Уголовно-правовые и криминологические аспекты преступлений против собственности. Монография

вий виновных по данному признаку следует выяснять, имел ли место сговор до начала действий, направленных на совершение хищения, распределялись ли роли для осуществления преступного умысла, какие действия совершены каждым исполнителем и другими соучастниками. Верховный Суд РФ указал, что: а) организованная группа налицо, когда по предварительной договоренности непосредственное изъятие чужого имущества осуществляет одно лицо, а другие оказывают ему непосредственное содействие; б) напротив, действия лица, непосредственно не участвовавшего в хищении чу- жого имущества, следует квалифицировать в зависимости от обстоятельств деяния со ссылкой на ст. 33 как организатора, подстрекателя или пособника1.

Пункт «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ предусматривает совершение кражи с незаконным проникновением в помещение либо иное хранилище. Под незаконным проникновением в помещение либо иное хранилище согласно позиции Верховного Суда РФ понимается противоправное и тайное в случае кражи вторжение в них с целью совершения хищения чужого имущества либо извлечение похищаемых предметов без вхождения в помещение либо иное хранилище (п. 18 упомянутого постановления Пленума Верховного Суда РФ)2. Под помещением согласно примечанию 3 к ст. 158 УК понимаются строения и сооружения независимо от их форм собственности, предназначенные для временного нахождения людей или размещения материальных ценностей в производственных или иных служебных целях.

Под хранилищем, в свою очередь, в гл. 21 УК РФ понимаются хозяйственные помещения, обособленные от жилых построек, уча- стки территории, магистральные трубопроводы, иные сооружения независимо от форм собственности, которые оборудованы ограждением либо техническими средствами или обеспечены иной охраной и предназначены для постоянного или временного хранения материальных ценностей.

Еще одним квалифицирующим признаком кражи является причинение значительного ущерба гражданину (п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ), который согласно примечанию 2 к ст. 158 УК РФ определяется с учетом его имущественного положения, но не может составлять менее 2 тыс. 500 руб. Первая часть данного примеча- ния является оценочной и потому наиболее проблематичной для судебно-следственной практики3, в ходе которой судом должны учитываться многочисленные обстоятельства, свидетельствующие

1 ÂÂÑ ÐÔ. 2003. ¹ 2. Ñ. 7, 8.

2 ÂÂÑ ÐÔ. 2003. ¹ 2. Ñ. 9.

3 Обзор надзорной практики Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ за 2000 год // Бюллетень Верховного Суда РФ. 2001. ¹ 7. С. 17.

71

о реальном причинении потерпевшему значительного для него материального ущерба.

Кража из одежды, сумки или другой ручной клади, находившихся при потерпевшем (п. «г» ч. 2 ст. 158 УК РФ), обычно именуемая карманной, по мнению законодателя, представляет повышенную общественную опасность в силу особой квалификации виновного. Объективная сторона этого состава кражи характеризуется местом, откуда изымается чужое имущество. Исходя из судебноследственной практики, под ручной кладью, находящейся при (у) потерпевшем, следует считать выполненные из различных материалов пакеты, барсетки, косметички, саквояжи, портфели, кейсы, их разновидности и другие средства для хранения ценностей, документов, мелких, но необходимых в повседневной жизни предметов и т.п. Обычно объективная сторона данной кражи связана с применением изощренных способов изъятия чужого имущества. Помимо этого, рассматриваемые преступления чаще всего относятся к профессиональной преступной деятельности, характеризующей субъекта как крайне негативную личность преступника.

Проведенные нами исследования показывают, что удельный вес такого рода хищений в общем объеме краж ежегодно составляет до 32—35%, а это достаточно высокий показатель. Данные виды краж чаще всего совершаются в больших городах (около 85%), в многолюдных общественных местах, связанных с интенсивной торговлей, ожиданием транспорта, передвижением транспорта, перевозящего пассажиров (49%), в гостиницах, ресторанах, иных пунктах питания людей (26%), в предпраздничные, праздничные и выходные дни (63%) и т.д.

