Постмодернистский ракурс в методологии. Методологические подходы и составляющие их теории. Учебное пособие

2.1. Теория Ж. Бодрийяра

лирующие к аудитории политики, ученые-эксперты, общественные деятели и т. д. в медиасреде становятся симулякрами в индиффе- рентном сознании реципиентов. Диагностическое суждение автора соответствует тотально критической парадигме подхода — опусто- шение и деградация, «форма деградирующей социальности (снима- ющей напряженность, предохраняющей, успокаивающей и снисхо- дительной), формапредельнонизкогоуровнясоциальнойэнергетики (энергетики экологического функционирования), форма энтропии — именно в таком виде предстает перед нами социальное» 181.

В концепции Бодрийяра живописуется ведущая форма социаль- ных отношений — потребление. «Практика потребления выступает как новая матрица концептуализации социальной жизни в целом» 182, и «потребление» оказывается «обволакивающим» понятием постсо- циальности. Эмпирическим импульсом рассуждения о потреблении служит изобилие товаров в условиях переориентации рынков с про- изводства на сбыт, в свете последнего осмысляются роль и место по- треблениявсоциальныхвзаимодействиях. Потреблениеподаетсякак повсеместная всепоглощающая практика в разных сферах постсо- временности, начиная с потребления вещей как знаков и заканчивая потреблением информации (знаков). Массы, эта форма извращенной социальности, конституируются в потреблении, то есть поглощении знаков-симулякров. Пассивность восприятия информации сопряже- на с потребительской установкой: «мы потребляем тогда не такое-то зрелище и такой-то образ в себе, а виртуальность следования все- возможных зрелищ и уверенность, что закон последовательности

181БодрийярЖ. Втенимолчаливогобольшинства, илиКонецсоциально-

го. [Электронный ресурс] Режимдоступа: http://lib.ru/FILOSOF/BODRIJAR/ silent.txt.

182Фурс В. Н. Социально-критическая теория Жана Бодрийяра // Вест- ник СамГУ. 2009. № 5 (71). С. 15–30. [Электронный ресурс] Режим до-

ступа: https://cyberleninka.ru/article/n/sotsialno-kriticheskaya-teoriya-zhana- bodriyyara.

51

2.Теории в качестве иллюстрации методологических подходов

иразбивки программ ведет к тому, что ничто не может там появиться иначе, чем в качестве зрелища и одного из знаков» 183. Повседневный акт потребления, приобретение товара, трактуется как интеграция в общество, вклад в гиперреальную экономику с преобладанием про- изводства спроса над производством товаров. Потребление, по Бо- дрийяру, — область слияния мира знаков и вещей, культура постсо- временности мыслится как нагромождение того и другого. Знаки как носители информации включены «в глобальный процесс движения капитала» 184, вещи встроены в коммуникацию в качестве ее предме- та и способа. В масштабе общества потребление сопряжено с дис- курсом о вещах и также само представляет собой дискурс. Бодрийяр наделяет потребление диагностическим пафосом, ставя его в основу современной исчезнувшей, но и не исчезнувшей социальности. То- тальность и парадоксальность такого прочтения понятия потребле- ния, как отмечают, отвечает родному теории языку: во французском языке глагол se consommer (потреблять) имеет значение «осущест- вляться», но также и «уничтожаться» 185, 186. В качестве иллюстрации теории Бодрийяр приводит описание атмосферы молла как места организованного потребления, где обретает наглядность искусствен- ность среды соблазна потребителя: «Это сублимация всей реальной жизни, всей объективной общественной жизни, где ликвидируются не только труд и деньги, но и времена года … все схвачено и преодо- леновудобстве, вполупрозрачностиабстрактного«счастья», опреде-

183Бодрийяр Ж. Общество потребления. Его мифы и структуры / Пер.

сфр. Е. А. Самарской. М.: Республика; Культурная революция, 2006. С. 159.

184Бодрийяр Ж. Символический обмен и смерть / Пер. с фр. С. Н. Зенки- на. М.: Добросвет, 2000. 387 с.

185Бодрийяр Ж. Система вещей / Пер. с фр. С. Н. Зенкина. М.: Рудо- мино, 2001. [Электронный ресурс] Режим доступа: http://www.gumer.info/ bogoslov_Buks/Philos/Bod_SisV/index.php.

186Грицанов А. А., Кацук Н. Л. Жан Бодрийяр. Минск: Книжный дом, 2008. 256 с.

52

2.1. Теория Ж. Бодрийяра

ляемого единственно как расслабление напряженности» 187. Для нас существенно, что Бодрийяр заимствует и, возможно, усугубляет критические, радикально неомарксистские обертоны в описании по- требления, служащие, вероятно, усилению эффекта изображенного в стилистическом и содержательном планах: «Контролируемая, сма- занная, потребленная фекальность перешла теперь в вещи, повсюду рассеяна в неразличимости вещей и социальных отношений» 188.

