Философия образования. Словарь

ективную реальность, все стороны жизни — познавательную, моральную, религиозную, эстетическую — можно создать всеобъемлющий и согласованный взгляд на мир как единое целое.

Б.Н. Бессонов

научно-философская картина мира (совре-

менная). Картина мира — это определенное системное единство всех частных картин, соответствующих всем формам мышления и отображения мира, которые свойственны данному куль- турно-историческому периоду. К частным картинам мира можно отнести мифологическую, религиозную, философскую, обыденную и т.п., но именно научные представления о мире должны лежать в основе стратегии современного образования. Как и все остальные картины мира, научная картина мира содержит определенные представления о структуре пространства и времени, о природных объектах и их взаимодействиях, о законах природы и месте человека в мире. Главное же, что выделяет научную картину мира из всех остальных частных картин мира, — это то, что называется её научным содержанием. Не широкие метафизические и религиозно-мистические спекуляции или тривиальные бытовые обобщения, а возможность соотнесения и корреляции научных теорий с реальностью внешнего мира, цельность, системность и практическая ценность научного знания — вот что выделяет научную картину мира из многообразия всех прочих образов мира и делает её основой для создания некоторой общей научно-философской картины мира.

Накопленные за много веков знания о человеке и природе

иособенно последние достижения физики микромира и космологии, которые позволяют по-новому интерпретировать роль фундаментальных физических констант в саморазвитии Вселенной, рождают новое антропно-космическое понимание совместного взаимосвязанного процесса физической эволюции Вселенной

ибиологической эволюции человека. В связи с этим возникают

иновые аспекты понимания смысла и назначения человеческой истории и культуры, переосмысление роли и места человека не

51

только в биосфере Земли, но и в реальности всей Вселенной. Это требует, соответственно, нового системно-эволюционного философского подхода для построения такой научно-философской картины мира, которая была бы адекватной этому постнеклассическому пониманию. В процессе развития этого подхода могут возникать философские предпосылки для создания синтетической науки нового типа, а также для выработки новых принципов и стратегии интегративного образования, в которых логикотеоретическая обоснованность, математическая доказательность и эмпирическая точность познавательных методов, присущих естествознанию (физике, химии, биологии, экологии и т.д.), будут дополняться образно-художественными средствами отображения мира, свойственными гуманитарному стилю мышления (история, философия, социология, культурология и даже религия).

Обнаруженные современной постнеклассической наукой тенденцииразвитиявнешнегомирасвидетельствуютотонкойгармонии универсальных законов природы и уникальности пропорций, которыми связаны фундаментальные физические и космологические константы, что обеспечивает долговременное и устойчивое развитие Вселенной на всех уровнях ее структурной организации. Это, с одной стороны, строгие (хотя и парадоксальные на первый взгляд) закономерности взаимопревращения элементарных частиц и протекания различных квантовых микропроцессов, с другой стороны — это медленные и грандиозные процессы эволюции материи в масштабе Вселенной (галактики, звезды, звёздные скопления и т.д.), а с третьей — это ничтожные по отношению к размерам Вселенной, но уникальные в структурном отношении процессы самоорганизации макромолекул, приводящие к появлению сначала живого, а затем и мыслящего вещества. Все эти процессы связаны в одну цельную и взаимосвязанную систему отношений, в результате чего, для того, чтобы существовало что-либо одно (например, самая скромная пригодная для жизни планетав системевполнерядовой звездынакраюобычнойгалактики) необходимо иметь всю Вселенную как целое, прошедшую все закономерные стадии физической эволюции.

52

Возникшие на базе физики, космологии и синергетики ан- тропно-космические представления о природе как о единой самоорганизующейся системе, включающей в себя человека и находящейся в постоянном процессе саморазвития и эволюции, ставят своей целью преодолеть ограниченность различных частных моделей природы и картин мира (как естественнонаучного, так и гуманитарного типа) и способствуют созданию целостной системы мировидения,анаеёоснове—становлениюновойсинтетической философии транскультурного типа и новой постнеклассической науки. Вместе со становлением новой эволюционно-системной парадигмы рождается и новый постнеклассический тип научной рациональности, построенный на принципах политекстуальности и эпистемологической дополнительности, на основе которых необходимо вырабатывать соответствующую духу времени образовательную парадигму. Фундаментальный для современной философии принцип эпистемологической дополнительности восходит к известному в квантовой механике принципу дополнительности Н. Бора, который, будучи сформулированным для решения конкретной задачи — «примирения» парадоксальной реальности микромира с «классической» ментальностью, присущей человеку, оказался в современных условиях универсальным принципом эпистемологии и лег в основание современной парадигмы познания и создания истинно научной картины мира.