Среди лиц, совершающих анализируемые кражи, преобладают лица мужского пола (около 85%). Женщины (до 15%) все чаще берут на себя не только пособническую и подстрекательскую роль, но и становятся как организаторами, так и исполнителями краж. Темп прироста за последние пять лет таких женщин — преступниц составил по нашим данным +8,2%. Самой активной группой при совершении исследуемых краж являются лица в возрасте 18—30 лет и на них приходится около 58% всех совершенных краж. Динамика роста данной категории преступлений зафиксирована в возрастной категории 18—20%, что приводит к прогностическим выводам о продолжении тенденции анализируемых хищений (подробнее в приложении 2 настоящего исследования).

Вторая группа квалифицированных составов кражи более высокой степени общественной опасности предусмотрена ч. 3 ст. 158 УК РФ и включает в себя кражу, совершенную с незаконным проникновением в жилище, и кражу, совершенную из нефтепровода, нефтепродуктопровода и газопровода, а также в крупном размере.

72

Проникновение — это тайное незаконное вторжение в жилище с целью совершения кражи. Поэтому не будут считаться кражей случаи когда: 1) лицо находилось в жилище правомерно, а затем решило совершить и совершило кражу; 2) когда лицо оказалось в жилище по приглашению потерпевшего или лиц, под охраной которых было имущество в жилище, в силу родственных отношений, знакомства.

Если виновный совершил проникновение в жилище со взломом замков, решеток и иных препятствий, то содеянное им следует квалифицировать только по ч. 3 ст. 158 УК РФ без дополнительной квалификации по ст. 167 УК РФ, поскольку умышленное уничтожение имущества потерпевшего в этих случаях явилось способом совершения кражи при отягчающих обстоятельствах. Однако это положение не касается случаев уничтожения или повреждения имущества потерпевших, если оно не являлось предметом хищения.

Под жилищем согласно примечанию к ст. 139 УК РФ понимаются индивидуальный жилой дом с входящими в него жилыми и нежилыми помещениями, жилое помещение независимо от формы собственности, входящее в жилищный фонд и пригодное для постоянного или временного проживания, а равно иное помещение или строение, не входящее в жилищный фонд, но предназначенное для временного проживания.

Под нефтепроводом понимается сооружение для транспортировки нефти и нефтепродуктов. Нефтепродуктопровод определяется как комплекс подземных, наземных и надземных сооружений, предназначенный для транспортирования нефтепродуктов из районов их производства или хранения до мест потребления. Газопровод характеризуется как сооружение для транспортировки горючих газов от места добычи или производства к пунктам потребления1.

В отношении хищений из нефтепроводов и нефтепродуктопроводов необходимо отметить, что способом их совершения выступает, как правило, осуществление криминальной врезки. Согласно п. 4.1 Методики расчета ущерба от криминальных врезок в нефтепродуктопроводы, утвержденной приказом Минэнерго России от 6 июня 2001 г. ¹ 167, криминальная врезка представляет собой проделываемое в стенках трубопровода (или какого-либо его элемента) отверстие, предназначенное для хищения нефтепродуктов.

Необходимо также отметить, что подобный способ совершения хищения (путем «вреза»), на наш взгляд, не характерен для хищений из газопроводов, поскольку газ является взрывоопасным веществом, т.е. химическим соединением, способным к быстрому само-

1 Безверхов А.Г. Хищение из нефтепроводов, нефтепродуктопроводов и газопроводов: понятие, причины, превенция. Самара, 2007; Большой энциклопедиче- ский словарь. Т. 1, 2. М., 1991. С. 28, 266.

73

распространяющемуся химическому превращению, взрыву без доступа кислорода. Хищения из газопроводов могут совершаться, как правило, работниками, служащими и руководящим персоналом соответствующих организаций с использованием своего должностного или служебного положения без осуществления противоправного «вреза».

Важное значение для квалификации содеянного имеет установление вида имущественного ущерба. Так, обязательным признаком объективной стороны хищения является причинение виновным реального ущерба потерпевшему, т.е. такого имущественного вреда, который выражается в уменьшении наличного имущества у последнего. Неполученные потерпевшим доходы в результате совершения хищения на квалификацию содеянного влияния не оказывают, так как размер хищения измеряется стоимостью похищенного имущества.

