Философская традиция во Франции классический век и его самосознание
.pdf
гать в тень не только выродившуюся схоластику, но и рационализм предшествующего столетия; значимым и заслуживающим внимания теперь считается лишь то, что оказывает непосредственное воздействие на отдельного человека и на общество в целом. Идеи Локка, изложенные по-французски Гельвецием, готовы восторжествовать.
Здесь стоит упомянуть еще об одном обстоятельстве французской философии, возникшем именно на галльской почве и составляющей, быть может, ее главную особенность. Французская философия классической эпохи столь тесно соприкасалась с литературой, что порой граница между ними оказывалась вовсе неразличимой. Именно здесь, в этом литературно-философском пространстве (и не столько в кабинетах, сколько в салонах) происходила встреча философии с историей, которая тоже была жанром литературы. В этой «республике словесности» считалось неприличным знать много об одном и ничего обо всем. Подобно нашему Козьме Пруткову, узкого специалиста здесь считали флюсом, т. е. человеком скучным и не имеющим ничего сообщить обществу помимо своего предмета, как правило, этому обществу неинтересного. Случай «перевоспитания» Паскаля кавалером де Мере1 показывает не только то, на каких условиях образованное общество было готово принять философа, но и то, на что сам он был готов пойти ради этого принятия.
Авторы XIX столетия удивлялись тому, какие страсти разгорелись в свое время вокруг двух трактатов Гельвеция, последний из которых он даже не решился опубликовать при жизни. Эти запоздалые критики утверждали, что Гельвеций только и делал, что повторял расхожие мнения, снискав тем самым благосклонность салонного общества. В действительности этому философу удалось сформулировать, зачастую в довольно жесткой форме, самые передовые идеи своего времени, которые несколько десятилетий спустя общество усвоило столь хорошо, что они стали считаться чем-то само собой разумеющимся. Можно сказать, что это была философия света, для которой Гельвеций выступил скриптором, который, выполнив свою функцию, устранился из сознания образованной публики: своего рода «смерть автора», произошедшая задолго до того, как о ней написал Р. Барт. Пример Гельвеция может наглядно показать нам, как самосознание философии оказывается самосознанием общества. Более того, самая история происхождения гельвециевых трактатов, рождавшихся из салонных бесед, представляет философию делом
1 Дьяков А. В. Светская философия, или сослагательное наклонение в истории мысли: Паскаль и де Мере // Вестник Санкт-Петербургского университета. Серия 17. Философия. Конфликтология. Культурология. Религиоведение. 2014. № 4. С. 60–66.
251
отнюдь не частным, а общим. Случай единичный, но отражающий весьма значимую тенденцию, постоянно присутствующую во французской философской традиции.
Речь идет не о популяризации философских идей и интроекции их в общественное сознание. Философия здесь переходит в свое иное, в некую не-философию, и чувствует себя здесь как дома, не нуждаясь, впрочем, в том, чтобы постоянно подчеркивать свой надмирный статус, как это случается с философией кабинетной. Этот демарш необходим ей для демонстрации собственной состоятельности, ведь философия, остающаяся в затворе, есть лишь упражнение для ума, полезное лишь в качестве приготовления к общественно значимому делу, но бесполезное само по себе. Таково общее направление критики XVII–XIII вв., в котором сходятся систематики классической эпохи и их критики века Просвещения.
Французская философия стала местом формирования идеологии1, претерпевшей длительное развитие, важнейшей движущей силой которого она сама же и являлась и которое завершилось грандиозным взрывом Революции. Конечно, «идеология» в узком смысле не была изобретением философов, как не была она их изобретением и в смысле широком. Поэтому не стоит говорить о том, что она была явлением философским по своему существу. Но именно философия обеспечила идеологов начиная с де Траси2 и Кондильяка3 концептуальным аппаратом и методологией генерализованного мышления, сформировавшего идею государства, довлеющего над обществом. («Государственная идея, заключавшаяся в понимании общественного интереса, освобожденного от религиозных правовых отношений между королем и верноподданными, – характерная черта возрожденческого духа, – писал Ю. Метивье. – XVI в. был порой созревания монархической Франции, а XVII в. явился апогеем этой формы государства, одержавшего победу над нацией и достигшего зыбкого равновесия между аппаратом королевской власти и различными стратами общества, а также временного паритета между дворянством и буржуазией, между Землей и Деньгами»4.)