Помимо этого наблюдается тенденция к сближению и даже синтезу западноевропейской культурной и эпистемологической традиции, придающей первостепенное значение научным экспериментальным методам и строгим логико-математическим и количественным формулировкам закономерностей природных явлений, с архетипами восточного мышления и философскими идеями, представляющими мир в образе многосвязной, самопроизвольно изменяющейся и самоорганизующейся системы. Уже не вызывает резкого отторжения в научной среде указание на то, что образы Вселенной, развиваемые восточной мистикой, коррелируют со многими фактами из области микромира, в частности, с недавно обнаруженными экспериментальными фактами

53

вповедении микрообъектов, которые трактуются как проявление нелокальности в мире элементарных частиц, а возможно, и в природе вообще. При всей амбивалентности, существующей сейчас

воценках воздействия науки на духовную жизнь общества, современное образование на всех своих уровнях должно проводить мысль, что именно наука создает совершенно новый культурноисторический климат и социальную среду бытия современного человека, оказывая влияние на все сферы культурного сознания. Это делает науку вообще и фундаментальное естествознание,

вчастности, лидирующей формой познания в системе современной культуры.

Новые представления о пространстве и времени, связанные с теорией относительности Эйнштейна, модель Большого взрыва, рассматривающая Вселенную как возникающую, развивающуюся самоорганизующуюся систему, закономерности квантовой механики, достижения нелинейной динамики и синергетики, вводящие в научный обиход концепции нестабильности и хаоса как конструктивных начал, идея о существовании Универсального Наблюдателя и многое другое — такова реальность современной постнеклассической науки и философии, которая и должна быть отражена в структуре интегративной научно-философской картины мира.

Литература: Гейзенберг В. Избранные философские работы. Спб., 2006; Вернадский В.И. Научная мысль как планетное явление // О науке. Дубна, 1997; Взаимосвязь физической и религиозной картин мира. Физики-теоретики о религии. – Кострома, 1996; Курашов В.И. Познание природы. – М., 1995; Пригожин И.,

Стенгерс И. Порядок из хаоса. Новый диалог человека с приро-

дой. – М., 1986.

А.С. Каменев

Национализм — признание национальной исключительности и вытекающее из нее противопоставление «своей» нации другим. Национализм базируется на определенных соци- ально-психологических установках, таких как, например, этниче-

54

ская или национальная предубежденность, замкнутость, ведущая к абсолютизации национальных, часто архаических, бытовых, расовых обычаев и обрядов, к идеализации прошлого своего народа, к отождествлению национального с религиозным. Без национального чувства, национального самосознания, конечно, нет подлинной нации. Но национализм препятствует тому, чтобы сообщество людей основывалось на идее свободного, справедливого демократического государства, которое объединяет людей как таковых, в том числе представителей многих наций, языков и религий. Национализм — это идеология и политика, спекулирующие на национальном чувстве.

Самоопределение, равноправие, взаимоуважение и сотрудничество — вот принципы, руководствуясь которыми следует решать межнациональные проблемы в цивилизованном мире.

Б.Н. Бессонов

Ноосфера — это сфера разума, высшая стадия естественного развития биосферы Земли, её новое гармоничное состояние, осуществленноепринепосредственномвоздействиичеловекакак крупнейшей геологической силы общепланетарного масштаба, т.е. область нашей планеты, охваченная разумной человеческой деятельностью. Понятие ноосферы ввел в 1927 году французский математикифилософ-бергсонианецЭдуардЛеруа(1870–1954) на основе учения о биосфере В.И. Вернадского и учения о «феномене человека» и «божественной среде» французского католического мыслителя Пьера Тейяра де Шардена (1881–1955). Термином «ноосфера» Леруа обозначал современную стадию, переживаемую биосферой. Дальнейшее развитие этой идеи (в традициях русского космизма) и превращение её в научную и философскую концепцию универсального масштаба связано с именем В.И. Вернадского, который сейчас воспринимается как один из крупнейших мыслителей ХХ века.

