Формирование навыков решения сложных этических ситуаций на основе устойчивых этических ориентиров и моделей решения этических коллизий в профессиональ

˃̶̛̛̛̬̌̔

Рис. 1. Теоретическая модель отношений между десятью мотивационными типами ценностей (по Ш. Шварцу)

разностипотремизучаемымгруппамвоеннослужащихвпредставленной ниже таблице (табл. 2).

Примечание: сводные данные разности (2011–1994 гг.) по биполярным осям, демонстрирующие снижение значимости блоков, репрезентирующих просоциальную направленность в группе «российские офицеры».

Совокупную динамику 10 «базовых ценностей» (или мотивационных блоков) за 1994–2011 годы можно более наглядно представить при помощи лепестковой круговой диаграммы (выборка офицеров ВВ МВД России) (рис. 2).

151

ȼɥɚɫɬɶ

Рис. 2. Основные тенденции динамики 10 «базовых ценностей» за 1994–2011 годы (выборка офицеров ВВ МВД России)

Взгляд на диаграмму вызывает ассоциации, напоминающие картину «сдвига литосферных плит» земной коры и их «наползания» друг на друга. Исходя из используемой метафоры, в нашем исследовании, проводившемся с 1994 по 2011 г., проявилось «наползание» (усиление) мощи блоков «открытость изменениям» и «самовозвышение» на слабеющие блоки «самотрансцендентности» и «консерватизма». А это значит,

что на умозрительной линии от прошлого (группа «советские офицеры») к настоящему (группа «российские офицеры») прослеживается тенденция к падению значимости просоциальной составляющей в ценностных ориентациях военнослужащих внутренних войск.

Выводы. В ходе исследования трех групп офицеров ВВ МВД России (за период с 1994 по 2011 гг.) были выявлены сле-

152

дующие тенденции относительно просоциальной составляющей в ценностных ориентациях группы «российские офицеры» по сравнению со своими предшественниками:

–выявлено заметное снижение значимостных позиций блоков «Традиции», «Доброжелательность», «Комформность», «Универсализм», что свидетельствует о тенденции все большего отхода от просоциальной направленности офицеров;

–зафиксирован заметный рост важности ценностных блоков «Самостоятельность», «Стимуляция», «Гедонизм» и «Достижения», что свидетельствует о тренде в сторону индивидуализации и «атомизации» в противовес социальности;

–обнаружено, что специфика субкультуры офицеров ВВ МВД России опосредуется высокими значениями таких ценностей, как «безопасность семьи», «смысл жизни», «самоуважение», «мудрость», «национальная безопасность», «общественное признание», «настоящая дружба»;

–имеет место тенденция падения значимости таких ценностей, как понимание других людей, готовность прощать окружающих, забота о слабых, человечность, недопущение ущемления достоинства людей в конфликтных ситуациях, гармония

сприродой и ее защита; меньшее значение придается сохранениюпреданностидрузьям, коллективу, надежностивотношениях, ценности аффилиативных отношений с другими; в меньшей степени стали проявляться в общении честность, открытость, искренность, чистосердечие, хорошие манеры; наметилась тенденция к снижению ценности традиций и таких традиционных качеств людей, как эмоциональная сдержанность, скромность, смиренность, покорность судьбе, проявление уважения к старшим, учтивость, приверженность обычаям; обнаружились тенденции к снижению значимости самодисциплины, обязательности, сдерживания себя от собственных соблазнов; проявлена тенденция к снижению значимости поведения, направленного на сдерживание других от действий, имеющих негативные социальные последствия.

В заключение хотелось бы еще раз подчеркнуть, что российское общество находится сегодня на сложном этапе переосмысления, поиска и выработки ценностных парадигм, кото-

153

рые бы оптимальным образом определили пути его дальнейшего развития. Военнослужащие внутренних войск, как часть общества, также переживают и названные сложности, и сложности, связанные с ценностными ориентирами в своей профессиональной деятельности и воспитательном процессе. Военнослужащие внутренних войск являются представителями и своеобразным «слепком» общества. Поэтому естественным образом все общественные проблемы постсоветского периода находят свое отражение и в системе МВД. Одним из выявленных индикаторов проявления таких проблем, заслуживающих пристального внимания должностных лиц правоохранительной системы, является динамика просоциальной направленности личности военнослужащих.

