Философия (курс лекций)

201

мыслительных операций с материальных (вещественных) форм на их аналоги и осуществление операций с идеальными образами. Знание многофункционально, оно является основой ума, интеллекта, рассудка и разума. Знание многолико и разнородно, как многолика и разнородна сама действительность. Структура знания зависит от той модели знания, которую избрал исследователь при анализе типологии знания. И, наконец, знание не догматично, оно постоянно развивается и носит конкретно-исторический характер.

2. Проблемы взаимосвязи научного и вненаучного знаний

Рассматривая проблемы многоликости знания и зависимости его типологии от моделей знания, мы концентрировали своё внимание, прежде всего, на явном (рациональном) знании, высшей ступенью развития которого является научное знание. Но в таком случае за бортом остаётся ещё огромная сфера знания неявного, трансцендентного (И. Кант). Т. е. это – то знание, которое даётся «appriori» (вне опыта) в сфере интуиции как продукт «чистого сознания».

Но чистого сознания не существует, поскольку оно тесно связано с психикой. Если в классической картине мира, основанной на ньютонокартезианской парадигме, понятия «сознание» и «психика» отожествлялись, то с открытием глубинной и трансперсональной психологии «коллективного бессознательного» они выступают как области объективной психики человека. На основании этого материи как объективной реальности противостоит не только субъективная реальность (сознание), но и особая реальность «коллективного бессознательного», которое, по словам К. Г. Юнга, создаётся человеком в потенциально пробуждающемся сознании во время его детства.

Коллективное бессознательное (впоследствии заменено К. Юнгом на более точные термины «объективная психика» или «трансперсональное бессознательное») представлено не как единые, а как общие для разных людей первообразы (архетипы) и идеи, основанные на опыте не конкретного человека, а на опыте социальной группы (общества в целом). Поэтому часто за словом стоят не только прямые значения, но и более скрытые смыслы, понятные на бессознательном уровне. Данные идеи и архетипы заложены в бессознательном каждого человека. Но для их проявления, т. е. для их осознания, необходимы определённые

202

условия, для того чтобы заставить их выступить на поверхность (яблоко у Ньютона, сон у Менделеева).

Следовательно, знание может быть не только рациональным, т. е. добытым в процессе мышления на сознательном уровне, но и внерациональным, добытым интуитивным путём. Основы познания – это творческий диалог между сознанием и бессознательным, рациональным и иррациональным. Поднимаясь из глубин коллективной психики, содержание познания выражается всегда сначала в образно-символической форме, затем в форме интуитивных философских понятий и лишь впоследствии получает вид научных категорий (теорий) в процессе рациональной обработки изначального опыта.

Итак, если наука имеет дело с рациональным, имманентным, т. е. данным в опыте, то знание, которое своим основным предметом имеет трансцендентное, т. е. находившееся за пределами чувственного опыта, будет называться вненаучным.

Вненаучное знание – знание, не вписывающиеся в жёсткие каноны научной рациональности, а также представляющее собой особый способ освоения действительности, отличный от науки. Вненаучное знание, во-первых, является обыденным знанием, возникающим в процессе повседневной практической деятельности людей и выражаемым естественным языком. Во-вторых, оно базируется на принципах единства объекта и субъекта познания, мышления и бытия, психического и физического, добывается в оккультно-мистической практике (магия, теософия, алхимия, астрология и т. п.) и носит эзотерический характер. В-третьих, для него характерно целостное видение мира, который понимается не как механически упорядоченная система, а как единый, живой, одушевлённый организм, в котором человек является проявлением творческого духа, пронизывающего всю Вселенную. В-четвёртых, вненаучное знание – это образно-символическое знание. А символ есть целостное выражение трансцендентной природы архетипа, априори упорядочивающего весь опыт сознания в его отношении к бессознательному. Наконец, в-пятых, вненаучное знание (наивно-реалистическое, мифологическое, художественное и т. п.) предшествует научному, из него наука черпает свои объекты и предметы исследования. С развитием науки маргинальный пласт знания, который до поры до времени игнорируется научным сообществом, актуализируется, что приводит к возникновению проблем, перспектив развития науки.

Учитывая, что многообразие вненаучной практики порождает многообразие вненаучного знания, его можно классифицировать как

203

по предмету, так и по методам познания. Среди разновидностей вненаучного знания выделяются следующие:

1.Ненаучное знание – это обыденное знание, наш житейский, художественный и прочий опыт, полученный в рамках предметночувственной деятельности.

2.Донаучное знание – это наивно-реалистическое, мифологическое знание, которое характеризуется синкретичным, нерасчленённым единством (тождеством), зачатком всех позднейших форм знания. Несмотря на то, что мифологическое знание было основным видом знания на заре человечества, его черты можно проследить в любой позднейшей цивилизации, вплоть до современной. (На семинаре целесообразно рассмотреть различные мифы – политические, экономические и т. п. – современного мира и России.)

