Постмодернистский ракурс в методологии. Методологические подходы и составляющие их теории. Учебное пособие

2.2. Теория Э. Гидденса

ляцию предоставляемых ими глобальных возможностей. Наиболь- шим весом автор наделяет три фактора, непосредственно воспроиз- водящих и олицетворяющих позднемодерное общество, «источники динамизма современности» 282. Первый из них упомянут ранее, он формулируется как «разделение (дистанциация) времени и про- странства», то есть «артикуляция социальных отношений сквозь расширенные сети времени-пространства … [что] создает базис для их рекомбинации в способах координации социальной активно- сти без необходимого ранее влияния особенностей пространства/ме- ста» 283. Зарождение данного фактора было положено изобретением часов и мировой карты, что позволило осуществлять координацию интеракций с большой точностью и в глобальных масштабах; даль- нейшие изобретения в сфере коммуникаций укрепили заявленные тенденции. Вторым фактором автор называет «открепление (преодо- ление укорененности) социальных институтов», что подразумевает институциональные интеракции за рамками локального посредством специальных механизмов («абстрактных систем»), куда относят- ся символические средства и экспертные системы. Символические средства — это универсальные стандартизованные средства обмена, имеющие глобальное распространение: «деньги преодолевают время (кредит) и пространство (возможны трансакции между индивида- ми, никогда не встречавшимися в жизни)» 284. Экспертные системы, то есть инстанции регулярного производства специализированного знания, также способны преодолевать время и пространство за счет анонимности предоставления и получения знания в различных обла- стях социальной жизни.

282Гидденс Э. Последствия современности // Мониторинг общественно-

го мнения. 2010. № 6 (100). С. 175.

283Giddens A. Modernity and Self-Identity. Self and Society in the late Modern Age. Stanford: Stanford University Press, 1991. P. 16–17.

284Ibid. P. 17.

81

2. Теории в качестве иллюстрации методологических подходов

Третьим фактором динамичности общества позднего модерна в те- ории Гидденса становится рефлексивность как перманентное осмыс- ление происходящего со стороны реализующих Практики агентов, групп и институтов. Поскольку рефлексивность представляет собой многоаспектное свойство, опишем его далее подробно. Выделенный наборфакторовстоитпониматьнекаксочетаниеинститутов(институ- циональный комплекс модерна, согласно концепции Гидденса, не пре- терпел существенных изменений с момента его зарождения), но как те обстоятельства, которые укрепляют и усиливают радикальные тен- денции поздней модернити. Рефлексивность описывается теоретиком нетолькокакфактординамичностиобщества, ноикакеговажнейшая отличительная черта. «Рефлексивность модерной социальной жизни состоит, по Гидденсу, в том, что социальные практики постоянно кри- тическиоцениваютсяитрансформируютсявсветепоступающейоних информации» 285: уникальная идея состоит в том, что рефлексивность имеет как индивидуально-агентский, так и общесистемный характер (в этом двойственность объяснения, характерная для подхода к изуче- нию Практик). В таком случае «само Селф, как и более широкий ин- ституциональный контекст, в котором оно существует, построено реф- лексивно» 286, то есть рефлексия становится типичным компонентом повседневного существования и позволяет волюнтаристически видо- изменятьпрактикивследствиеразличныхпровоцирующихрефлексию информационных поводов. Проявления и последствия рефлексивно- сти противоречивы. Наделенные наибольшими ресурсами рефлексив- ные агенты пытаются осуществлять регуляцию общественной жизни всторонуподдержанияилиизмененияситуации. Экспертныесистемы

285Фурс В. Н. «Критическая теория позднего модерна» Энтони Гид- денса // Социологический журнал. 2001. № 1. С. 44–73. [Электронный ресурс] Режим доступа: https://www.jour.fnisc.ru/index.php/socjour/article/ view/666/619.

286Giddens A. Modernity and Self-Identity. Self and Society in the Late Modern Age. Stanford: Stanford University Press, 1991. P. 3.

