Экстремизм и национальная безопасность правовые проблемы. Монография
.pdfчивыми, но неизменно сенсационными сообщениями о реальности белой и черной магии, оккультизма, шаманства, астральных воздействий, сверхъестественных событий, о жизни, о международном признании успехов доморощенных экстрасенсов и колдунов.
Изучение «первоисточников» новых псевдорелигиозных учений, во-первых, показывает, что они являются самостоятельным явлением, не имеющим духовной связи с основными религиями, во-вторых, вызывает сомнение сама возможность называть их собственно религиозным движением, а не каким-то мафиозным образованием, преследующим корыстные цели под ширмой религиозности, и, наконец, требуется дифференцированный подход к конкретному содержанию этих учений, чтобы разграничить заведомую абракадабру, которой пытаются запутать вербуемых, от бредовой продукции психически больных, которую используют в корыстных интересах психически здоровые люди. Небезынтересно отметить, что новые «конфессии» поделили между собой сферы влияния. Так, если «Универсальная церковь Муна» ориентирована на студенчество, интеллектуальный слой населения, то «Учение высшего разума вселенной Виссариона» ориентировано на людей более низкого образовательного уровня. Исследователей обоснованно удивляет, как при отсутствии необходимого официального разрешения книги и «учебники» Муна и других новоявленных «учителей» и «спасителей» уже широко распространяются не только в общественных местах, но и в школах и даже в высших учебных заведениях. Как правило, все новые конфессиональные образования первоначально декларируют общечеловеческие позитивные ценности, в чем и состоит их главная привлекательность. Уже одни названия тоталитарных сект носят завлекающий характер, например: «Международный фонд помощи и дружбы», «Христиане мира за единство и социальные действия», «Международный фонд образования», «Фонд Новой Святой Руси» и т.п. (разумеется, эти названия тоталитарные секты часто меняют, оставляя, однако, прежнюю завлекающую вывеску). Уставы новых «конфессий» также выглядят благопристойно. Например, «Богородичный Центр» основными своими задачами определил «возрождение лучших традиций благочестия, основанных на Священном писании». Пока выясняется истинная сущность сект, люди в них идут именно в надежде получить необходимую им перспективу обрести смысл жизни, познать истину, уйти от одиночества. Одновременно в образовавшиеся группы активно внедряется идея абсолютной истинности учения. Под видом ее охраны культивируется сознание своей исключительности и внутригрупповой взаимозависимости. Формируются отрицательное отношение ко всем другим общепринятым социальным, культурным и религиозным представлениям и установки на изоляцию себя от жизни общества. Возникают подсознательные формы коллективного реагирования и поведения.
31
Лидеры сект следят за тем, чтобы у завербованных не было времени опомниться, критически осмыслить, в какую ситуацию они попали. Это, по свидетельству очевидцев, достигается беспрерывными молитвенными бдениями, сочетающимися с изнурительным трудом и голодной диетой, дефицитом сна, физической и информационной изоляцией от всего, что могло бы вызвать сомнения в действительном смысле деятельности сект1. За всем этим следит специальная служба охранников. Подтверждением сказанному являются письма родственников вовлеченных в секты. В них приводятся факты изменения поведения и психического состояния вовлеченных в секты уже спустя 1—2 месяца после общения с вербовщиками: отчуждение от родителей и других родственников, в том числе собственных детей; уход из родительского дома; отказ от учебы и работы с полным погружением в деятельность секты; прекращение чтения газет, журналов, книг, пользования телевидением
èрадио; отгороженность от окружающих; резкое ограничением приема пищи; значительное ограничение сна до 3—4 часов в сутки в неудобном положении, физическое и психическое истощение, повышенная возбудимость, утрата ранее присущих других интересов.