Постсовременное общество, состоящее из потребителей, орга- низовано иначе, чем в предыдущие эпохи. Вместо значимой прежде гендерной и классовой дифференциации происходит ранжирование по потребляемым товарам и услугам. Социальная структура в ракур- се потребления концептуализируется Бодрийяром как дискурс, ком- муникация в котором происходит путем присвоения различных благ, персонализирует себя через приобщение к товарам-знакам189, 190. Логика потребления приводит к тому, что вместо статусной конку- ренции — самореализация в вещи, дискурс потребления центриру- ется на атомизированных Я. Примечательно отношение потребите- ля к миру — при всей отстраненности масс он любопытен, алчет новинок, однако быстро переключается: «отношение потребителя к «реальному миру» (политике, истории), обобщенное и системати- зированное в «обществе потребления» функционированием массо- вых коммуникаций, — это отрицание реального на основе жадного мультиплицированного восприятия его знаков» 191.

187Бодрийяр Ж. Общество потребления. Его мифы и структуры / Пер.

сфр. Е. А. Самарской. М.: Республика; Культурная революция, 2006. С. 11.

188Там же.

189Там же.

190Бодрийяр Ж. Система вещей / Пер. с фр. С. Н. Зенкина. М.: Рудомино, 2001. 223 с. [Электронный ресурс] Режим доступа: http://www.gumer.info/ bogoslov_Buks/Philos/Bod_SisV/index.php.

191Фурс В. Н. Социально-критическая теория Жана Бодрийяра // Вест- ник СамГУ. 2009. № 5 (71). С. 15–30. [Электронный ресурс] Режим до-

53

2. Теории в качестве иллюстрации методологических подходов

Постсовременность, раскрытая через потребление, позволя- ет Бодрийяру обнаружить столь значимый для подхода к изучению Господства модус власти и социального принуждения, состоящий

вякобы спонтанном соблазне. Во имя дурной бесконечности про- изводства индивида используют как потребительскую единицу, спо- собную желать и осуществлять очередную покупку192. Современные вещи как таковые наделены субстанцией власти и, на взгляд автора, способны управлять человеком в том плане, что объективно недол- говечны, регулярно требуют обновления и, тем самым, вовлекают

впрактику безостановочного потребления. Тематика власти позволя- ет соединить индустриальную и постиндустриальную эпохи — Бо- дрийяр, применяя идеи Маркса, считает обе эпохи организованны- ми по принципу расширенного воспроизводства производительных сил и контроля над ними193. Специфика настоящей ситуации состоит

всмещении акцента с производства на воспроизводство, но принцип общественной регуляции, невзирая на все нюансы, остается. Такое положение проявляет себя в том, что при всем отрицании значимо- сти социальных институтов в теории, в конкретных исследованиях на базе методологического подхода к изучению Господства могут встречаться обращения к институциональным воздействиям, при- нуждению со стороны институционально организованных практик потребления.

Нынешняя социальная ситуация, кроме того, потенциально кон- фликтна, поскольку в каждом из нас латентно присутствует антаго- низм производителя-жертвы режима и потребителя-сообщника ре-

ступа: https://cyberleninka.ru/article/n/sotsialno-kriticheskaya-teoriya-zhana- bodriyyara.

192Бодрийяр Ж. Система вещей / Пер. с фр. С. Н. Зенкина. М.: Рудомино, 2001. 223 с. [Электронный ресурс] Режим доступа: http://www.gumer.info/ bogoslov_Buks/Philos/Bod_SisV/index.php.

193Грицанов А. А., Кацук Н. Л. Жан Бодрийяр. Минск: Книжный дом, 2008. 256 с.

54

2.1. Теория Ж. Бодрийяра

жима, и «все делается для того, чтобы он ни в коем случае не принял живой критической формы противоречия» 194. «Отчуждение в труде заменяется на отчуждение в потреблении, с той разницей, что анта- гонизм овнутряется, потребление оказывается в дюркгеймианском смысле социально обусловленным феноменом и в марксовом смысле построенным на отчуждении» 195. Власть проявляет себя в постинду- стриальномобществеисключительновпотреблении, тогдакакнапо- литической арене царит симуляция: «искра власти погасла; сохрани- лась лишь видимость политической вселенной» 196.

За счет сопровождения рекламного дискурса потребление стано- вится моральным императивом. Рекламный дискурс как квазиидео- логия многослоен — он апеллирует как к наслаждению вещью, так и к психическим нуждам человека в общении, защищенности, иден- тичности197. Зритель-потребитель оказывается чувствителен к этому дискурсукакклегендеороскошномизаботливомобществе. Реклама выполняет функции социализации потребителя, «заменяя пуритан- скую мораль гедонистической моралью чистого удовлетворения» 198. «Соблазн вещи, составляющий данный дискурс, обретает повсед-

194Бодрийяр Ж. Система вещей / Пер. с фр. С. Н. Зенкина. М.: Рудомино, 2001. 223 с. [Электронный ресурс] Режим доступа: http://www.gumer.info/ bogoslov_Buks/Philos/Bod_SisV/index.php.