82

2.2. Теория Э. Гидденса

предлагают свое видение, которое опосредуется медиа и становится ориентиром рефлексивных агентов динамичного модерна.

Как следствие множества рефлексивных решений происходит по- стоянное нарастание динамизма и неопределенности социальной сре- ды, что само по себе подстегивает дальнейшую рефлексивность и свя- занное с ней хроническое сомнение в имеющемся знании. Помимо прочего, экспертные системы являют собой колоссальный «развопло- щающий механизм» 287, предлагая разноречивые версии правды, из ко- торых агентам приходится выбирать самостоятельно. Подвергнутые рефлексии, Практики позволяют агенту конструировать проект Селф на основе совершенных выборов, но в то же время за счет подрыва рутины расшатывают уверенность в незыблемости мира или, в слова- ре теории Гидденса, представляют угрозу для чувства онтологической безопасности288. Рефлексивные агенты и экспертные системы ориен- тированы на оценку событий в терминах риска и стремятся проекти- роватьвсевозможныеисходы, говоритсяобособом«климатериска» 289 с акцентом на его повсеместности. Традиционное общество, следуя Гидденсу, не знало риска — там, где мировой порядок имел религиоз- ные или магические обоснования, идея случайности как содержания риска была невозможна290. Если в традиционных культурах «причин- ность событий полагалась связанной с волей Бога или рока или как результат влияния еще чего-либо, что было освящено ритуалом» 291,

287 Ibid.

288 Гидденс Э. Трансформация интимности. Сексуальность, любовь и эротизм в современных обществах / Пер. с англ. И. Тюриной. СПб.: Пи-

тер, 2004. 208 c.

289Климов И. А. Социологическая концепция Энтони Гидденса // Социо- логический журнал. 2000. № 1/2. С. 121–149. [Электронный ресурс] Режим доступа: https://www.jour.fnisc.ru/index.php/socjour/article/view/634.

290Giddens A. Runaway World. How Globalization is Reshaping Our Lives. London: Profile Books, 1999. 264 p.

291The Second Globalization Debate. A Talk with Anthony Giddens // Edge.

83

2. Теории в качестве иллюстрации методологических подходов

то нынешнее общество, лишенное утешительной космологии, увере- но лишь в силе случайности. Важнейшим свойством риска в обще- стве «радикального» модерна Гидденс считает, присоединяясь в этом к У. Беку, его рукотворный характер, когда имеет место «созданная не- определенность» (manufactured uncertainty) … которая вытекает не из стихийности природных процессов, а из социализации природной среды и значительного возрастания трансформативного потенциала человеческого действия» 292. Среди таких рукотворных угроз — риск экологической катастрофы, экономический коллапс, риск возможно- стипримененияоружиямассовогопоражения. Восприятиерисков, как и рефлексивность, можно зафиксировать в разных масштабах, от биз- нес- и управленческих технологий по преодолению рисков до индиви- дуальных опасений и попыток калькуляций повседневных решений. Феномен риска в изображении Гидденса имеет, скорее, негативную окраску: автор описывает его как постоянно присутствующую в вос- приятии реципиентов «смесь эмансипации и тревоги» 293, порожда- ющую, помимо прочего, множество проблем идентичности. Однако дуалистичность взгляда теоретика проявляет себя и в данном отно- шении, когда в риске, помимо напряжений, признаются возможности «динамичнойэкономикииинновативногообщества» 294. Вактуальных условиях повышенной рефлексивности, глобальных коммуникаций

[Электронный ресурс] Режим доступа: http://edge.org/conversation/the-sec- ond-globalization-debate

292Фурс В. Н. «Критическая теория позднего модерна» Энтони Гид- денса // Социологический журнал. 2001. № 1. С. 44–73. [Электронный ресурс] Режим доступа: https://www.jour.fnisc.ru/index.php/socjour/article/ view/666/619.

293The Second Globalization Debate. A Talk with Anthony Giddens // Edge. [Электронный ресурс] Режим доступа: http://edge.org/conversation/the-sec- ond-globalization-debate.