При характеристике реального имущественного ущерба за основу принимается стоимость похищенного имущества. Определяя размер похищенного имущества, следует исходить из его фактиче- ской стоимости на момент совершения преступления. При отсутствии сведений о цене стоимость похищенного имущества может быть установлена на основании заключения экспертов (п. 25 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 г. ¹ 29 «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое»).

При расчете ущерба, причиняемого собственнику трубопровода, практические работники руководствуются «Методическими рекомендациями по оценке ущерба от аварий на опасных производственных объектах», утвержденными постановлением Госгортехнадзора России от 29 октября 2002 г. ¹ 63. Ликвидация несанкционированных «врезов» включает в себя:

а) расходы на ликвидацию (локализацию) аварии, в том числе стоимость материалов и электроэнергии, непредусмотренные выплаты заработной платы персоналу, стоимость услуг специализированных организаций по локализации и ликвидации аварии;

б) расходы на расследование аварии, т.е. на оплату труда членов комиссии по расследованию, стоимость услуг экспертов, привлекаемых для расследования;

в) социально-экономические потери — затраты на компенсацию и проведение мероприятий вследствие гибели или травмирования персонала, в том числе гибели (травмирования) третьих лиц.

Учитывая вышесказанное, ущерб от повреждения нефтепровода всегда оценивается как значительный.

Крупным размером согласно примечанию 4 к ст. 158 УК РФ признается стоимость имущества, превышающая 250 тыс. руб.

Третью группу квалифицирующих составов кражи образуют кражи, совершенные организованной группой и в особо крупном разме-

74

ре. Они представляют наиболее высокую в рамках ст. 158 УК РФ общественную опасность.

Вклад в совершение преступления может быть любым, лишь бы он отвечал общим признакам соучастия. Применительно к совершению убийств Верховный Суд РФ посчитал, что организованная группа — это «группа из двух и более лиц, объединенных умыслом на совершение одного или нескольких убийств. Как правило, такая группа тщательно планирует преступление, заранее подготавливает орудия убийства, распределяет роли между участниками группы». Из этого суд делает вывод: «поэтому при признании убийства совершенным организованной группой действия всех участников независимо от их роли в преступлении следует квалифицировать как исполнительство без ссылки на ст. 33 УК РФ»1.

Таким образом, по позиции Верховного Суда РФ, по существу, любой вклад означает соисполнительство. Но необходимость установления признаков организованности (организационных признаков) при этом остается. Анализируя данный институт соучастия можно сделать вывод о том, что он указывает на три таких признака: а) должно существовать объединение, т.е. по меньшей мере, словесно выраженное или конклюдентное волеизъявление и основанное на нем соглашение об объединении в группу на неопределенный, но относительно продолжительный период; б) оно должно состояться заранее, т.е. до начала стадии выполнения объективной стороны; в) группа как результат объединения должна быть устой- чивой, т.е. обеспечить возможность контактов ее участников, их взаимную поддержку, субъективно отражать готовность к совершению в последующем одного или более преступлений. Основной признак, отличающий организованную группу от группы лиц по предварительному сговору, — это устойчивость. Разумеется, повышенная опасность хищения, совершенного организованной группой, определяется и другими обстоятельствами, но эти признаки либо не являются постоянными, либо их не удается формализовать.

Пленум Верховного Суда РФ в постановлении от 25 апреля 1995 г. ¹ 5, раскрывая понятие организованной группы, дополнил законодательное определение следующим образом: «Такая группа характеризуется, как правило, высоким уровнем организованности, планированием и тщательной подготовкой преступления, распределением ролей между соучастниками и т.п.». Особенность организованной группы (в отличие от группы лиц с предварительным сговором) состоит в том, что некоторые ее члены могут не только выполнять элементы объективной стороны кражи, но и создавать условия для совершения хищения, например, подыскивать будущие жертвы, принимать и реализовывать похищенное, оказывать транс-

1 ÂÂÑ ÐÔ. 1999. ¹ 3. Ñ. 4.

