Философия Г.В.Ф. Гегеля и современность. Выпуск 6. Коллективная монография

По теории Канта, в искусстве содержание является исключительно продуктом субъекта (гения), одаренность которого, как предпосылка к искусству, состоит в наличии у него необычайно развитого и творчески продуктивного воображения, а форма — результат «приспособления» этого воображения к формам рассудка, заставляющего свободный полет фантазии считаться с уровнем художественного вкуса публики.

Этаконцепцияискусстваихудожественноготворчестваположила начало романтической теории и практике искусства. Именно начало — поскольку Кант все же признавал существование независимого от человека объективного мира, хотя и представлял его как «вещь в себе», доступную для познания только в качестве явлений. Эта «непоследовательность» И. Канта была преодолена

вфилософии И.Г. Фихте, согласно которой весь объективный мир порождается субъектом, «я» полностью зависит от его активных, творческих потенций.

Близкую к этой позицию занимал и Ф.В. Шеллинг, который

всвоей «Системе трансцендентального идеализма» утверждал, что «субъективное — это первичное и вместе с тем единственная основа всякой реальности, единственный принцип всего остального» [3: с. 15]. Шеллинг безмерно возвеличивал роль искусства

вобществе перед другими формами сознания и деятельности. По его словам, «искусство нужно считать единственным и от века существующим откровением, какое может быть; искусство есть чудо, которое, однажды совершившись, должно было уверить нас

вабсолютной реальности высшего бытия» [3: с. 380]. Концепция искусства и художественного творчества Ф.В. Шел­

линга была обобщением художественной практики романтического искусстваивизвестнойстепени,какиэстетикаИ.КантаиИ.Г.Фихте, повлияла на теоретические изыскания поэтов, писателей и художников немецкого романтизма. Многим из них творец искусства представлялся всемогущим создателем собственного мира, независимого от окружающей его пошлой действительности, по отношению к которой могли быть допустимыми лишь бесконечная романтическая ирония и презрение.

161

С критикой романтического искусства как продукта своевольного и произвольного творчества художника-гения выступил завершитель классической немецкой философии Г.В.Ф. Гегель, который рассматривал искусство как форму проявления абсолютного духа, выражающего духовные потребности и интересы целых народов и стран. По его убеждению, «искусство является одним из способов сознания и выражения… глубочайших человеческих интересов, всеобъемлющих истин духа. В произведения искусства народы вложили свои самые содержательные внутренние созерцания и представления, искусство часто служит ключом, а у некоторых народов единственным ключом для понимания их мудрости и религии» [1: с. 13–14].

Поскольку, согласно общефилософской концепции Г.В.Ф. Гегеля, все существующее — природа, общество и формы сознания — являются инобытием абсолютной идеи на разных уровнях ее саморазвития, то естественно, что здесь нет места концепции искусства какподражанияприроде,посколькуонаявляетсяпервойилинизшей ступенью отчуждения этой идеи. Отсюда, красота в искусстве выше красоты в природе. «Ибо, — пишет Гегель, — красота искусства яв­ ляется красотой, рожденной и возрожденной на почве духа, и насколькодухипроизведенияеговышеприродыиееявлений,настолькожепрекрасноевискусствевышеестественнойкрасоты»[1:с.8].

Развитие объективной идеи в качестве абсолютного духа в обществе, по Гегелю, заключается в достижении все большей свободы духа, освобождении его от природного в истории общества­ и развитии форм сознания. Этот прогресс в достижении свободы духа философ обнаруживает в развитии искусства, начиная с древнего Египта, где природное лишь оформлялось духом, но довлело над ним, затем указывая на античное искусство как воплощение гармонии природного и духовного, и завершая характеристикой нового времени как этапа, на котором эта гармония нарушалась в пользу духовного, достигающего максимально возможной свободы в процессе последовательного преодоления материального аспекта искусства в живописи, музыке и поэзии.

162

Г.В.Ф. Гегель считал, что искусство как форма общественного сознания находится ниже религии и особенно — философии, в которой абсолютный дух возвращается к самому себе; искусство не порывает окончательно с природной и общественной реальностью­ , которые являются предметом его изображения. Но «именно искусство доводит до сознания истину в виде чувственного образа, который в самом своем явлении имеет высший, более глубокий смысл и значение» [1: с. 109]. В искусстве, по Гегелю, моделируется воплощение единства субъективного

иобъективного, полное их слияние при доминировании первого, реализуется стремление человека к самопознанию. «Всеобщая потребность в искусстве, — полагал Гегель, — проистекает из разумного стремления человека духовно осознать внутренний

ивнешний мир, представив его как предмет, в котором он узнает свое собственное “я”» [1: с. 38].