Во многих своих работах Вернадский, утверждая наступление этой особой эры как закономерного этапа геологической и биологической эволюции планеты, определял ноосферу как новое

55

геологическое явление на нашей планете. В ней впервые человек становится крупнейшей геологической силой. Он может и должен перестраивать своим трудом и мыслью область своей жизни, перестраивать коренным образом по сравнению с тем, что было раньше. Ноосфера, по Вернадскому, это последнее из многих состояний эволюции биосферы в геологической истории — состояние наших дней. Пятьсот миллионов лет тому назад, в кембрийской геологической эре, впервые в биосфере появились богатые кальцием скелетные образования животных, а растений — более двух миллиардов лет назад. Это кальциевая функция живого вещества, ныне мощно развитая, была одной из важнейших эволюционных стадий геологического изменения биосферы. Не менее важное изменение биосферы произошло 70–110 млн. лет тому назад, во время меловой системы и особенно, третичной. В эту эпоху впервые создались в биосфере наши зеленые леса, всем нам родные и близкие. Это другая большая эволюционная стадия, аналогичная ноосфере. Вероятно, в этих лесах эволюционным путем появился человек около 15–20 млн. лет тому назад. Сейчас современное человечество переживает новое геологическое эволюционное изменение биосферы, оно входит в ноосферу как в новый стихийный геологический процесс. Таким образом, по Вернадскому, процесс ноогенеза — это с одной стороны, естественный и закономерный результат общей эволюции биосферы, с другой стороны, для него необходимы сознательные и целеустремленные действия всего человечества, предполагающие осознание (по крайней мере, статистическим большинством населения) соответствующей системы ценностей. Основоположники учения о ноосфере полагали, что процесспереходаквысшимформамразвитиябиосферы(ноосфера уВернадскогоиЛеруа,пневматосферауФлоренского,точкаОмеги как окончательное завершение осуществленного идеала развития ноосферыуП.ТейярадеШардена)неизбежениснеобходимостью ведет к упорядочению природной и социальной среды, к более совершенным формам бытия и, как результат, — приводит ко всеобщему благу на основе гармоничного соединения для этой цели науки,общественногосознания,экономикииполитикигосударств.

56

Однако именно здесь, по мнению ряда современных интерпретаторов этого учения, научная трактовка проблемы уступает место «мифологии разума» и проявляются утопические черты этого учения, — желаемое заслоняет действительное. В самом деле, заранее неясно, насколько когерентно будут сочетаться стихийные, но, в целом, высокоупорядоченные системным образом биогеосферные силы и объективные, но не менее стихийные и часто вполне хаотические, социально-экономические тенденции реального процесса развития цивилизаций. Есть вполне научные основания считать, что процесс ноогенеза в том виде, как он описан Вернадским, Тейяром де Шарденом, Циолковским и русскими космистами, в принципе, возможен, но далеко не обязателен. С точки зрения синергетических представлений о специфике эволюции сложных неравновесных систем (в данном случае, условно говоря, по формуле: «биосфера + техносфера + некая сфера духа, например, пневматосфера Флоренского = ноосфера»), можно допустить, что в процессе самоорганизации и саморазвития такой сверхсложной и еще недостаточно глубоко понимаемой человеком системы, как эта, в результате появления неожиданных бифуркаций, обусловленных скрытыми аттракторами, возникнут и другие, непредвиденные и нежелательные, но более реальные траектории развития.

Некоторые современные исследователи также полагают, что существует опасность постепенной и, в целом, антигуманистической подмены идеи ноосферы в традиционном, несколько романтическом её понимании, идеей артесферы — искусственного мира, созданного технократической и информационнократической цивилизацией, подавляющей и трансформирующей научно-техническими методами естественные биологические условия жизни человека. Здесь под видом высокой цели — разрешения биологических и экологических противоречий (загрязнение окружающей среды, болезни, старость, смерть), природа подменяется её окультуренным суррогатом. Это различные идеи типа экологического императива, концепции «мир как сад» (в которых, уповая на достижения современной науки, а ещё бо-

57

лее — на достижения науки будущего, авторами предлагается решение проблемы на основе искусственно создаваемой гармонии между человеком и природой), и прочие им подобные на- учно-рационалистические построения утопического характера. Эти исследователи, в противовес мнениям энтузиастов ноосферы, утверждают, что некритическое отношение к учению о переходе биосферы в ноосферу современных его сторонников, считающих этот процесс закономерным, неуклонным и единственно возможным, приводит к дезориентации общественного мнения и закреплению в нем сциентистских мифов рациональ- но-прогрессистского толка. Тем самым в значительной степени маскируется истинная сложность проблемы дальнейшего развития системы «человек — природа», поскольку предлагается вполне определенная и как бы научно обоснованная, радужная перспектива её решения.