Источником мифологического знания выступают мифы (например, мифы Древней Греции), сказки (например, русские сказки), легенды (например, о нормано-скандинавском происхождении русской государственности), а также стереотипы данной культуры, усваивающиеся через средства массовой информации и другие некритически воспринятые источники (слухи, сплетни и т. п.).

3.Протонаучное знание – это базис будущей науки в виде определённой системы знания о человеке и мире. Первые такие системы знаний возникли в развитых цивилизациях Древнего Востока и античности. Прежде всего, это философские системы как наиболее общее знание о мире и месте человека в нём (различные философские системы – даосизма, Сократа, Платона, Демокрита и т. п.). Кроме того, возникают системы знаний, основанные на практической деятельности: математика, геометрия, астрономия, системы военного дела, судостроения, земледелия, металлургии и др.

4.Паранаучное знание – возникает как альтернатива или дополнение к существующим видам научного знания. Главный критерий отнесения к данному виду вненаучного знания – несоответствие общепризнанным критериям построения и обоснования научных теорий, а также неспособность дать убедительное рациональное истолкование изучаемых феноменов.

Сюда относятся и некоторые новые теории, которые не обрели статус научных, хотя со временем они могут войти в новую парадигму знания данной эпохи. Отвергаемые научным сообществом, такие системы знаний, при недостаточности эмпирического материала, часто становятся девиантным научным знанием, отклоняющимся от принятой

204

научной парадигмы, чаще всего по гносеологическим, но может быть и по мировозренческим, концептуальным и даже политическим основам. Возникает непримиримое противоречие между носителями отклоняющегося знания и ортодоксально настроенным большинством научного сообщества. Например, попытки истолковать исторический процесс в русле эзотерической традиции («Роза мира» Андреева) или исследовать при помощи нетрадиционных методик феномены человеческой психики (парапсихология), также и собственно научные теории, противоречащие устоявшимся представлениям (гелиобиология Чижевского, теория пассионарности Гумилёва и т. п.).

5.Псевдонаучное (лженаучное) знание основывается на попытке расширения научного поиска путём построения теории на вненаучных основаниях. Псевдонаучное знание претендует на преодоление ограниченности актуального научного знания, связывается с обращением к дорациональным архаико-мифологическим структурам миропонимания (лженаука), стремится к концептуальной экспансии (квазинаука),

апорой маскируется под науку, а на деле отвергает её (псевдонаука). Учитывая особую опасность псевдонауки для развития общества, остановимся более подробно на этом феномене.

Термин «псевдонаука» – от греческого «pseudos» – ложь, ложный; синоним псевдонауки – лженаука. Главное отличие псевдонауки от науки – это некритичное использование новых непроверенных методов, зачастую ошибочных данных и сведений, а также отрицание возможностей опровержения, тогда как наука основана на фактах (проверенных и доказанных сведениях) и постоянно развивается, расставаясь с опровергнутыми теориями и предлагая новые.

Для псевдонаук характерны следующие методы получения, проверки и распространения знаний:

1.Некритический анализ исходных данных. За достоверные факты принимаются легенды, мифы, рассказы из третьих рук и т. д.

2.Пренебрежение противоречащими фактами. Интерес проявляется лишь к материалу, который можно истолковать в пользу доказываемой концепции, а всё остальное просто не рассматривается.

3.Неизменяемость взглядов, несмотря ни на какие возражения. Настоящие учёные не стесняются признаться в ошибке. Не стесняются потому, что есть уверенность в научном методе познания, который гарантирует устранение ошибок.

205

4.Отсутствие законов. Излагается не концепция, а рассказ или сценарий, по которому, по мнению автора, происходили определённые события. Так, в уфологии наиболее неприемлемым элементом являются не сами рассказы о встречах с пришельцами, а отсутствие их должного осмысления. Кто эти пришельцы? Откуда они? Если с других звёзд, то как преодолели технологические и экологические трудности организации межзвёздных путешествий, которые, как мы уже понимаем, имеют принципиальный характер? Ответы на эти и другие подобные вопросы если и даются, то оказываются неубедительными и бледными по сравнению с детализированными описаниями обстоятельств посадки НЛО. Очень характерно, что ещё никому из уфологов не удалось предсказать дату и место появления очередной летающей тарелки – верный признак отсутствия положительного знания.

5.Нарушение общепринятых этических норм. Это в наибольшей степени относится к квазинауке. Подтасовывать результаты экспериментов, подгонять решения под заданный ответ означает не просто давать неверную информацию (от ошибок никто не гарантирован), но поступать аморально. Такие

«учёные», как, например, в СССР академик Т. Д. Лысенко, не только дают ложную информацию обществу, но и применяют репрессивные меры (используя мощь тоталитарного государства) к своим оппонентам.