За первоначально добровольным подчинением своей воли лидеру происходит некритичное усвоение новых догм, ритуалов квазирелигиозной формы, нередко с изощренно суггестирующим содержанием. Здесь широко практикуются активные массированные внушения в бодрствующем и гипнотическом состоянии: «литургии»
èобряды с ритмичными ритуальными движениями рук и тела, стереотипными заклинаниями и возгласами, однообразной музыкой, хождениями в экстазе толпы людей по кругу. Используется также известная техника массовой гипнотизации; срабатывает и механизм психического заражения — взаимной индукции психического состояния между членами организации, находящимися вместе. В некоторых сектах особо широко практикуется психотехника воздействия на человека, заимствованная из мистического учения и практики йоги, так называемые инициации и многочасовые медитации, целью которых является глубокое изменение сознания человека с полным отключением его от реальной действительности. В результате длительных психофизических упражнений в определенных позах развиваются состояния самогипноза, экстаза со зрительными и слуховыми иллюзиями и галлюцинациями, утратой чувства своего тела и личности2.
Важно отметить, что все сказанное в своей основе является характерным для всех тоталитарных неокультов и сект, и это можно
1Öèò. ïî: Durham. D. The Life Among the Moonies. Three years in the Unification Churh. New Jersey. 1986. P. 28.
2См.: Кобец П.Н. Указ. соч.
32
назвать общим следствием пребывания в них. Главным же следствием перечисленного является факт радикального изменения личностных ориентаций и поведения завербованных в секты с изменением всего модуса жизни с появлением признаков расстройств, которые могут свидетельствовать о психической патологии. Здесь важно, что поведение вовлеченных в тоталитарные секты все более теряет индивидуальный характер, собственную инициативу.
Экономический ущерб состоит не только в том, что значительная часть населения закрылась в этих сектах, но и в том, что, владея огромными финансовыми фондами, вряд ли отцы-авторитеты дают налоговые отчисления в бюджет государства. О финансовых возможностях тоталитарных сект свидетельствует масштабная издательская деятельность (книги и брошюры сект распространяются в огромных тиражах по всей стране), аренды дорогостоящих помещений для проведения массовых мероприятий, а также доходы от махинаций с приватизированными квартирами переехавших в «экономические зоны» сектантов и, конечно, тот товарный продукт, полученный в этих зонах, на которых используется бесплатный труд завербованных. Имеются сведения и о «добровольном» переселении «братьев» на работу за границу (например, «Универсальная церковь Муна» имеет два автосборочных завода и другие предприятия, на которых эксплуатируется практически бесплатный труд переселенных членов общины). Следует отметить, что некоторые секты ведут компьютерный учет как потенциальных членов, активистов своей «церкви», так и ее противников, угрожая последним физической расправой.
В целом, исследователи выделяют следующие характеристики религиозных сект:
ξособенное рвение, с которым адепты занимаются пропагандой своих идей; вера в то, что они одни обладают высшим знанием, истинным Божьим словом;
ξсильная привязанность к лидеру; харизматический характер лидерства;
ξжесткая дисциплина, регламентация практически всех сторон жизни адепта;
ξподавление индивидуальности;
ξдоктринальные отклонения1.
Практика показывает, что религиозный экстремизм представляет собой сложное многоликое явление, состоящее как из легальной, так и нелегальной деятельности2. В своей легальной части религиозный экстремизм, прикрываясь правами и свободами человека, ведет фактически подрывную деятельность против существующего порядка, используя демагогические лозунги и приемы, порождаю-
1Ñì.: Burell M.C. The challenge of the cults. Michigan, 1981. P. 11—18.
2Ñì.: Андреева О.А. Óêàç. ñî÷.
33
щие недоверие у населения к местной власти, пытаясь социальное недовольство людей использовать в своих целях. И это в принципе справедливое социальное недовольство простых людей религиозные идеологи экстремизма используют в своих целях, и, как выясняется, сами остаются безнаказанными. В то же время результатом этой экстремистской деятельности, как правило, являются конфликты, которые наносят серьезный урон стабильности государства и общества.