75

портные услуги или осуществлять иное обеспечение преступной деятельности группы. При наличии устойчивых связей с другими членами организованной группы действия ее участника квалифицируются по п. «а» ч. 3 ст. 158 без ссылки на ст. 33 УК, даже если эти действия по своим объективным признакам не выходят за рамки пособничества.

Особо крупным размером в гл. 21 признается стоимость имущества, превышающая 1 млн руб. На определение размера кражи не влияет полное или частичное возмещение вреда после совершения преступления. При совершении кражи группой лиц квалификация по размеру определяется общей стоимостью похищенного, а не долей того или иного участника, разумеется, если члены группы сознавали, что группа совершает хищение в особо крупном размере. При неконкретизированном умысле (относительно размера) содеянное квалифицируется в зависимости от стоимости фактически похищенного.

Следующая форма хищения — мошенничество, представляет собой сложное по объективной и субъективной сторонам посягательство на чужое имущество, могущее выступать в форме хищения и не являться им. Поэтому в судебно-следственной практике, в первую очередь, уяснению подлежат: а) конструкции основных составов мошенничества; б) понятия обмана, злоупотребления доверием, приобретения права на чужое имущество.

Мошеннические действия с течением времени меняют свой характер и распространяются буквально на все области экономики и социальных отношений в целом. Традиционно мошенничество выглядит в глазах общества в целом и профессионалов как посягательство на имущество физических лиц, использующее их легковерие, жадность, невнимательность. В последние годы, однако, уго- ловно-правовой запрет мошенничества превращается в наиболее часто применяемую норму, направленную на охрану различных видов собственности, связанных с применением различных — часто весьма сложных — экономических приемов. Так, в 2001—2003 гг. этих видов общественно опасного деяния зарегистрировано и выявлено, а также лиц, их совершивших, соответственно: 79 296—23 934; 69 346—19 679; 87 471—20 646. Однако уже в 2005 г. мошенничество было зарегистрировано 17 955 случаев, что на 42,4% больше чем в 2004 г., из них было раскрыто лишь 10 1041 преступление, т.е. всего 28,8%1.

Вместе с тем следует осторожно относиться к признанию в литературе различных видов хозяйственных сделок и операций мошенничеством. Предпринимательство и участие в экономической деятельности связаны с риском, пределы которого должны быть

1 Состояние преступности в России за 2005 г. М.: ГИЦ МВД РФ, 2006. С. 2,3.

76

ограничены нормативно, но не простым усмотрением. Рыночному хозяйству имманентно стремление к прибыли, и вне прибыли оно не существует. Уголовная ответственность за мошенничество в экономических отношениях может наступать лишь в экстремальных случаях, требующих внимательной правовой оценки, в частности, при разительном несоответствии полученного и возмещения за него, при нарушении обязанности защиты интересов партнера по обязательственным отношениям, при заведомом искажении содержания волеизъявления. Но во всех этих случаях, так или иначе, должны быть установлены все признаки состава уголовно-наказу- емого мошенничества. Соблюдение экономических и иных интересов государства и общества требует применительно к мошенничеству внимательного разграничения уголовной и частноправовой, а также иной публичной ответственности.

Анализ ст. 159 УК РФ показывает, что она содержит два различных основных состава преступления и три группы квалифицирующих признаков, подразделенных по степени общественной опасности. Эти признаки, что бывает редко, относятся к каждому из двух основных составов.

Первый основной состав мошенничества представляет собой по прямому тексту закона хищение чужого имущества. Установление в действиях лица этого состава мошенничества требует выявления предусмотренных законом признаков хищения, содержащихся (и проанализированных нами) в ч. 1 ст. 158 УК РФ. Здесь, прежде всего, складывается ситуация, когда объектом посягательства являются вещи, но изъятие осуществляется путем добровольной передачи потерпевшим своего имущества субъекту деяния вследствие обмана или злоупотребления доверием.

Второй основной состав не является хищением. Он представляет собой посягательство на имущество в целом, т.е. это ситуация, когда потерпевший передает сам субъекту деяния не только вещи, но и имущественные права, также действуя под влиянием обмана или злоупотребления доверием.