Но, несмотря на существующие разногласия, а возможно

иблагодаря им, имеющий место конфликт интерпретаций этого учения привел к осознанию огромной сложности данной проблемы, и дискуссии вокруг неё раскрывают большое философское значение концепции ноосферы. Очевидно, что философская

иестественнонаучная задача состоит в необходимости дальнейшего всестороннего анализа самой фундаментальной бинарной оппозиции нашего времени — «биосфера – артесфера», т.е. в изучении возможности ослабить неизбежные противоречия между универсумом природы и универсумом человеческой деятельности таким способом, чтобы одно не подавлялось другим, а имело достаточно степеней свободы для бесстрессового развития. В свете современных экологических исследований сложились определенные представления о зависимости как человека от природы, так и природы от человека, и разорвать эти связи уже невозможно без ущерба для человеческой цивилизации. Поэтому оптимальным путем развития биосферы в эпоху ноогенеза академик Н.Н. Моисеев считает коэволюцию человека и природы в условиях уже объективно осуществившемся между ними структурносистемном комплексе отношений.

58

Литература:ВернадскийВ.И.О науке. Дубна, 1997; Кутырев В.А. Универсальный эволюционизм или коэволюция // Природа, 1988, №8; Моисеев Н.Н. Расставание с простотой. М., 1998; Моисеев Н.Н. Человек и ноосфера. М., 1990.

А.С. Каменев

Объяснение и понимание.

Объяснение — операция сознания (мышления), имеющая целью познание явлений реального мира посредством раскрытия их существенных черт.

Как правило, основой объяснения является описание явлений (эмпирических фактов, гипотез, теорий и т.п.). Высшей ступенью объяснения является научное объяснение, опирающееся на теоретические законы и включающее это объяснение в целостную научно-теоретическую картину мира. Что касается социально-гу- манитарных дисциплин, особенно сферы человеческих действий и поступков, то в данном случае при их трактовке следует учитывать ментальные (эмоционально-психологические) установки людей, определяемые общей социально-культурной средой. В этой связи многие западные мыслители, особенно представители «философии жизни» настаивают на пересмотре роли «чистого разума» в оценке «жизни» Факты, относящиеся к обществу, мы можем понять только изнутри, только на основе восприятия наших собственных состояний. Природа же для нас безмолвна, она для нас внешняя. «Общество – наш мир», — подчеркивает выдающийся немецкий философ В. Дильтей. Один из видных представителей современной философской герменевтики Г.Г. Гадамер утверждает, что если в естествознании, науках о природе главное — объяснение на основе применения индуктивных методов, то в науках о духе (гуманитарных науках) на первом плане понимание, базирующееся, подобно опыту искусства и религии, прежде всего на интеллектуальном созерцании, на интуиции.

Понимание — это процесс сближения и слияния «горизонтов» (исторических ситуаций). Лишь осознание мыслителем собственной исторической обусловленности, проникновение

59

висторическую ситуацию, подлежащую пониманию, указывает Гадамер, способствует преодолению как собственной партикулярности мыслителя (исследователя) так и партикулярности события, приводит исследователя к образованию нового, более общего, более широкого, более глубокого «горизонта». Но как все это осуществить? Прежде всего необходимо учитывать, что исследователь, подходя к изучаемому явлению, всегда уже имеет определенное предварительное его понимание (пред-понимание), детерминированное условиями (семья, общество, государство),

вкоторых он живет.

Бесспорно, чтобы понять то или иное явление действительности человек должен обладать определенного рода «историческим пониманием», «предпониманием»; он должен понять историческую ситуацию, в которой живет и действует, должен уяснить имеющиеся в нем самом предрассудки, должен «чувствовать» события и т.д. и т.п. Однако здесь встает вопрос: в какой же степени «историческое понимание», «предпонимание» одного человека, базирующееся, по мысли Гадамера, на философской интуиции, противостоящей науке, может быть подлинно истинным? В любом случае позиция, принижающая роль сознательной, рационально обоснованной деятельности человека, преувеличивающая значение иррациональных моментов в мотивации его деятельности, не может быть истинной. Это в конечном счете субъективистская позиция.

Одним из первых с обоснованием понимания как специфического метода гуманитарного познания выступил немецкий философ В. Дильтей. Отвергая кантовский априоризм разума, Дильтей применительно к гуманитарному знанию делает акцент на исследование особенностей, своеобразия, неповторимости социаль- но-исторических фактов и процессов. Опыт, по Дильтею, — первый факт; причем, главное внимание в опыте он уделяет волевому и эмоциональному отношению человека к миру. Априоризм Канта — это нечто застывшее; действительное условие сознания и познания, подчеркивал Дильтей, — живой исторический процесс. Историческое явление имеет свою историю и ход этой

60