Наибольшую озабоченность у исследователей сегодня вызывает исламский экстремизм, представленный почти 150 неправительственными организациями клерикально-политического профиля, имеющими три основных направления:
ξсуннитские организации, тяготеющие к Саудовской Аравии (подобно созданной в Египте в 1920-х гг. ассоциации «Братьямусульмане»);
ξпроиранские организации (преимущественно шиитские), выступающие с позиций исламской революции (например, «Хезболлах», «Аль-Джихад аль-ислами»);
ξпалестинские, курдские и другие группировки националисти- ческого и сепаратистского толка1. Политические программы многих из них созвучны идеям ассоциации «Братья-мусуль- мане»: создание исламского государства через три основные стадии: ведение в массах скрытой пропагандистской работы
(ознакомление); отбор наиболее преданных сторонников, готовых к участию в священной войне — джихаде (структурализация); джихад «без уступок и снисхождения».
Большинство исламских экстремистских организаций имеет транснациональный характер. Так, как известно, самая воинственная часть «Хамас» находится в Сирии и Ливане, его руководство — в Иордании, а оттуда нити ведут в Тегеран. Экстремисты переплетены связями с разного рода «фондами», благотворительными обществами мусульманского мира, представителями государственных структур, политических партий, финансового капитала и бизнеса.
В целом, видится справедливым утверждение В.А. Бурковской о том, что под религиозным экстремизмом следует понимать социальное явление, существующее в следующих взаимосвязанных формах: 1) религиозное сознание (общественное и индивидуальное), которому свойственны признаки тоталитаризации и преувеличения ценности определенной совокупности религиозных идей в ущерб всем иным религиозным и светским идеям; нигилизма — отрицании всех иных идей, в том числе религиозных, кроме одной; религиозного фанатизма — безусловного верования в истинность единственной религиозной идеи (совокупности идей) и готовности следовать
1 Кобец П.Н. Противодействие религиозному экстремизму в современной России // Рос. следователь. М., 2005. ¹ 9. С. 21.
34
ей при любых обстоятельствах; 2) религиозная идеология (религиозная доктрина), характеризующаяся произвольным провозглашением истинным единственного объяснения проблем существующего мира и предложением однозначных (истинных) способов их разрешения; безусловным разделением всех социальных явлений на «добро» и «зло»; приданием исключительного доминирующего положения одному из аспектов бытия в ущерб всем остальным; отрицанием объективно господствующей иерархии общесоциальных (общечеловеческих) ценностей; игнорированием или принижением регулятивной значимости любых социальных, в том числе, правовых норм, не соответствующих объявленной истинной религиозной доктрине; 3) деятельность по реализации религиозной доктрины, провозглашенной единственно истинной; 4) организационные формы осуществления религиозной доктрины, в частности, религиозные экстремистские организации (тоталитарные секты)1.
«Ваххабитско-религиозный» экстремизм
Некоторые исследователи утверждают, что криминологические исследования и существующая практика профилактики экстремизма создают необходимые основания выделения ваххабитско-религи- озного экстремизма в качестве самостоятельного общественно опасного деяния, требующего самостоятельного криминологического и уголовно-правового подхода для его анализа и выработки адекватных мер реагирования2. По их мнению, идеологическое обеспече- ние ваххабитско-религиозного экстремизма последовательно проводится учением ваххабизма, не являющегося, по заключению всех духовных инстанций, ни толком, ни школой мусульманской религии. Основная задача ваххабизма в этом смысле состоит в вовлече- нии возможно большего числа верующих в образуемую религиозную группу для дальнейшей ее идеологической эксплуатации и достижения искомого социокультурного кризиса. Ваххабизм, являясь логически завершенным вероучением, формирует так называемый суррогат ислама, внешне его воспроизводящий, но в принципе являющийся его концептуально противоположным аналогом. Этот суррогат возникает параллельно исламу и, конкурируя с ним, выдает себя за его единственно правильное направление, монопольно претендуя на религиозную истину. При этом целый ряд отношений, сложившихся посредством многовекового опыта культовой практики в регионах традиционного распространения ислама, становится свое-
1Бурковская В.А. Актуальные проблемы борьбы с криминальным религиозным экстремизмом в современной России. М., 2005. С. 7—8.
2Ñì.: Алиев М.А. Характер общественной опасности ваххабитско-религиозного экстремизма и его уголовно-правовое определение // Рос. следователь. М., 2008. ¹ 5. С. 17.