1 Голованов Б. Д. Идеология как феномен французского Просвещения и ее философские истоки // Актуальнi проблеми духовностi. Вип. 7. Кривий Рiг: КНУ, 2006. С. 104–113.
2 См.: Иванова А. С. Начала «идеологии»: Антуан Дестют де Траси и его наука об идеях // Философские науки. 2014. № 9. С. 146–149.
3 Кротов А. А. Из истории философии образования эпохи Просвещения: Кондильяк и Дестют де Траси // Философские науки. 2014. № 9. С. 129–140.
4 Метивье Ю. Франция в XVI–XVIII вв.: от Франциска I до Людовика XV. С. 12.
252
Но куда интереснее для нас то, что идеология в широком смысле стала пунктом, в котором философия могла обратить на себя взгляд извне. На заре становления философии Платон заявил, что logos как отвлеченное теоретическое знание должен проходить поверку ergon’ом, т. е. реальной деятельностью, в которой участвует сам философ. Античный идеал «философской жизни» возродился на закате классической эпохи, а в век Просвещения стал главным содержанием философии как таковой; систематическое мышление обнаруживает дурной вкус писателя, затворничество мыслителя – нелепая трата времени, а умение посреди светской жизни мыслить и жить философски, принося тем самым пользу себе и другим – единственно достойный философа модус существования. Идеология – противоречивый продукт этой эпохи. С одной стороны, это не что иное как возврат к отвергнутому Просвещением систематическому мышлению, и Наполеон недаром порицал идеологов за их стремление сообразоваться не с постоянно меняющимися обстоятельствами, а с заранее выработанными схемами. С другой – попытка сконцентрировать мысль, сведя ее к более или менее четким формулировкам, что позволяет идеологам понять, в каком направлении движется их мысль. Когда философия перестает отличаться от литературы, ей требуется точка конденсации, где стихия свободного мышления остановит свое волнение, а мысль на мгновение обретет совершенную ясность. Здесь можно сказать, что философия узнает себя в зеркале идеологии.
Таковы четыре регистра самосознания французской философии, определившиеся в классическую эпоху и сохраняющиеся в качестве (да простится нам это выражение) диспозитива самосознания по сей день. Говоря о самосознании философии, следует всячески избегать напрашивающихся сами собой гегельянских коннотаций, поскольку они заставили бы нас имплицитно предполагать существование некого духа, объективирующегося в философии. Такое стихийное гегельянство вообще чуждо французской философии, не склонной к развертыванию диалектических схем и историзирующему телеологизму. Таким образом, речь у нас идет не о диалектическом увенчании развития философии моментом достижения самосознания как объемлющего вбирания в себя всех этапов этого развития. Напротив, французская философия классической эпохи мыслит себя в отрыве от античности и Средневековья, а Просвещение стремится отбросить и классический век как ненужный вчерашний день. Момент самосознания здесь есть момент утверждения собственной современности, которая не мыслится как итог определенного развития в прошлом, но полагается как нечто, от этого прошлого радикально отличное.
253
Современность не была изобретением философии, но в ней философия узнавала себя. Для философии классической эпохи она стала тем фокусом, в котором сошлись все ее устремления. Быть может, это и было главным достижением французской философии классической эпохи, а вовсе не Метод и не cogito. Здесь философия смогла обратиться к той понимающей ее не-философии, о которой потом напишет Делез, что сделало ее столь важной частью французской, да и всей западноевропейской цивилизации. Так понимаемое самосознание философии есть определенный способ ее узнавания себя в не-философии, исторически определенный и отличающей ее национальный характер. У прочих европейских философий нет столь четко выраженной национальной принадлежности, поскольку они говорят от лица человечества в целом, а их способ распознавания себя носит сугубо философский характер и, стало быть, в принципе может практиковаться где угодно. Впоследствии французская философия утратит эту свою исключительность и сделается частью общеевропейской философской традиции, но классическая эпоха демонстрирует эту национальную особенность.