Характерными отличительными чертами псевдонаучной теории являются следующие:

•игнорирование или искажение фактов, известных автору теории, но противоречащих его построениям;

•нефальсифицируемость, т. е. невозможность проведения эксперимента (хотя бы мысленного), один из принципиально возможных результатов которого противоречил бы данной теории;

•отказ от попыток сверить теоретические выкладки с результатами наблюдений при наличии такой возможности, замена проверок апелляциями к «интуиции», «здравому смыслу» или «авторитетному мнению»;

•использование в основе теории недостоверных данных (т. е. не подтверждённых рядом независимых экспериментов, либо лежащих в пределах погрешностей измерения), либо недосказанных

207

на рассматриваться как исторический этап её становления. Астрология дала начало астрономии. Нумерология, возникшая в период бурного расцвета философии, математики и астрологии, дала начала некоторым идеям теории чисел. По сути, это протонауки прошлого, предшественницы современной науки.

Псевдонаучными сегодня являются попытки, игнорируя факты, использовать протонаучные теории как адекватную замену современной науке, использование их почтенного возраста в качестве оценки их истинности, а тем более научности.

Вот примеры теорий, либо не прошедших проверку, либо целиком пересмотренных и преобразованных в соответствии с новыми сведениями. Теория теплорода и теория флогистона дали начало молекулярной термодинамике. Теория Ламарка была одной из вех становления эволюционной теории живого. Теория мирового эфира была одной из первых попыток изучить структуру «пустоты», спровоцировала целый ряд экспериментов по её проверке, которые привели к глубокому пересмотру физических понятий. Идея о гомункулусе привела к формированию идей онтогенеза.

С другой стороны, существуют «науки», которые появились как некорректные попытки основать новые, альтернативные науки:

•Информациология;

•Суперкритическая историография, в частности, «новая хронология» (академик РАН А. Т. Фоменко);

•«Новое» учение о языке или «яфетическая теория»;

•«Волновая генетика»;

•«Торсионные поля» и т. п.

Возникли оспариваемые попытки связать современные научные теории с религиозными или мистическими учениями: «креационизм», «парапсихология» (телепатия, телекинез и т. п., психотропное оружие), «телегония», «научный подход» в Каббале.

Некоторые из них являются разного рода устаревшими или маргинальными учениями (различные «системы оздоровления», психологические, оккультные учения, религиозные и политические движения и др.). К ним относятся графология, валеология, дианетика, френология.

В этих учениях присутствуют как элементы, которые могут быть приняты доказательной наукой, так и положения, которые принимаются их сторонниками без доказательств (например, потенцирование и «перенос информации» в некоторых гомеопатических школах).

208

Наконец, к псевдонауке следует отнести попытки использования научных подходов в качестве бренда или модного атрибута, названия статьи или работы: например, синергетика (см.: псевдосинергетика), нанотехнология (нанопрокладки и т. п.).

Не следует забывать, что в момент своего становления течения, рассматриваемые ныне как псевдонаучные, были естественными составляющими общего познавательного процесса. Так, в астрономии были использованы наблюдения астрологов (например, Иоганн Кеплер известен также составлением гороскопов). Гомеопатия в настоящее время многими считается паранаучной, хотя была частью науки своего времени, внесла свой вклад в систему верификации экспериментальных исследований (двойной слепой метод), принимала участие в разработке основ иммунологии и низкодозовой терапии. Алхимия является естественной предшественницей химии и фармакологии.

Границы между наукой и псевдонаукой являются весьма спорными и трудно определяемыми аналитически, даже после более чем столетнего диалога между философами науки и учёными в различных областях, несмотря на некоторые базовые согласия по основам научной методологии.

Так, если наука занимается объяснением мира, отталкиваясь при этом от принципа каузальных соответствий, основная проблема вненаучных форм знания – понимание мира, которое тесно связано с переживанием и образом жизни человека. Поэтому для адепта магии, например, имеет значение не столько та или иная теория, как способ описания мира, сколько намерение практиковать это искусство и посвятить ему всю жизнь.

Вненаучное знание представляет собой тот более широкий культурный контекст, который, сопровождая развитие науки, постоянно обогащает её своим содержанием и тем самым способствует изменению научных парадигм.

И всё же научное и вненаучное знания не есть непересекающиеся параллельные линии, они всегда находятся в сложных взаимоотношениях. На первом этапе это нерасчленённость протонаучного и вненаучного знания (в древних цивилизациях в магии, мифологии, язычестве и многобожии).