Вискусстве действительность очищается от своего случайного

ивыступает в своей истинной или духовной сути. В определенном смысле Г.В.Ф. Гегель обосновал специфику художественной реальности — более содержательной и типически определенной по сравнению с эмпирической реальностью повседневной жизни. «Искусство, — утверждал он, — освобождает истинное содержание явленийотвидимостииобмана,присущихэтомудурному,преходящему миру, и сообщает ему высшую, порожденную духом действительность. Таким образом, искусство не только не представляет собой голой видимости, но мы должны признать за его произведениями более высокую реальность и более истинное существование, чем за обыденной действительностью» [1: с. 15].

Вместе с тем, философ вовсе не отрицает наличия в произведениях искусства их эмоционально-чувственной стороны, определяемой материалом и языком, в которых воплощается их духовное содержание. «Художественное произведение остается внешним объектом­ ,непосредственноопределеннымичувственноединичным со стороны своего цвета, формы, звука, или, иначе говоря, остается единичным созерцанием и т.д.» [1: с. 44], — писал он.

163

Примечательно, что концепция искусства, предложенная Г.В.Ф. Гегелем­ , завершившим классический немецкий идеализм, во многом напоминает теорию искусства Аристотеля, в свое время завершившего классическую греческую философию. Как и его великий предшественник, Гегель содержание искусства видел в идее (у Платона — эйдос), воплощенной чувственно-конкретно в худо­ жественном образе. Как писал философ, «содержанием искусства является идея, а его формой — чувственное, образное воплощение» [1: с. 75]. Или еще: «Идея же как художественное прекрасное естьидеястемспецифическимсвойством,чтоонаявляетсяиндиви­ дуальной действительностью, выражаясь иначе, она есть индиви­ дуальное формирование действительности, обладающее специфическим свойством являть через себя идею» [1: с. 79].

Немецкий философ искусство считал низшей или первоначальной формой проявления идеального по сравнению с религией и философией — феноменами чисто духовными. Это не помешало Гегелю создать величественную панораму развития искусства, проанализировать­ характер соотношения в нем идеального и материального, показать, как на разных этапах истории общества­ искусство выполняло свою общественную функцию познания жизни и выражения идеала прекрасного. И до сих пор никто не смог создать подобную концептуально обоснованную историю искусства, где были бы столь же последовательно проанализированы причины и диалектика развития и перехода одних формискусствавдругие.Ибезпреувеличенияможносказать,что завершенная Гегелем эстетика представителей классического немецкого идеализма явилась высшим этапом развития философского анализа искусства.

В процессе дальнейшей эволюции западной эстетики вначале в той или иной степени осуществлялась разработка идей классиков немецкого идеализма, но уже тогда возникла и постепенно стала доминирующей тенденция психологизации и субъективации теорий художественного творчества и искусства, и как следствие этого — изменение проблематики и результа-

164

тов исследования. Это характерно для А. Шопенгауэра, А. Бергсона, Б. Кроче, Ж. П. Сартра и других современных западных философов и эстетиков, но этот вопрос находится вне вопросов, обозначенных в данной статье.

Литература

1.Гегель Г.В.Ф. Эстетика: в 4-х тт. / Г.В.Ф. Гегель. – Т. 1. – М.:

Искусство, 1968. – 311 с.

2.Хатчесон Ф. Эстетика / Ф. Хатчесон, Д. Юм, А. Смит. – М.:

Искусство, 1973. – 479 с.

3.Шеллинг Ф.В. Система трансцендентального идеализма / Ф.В. Шеллинг. – Л.: Соцэкгиз, 1936. – 500 с.

Глава 10. Развитие эстетического идеала в контексте гегелевской диалектики

Четырехтомный труд Г. Гегеля «Эстетика», конечно, потрясает своей системностью и историческим подходом. Он создал фундамент и понятийный аппарат философского исследования феноменов художественной деятельности целых народов и цивилизаций, который сразу же выявил специфический предмет эстетики, занявший свое законное место между философией и искусствоведением, став философией искусства.