Настало время подвести итоги. Мы обрисовали четыре главных регистра, в которых французская философия классической эпохи проходит через самоосмысление, – собственно исторический, исто- рико-философский, социальный и идеологический. Такую попытку выделить регистры самоосмысления французской философии не стоит понимать как стремление свести этот сложный и по большей части нечетко артикулированный процесс к упрощенной схеме. Речь идет лишь о модусах философской рефлексии, которые удается обозначить с достаточной степенью уверенности. При этом французская философия может служить привилегированным объектом подобного рассмотрения, поскольку в ее рамках были предприняты значительные усилия по осмыслению собственной современности и места в историческом процессе. Наряду с немецкой классической философией французская философия классической эпохи является местом концентрации такого рода опыта, формируя таким образом нечто вроде универсальной матрицы самоосмысления западной философии в целом.
Литература
Августин Блаженный. О граде Божием. Мн.: Харвест; М.: АСТ, 2000.
Арно А., Николь П. Логика, или искусство мыслить / пер. В. П. Гайдамака. М.: Наука, 1991.
Асмус В. Ф. Декарт. М.: Гос. изд-во полит. лит-ры, 1956.
Бейль П. Исторический и критический словарь: В 2 т. М.: Мысль, 1968. Бокль Г. Т. История цивилизации в Англии. Т. 1. СПб.; М., 1873.
Валери П. Декарт / пер. И.С. Разумовского // Вопросы философии. 2005. № 12.
Верас Д. История севарамбов / пер. Е. Дмитриевой. М.: АН СССР, 1956.
Вовенарг Л. К. де. Введение в познание человеческого разума. Фрагменты. Критические замечания. Размышления и максимы. Л.: Наука, 1988.
Вольтер. Бог и люди. Статьи, памфлеты, письма: В 2 т. М.: АН СССР,
1961.
Вольтер. История Карла XII, короля Швеции / пер. Д. В. Соловьева. СПб.: Лениздат, 2014.
Вольтер. Философские повести. М.: Правда, 1985.
Вольтер. Философские сочинения / пер. С. Я. Шейнман-Топштейн. М.: Наука, 1988.
Гассенди П. Сочинения: В 2 т. М.: Мысль, 1966.
Гегель Г. В. Ф. Лекции по истории философии: В 3 кн. СПб.: Наука, 1993– 1994.
Гельвеций К. А. Сочинения: В 2 т. М.: Мысль, 1973.
Гоббс Т. Основы философии. Сочинения: В 2 т. М.: Мысль, 1989.
Голованов Б.Д. Идеология как феномен французского Просвещения и ее философские истоки // Актуальнi проблеми духовностi. Вип. 7. Кривий Рiг: КНУ, 2006. С. 104–113.
Декарт Р. Сочинения: В 2 т. М.: Мысль, 1989–1994.
Декомб В. Дополнение к субъекту. Исследование феномена действия от собственного лица / пер. М. Голованивской. М.: Новое литературное обозрение, 2011.
Делез Д., Гваттари Ф. Что такое философия? / пер. С. Н. Зенкина. М.; СПб.: Алетейя, 1998.
Дешан Д. Л.-М. Истина, или истинная система. М.: Мысль, 1973. Дидро Д. Сочинения: В 10 т. М.; Л.: Academia, 1935.
255
Дьяков А. В. Мишель Фуко и его время. СПб.: Алетейя, 2010.
Дьяков А. В. Светская философия, или сослагательное наклонение в истории мысли: Паскаль и де Мере // Вестник Санкт-Петербургского университета. Серия 17. Философия. Конфликтология. Культурология. Религиоведение. 2014. № 4. С. 60–66.