294Giddens A. Runaway World. How Globalization is Reshaping Our Lives. London: Profile Books, 1999. P. 35.

84

2.2.Теория Э. Гидденса

исверхдинамичности прогнозы не могут не быть условными, стало быть, риск требует не столько тщательной калькуляции, сколько прин- ципиальной открытости ему.

Немаловажным элементом в общей концептуальной композиции позднемодерного существования можно считать аспект доверия, генерируемый агентами в отношении различных фрагментов соци- ального мира. Исходно доверие рассматривается автором как базис для формирования личности, который находит себя в чувстве онто- логической безопасности, то есть в необходимом для психического равновесия ощущении надежности бытия. Предпосылкой развития чувства онтологической безопасности и, следовательно, доверия считается рутина повседневной жизни295. В традиционном обществе с преобладанием рутины такому чувству ничто не угрожало, тогда как в дерутинизированном обществе модерна стабильность дефи- цитна и чувство онтологической безопасности нуждается в особой поддержке, а доверие становится острой потребностью, требующей удовлетворения. Данная потребность в обществе «рефлексивного» модерна удовлетворяется двояко: в области межличностных взаи- модействий, где формируется новый формат, «чистые отношения» на основе так называемого активного доверия (о чем подробнее ниже), и в отношении абстрактных систем, как вера в обязательства символических и экспертных систем.

Отдельный и, возможно, наиболее проработанный пласт теории позднего модерна Гидденса составляет описание специфики состо- яния личности в актуальных условиях. Автор, подобно теоретикам методологического подхода к изучению Индивидуализации, распо- ложен к дискурсу конструирования идентичности, его теория лич- ности в условиях динамичного модерна построена на раскрытии

295Гидденс Э. Устроение общества: Очерк теории структурации / Пер.

сангл. И. Тюриной. М.: Академический Проект, 2003. 528 c.

85

2. Теории в качестве иллюстрации методологических подходов

тезиса «самость — это рефлексивный проект» 296. В данном тезисе сконцентрированы многие аспекты сегодняшнего существования человеческого Я, в их числе повышенная рефлексивность Практик, плюрализация жизненных контекстов в свете информационного изобилия, резко обозначившаяся автономность каждого агента в во- просе самосоздания. Определяющим для конструирования Селф становится большое количество возможностей выбора Практик

испособов их реализации, предоставляемых глобальным миром. Для фиксации насущности выбора среди возможностей теоретик использует понятие стиля жизни, в котором содержится прямое указание на конструирование своего жизненного пути как сочета- ния повседневных выборов297. Областью для самовыражения ста- новится тело, рефлексивный агент социализирует свое тело посред- ством организации определенного режима, что с учетом развития современных технологий может принимать весьма радикальные формы. Участие существующих институциональных образований

иэкспертных систем играет особую роль в создании проекта Селф, поскольку агент осмысляет выборы практик и взвешивает риски, ориентируясь на институциональные правила и экспертные реко- мендации (автор называет в их числе всевозможные «гайды» по ру- ководству собственной жизни298). Характеризуя в общем социаль- ное самочувствие личности позднего модерна, можно сказать о ее раскрепощении в связи с открывшимися возможностями, наряду с минимизацией принуждения, исходившей ранее от традиционных

ираннемодерных институтов, а также в связи с возросшей рефлек- сивностью; когда «жизненная траектория обладает значительной

296 Гидденс Э. Трансформация интимности. Сексуальность, любовь и эротизм в современных обществах / Пер. с англ. И. Тюриной. СПб.: Пи-

тер, 2004. С. 57.

297Giddens A. Modernity and Self-Identity. Self and Society in the Late Modern Age. Stanford: Stanford University Press, 1991. P. 5.

298Ibid.