Литература

1.Карандашев, В.Н. Методика Шварца для изучения ценностей личности: концепция и методическое руководство. –

СПб. : Речь, 2004.

2.Лебедева, Н.М., Татарко, А.Н. Ценности культуры и развитиеобщества; Гос. ун-тВысшаяшколаэкономики. – М. : Изд. дом ГУ ВШЭ , 2007.

3.Лебедева, Н.М., Татарко, А.Н. Культурные ценности россиян: динамика и следствия для экономического развития : доклад на семинаре «Модернизация России: успехи, препят-

ствия, перспективы» в ГУ-ВШЭ. 18.02.2009. http://www.opec. ru/attachment.aspx?Id=3458

4.Смирнов, Л.М. Уровень ценности в структуре личности //

Мир психологии. – 2007. – № 4. – С. 220–230.

5.Schwartz, S.H., Bilsky, W. Toward a psychological structure of human values // Journal of Personality and Social Psychology. – 1987. – V. 53.

6.Schwartz,S.H. Are there universal aspects in the structure and contents of human values? // Journal of Social Issues. – 1994. – V. 50. – N 4.

154

ЭТИЧЕСКИЕ СТАНДАРТЫ ЗАЩИТЫ ПРАВ ЧЕЛОВЕКА

Д.Г. Гольский1

ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ ПЫТОК И БЕСЧЕЛОВЕЧНОГО ОБРАЩЕНИЯ

КАК ОСНОВНОЙ ЭТИЧЕСКИЙ АСПЕКТ ИСПОЛНЕНИЯ УГОЛОВНЫХ НАКАЗАНИЙ

1. В соответствии с положениями статьи 29 Всеобщей декларации прав человека каждый человек должен подвергаться толькотакимограничениям, какиеустановленызакономисключительно с целью обеспечения должного признания и уважения прав и свобод других и удовлетворения справедливых требований морали, общественного порядка и общего благосостояния в демократическом обществе.

Таким образом, те или иные виды наказания, а также их содержание должны соответствовать уровню развития общества на конкретном этапе его развития, принятым в обществе ценностям и господствующим убеждениям.

В то же время, как законодательное регулирование, так и процесс исполнения наказания не должны допускать пыток и иных жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видовобращениясосужденными, чтоможноназватьосновным этическим вопросом, который красной строкой проходит через международное право.

2. К наиболее значимым международным актам, отражающим данную проблему, относятся:

–Всеобщая декларация прав человека (статья 5);

–Международный пакт о гражданских и политических правах (статья 7);

1 Старший юрисконсульт отдела юридической и договорной работы ФКУ «Центр инженерно-технического обеспечения Федеральной службы исполнения наказаний».

155

– Конвенция против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания 1984 года, которая раскрывает понятие «пытка» как любое действие, которым какому-либо лицу умышленно причиняется сильная боль или страдание, физическое или нравственное, чтобы получить от него или от третьего лица сведения или признания, наказать его за действие, которое совершило оно или третье лицо или в совершении которого оно подозревается, а также запугать или принудить его или третье лицо, или по любой причине, основанной на дискриминации любого характера, когда такая боль или страдание причиняются государственным должностным лицом или иным лицом, выступающим в официальном качестве, или по их подстрекательству, или с их ведома или молчаливого согласия. В это определение не включаются боль или страдания, которые возникают лишь в результате законных санкций, неотделимы от этих санкций или вызываются ими случайно.

Раскрывая содержание того, какое поведение не будет признаваться пыткой, в рамках ООН был принят еще целый ряд актов.

К примеру, свод принципов защиты всех лиц, подвергаемых задержанию или заключению в какой бы то ни было форме, 1989 г., который содержит следующие права: право на переводчика, защиту, разъяснение своих прав; бесплатную медицинскую помощь; посещение родственниками и др.