Жильсон Э. Дух средневековой философии. М.: Ин-т философии, теологии и истории св. Фомы, 2011.
Иванова А. С. Начала «идеологии»: Антуан Дестют де Траси и его наука об идеях // Философские науки. 2014. № 9. С. 146–149.
История Франции / под общ. ред. Ж. Карпантье, Ф. Лебрена в сотрудничестве с Э. Карпантье и др.; пер. М. Некрасова. СПб.: Евразия, 2008.
Кант И. Сочинения: В 8 т. М.: Чоро, 1994.
Кассирер Э. Философия Просвещения. М.: РОССПЭН, 2004. Кондильяк Э. Б. де. Сочинения: В 3 т. М.: Мысль, 1980.
Кротов А. А. Из истории философии образования эпохи Просвещения: Кондильяк и Дестют де Траси // Философские науки. 2014. № 9. С. 129–140.
Лабрюйер Ж. де. Характеры, или нравы нынешнего века / пер. Ю. Б. Корнеева, Э. Л. Линецкой // Ларошфуко Ф. де. Максимы и др. М.: АСТ, 2004.
Ламетри Ж. О. Сочинения. М.: Мысль, 1983. Ларошфуко Ф. де. Мемуары. Максимы. М.: Наука, 1971.
Латур Б. Нового времени не было. Эссе по симметричной антропологии. СПб.: Изд-во Европ. ун-та в С.-Петербурге, 2006.
Лоренц К. Так называемое зло / пер. А. И. Федорова. М.: Культурная революция, 2008.
Лоррис М., Мён Ж. Роман о Розе / пер. И. Б. Смирновой. М.: ГИС, 2007.
Лосев А. Ф. История античной эстетики. Итоги тысячелетнего развития. Кн. 1. М.: Искусство, 1992.
Мальбранш Н. Разыскания истины. СПб.: Наука, 1999.
Мандру Р. Франция раннего Нового времени, 1500–1640. Эссе по исторической психологии / пер. А. Лазарева. М.: Территория будущего, 2010.
Мань Э. Повседневная жизнь в эпоху Людовика XIII / пер. А. С. Васильковой. СПб.: Евразия, 2002.
Маркс К., Энгельс Ф. Из ранних произведений. М.: Гос. изд-во полит. лит-ры, 1956.
Марло К. Сочинения. М.: Гос. изд-во худ. литературы, 1961. Матвиевская Г. П. Рамус. 1515–1572. М.: Наука, 1981.
Мейнеке Ф. Возникновение историзма / пер. В. А. Брун-Цехового. М.: РОССПЭН, 2004.
Мерло-Понти М. Знаки / пер. И. С. Вдовиной. М.: Искусство, 2001.
Метивье Ю. Франция в XVI–XVIII вв.: от Франциска I до Людовика XV / пер. А. В. Голубкова, С. В. Панова. М.: АСТ, 2005.
Монтень М. Опыты: В 3 т. / пер. А. С. Бобовича. М.; Л.: Изд-во АН СССР,
1954–1960.
256
Монтескьё Ш. Л. О духе законов / пер. А. В. Матешук. М.: Мысль, 1999.
Монтескьё Ш. Л. Персидские письма. Размышления о причинах величия и падения римлян / пер. Н. Саркитова. М.: Канон-Пресс-Ц, 2002.
Мор Т. Утопия / пер. Ю. М. Кагана. М.: Наука, 1978.
Моруа А. История Франции. СПб.: Гуманитарная академия, 2008.
Ницше Ф. О пользе и вреде истории для жизни. Сумерки кумиров, или Как философствовать молотом. О философах. Об истине и лжи во вненравственном смысле. Мн.: Харвест, 2003.
Павич М. Хазарский словарь: Роман-лексикон. Мужская версия / пер. Л. Савельевой. СПб.: Азбука, 2000.
Паскаль Б. Мысли. Малые сочинения. Письма / пер. Ю. Гинзбург. М.: АСТ, 2003.
Перну Р. Элоиза и Абеляр / пер. Ю. Розенберг. М.: Молодая Гвардия, 2005.