Таким образом, основным разграничительным признаком между составами мошенничества является предмет посягательства. В первом случае он такой же, как и при любой форме хищения. Во втором — это имущество в целом.

Два основных состава мошенничества послужили поводом для споров, возникающих в судебно-следственной практике при отграничении мошенничества от иных правонарушений, суть этих споров заключается в неодинаковой степени общественной опасности мошенничества, представляющего собой, как мы отмечали выше, хищение чужого имущества, и мошенничества, выражающегося в приобретении права на чужое имущество.

77

С точки зрения уголовного права, указанные разновидности мошенничества характеризуются различием в моментах окончания преступления. Первый состав мошенничества — хищение — считается оконченным с момента, когда виновный получает реальную возможность распоряжаться имуществом, обращенным им в свою пользу или пользу третьих лиц, а второй состав мошенничества, состоящий в приобретении только права на имущество, — с момента получения такого права виновным, причем либо не имеющим еще реально возможности пользоваться или распоряжаться соответствующим имуществом, либо имеющим ее, но не в результате своих действий. В связи с данным обстоятельством, но без какого либо юридического анализа, В.Н. Лимонов утверждает, что «это свидетельствует о том, что по существу в большинстве случаев мошенни- чество в виде приобретения права на чужое имущество является покушением на мошенничество, представляющее собой хищение чужого имущества, или приготовления к нему, и в качестве таковых должно влечь менее строгую ответственность, что исключено при объединении обеих разновидностей мошенничества в одной статье особенной части УК»1.

С. Щепалов, анализируя состав мошенничества, видит сущность данного преступления «не в хищении, а в причинении потерпевшему имущественного ущерба»2.

На наш взгляд, признавая уголовно-правовую норму о мошенни- честве не совсем удачной, для анализа мошенничества, как и в иных случаях, вначале устанавливается наличие одного из основных составов мошенничества. Затем последовательно изучается наличие или отсутствие квалифицирующих признаков от ч. 2 до ч. 4 данной статьи.

При этом основными специальными (т.е. характеризующими мошенничество) понятиями, используемыми в процессе квалификации деяния по данной статье, являются: обман, злоупотребление доверием, заблуждение потерпевшего или нахождение в обманутом состоянии, распоряжение имуществом или его добровольная передача, а применительно ко второму составу мошенничества, не образующему хищения, также понятия имущественных прав и их приобретения.

Первый состав — мошенничество как хищение чужого имущества имеет тот же объект и предмет, которые свойственны всем преступлениям против личных прав собственности субъекта.

Объективная сторона первого состава мошенничества включает в себя: действия или бездействие, состоящие в обмане или злоупотреблении доверием; состояние обмана как промежуточный резуль-

1 Лимонов В.Н. Уголовно-правовая оценка мошенничества // Журнал российско-

го права. М., 2002. ¹ 2. С. 79, 80.

2 Щепалов С. Мошенничество — это умышленное причинение ущерба // Российская юстиция. М., 2003. ¹ 1. С. 2, 3.

78

тат этих действий или бездействия; распоряжение имуществом со стороны потерпевшего; получение имущества; ущерб потерпевшего; причинную связь между действиями по обману, состоянием обмана или заблуждением, а также заблуждением и распоряжением имуществом со стороны потерпевшего.

Действия, состоящие в обмане, заключаются в таком воздействии на интеллектуальную и эмоциональную сферу потерпевшего, которое вызывает неправильное представление о фактах, относящихся к желаемой субъектом деяния передаче имущества потерпевшим. В структуре действий, состоящих в обмане, выделяются объект воздействия или то, относительно чего потерпевший вводится в заблуждение, средства обмана и способы обмана. Объекты воздействия весьма разнообразны, но все они должны входить в систему представлений лица о внешнем мире, на основе которых может быть принято распоряжение имуществом. В литературе выделяется обман о вещах, предполагаемых или совершенных действиях, намерениях, личностях и пр.1