Кроме того, в рамках ООН были разработаны и приняты Минимальные стандартные правила обращения с заключенными, 1955 г.; Минимальные стандартные правила Организации Объединенных Наций в отношении мер, не связанных с тюремным заключением; Минимальные стандартные правила Организации Объединенных Наций, касающиеся отправления правосудия в отношении несовершеннолетних, и другие документы.

3. Ввиду того что Российская Федерация является участницей большинства из принятых в рамках ООН договоров, в уголовно-исполнительном законодательстве нашей страны отражены практически все международные тенденции. Тем не

156

менее, как показывает практика, отражения в законодательстве международных норм и принципов недостаточно для эффективного функционирования пенитенциарной системы.

Как известно, уровень эффективности норм права показывает практика их применения. В частности, об эффективности можно судить исходя из анализа решений, принятых Европейским судом по правам человека (ЕСПЧ), который с завидной регулярностью признает условия содержания в исправительныхучрежденияхРоссийскойФедерации, чащевследственных изоляторах, пытками1.

Основаниями к принятию подобных решений становятся, как правило, нарушение санитарных норм (переполнение, недостаточное освещение и вентиляция и др.), приобретение того или иного заболевания (в основном, туберкулеза) в период нахождения в исправительных учреждениях.

Подобные недостатки периодически отражаются и в докладах Европейского комитета против пыток и бесчеловечного обращения.

Таким образом, нарушая установленные законом требования, администрация исправительных учреждений не имеет и морального права требовать от осужденных выполнения ими своих обязанностей, что отрицательно сказывается на достижении установленных в уголовном кодексе Российской Федерации целей наказания.

Среди проблем можно выделить следующие:

–финансовая;

–организационная (несоответствие тенденциям современного общества, существование системы органов, исполняющих наказания с изоляцией от общества и без изоляции, в рамках одной структуры);

–социокультурная (стереотипное отношение сотрудников исправительных учреждений к осужденным).

На решение указанных и многих других проблем направлена концепция развития уголовно-исполнительной системы Российской Федерации до 2020 года.

1 http://www.minjust.ru/ECJ/precedent?page=4

157

Е.В. Дробов1

МОРАЛЬНО-ЭТИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ ИСПОЛНЕНИЯ НАКАЗАНИЙ В СССР

Закрытость сферы исполнения уголовных наказаний в

СССР обуславливала скудность научных исследований в данной области государственной деятельности. Не имея своего собственного научного направления, пенитенциарная проблематика развивалась лишь в рамках теории уголовного права и ограничивалась разделом об исполнении уголовных наказаний. Первые обстоятельные исследования морально-этических аспектов исполнения наказаний в СССР начали проводиться после разоблачения культа личности и восстановления законности в сфере назначения и исполнения уголовных наказаний. В 1956 году профессор Е.Г. Ширвиндт опубликовал целый ряд работ, посвященных основным принципам советской уголовной и уголовно-исполнительной политике того периода. Следует отметить, что данные научные изыскания базировались, с однойстороны, нареальныхстатистическихданных, сдругой – на жизненном опыте автора, который сам был репрессирован и более 10 лет отбывал наказание в местах лишения свободы.

В исправительно-трудовой сфере СССР переломным стал 1929 год, когда с реорганизацией милиции была проведена реформа системы мест лишения свободы. Ее суть состояла в создании обширной системы мест лишения свободы, приспособленных к массовому использованию труда заключенных, содержащихся в исправительно-трудовых лагерях, централизации всейпенитенциарной системыв ОГПУ. Учитываяэкономические трудности того периода, цель этой реформы была достаточно проста и заключались в создании дешевых рабочих мест из числа осужденных. В этой связи заместитель наркома РКИ РСФСР Н. Янсон подготовил письмо И. Сталину, в котором предлагалиспользоватьзаключенныхкакдляосвоенияотдаленных необжитых местностей, так и для применения на крупных

1 СоискателькафедрытеориииисториигосударстваиправаЮридического института (Санкт-Петербург).