Платон. Сочинения: В 4 т. Т. 4. М.: Мысль, 1994.
Пруст М. В поисках утраченного времени: По направлению к Свану / пер. Н. М. Любимова. М.: Крус, 1992.
Рабле Ф. Гаргантюа и Пантагрюэль / пер. Н. М. Любимова М.: Правда, 1991.
Руссо Ж.-Ж. Исповедь. М.: Захаров, 2004. Руссо Ж.-Ж. Трактаты. М.: Наука, 1969. Тарасов Б. Паскаль. М.: Молодая Гвардия, 1982.
Федотов Г. П. Абеляр. СПб.: Изд-во Брокгауз-Ефрон, 1924.
Философия в «Энциклопедии» Дидро и Даламбера / пер. В. И. Пикова и др. М.: Наука, 1994.
Фишер К. История новой философии: Рене Декарт. М.: ФСТ, 2004.
Фонтенель Б. Рассуждения о религии, природе и разуме / пер. С. Я. Шейнман-Топштейн. М.: Мысль, 1979.
Фуко М. История безумия в классическую эпоху / пер. И. К. Стаф. СПб.: Университетская книга, 1997.
Фуко М. Управление собой и другими: Курс лекций, прочитанных в Коллеж де Франс в 1982–1983 учебном году / пер. А. В. Дьякова. СПб.: Наука, 2011.
Хайдеггер М. Время и бытие. Статьи и выступления / пер. В. В. Бибихина. СПб.: Наука, 2007.
Шеффер Ж.-М. Конец человеческой исключительности / пер. С. Н. Зенкина. М.: НЛО, 2010.
Шоню П. Цивилизация классической Европы / пер. В. Бабинцева. Екатеринбург: У-Фактория, 2005.
Шоню П. Цивилизация Просвещения / пер. И. Иткина, М. Гистер. Екатеринбург: У-Фактория; М.: АСТ, 2008.
Шпенглер О. Закат Европы. Кн. 1. Ростов н/Д.: Феникс, 1998.
Эрланже Ф. Резня в ночь на святого Варфоломея / пер. Т. В. Усовой. СПб.: Евразия, 2002.
257
Ясперс К. Всемирная история философии. Введение / пер. К. В. Лощевского. СПб.: Наука, 2000.
«Jean-Paul Sartre répond» // L’Arc. 1966. № 30.
«Parler librement». La linerté de parole au tournant de XVIe et XVIIe siècle / еds. I. Moreau et G. Holtz. P., 2005.
Académies et sociétés savantes en Europe (1650–1800) / eds. D.-O., Hurel et G. Laudin. P.: Honoré Champion, 2000.
Atkinson G. The Extraordinary Voyage in French Literature before 1700. N. Y.: Columbia University Press, 1920.
Aulotte R. Amyot et Plutarque. Geneva: Droz, 1965.
Balibar É. L’invention de la conscience // Locke J. Identité et difference. P.: Seuil, 1998.
Bloch O. R. La Philosophie de Gassendi. Nominalisme, materialism et métapysique. Hague: Martinus Nijhoff, 1971.
Bœuf E. La bibliothèque parisienne de Gabriel Naudé en 1630: les lectures d’un libertin érudit. Geneva: Librairie Droz SA, 2007.
Bordelon L. Théatre philosophique, sur lequel on represente par des Dialogues dans les Champes Elisées les philosophes anciens et modernes, et où l’on rapporte ensuite leurs opinions, leurs reparties, leurs sentences, et les plus remarquables actions de leur vie. P.: chez Claude Barbin et Jean Musier, 1692.
Bordo S. The Flight to Objectivity: Essays on Cartesianism and Culture.
N.Y.: State University of New York Press, 1987. Bracken H. M. Descartes. Oxford: Oneworld, 2002.
Brahami F. Le scepticisme de Montaigne. P.: PUF, 1997.
Brahami F. Le travail de scepticisme (Montaigne, Bayle, Hume). P.: PUF, 2001.