195Чудова И. А. Теория Жана Бодрийяра как вариант «типичного» пост- модернизма в социологии // Вестник ЧелГУ. 2015. № 9 (364). Философия. Социология. Культурология. Вып. 36. С. 183.

196Бодрийяр Ж. Симуляция и симулякры // Современная литературная теория: Антология / Сост. И. В. Кабанова. М.: Флинта; Наука, 2004. С. 269.

197Бодрийяр Ж. Соблазн / Пер. с фр. А. Гараджи. М.: Ad marginem, 2000. 319 с. [Электронный ресурс] Режим доступа: http://www.gumer.info/bogoslov_Buks/Philos/bodriy/index.php.

198Бодрийяр Ж. Система вещей / Пер. с фр. С. Н. Зенкина. М.: Рудомино, 2001. 223 с. [Электронный ресурс] Режим доступа: http://www.gumer.info/ bogoslov_Buks/Philos/Bod_SisV/index.php.

55

2. Теории в качестве иллюстрации методологических подходов

невный характер, приучая зрителя желать — не конкретную вещь, авцелом, иэтогооказываетсядостаточнодлястановленияпоголовья потребителей» 199. Кроме того, реклама вовлекает потребителя в ги- перреальность симулякров вещей и эмоций, «рекламный дискурс внушает не покупку какого-либо конкретного товара, но утверждает целостность симулятивной реальности» 200.

Социальное последствие разрастания практики потребления за- ключается в том, что потребительская установка становится то- тальной, и партнер по интеракции, сообщество, само существова- ние — всё оказывается потребленным. Общество потребления, таким образом, асоциально, ведь в нем мало возможна какая-либо солидар- ность: «историческая солидарность — фабричная, соседская и клас- совая — исчезла. Теперь все разобщены и безразличны под властью телевидения и автомобиля» 201. Ссылаясь на классические идеи Дюр- кгейма и Вебера, Бодрийяр отмечает ущербность актуализированной рекламой этики спасения через досуг и удовольствие, которая не рож- дает солидарности, не мотивирует действие (потребление как таковое реализуется в режиме бесконечного процесса и не может считаться действием в классическом его понимании). Индивид теряет себя в по- треблении, его восприятие фрагментировано, «распадается на сме- няющие друг друга яркие вспышки переживаний, опосредованных массовой культурой и воспроизводством эстетического, а жизнь вме- сто длительного, рационального, самостоятельно спланированного проекта становится чередой потребляемых впечатлений, не констру-

199Чудова И. А. Теория Жана Бодрийяра как вариант «типичного» пост- модернизма в социологии // Вестник ЧелГУ. 2015. № 9 (364). Философия. Социология. Культурология. Вып. 36. С. 183.

200Грицанов А. А., Кацук Н. Л. Жан Бодрийяр. Минск: Книжный дом, 2008. С. 32.

201Бодрийяр Ж. Общество потребления. Его мифы и структуры / Пер.

сфр. Е. А. Самарской. М.: Республика; Культурная революция, 2006. С. 157.

56

2.1. Теория Ж. Бодрийяра

ирующих ее как целое» 202. Характерная для неомарксистов (и мето- дологического подхода в принципе) проблематизация мотивации на- ходит свое подкрепление в теории симулякра. Бодрийяр постулирует ставший хроническим дефицит устойчивых устремлений: «Исчезла определенность вкусов, желаний, как, впрочем, и воли» 203.

Общийисходпостиндустриальнойфазыметафоризированавтором как состояние после оргии, усталой искушенности, возникшей из со- единения обстоятельств — информационного изобилия и нарастания потребления. «После оргии» предзадает дурную бесконечность буду- щего: «полное освобождение от власти пределов и ограничений, где единственным способом дальнейшего порядка становится бесконеч- ное самовоспроизводство бессмысленности и еще большей абсурдно- сти, функционирование при полном безразличии к своему содержа- нию» 204. Втакомраскладеадекватнойреакциейнавсемножествоидей и предметов потребления становится индифферентность масс.

Переменчивые желания соблазненного потребителя не могут обеспечить основу для социального поведения и солидарности, по- требление само по себе скорее истребляет смысл, чем задает его205. Бодрийяр характеризует ценностно-смысловую ткань постсовремен- ного общества как развязывание энергий и ценностный дрейф в рам- ках порочного круга самовоспроизводства общества206.

202Афонасов Н. В поисках утраченной современности // Социологиче-

ское обозрение. 2019. Т. 18. № 1. С. 262.