35
образной «мишенью» крайне противоречащей им и чуждой мусульманской религии формы вероучения, представляемой ваххабизмом1.
Ваххабизм идентифицирует себя не как единственно истинное направление ислама, а как самостоятельную религию, отстаивающую собственную теорию вероучения, канонические принципы, ритуальный церемониал, духовные ценности и иные теоретического и практического плана конструкты. Рефлексия ваххабизма, в случае
ååобращения к атрибутам и положениям ислама, а равно и христианства, буддизма, иудаизма или иных религий либо вообще языче- ства, должна предполагать собственную идентификацию, выступать от собственного имени, но не навязывать своих взглядов иным каким бы то ни было конфессиям и верованиям. Таким образом, защита ценностей религиозного почитания требует совершенствования механизма своего правового обеспечения, должного предупреждать возможность посягательства на их интересы, в том числе идейнотеоретического порядка.
Таким образом, исследователи характеризуют ваххабитско-рели- гиозный экстремизм как эксплуатацию мусульманской конфессии путем создания ее суррогата посредством ложной интерпретации от
ååимени религиозных текстов, в результате влекущей разжигание внутрилибо межконфессиональной вражды, в том числе распространение вероучительных идей, отрицающих характерные для нее положения, либо присваивающих ей чуждые воззрения, либо признающих за ней характерные для нее положения только в измененном виде либо иным образом искажающих суть ислама2. Существенным признаком предлагаемой диспозиции, они считают отражение в ней суррогатного свойства ваххабитско-религиозного экстремизма, его выступление от имени ислама, но не от собственного. Данный ракурс научного подхода способен, по их мнению, разрешить проблему межконфессионального столкновения, обеспечивая благополучное развитие национальной культуры и традиционного ислама и одновременно гарантировав право граждан на выбор по своему убеждению иной религии, имеющей возможность выступать от своего собственного имени, но не должной посягать на религиозные ценности и чувства последователей иных конфессий.
Следует, правда, заметить, что, возможно, более точным является применительно к отечественным реалиям понятие «северокавказский ваххабизм». Такой подход исследователи аргументируют «рез-
1Ñì.: Казанцев А.А. «Ваххабизм»: опыт когнитивного анализа институтов в ситуации социокультурного кризиса // Полис (Политические исследования). М., 2002. ¹ 5 (70). С.103.
2Ñì.: Алиев М.А. Характер общественной опасности ваххабитско-религиозного экстремизма и его уголовно-правовое определение // Рос. следователь. М., 2008. ¹ 5. С. 17.
36
кой политизацией ваххабизма на Северном Кавказе и его отходом от ваххабизма, существующего в Саудовской Аравии1.
«Этнический» экстремизм: общая характеристика
Начало XXI столетия в России ознаменовалось всплеском националистических проявлений, пропагандой неофашистской идеологии и других форм экстремизма2. Практическими шагами экстремистски настроенных лиц стали преступления против представителей других национальностей, пропаганда исключительности той или иной нации, в том числе и русской. В частности, появлялись призывы к изгнанию из России лиц еврейской национальности. В последнее время в крупных городах России участились случаи нападения на лиц нерусской национальности, результатами которых является причинение тяжкого вреда здоровью и даже смерть. Потерпевшими от преступлений становятся граждане России и иностранных государств.
Этнические проявления экстремизма выражаются, прежде всего, в создании различных радикальных организаций, целью которых является защита интересов этнических общностей (групп)3. При этом декларируемые цели экстремистов могут быть мнимыми и фальшивыми, а их притязания представлять интересы этнической общности — необоснованными. Этнический экстремизм в полиэтническом государстве по своей природе дуалистичен. Его двойственная природа, прежде всего, проявляется путем создания малых социальных групп из представителей этнически идентичных меньшинств (деятельность которых нередко поддерживается землячествами или диаспорами в том или ином субъекте), совершающих противоправные, крайне радикального свойства действия, направленные на ущемление прав так называемого титульного этноса. Другим фактором является создание организаций крайне радикального толка, направленных на борьбу с представителями малых этнических групп, дискриминируемых членами таких организаций чаще всего по расовой (цвету кожи, разрезу глаз и др.) либо этнической принадлежности.