Brewer D. The Discourse of Enlightenment in Eighteenth-Century France. Diderot and the Art of Philosophizing. N. Y.: Cambridge University Press, 1993.
Brockliss L. The Moment of No Return. The University of Paris and the Death of Aristotelism // Science and Education. 2006. № XV. P. 259–278.
Chevalier J. Pascal. P., 1922.
Cours entier de philosophie, ou système général selon les pripnipes de M. Descartes, contenant la logique, la métaphysique, la physique, et la morale. Dernière édition, enrichie d’un très grand nombre de figures, et augmentée d’un Discours sur la philosophie ancienne et moderne, où l’on fait en abrégé l’histoire de cette science. Amsterdam: aux dépens des Huguetan, 1691.
Cousin V. Fragments de philosophie cartesienne. P., 1852.
Cresson A. Les Courants de la pensée philosophique française. P.: Armand Colin, 1942. T. 1.
Cresson A. Montaigne. Sa vie, son œuvre. P.: PUF, 1947.
De Mondasse V. La Découverte de l’Empire de Cantahar. P.: chez P. Prault, 1730.
258
Desfontaines P. F. G. Le Nouveau Gulliver ou Voyages de Jean Gulliver, fils du Capitaine Lemuel Gulliver. Traduit d’un Manuscrit Anglois, par Mr. l’Ab- bé D. F. Amsterdam: aux dépens de la Compagnie, 1730.
Dickason O. The Meth of the Savage and the Beginnings of French Colonialism in the Americas. Edmonton: University of Alberta Press, 1997.
Diogenes Laertius, gr. & lat. cum commentario. Londini, 1663.
Du Hamel. J.-B. De consensu / Operum philosophicorum tomus primus. Nürnberg, 1681.
Du Pont-Bertris. Eloges et caracteres des philosophes les plus célèbres, depuis la naissance de Jesus-Christ, jusqu’à present. P.: Henry-Simon-Pierre Gissey, 1726.
Foigny G. La Terre Australe connue. P.: STFM, 2000. Foucault M. Dits et ecrits. IV vols. Vol. I. P., 1994–2001.
Foucher S. Dissertations sur la «Recherche de la vérité», contenant l’histoire et les principes de la philosophie des Académiciens, avec plusieurs réflexions sur les sentiments de M. Descartes. P.: J. Anisson, 1693.
Frame D. M. Montaigne’s Discovery of Man. The Humanization of a Humanist. N. Y.: Columbia University Press, 1955.
Frankfurt H. G. Demons, & Madmen. The Defense of Reason on Descartes’s «Meditations». Princeton (NJ): Princeton University Press, 2008.
Friedrich H. Montaigne. Trans. Dawm Eng / ed. Ph. Desan. Berkeley: University of California Press, 1991.
Garrett B. G. Wonder Among Cartesians and Natural Magicians // Topics in Early Modern Philosophy of Mind (Studies in the History of Philosophy of Mind) / еd. J. Miller. 2009. № 9. P. 39–55.
Gaukroger S. Cartesian Logic. Oxford: Clarendon, 1989.
Gautier H. Bibliothèque des philosophes et des sçavans tant anciens que modernes. P.: chez Andre Cailleau, 1723
Godart P. Lexicon philosophicum. Item, accuratissima totius philosophiae summa. P., 1666.
Gouhier H. Cartésianisme et augustinisme au XVIIe siècle. P.: Vrin, 1978.
Hacking I. Leibniz and Descartes: Proof and Eternal Truths // Rationalism, Empiricism, and Idealism / ed. A. Kenny. Oxford: Clarendon, 1986.
Hampton J. Les traductions françaises de Locke au XVIII siècle // Revue de littérature comparée. 1953. № XXVII (3). P. 240–251.
Hanegraaf W. Esotericism and the Academy: Rejected Knowledge in Western Culture. Cambridge: Cambridge University Press, 2012.
Hartle A. Montaigne and Scepticism // The Cambridge Companion to Montaigne / еd. U. Langer. N. Y.: Cambridge University Press, 2005.