Гегель создал историческую типологию видов и жанров искусства, основанную на развитии эстетического идеала и реализации его в художественной деятельности, то есть введя в анализ искусства и шире — художественной культуры — ценностный критерий. Сделал он это очень аргументированно, опираясь на им же разработанную диалектику. Спорить с Гегелем по частностям его эстетической концепции не имеет смысла: или надо предложить принципиально другую систему подхода к искусству и критериев его оценки или… еще раз хорошенько вспомнить, что понимал Гегель под развитием эстетического идеала.

165

Схематично это выглядит так.

Триады Г. Гегеля (относительно развития Абсолютной Идеи)

166

Понятие идеала возникает на 2-й ступени развития Абсолютного Духа. Первоначально он из состояния неотрефлексированного сознания, пройдя через свое противоположное инобытие — природу, концентрируется (проявляется) в Абсолютной Идее — истине, которая уже обладает побудительным потенциалом к воплощению всеобщего содержания. Человеческая деятельность и есть форма такого воплощения, пока на уровне ее абстрактного понимания. Конкретизация человеческой деятельности начинается с введением понятия идеала — целевой установки и идеального плана этой деятельности.

Первой формой специфически человеческой деятельности становится культурная деятельность, в которой человеческий род подражает природе и создает искусственную среду обитания — вторую природу. Развитие идеала в культуре Гегель раскрывает исторически, показывая постепенность освоения человечеством разных форм деятельности, покоящихся на способностях людей по-разному осмыслять бытие: это искусство, религия, наука, философия. В этой деятельности, по Гегелю, первой развивается способность человека к непосредственному созерцанию Абсолютной Идеи, или истины, которую человек переживает в качестве прекрасного, или эстетического идеала­ , что хочет воплотить в своей деятельности. Так рождается­ искусство.

Гегель истолковывает искусство как «самопроизводство» человекавсозданномимпредметноммире:«этойцелиондостигает посредством изменения внешних предметов, запечатливая в них свою внутреннюю жизнь… Эта потребность проходит через многообразнейшие явления вплоть до той формы самопроизводства во внешних вещах, которую мы видим в произведениях искус-

ства» [1: Т. 1, с. 57].

Указывая на единство красоты и истины, Гегель тем самым признает высокое познавательное значение прекрасного, его способность отражать объективное, истинное.

167

Триады Гегеля (относительно развития идеала)

168

Вотличие от истины, обращает на это внимание известный комментатор гегелевской эстетики В.П. Шестаков, прекрасное, по Гегелю, представляет собой такое явление идеи, в котором совершенно необходим момент чувственного проявления, чувственного выражения. Причем это не просто чувственное явление, а такое, «в котором идея адекватна форме выражения. Прекрасное — единство внутреннего и внешнего, цели и средства, формы и содержания, идеи и образа. Они… становятся живым одухотворенным целым» [2: с. 338]. По словам Гегеля, «идея как действительность, получившая соответствующую своему понятию форму, есть идеал» [1: с. 79].

Трем этапам развития идеала соответствуют и три стадии развития искусства: символическая, классическая и романтическая,

сих характерными для них видами и жанрами.

Впервом типе идея остается пока неопределенной, не выражается как таковая. Здесь реализуется только «абстрактная определенность» идеи, искание для нее адекватной формы, но несоразмерность идеи и образа все-таки имеет метафорический, символический характер. По этому принципу создается архитектура — символическое искусство.

Вклассическом искусстве ведущим видом является изображение — несение конкретного образа, в котором адекватно отражается Абсолютная Идея – истина – идеал. Это скульптура и живопись.

Разложение классической формы искусства приводит к перехо- дувновуюформу—романтическую.Содержание здесьстановится духовным и субъективным. «Идея и образ снова оказываются­ , как всимволическомискусстве,безразличными,несоразмернымииразделенными между собою… В символическом искусстве недостатки формообразования были вызваны неудовлетворительностью идеи, тогдакаквромантическомискусствеидеякакдухидушевнаяжизнь должна являться завершенной внутри себя… она не поддается адекватному соединению с внешним миром, т.к. может… порождать истинную реальность лишь внутри себя» [1: с. 87].

169

Триады Гегеля (относительно развития эстетического идеала)

170