На втором этапе, при становлении монотеизма мировых религий, т. е. преимущественно вненаучного познания природы Человека и Космоса, между религиозным знанием и возникшими системами научного знания возникает контаминация (смешение, слияние разнородных

209

факторов). И всякое нарушение религиозного догмата было наказуемо, вплоть до уничтожения субъекта познания. Это особенно характерно для эпохи Средневековья. За прегрешения христианской, прежде всего католической церкви, перед человечеством Папа Римский Иоанн Павел II произнёс в 2000 году молитву покаяния.

На третьем этапе с возникновением и развитием классической науки, особенно в ХХ веке, происходит заимствование вненаучным знанием понятий, теорий науки для подтверждения определённых догматов вненаучного знания. В то же время многие выдающиеся учёные остаются верующими людьми.

На четвёртом, современном этапе взаимоотношения между научным и вненаучным знаниями осуществляются на уровне сотрудничества и партнёрства. Научной общественностью всё больше овладевает мысль, что содержание вненаучного знания может стать почвой для развития познания Природы, Космоса и, прежде всего, Человека. Вспомним, например, как воинствующие атеисто-коммунисты за основу создания «Морального кодекса строителя коммунизма» взяли нравственные проповеди христианства. Интересны исследования функций головного мозга у священников и иноков Александро-Невской лавры (лаборатория нейропсихофизиологии Психоневрологического института им. В. М. Бехтерева во главе с доктором биологических наук В. Слезиным), когда во время молитвы обнаружили четвёртое «молитвенное состояние» сознания наряду с бодрствованием, медленным и быстрым сном. Учёные доказали, что с помощью беспрестанного повторения Иисусовой молитвы «Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя грешного» верующие способны обрести возможность нравственного и даже физического оздоровления. При молитве происходит полное исчезновение карстовых ритмов, человек отходит от психотравмирующей действительности, от накопленных за прожитые годы негативных стереотипов, разрушающих иммунную систему.

Наметившаяся тенденция сотрудничества различных форм научного и вненаучного знания имеет гносеологические и методологические основы. Это общий предмет познания – Человек и его отношение к Миру. Важное значение имеет открытие современной научной философией трансцендентной подструктуры в природе человека наряду с био-психо-социальной подструктурами.

То общее, что объединяет науку и различные формы вненаучного знания, есть «любовь к истине», стремление к постижению глубочайших тайн бытия, раскрытие внутренних, творческих познавательных

210

возможностей человека. Однако, если наука опирается при этом на опыт (чувственное познание) и разум, то вненаучное знание использует в познании не только рациональные, но и иррациональные средства познания. Иррациональное часто играет основную роль (например, в мистицизме). Кроме этого, истина, например, в герменевтике (Т. Гадамер), отличается от эпистемологической или научной истин тем, что её обретение не предполагает верификацию через внешний опыт, эксперимент либо общественную практику. Субъект познания исходит из априорного признания «истинности», задаваемого в пределах согласованности (конвенциальности) внутриязыкового пространства его бытия. Следовательно, конвенциальность «истины» – ещё одно основание точек соприкосновения научного и вненаучного знаний. Герменевтический подход к вненаучному знанию как процессу взаимодействия «Я–Другой» позволяет включить иррациональное средства познания (озарение, интуиция, фантазия, «коллективное бессознательное» и т. п.) в процесс научного познания, поскольку процесс проникновения в инобытие, подсознание начинается с того момента, когда мы осознаём наши различия и начинаем считывать знаки, в которых Другой являет себя в этом мире.

Общим для вненаучного и научного знаний является источник их возникновения: наивно-реалистическое и мифологическое знания. Последние, являясь исторически первыми видами знания, синкретичны, самотождественны и выражаются в образно-символической, чувственно-наглядной форме, хотя уже содержат в себе зачатки и научного и вненаучного знаний. Затем, вследствие развития человеческого сознания и дифференциации культуры, из них возникают её последующие формы знания, хотя мифология продолжает неявно сопровождать развитие человеческого знания и воздействовать на него до сих пор.

Известно, что предельные отношения между миром и человеком обусловлены его способностью познать, понять, освоить, оценить или воспроизвести лишь то, что он может вообразить, выразить, сделать, сказать, написать и т. п. Но всё ли, что нам является, современная наука может осознать? Вряд ли. Примеров тому много: НЛО, экстрасенсорика, «четвёртое (молитвенное) состояние сознания» и многое другое. И здесь на помощь приходят вымысел (как целостно-связанная совокупность чистых возможностей человеческого сознания) и вера. Ни один творческий ход в науке не может обойтись без веры и вымысла. Гипотезы и эксперименты в науке чаще всего формулируются в терминах возможности «как если бы…» в «если…» и обратно.