ-
ляет собой отдельную научную проблему. «Говоря об Антиохийской школе, — писал выдающийся историк раннего христианства
А. фон Гарнак, — мы подразумеваем не такое научное учреждение, которое, обладая преемственностью, в последовательной смене учителей становится организованным центром и хранителем
целого направления ученой мысли, — что вполне можно сказать,
например, об Александрийской катехетической школе в период
ее расцвета, — но подразумеваем то же, что и об Александрийской
школе в начальный период ее существования: особое теологическое направление, заданное посредством научного влияния выдающихся учителей в жизни Церкви, главным центром и почвой
для которого в сирийских городах империи стала в особенности
эллино-сирийская Церковь»
2
.
Мы полагаем, что дефиниция Гарнака, с учетом наших совре-
менных знаний о характере Антиохийской школы, вполне может
быть признана адекватной. Как будет видно в дальнейшем, институционализация школы происходила медленнее, чем теоретическое оформление метода, ее прославившего. Но это не значит,
что последний был продуктом полностью свободного творчества
теологов, на что Гарнак, естественно, намекает как протестантский
апологет. Сегодня достаточно ясно, что антиохийское движение
философско-богословской мысли обладало своей внутренней
1
Святитель Иоанн Златоуст. Сокровище Божественных Писаний. М.,
1999. С. 5.
2
Harnack A. von. Antiochenische Schule // Realenzyklopädie für protestant-
ische Theologie und Kirche. 3-e Aufl age. B. 1. Leipzig, 1896. S. 592.
13
От автора
структурой, оформившейся в рамках местной аскетической традиции — второй по масштабу в христианском мире после Египта.
Исторически антиохийцы впервые заложили основания для
развития «библейской критики», с той оговоркой, что для них это
занятие было не отвлеченной филологической штудией, но «стихией жизни»
1
. В характере антиохийской экзегезы было систематическое применение грамматико-исторического метода к тексту
Библии. Созданный грамматистами эпохи эллинизма в столице
образованности — Александрии для выработки канона древнегреческой литературы, этот метод раньше обычно не применялся к
сакральным книгам. Для религиозных преданий в той же Александрии философами и поэтами был разработан другой метод,
аллегорический, который отождествлялся с «почтением к мифу»
(θεραπεὶα μύθων).
Но антиохийцы не могли представлять Библию мифом и, более того, к аллегорезе относились подозрительно именно из-за ее
языческого происхождения. Они (в лице св. Евстафия Антиохийского, св. Лукиана Антиохийского и Диодора Тарсского) вступили
в заочную полемику с крупнейшим христианским мыслителем и
экзегетом III в. по Р.Х. Оригеном Александрийским и выработали
такие приемы интерпретации Священного Писания, которые их
критики называли «буквалистскими», а ученики — соответствующими «собственному смыслу слов».
Была ли антиохийская герменевтика новым искусством, или
она явилась прямой наследницей ближневосточной культуры с ее
библейским профетизмом? Как соотносятся друг с другом аллегория, излюбленная в эллинистическом мире, и притча, представляющая неотъемлемую часть восточной традиции? Какое влияние
оказал метод, разработанный противниками александринизма, на
православное богословие и гетеродоксальные движения в эпоху
патристики? Эти и многие другие вопросы освещены в учебном
пособии.
1
Гурьев П.В. Феодор, епископ Мопсуестский. М., 1890. С. 61.
14
Цель и задачи спецкурса
Традиция философско-богословской рефлексии,
развивавшаяся в разное время в разных городах Ближнего Востока, единая по своим культурным предпосылкам, но исторически
многообразная, обозначается по крупнейшему центру своего ареала
как «Антиохийская школа». Представить ее в качестве широкого
философско-богословского направления — цель новая и требующая
веских обоснований. Если в истории богословской науки сирийские христианские училища, процветавшие в Антиохии, Эдессе и
Низибисе, всегда признавались важной темой для изучения, хотя
бы просто как оппозиция мощному течению александрийской
мысли, то в истории философии эта деятельность оставалась почти совершенно незамеченной, и в XIX в. Эрнест Ренан, выражая в
целом мнение своих современников, безапелляционно заявлял, что
отличительной чертой характера сирийцев является не что иное,
как «посредственность».
Однако с наступлением герменевтического поворота в совре-
менной гуманитарной науке и философии ситуация начала кардинально меняться. В новооткрытых текстах крупнейшего систематизатора антиохийского метода интерпретации Библии Диодора
Тарсского исследователи находят, «пусть и в зачаточном состоянии, целое множество идей, которые разделяются современными
учеными»1. Тем не менее до сих пор отсутствует целостная концепция развития философских элементов «антиохийства» в их связи
с элементами богословскими, равно как и согласие относительно
места этих идей в общей истории христианской мысли.
Оформлению подобного рода концепций обычно способству-
ет прикладная, дидактическая работа с исходным материалом.
В связи с этим целью представляемого в этой книге курса лекций
является систематизация знаний об Антиохийской школе, на
1
Zaharopoulos D. Z. Theodore of Mopsuestia on the Bible. A Study of His
Old Testament Exegesis. N. Y., 1989. P. 7.
15
Цель и задачи спецкурса
основе которых выстраивается ряд концептуальных положений,
имеющих для истории философской мысли важное теоретическое значение.