«Сепаратистский» экстремизм
Оставаясь неизменным по идеологическому содержанию и противоправным по смыслу и юридической оценке, сепаратизм может
1Ñì.: Фридинский С.Н. Óêàç. ñî÷. Ñ. 38.
2Ñì.: Тюнин В. Организация экстремистского сообщества // Уголовное право. М., 2006. ¹ 3. С. 24.
3Ñì.: Арутюнов Л.С., Касьяненко М.А. О некоторых причинах этнического экстремизма в современном российском обществе // Таможенное дело. М., 2007. ¹ 4. С. 9.
37
осуществляться в разных формах. Под сепаратизмом (от фр. separatisme — отдельный) в юридической науке, как правило, понимается «стремление отделиться, обособиться; движение за отделение части государства и создание нового государственного образования или за предоставление части страны автономии»1. Сходная точка зрения бытует и за рубежом. Так, например, в рамках американской поли- тико-правовой школы получила признание точка зрения, в соответствии с которой под сепаратизмом понимается «выход социальной группы и занимаемой ею территории из-под юрисдикции государства, частью которого она является»2. Причем противоправная и антиобщественная природа данного явления позволяет охарактеризовать формы его проявления как экстремистские (от лат. exstremus — крайний), так как сам фактор противоправности той или иной поведенческой формы подразумевает «крайность» методов и способов достижения постулируемых целевых установок3.
В современном мире целью экстремистской деятельности чаще всего выступает политико-территориальное обособление. Именно интенция к «своей» обособленной территории, являющейся материальной основой жизнедеятельности социальной общности, характеризует сущность современных экстремистских движений. Это дает основания охарактеризовать большинство из них как сепаратистские. Таким образом, сепаратизм и его экстремистские проявления имеют своей целью достижение территориальной независимости, т.е., по сути, государственного суверенитета, для конкретно-определенной этнической или религиозной общности. Причем достижение этой цели осуществляется вопреки интересам других этнических и конфессиональных групп4.
Некоторые исследователи, в целом, замечают, что с понятием «экстремизм» тесно связано понятие «национализм»5. При этом среди типов национализма ученые выделяют, в том числе, так называемый,
1Ñì.: Большой юридический словарь // Под ред. А.Я. Сухарева, В.Е. Крутских. М., 2001. С. 554.
2Горовиц Д. Ирредентизм, сепаратизм и самоопределение // Национальная политика в Российской Федерации. М., 1993. С. 147.
3Волков Н.В. Экстремизм как крайняя форма сепаратизма: проблема определения социально-правовой сущности феномена // История гос-ва и права. М., 2006. ¹ 9.
4Под сепаратизмом (от фр. separatisme — отдельный) в юридической науке, как правило, понимается «стремление отделиться, обособиться; движение за отделение части государства и создание нового государственного образования или за предоставление части страны автономии». Сходная точка зрения бытует и за рубежом. Так, например, в рамках американской политико-правовой школы полу- чила признание точка зрения, в соответствии с которой под сепаратизмом понимается «выход социальной группы и занимаемой ею территории из-под юрисдикции государства, частью которого она является» — прим. авт.
5Фридинский С.Н. Óêàç. ñî÷. Ñ. 31.
38
«классический» национализм (как стремление к полной независимости) и национализм паритетный (стремление к возможно полному суверенитету на основе концепции разделенного суверенитета)1.
Киберэкстремизм (электронный джихад)
Автор неоднократно высказывал в юридическое литературе свое мнение о том, что в XXI в. экстремизм приобрел новую форму своего проявления2. Через глобальную сеть Интернет любая провокационная информация или подрывная идея становится всеобщим достоянием. Сегодня терроризм в сфере компьютерных систем и информационном пространстве представляет собой реальную опасность. В этом плане видится справедливым мнение ученых о том, что само содержание глобализации обусловливается новыми информационными технологиями, позволяющими радикально изменить традиционнее формы перемещения капитала, производства и потребления товаров и услуг3.