86

2.2. Теория Э. Гидденса

внутренней референтностью, влияние внешней обусловленности снижено» 299. Внимательное рассмотрение вопроса позволяет авто- ру разглядеть ряд сложностей, с которыми сталкивается индивиду- альное Селф при всем потенциале появившейся свободы. Теоретик обращает наше внимание на вероятность актуализации ощуще- ний персональной обессмысленности и «экзистенциальной изоля- ции» 300 в связи с отсутствием социально закрепленных и субъек- тивно оправданных моральных императивов в глобальном и реф- лексивноммире. Неоднозначностьоценкиситуациивобластииден- тичности раскрывается в теории Гидденса в столкновении шансов

ипроблем301. Двойная обусловленность социальной жизни, харак- терный ракурс методологического подхода к изучению Практик, проявляет себя в том числе в сочетании возможностей и проблем, которые предполагаются открытыми к изучению.

Наиболее перспективной частью жизни личности в условиях позд- немодерногообществатеоретиксчитаетэмоциональнуюилиинтимную коммуникацию. Автор убежден, что в свете нарастающих тенденций

идинамик«рефлексивного» модернапретерпеваютизменениясоциаль- ные институты, касающиеся сферы осуществления интимных отноше- ний (куда входят, в первую очередь, любовные и сексуальные отноше- ния, а также отношения родители — дети и дружба302). Эти изменения подразумевают слом укладов, привычек и стереотипов, радикальную

299Климов И. А. Социологическая концепция Энтони Гидденса // Социо- логический журнал. 2000. № 1/2. С. 121–149. [Электронный ресурс] Режим доступа: https://www.jour.fnisc.ru/index.php/socjour/article/view/634.

300Giddens A. Modernity and Self-Identity. Self and Society in the Late Modern Age. Stanford: Stanford University Press, 1991. 256 p.

301 Гидденс Э. Трансформация интимности. Сексуальность, любовь и эротизм в современных обществах / Пер. с англ. И. Тюриной. СПб.: Пи-

тер, 2004. 208 c.

302 Giddens A. Runaway World. How Globalization is Reshaping Our Lives. London: Profile Books, 1999. 264 p.

87

2. Теории в качестве иллюстрации методологических подходов

трансформацию практик. Эпицентром революции оказывается семья, поле противостояния между традициями и современностью303, где тен- денцииглобализацииразмываютпрежниепредставленияодопустимом и должном. Происходящая на стыке веков институциональная транс- формация позволяет утверждать глубинную метаморфозу институтов семьи и брака; основное направление изменений состоит в том, что прежняя нормативная предзаданность уступает место пластично орга- низованнымПрактикам, ориентированнымнаэмоциональнуюсамореа- лизацию304. Интимные отношения плотно связаны с конструированием идентичности, это существенный элемент жизненного стиля, а значит, они представляют собой сферу для совершения выбора. Причем, по- скольку в отношения включены как минимум двое рефлексирующих индивидов, их формат и климат всегда насыщен неопределенностью: «Сфера, которую принято называть «личные отношения», дает возмож- ность существовать психологически значимым коммуникации и само- выражению, отсутствовавшимвтрадиционномконтексте. Втожевремя этиотношениястановятсярисковымииопасными»305. Показательными в плане происходящих перемен оказываются интимные отношения, со- пряженныессексуальностью, — освобожденнаяотдогмиканоновсек- суальность содействует повышению значения удовольствия и свободы какприоритетовпозднемодерногоСелф306.

303Giddens A. Runaway World. How Globalization is Reshaping Our Lives. London: Profile Books, 1999. 264 p.

304Вовк Е. Рецензия на книгу Гидденс Э. Трансформация интимности. Сек- суальность, любовьиэротизмвсовременныхобществах. [Электронныйресурс]

Режимдоступа: https://bd.fom.ru/report/cat/socium/soc_gr/lady_man/gur050303.

305Giddens A. Modernity and Self-Identity. Self and Society in the Late Modern Age. Stanford: Stanford University Press, 1991. P. 12.

306Вовк Е. Рецензия на книгу Гидденс Э. Трансформация интимности. Сексуальность, любовь и эротизм в современных обществах. [Электронный ресурс] Режим доступа: https://bd.fom.ru/report/cat/socium/soc_gr/lady_man/ gur050303.