Для достижения этой цели необходимо решить следующие
конкретные задачи:
адекватно представить историческую ситуацию и культурную ▪
среду возникновения Антиохийской школы;
выявить закономерности ее развития в рамках становления ▪
догматики Вселенских Соборов;
прояснить вопросы, связанные с противостоянием Антиохий- ▪
ской и Александрийской школ по ряду общезначимых для
христианства вопросов;
реконструировать учение древнейших представителей Антио- ▪
хийской школы: св. Лукиана, св. Евстафия, Диодора Тарсского;
раскрыть философско-богословское содержание трудов как ▪
признанных учителей православия в антиохийском округе:
св. Иоанна Златоуста, преп. Ефрема Сирина, бл. Феодорита
Кирского, так и отвергнутых Церковью авторитетных писателей:
Павла Самосатского, Евсевия Никомидийского, Феодора Моп-
суэстийского, Нестория, Севира Антиохийского;
установить влияние Антиохийской школы на духовную тради- ▪
цию христианского Востока.
Общая продолжительность курса — 1 семестр (18 лекций и
9 семинаров). В целях действительного усвоения студентами теоретического курса, практические занятия будут включать в себя
работу над прецедентами патристической экзегезы ветхозаветного текста и евангельских притчей, над произведениями восточной
притчевой культуры, включая практикумы по антиохийскому методу герменевтики, требующему овладения приемами грамматической, исторической и «теоретической» (от θεορία — умозрение)
интерпретации. Не исключается и такая форма отчетности, как
перевод учащимися статей по теме курса с английского, немецкого, французского, итальянского, испанского, голландского и скандинавских языков.
При составлении пособия автор опирался, по мере возможности, на те источники, которые доступны студентам на русском
языке. Также в целях ясности названия трудов древних авторов даются не на латыни, как принято в специальной литературе, а на
русском и без сокращений.
Раздел I
АНТИОХИЯ —
СТОЛИЦА
ЭЛЛИНИСТИЧЕСКОГО
ВОСТОКА
Лекция 1
ХАРАКТЕР
КУЛЬТУРНОГО РАЗВИТИЯ
СТОЛИЦЫ СЕЛЕВКИДОВ
Антиохия на реке Оронте (совр. Антакья в
Турции) была одним из феноменов глобального переворота в античном мире, произведенного во второй половине
IV в. до Р.Х. Александром Македонским. Перехватив у персидских царей наступательную стратегическую инициативу,
Александр впервые и за ничтожный срок сделал эллинов
народом, создающим новые империи на месте старых. Завоеватель, провозглашенный современниками не только
царем, но и богом, умер внезапно в зените славы в 323 г., оставив огромное наследство своим «диадохам»
Селевк по прозванию Никатор (греч. Победитель, царствовал
с 305 по 281 г. до Р.Х.), сатрап Вавилонии, после битвы при
Ипсе в 301 г. утвердил свое владычество над Месопотамией и
Сирией. Селевк основал до 70 городов с греко-македонским
населением. В 300 г. до Р.Х., построив по регулярному плану
большой город в сердце Сирии, он назвал его по имени своего
отца, знатного македонянина Антиоха, и заселил жителями
разрушенной им Антигонии
Вскоре Антиохия, ставшая одной из столиц державы Се-
левкидов, вступила в соперничество с крупнейшим городом
на греческом Востоке — Александрией Египетской, которая
была основана самим Александром Македонским, намеревавшимся сделать ее своей резиденцией в 332 г., и была главным городом империи Птолемеев. Египетские цари также
происходили от могущественного диадоха. Владея древней-
2
.
1
*. Один из них,
1
* Греч. διάδοχος преемник, наследник. Под таким названием остались
в истории полководцы Александра Македонского, которых он сделал «сатрапами» (наместниками) завоеванных территорий.
2
Антиохия // Православная энциклопедия / Под ред. Патриарха Мо-
сковского и всея Руси Алексия II. Т. II. М., 2001. С. 538.
19
Раздел I. Антиохия — столица эллинистического Востока
шим централизованным государством мира, они смогли
воспользоваться всеми преимуществами устоявшегося в течение тысячелетий государственного аппарата: например,
сборы налогов производились по системе, созданной еще
фараонами. Александрия процветала, имея удобную гавань
и хлебородные провинции, а уровень культуры в ней достиг
такой образцовой высоты, что новая эпоха, называемая «эллинистической», носит также неоспоримое название «александрийской».
Две мировые монархии постоянно вели между собой
войны за обладание восточным побережьем Средиземного
моря и Палестиной. Впоследствии обе они вошли в состав
Римской империи, но прежде историческое противостояние разрешилось в пользу сирийских владык, проявивших
больше упорства и энергии в достижении своих целей. Как
представляется, это существенно для понимания сходства
и различий в менталитете обеих эллинистических культур.
В отличие от своей могущественной соперницы, Антиохия
1
Сирийская не имела морского порта, Мусейона
*, равного
александрийскому, и величайшего в мире собрания рукописей, которым славилась Александрийская библиотека
(в свои лучшие времена хранившая до 600 тыс. свитков). Столица Селевкидов, «будучи большим и славившимся своей
красотой городом, не стала сколько-нибудь заметным научным центром. В первую очередь этот факт следует, видимо,
объяснять личными качествами правителей этого царства,
которые, в отличие от первых Птолемеев, не проявляли
большого интереса к науке»2.
Но вместе с тем Антиохия «была центром континентальной восточной монархии повелителей Азии», а потому, подобно Александрии, «средоточием скорее потребителей,
чем производителей»3, в котором расцветала интеллекту-
1
* Греч. Μουσεῖον (досл. святилище Муз) — научная академия и одно-
временно центр подготовки кадров, подобный университету, основанный
Птолемеем I Лагом.
2
Рожанский И.Д. История естествознания в эпоху эллинизма и Римской
империи. М., 1988. С. 147.
3
Моммзен Т. История Рима. Т. 5. СПб., 1999. С. 335.
20
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]