Âэтом плане экстремистские объединения используют компьютерные сети в качестве трибуны для пропаганды своих идей и вербовки новых сторонников. Примером может служить сайт «Революционного контактного объединения», на котором размещены программные документы этой группы, содержащие информацию, побуждающую к изменению конституционного строя и нарушению целостности Российской Федерации4.
Международное сообщество предпринимает попытки противостоять угрозе киберэкстремизма и кибертерроризма. В частности, в США создан сайт, посвященный борьбе с кибертерроризмом. На нем размещается информация о спаме, онлайн-мошенничестве, вирусах и червях, а также о способах борьбы с ними.
Малайзия выступила с инициативой создания международной организации IMPACT, представляющей собой «структуру, объединяющую представителей государственного и коммерческого секторов для поиска и реализации наиболее эффективных путей противостояния кибертерроризму».
ÂКитае действуют ограничения на посещения сайтов, а с 2006 г. создано специальное полицейское подразделение, предназначающееся для контроля за онлайновыми форумами.
1Ñì.: Дробижева Л.М. Демократизация и образы национализма в Российской Федерации 90-х годов. М., 1996. С. 375.
2Ñì., íàïð.: Тамаев Р. Борьба с экстремизмом: необходимо международное сотрудничество // Законность. М., 2007. ¹ 6. 57.
3Ñì.: Дамаскин О.В. Россия в современном мире: проблемы национальной безопасности. М., 2007. С. 8.
4Ñì.: Бурковская В.А. Актуальные проблемы борьбы с криминальным религиозным экстремизмом в современной России. М., 2005. С. 136; Осипенко А.Л. Борьба с преступностью в глобальных компьютерных сетях: международный опыт. М., 2004.
39
Очевидно, что всемирная паутина — информационно-телеком- муникационная сеть Интернет — является не только бесспорным достижением современности, она впитала в себя многие известные пороки общества и уже начала создавать новые формы и виды преступной деятельности1. Интернет используется для создания баз разведывательных данных, перехвата информации правоохранительных органов, пропаганды своих взглядов, вербовки сообщников, сбора пожертвований, размещения руководств по организации терактов, психологического терроризма, сбора информации о предполагаемых целях и объектах шантажа, подготовки террористов, пропаганды расовой, религиозной и других форм нетерпимости. Получил распространение так называемый электронный джихад, или киберэкстремизм.
Принципы распространения информации в глобальных сетях и свободы выражения мнений регулируются в настоящее время в ряде нормативных актов Совета Европы: Декларации Комитета министров Совета Европы о свободе выражения мнений и информации СМИ в контексте борьбы с терроризмом от 02.032005; Декларации о свободе общения в Интернете (2003); Рекомендациях Парламентской ассамблеи Совета Европы ¹ 1706 (2005) «Средства массовой информации и терроризм»; Рекомендациях ¹ R (2001) Комитета министров Совета Европы «О вопросах регулирования виртуального содержания (саморегулирование и охрана пользователей от противоправного или причиняющего вред содержания новых информационных и коммуникационных услуг)» от 05.09.2001; Дополнительном протоколе к Конвенции о киберпреступности относительно введения уголовной ответственности за правонарушения, связанные с проявлением расизма и ксенофобии, совершенные посредством компьютерных систем, от 28.01.2003 и др.
Обеспечение противодействия терроризму и экстремизму занимает ведущее место в развитии европейской политики, и не только в области регулирования информационно-телекоммуникационных технологий2. В некоторых европейских государствах уже приняты специальные законы. Так, во Франции все владельцы веб-сайтов подлежат обязательной регистрации, сведения об авторах сайтов провайдеры обязаны сообщать любому заинтересованному третьему лицу, запрещается предоставление хостинга неидентифицированным пользователям. За нарушение этих норм установлена уголовная ответственность провайдеров. Предусматривается уголовная ответственность и авторов сайтов за предоставление неполных или
1Ñì.: Полякова Т.А. Вопросы ответственности за использование информационнотелекоммуникационных систем в террористических и экстремистских целях // Рос. следователь. М., 2008. ¹ 1. С. 7.
2Òàì æå.
40