Histoire d’un people nouveau ou Découverte d’un Isle à 43 Dégres 14 Minutes de Latitude méridionale par David Thompson, Capitaine du Vaisseau le Boston à son retour de la Chine en 1756. Ouvrage traduit de l’Anglois. A Londres: Aux dépens d’une Société de Libraires, 1756.
Hoffmann G. Montaigne’s Career. Oxford: Oxford University Press, 1998.
259
Hoffmann G. The Investigation of Nature // The Cambridge Companion to Montaigne / еd. U. Langer. N. Y.: Cambridge University Press, 2005.
Horn G. Historia philosophica. Leiden, 1655.
Huet P.-D. Traité philosophique de la foiblesse de l’esprit humain. Londres: chez Jean Nourse, 1723.
Hutchison R. Locke in France, 1688–1734. N. Y.: Peter Lang, 1991.
Jolley N. The Light of the Soul: Theories of Ideas in Leibniz, Malebranche, and Descartes. Oxford: Clarendon, 1990.
Keohane N. Montaigne’s Individualism // Political Theory. 1977. № 5.
Koyré A. Le savant // Pierre Gassendi. 1592–1655. Sa vie et son œuvre. Ouvrage publié avec le concours du Centre National de la Recherche Scientifique. P.: Albin Michel, 1955.
L’Histoire du grand et admirable royaume d’Atangil, Incogneu jusqu’à present à tous Historiens et Cosmographes: compose de six-vingts Provinces trés belles et trés fertile. Avec la description d’ecelui et de sa police nompareille, tant civile que militaire. De l’instruction de la jeunesse. Et de la religion. Le tout compris en cinq livres. Par I.D.M.G.T. A Leiden. Par Jean le Maire. MDCXVI.
L’Isle Inconnue ou Mémoires du Chevalier des Gastines, publiés par M. Grivel, des Académies de Dijon, de la Rochelle, de Rouen, de la Société Philosophique de Philadelphie etc. Amsterdam: Voyages Imaginaires, 1787.
La Mothe Le Vayer F. de. De la vertu des payens // Œuvres. P., 1662. P. 584– 705.
La République des Philosophes ou Histoire des Ajaoiens. Ouvrage posthume de Mr. de Fontenelle. On y a une Lettre sur la Naudité des Sauvages. A Genève, 1768.
Labbe Ph. Breve temporum compendium Digestum in sæcula mundane, romana, Christiana, in eorum gratiam, qui Historicam præcipuarum rerum seriem, aptamque inter se præteritorum Temporum concatenationem & ad Canones Chronologicos accurate exactam scire cupiunt, neque tamen ipsa Artis operosissimæ penetrare mysteria admodum currant. Parisiis: e typographia Regia, 1652.
Lamy B. Entretiens sur les Science, dans lesquels on apprend comment l’on doit étudier les Science, et s’en server pour se fair l’esprit juste, et le cœur droit / eds. F. Girbal, P. Clair. P., 1966.
Launoy J. de. De varia Aristotelis in Academia Parisiensi fortuna, extraneis hinc inde adornata praesidiis, liber. Lutetiae Parisiorum: typis E. Martini, 1653.
Launoy J. de. Regii Navarrae Gymnasii Parisiensis historia. 2 vols. Parisiis: apud viduam E. Martini, 1677.
LesFemmesMilitaires.Relationhistoriqued’uneislenouvellementdécouverte. Par le CD***. Amsterdam: chez J. Rijckhoff le Fils, libraire, MDCCXXXVI.
Leschemelle P. Montaigne, ou le mal à l’âme. P.: Imago, 1991.
LoLordo A. Pierre Gassendi and the Birth of Early Modern Philosophy. N. Y.: Cambridge University Press, 2007.
Lynn Sumida Joy. Gassendi. The Atomist. Advocate of History in an Age of Science. N. Y.: Cambridge University Press, 1987.
Maclean I. Montaigne philosophe. P.: PUF, 1996.
260