158

стройках, а также для строительства дорог, каналов, на лесных разработках, в добыче полезных ископаемых. В соответствии с этим предложением была создана комиссия Политбюро ЦК под руководством получившего повышение наркома юстиции РСФСР Н. Янсона. Комиссия предложила создать сеть концентрационных лагерей (названных впоследствии исправительнотрудовыми) в ведении ОГПУ для массового применения труда заключенных1. Об этом свидетельствуют изменения и дополнения, внесенные Постановлением ЦИК и СНК РСФСР от 6 ноября 1929 г. «Об изменении ст. 13, 18, 22 и 38 Основных начал уголовного законодательства СССР и союзных республик»2, предусматривающие отбывание наказания в виде лишения свободы сроком от трех до десяти лет в исправительно-трудовых лагерях в отдаленных местностях Союза ССР.

Следуетотметить, чтосэтогопериодалишениесвободысталоисполнятьсявдвухотносительносамостоятельныхсистемах: общиеместалишениясвободыдлязаключенныхнасрокдотрех лет и исправительно-трудовые лагеря для осужденных на срок свыше трех лет. Примечательно, что для лиц, отбывавших наказание в виде лишения свободы в исправительно-трудовых лагерях, законодательство предусматривало возможность услов- но-досрочного освобождения в форме перевода осужденного на поселение в районе данного лагеря на неотбытый срок. Кроме того, регулирование порядка отбывания наказания в исправительно-трудовыхлагеряхсталопрерогативойцентраль- ных государственных органов, а в исправительно-трудовых колониях – республиканских органов. Соответственно Положение об исправительно-трудовых лагерях (апрель 1930 г.) было принято СНК СССР3, а изменения в Исправительно-трудовой кодекс РСФСР 1924 г. были внесены ВЦИК и СНК РСФСР в мае 1930 г.4.

1См.: Курицын, В.М. История государства и права России. 1929– 1940 гг. : учебное пособие для высшей школы. – М. : Международные отношения, 1998. – С. 97–98.

2См.: СЗ СССР. – 1929. – № 72. – Ст. 686.

3См.: СЗ СССР. – 1930. – № 22. – Ст. 248.

4См.: СУ РСФСР. – 1930. – № 24.

159

Так, согласно ст. 10 Положения об исправительно-трудовых лагерях, «лица, направляемые в лагеря для отбытия срока заключения, принимаются лишь по распоряжению ОГПУ и не иначе, как по заверенной копии судебного приговора или постановления коллегии или Особого совещания ОГПУ». То есть, лица могли направляться в лагеря как по судебному приговору, так и по внесудебному решению.

Необходимость расширения сырьевой базы и компенсации сокращения валютных поступлений от хлебоэкспорта за счет новых источников экспорта, с одной стороны, необходимость подавления крестьянского сопротивления коллективизации, с другой стороны, и желание достичь максимальной экономии на содержании правонарушителей за счет их труда, с третьей стороны, – все это породило тот уникальный феномен, который назывался ГУЛАГом1.

Следует отметить, что в начале 30-х годов ХХ века в сфере исправительно-трудовой политики важное значение придавалось производственной и культурно-массовой работе в местах заключения. Об этом свидетельствует Постановление ВЦИК и СНК РСФСР, принятое 20 марта 1930 г. по докладу НКВД РСФСР2, предусматривающее усиление производственной и культурно-воспитательной работы посредством развития профессионального и технического образования заключенных, а также расширение общеобразовательной работы и ознакомление заключенных с правами и обязанностями гражданина

СССР. Были также одобрены мероприятия НКВД РСФСР по радиофикации и кинофикации мест заключения, приобщению заключенных к культурной и политической жизни Советского Союза и было признано необходимым усилить эту работу путем поощрения инициативы и самодеятельности заключенных, а также усилить ассигнования на культурно-просве- тительную работу в местах заключения.

К сожалению, это Постановление не получило реального воплощения в жизнь ввиду ликвидации в конце 1930 года

1См.: Моруков, М.Ю. Правда о ГУЛАГе в круге первом. – М. : Изд-во «Алгоритм». – С. 63.

2См.: СУ РСФСР. – 1930. – № 16. – Ст. 203.

160