88

2.2. Теория Э. Гидденса

По Гидденсу, пластичная сексуальность способствует саморас- крытию личности только в том случае, если она подкреплена соот- ветствующим гармонизирующим проект Селф этическим кодексом, что наилучшим образом достигается посредством особой формы межперсональной связи, «чистыми отношениями». Автор считает чистые отношения наилучшей средой интимности, а сексуальность является их факультативным компонентом307. Чистые отношения, в которых «значение имеют только эмоциональное удовлетворение и эмоциональная вовлеченность партнеров» 308, как новый тип со- циальной связанности возникают и поддерживаются в качестве са- моценности и в то же время средства для самоактуализации Селф. С идеей чистых отношений связана предложенная Гидденсом кон- цептуализация доверия: здесь поднимается вопрос активного дове- рия как признания надежности Другого. Так как чистые отношения подразумевают рефлексивное участие агентов, а не ориентацию на внешне навязанные образцы, они включают сюжет согласования правиправилвкупесдобровольнымпринятиемрядаобязательств309. Применительно к доверию это означает необходимость его посто- янного поддержания путем собственной активности с ориентаци- ей на выработанные в отношениях условности. Риск, касающийся чистых отношений, состоит в том, что они могут быть расторгну-

307Однако работа Гидденса «Трансформация интимности…» сосредото- чена именно на отношениях любовно-сексуального содержания, возможно, как наиболее сложном и иллюстративном типе интимности.

308Вовк Е. Рецензия на книгу Гидденс Э. Трансформация интимности. Сексуальность, любовь и эротизм в современных обществах. [Электронный ресурс] Режим доступа: https://bd.fom.ru/report/cat/socium/soc_gr/lady_man/ gur050303.

309Фурс В. Н. «Критическая теория позднего модерна» Энтони Гид- денса // Социологический журнал. 2001. № 1. С. 44–73. [Электронный ресурс] Режим доступа: https://www.jour.fnisc.ru/index.php/socjour/article/ view/666/619.

89

2. Теории в качестве иллюстрации методологических подходов

ты в любой момент по желанию одной из сторон, чему в качестве причины и следствия сопутствует утрата активного доверия. Любо- пытнаакцентировкатеоретиканасоотношениизначимостисамокон- струирования и созидания чистых отношений — Гидденс приходит кмыслионеобходимостибалансамежду«я» и«мы» длянаилучшего исхода: «Самораскрытие, которое предполагает интимность, может продуцировать созависимость, если она не идет рука об руку с сохра- нением автономии» 310.

Теоретик признает идеалистический характер описания такого плана интимности, однако считает, что ее проявления в позднемодер- ном обществе получают значительное распространение. Более того, Гидденс осуществляет перенос политической атмосферы в личност- ную, говоряочистыхотношенияхкакопроявлениидемократии«сни- зу»: «Изменения, которые претерпевает интимность, подразумевают крупномасштабную демократизацию межличностной сферы таким способом, который вполне совместим с демократизацией публичной сферы» 311. «Демократиячувств» вмежличностныхотношенияхзада- ет и поддерживает также универсально значимый этический кодекс, составляющими которого являются запрет на насилие и причинение вреда, соблюдение прав и обязанностей, солидарное участие и от- крытость диалогу312. Демократизация, отмечает теоретик, проявляет себявобществепозднегомодерна, подвергаярадикальнойтрансфор- мации правила и практики института, считающегося базовым для су- ществования социальности, — института семьи313.

310 Гидденс Э. Трансформация интимности. Сексуальность, любовь

иэротизм в современных обществах / Пер. с англ. И. Тюриной. СПб.: Пи-

тер, 2004. С. 153.

311 Там же. С. 32.

312 Там же.

313 Гидденс Э. Девять тезисов о будущем социологии // Thesis: Теория

иистория экономических и социальных институтов и систем. 1993. Т. 1.

Вып. 1. № 1. С. 57–82.

90