Средствами воздействия являются сообщаемые сведения о фактах. Под фактами понимаются обстоятельства, выступающие как часть реально происходивших процессов, доступные восприятию и могущие быть доказанными. Фактами служат события и состояния, относящиеся к прошлому и настоящему. Понятие фактов не является достаточно определенным и само по себе не может быть всегда пригодным для практики. В литературе поэтому нередко перечисляются те обстоятельства, относительно которых или с помощью которых субъект осуществляет обман, вводит в заблуждение. Кроме того, дается перечисление обстоятельств, которые не могут рассматриваться как факты. Это оценочные суждения, рекламные утверждения, прогнозы, предположения о развитии событий и пр. Однако и в этих суждениях может наличествовать некоторое фактическое ядро, и оно в определенном контексте также может рассматриваться как факт или факты.

Обман может быть совершен путем действия и — реже — бездействия. Господствующее мнение, по-видимому, состоит в том, что способы обмана могут быть практически любыми, лишь бы они обеспечивали воздействие на интеллектуальную и эмоциональную сферу личности в письменном виде, путем прямых утверждений, конклюдентных действий, когда по деловой практике и характеру отношений действию или бездействию придается некоторое устой- чивое значение. Обман может совершаться с помощью действий, не

1 См., например: Гаухман Л.Д., Максимов С.В. Ответственность за преступления

против собственности. М., 1997. С. 65; Гузун В. Растрата, кража или мошенниче- ство? // Закон и жизнь. Кишинев, 1991. ¹ 4. С. 40, 41; Завидов Б.Д. Обычное

мошенничество и мошенничество в сфере высоких технологий: Практ. пособие. М.: ПРИОР, 2002. С. 7; и др.

79

сопровождающихся передачей сведений, но служащих введению в заблуждение или необходимых для этого.

Весьма проблематичным является определение состава мошенничества при хозяйственном обороте и обмана путем бездействия. В этой сфере таким способом обман совершается обычно, когда на субъекте лежит обязанность сообщения фактов при заключении сделки либо непосредственно при оказании услуги. Эта обязанность может быть установлена законом, следовать из договора, из обычаев делового оборота, а также предшествующих действий данного лица. Определение обязанности сообщения представляет сложную юридическую проблему. Ее решение требует обращения к гражданскому и иному позитивному законодательству. Во всяком случае, должно быть установлено вначале наличие заблуждения в смысле ст. 178 ГК РФ либо обмана по ст. 179 ГК РФ, поскольку действия по обману совершаются в рамках двусторонней сделки. На этой основе решается вопрос о наличии обмана исходя уже из ст. 159 УК РФ. К сожалению, до настоящего времени судебноследственная практика не выработала определенной позиции о различиях обмана в уголовном и гражданском законодательстве. Можно предположить, что конституирующими признаками уголовно-пра- вового обмана являются его интенсивность, создающая повышенный риск введения потерпевшего в заблуждение, и направленность непосредственно на извлечение такой выгоды из сделки, которая в непереносимом объеме нарушает правила хозяйственного оборота.

В свою очередь, злоупотребление доверием связано со вторым способом мошенничества, хотя злоупотребление доверием также может предполагать последующее совершение обманных действий. Спецификой злоупотребления является наличие особой благоприятной ситуации для совершения обманных действий, а именно — наличие отношений доверия. В законодательстве и литературе отсутствует определение отношений доверия. На практике к ним относят отношения служебные, трудовые, договорные, родственные, дружеские и иные. Важно, чтобы по своему содержанию эти отношения обеспечивали последующее злоупотребление ими, т.е. совершение обманных действий.

Разграничение обмана и злоупотребления доверием не влечет правовых последствий.

Состояние обмана (заблуждение потерпевшего) является последствием обманных действий. Его установление необходимо потому, что лицо, чье имущество является потенциальным предметом посягательства, должно осуществить имущественное распоряжение именно вследствие обмана, а не по невнимательности, отсутствию необходимой заботы о сбережении имущества, иногда жалости (например, в отношении так называемых брачных аферистов) и по иным, не связанным с обманом, основаниям. Особенно актуальной

80