203БодрийярЖ. Городиненависть// Логос. Избранное. Т. 2. 2006. С. 442.

204Нормы и мораль в социологической теории: от классических концеп- ций к новым идеям / Отв. ред. И. Ф. Девятко, Р. Н. Абрамов, И. В. Катерный.

М.: Весь Мир, 2017. С. 100.

205Бодрийяр Ж. Прозрачность зла / Пер. с фр. Л. Любарской, Е. Мар- ковской. М.: Добросвет, 2000. 260 с. [Электронный ресурс] Режим доступа: http://philosophy.ru/library/baud/zlo.html.

206Бодрийяр Ж. Символический обмен и смерть / Пер. с фр. С. Н. Зенки- на. М.: Добросвет, 2000. 387 с.

57

2. Теории в качестве иллюстрации методологических подходов

Информационное разнообразие сталкивает разноречивые идеи

исмыслы, и восприятие считывает их в режиме потребления зрелищ. «Если Революция «потребляется» в форме идеи Революции, то это значит, что тем самым Революция и совершается (формально), и от- меняется» 207, — стало быть, акционистский призыв способен при- влечь внимание, но не способен создать мотивацию и воплотиться в коллективном действии. «Невовлеченность в социальные отноше- ниявсочетанииспогруженностьювинформационныепотокипрояв- ляется не в деятельности, а в «обозначении деятельности».

Втаком случае человек существует в обществе не в субъектном, а в телесном качестве, его тело, подвластное спродуцированному соблазну, потребляет и транслирует знаки. Характерное изобрете- ние постсовременности — гаджет, товар-устройство, позволяющее потреблять какой-либо сорт информации208. В терминах Бодрийяра, гаджет предоставляет собой симуляцию функций без какого-либо практического референта209. Объединенные в отчуждении, потреби- тели-масса олицетворяют индифферентность, Ничто в качестве об- щего удела.

Впрочем, Бодрийяр отмечает критические начала в постсовре- менной социальности. В частности, он пишет о пародии как фено- мене, адекватном знаковой какофонии и запрограммированному соблазну постсовременности. Пародия, уравнивающая послушание

ибунтарство, способна преодолеть социализирующее воздействие

207Бодрийяр Ж. Прозрачность зла / Пер. с фр. Л. Любарской, Е. Мар- ковской. М.: Добросвет, 2000. 260 с. [Электронный ресурс] Режим доступа: http://philosophy.ru/library/baud/zlo.html.

208Чудова И. А. Теория Жана Бодрийяра как вариант «типичного» пост- модернизма в социологии // Вестник ЧелГУ. 2015. № 9 (364). Философия. Социология. Культурология. Вып. 36. С. 184.

209Бодрийяр Ж. Общество потребления. Его мифы и структуры / Пер.

сфр. Е. А. Самарской. М.: Республика; Культурная революция, 2006. 269 с.

58

2.1. Теория Ж. Бодрийяра

медиа и потребления210. Общество потребления нуждается в крити- ке и деконструкции со стороны его обитателей путем пародии и во имя раскрепощения. Всем аспектам постсовременности, будь то мода, массмедиа или производство, деконструкция необходима как альтернатива, шанс приблизиться к утраченному состоянию соци- альности211. Вероятно, такой критический и деконструктивистский настрой преподносится как императив и миссия исследований соци- альности.

Уточним, что состояние социальности, на взгляд Бодрийяра, спо- собно вернуться к символическому измерению взаимодействия, ко- торое было утрачено по ходу развития цивилизации. Такого рода ми- фологическая нота Утраченного, Праксиса задает общность теории Бодрийяра с неомарксистами в рамках подхода к изучению Господ- ства.

Бодрийяр, подобно Хабермасу, утверждает, что функциональная интеграция в индустриальном (модерном) обществе подразумевала «порабощение символического и использование его в политических и прагматических управленческих проектах — происходило станов- ление симулякра, знака как идеологии. В постсовременной гипер- реальности символическое измерение еще менее возможно, во вза- имодействиях преобладает комбинаторная свобода опустошенных знаков. Символический обмен, остро востребованный в условиях кризиса социальности, подразумевает интенсивную концентрацию на Другом как партнере по интеракции (или, более широко, на Дру- гом как том или ином смысловом горизонте) и особое досимулятив-

210Бодрийяр Ж. Симуляция и симулякры // Современная литератур- ная теория: Антология / Сост. И. В. Кабанова. М.: Флинта; Наука, 2004.

С. 258–271.

211Бодрийяр Ж. К критике политической экономии знака / Пер. с фр. Д. Кролечкина. М.: Библион–Русская книга, 2003. 272 с. [Электронный ре-

сурс] Режим доступа: http://yanko.lib.ru/books/philosoph/baudrillard-k_krit_ polit_ek_znaka=ann.htm.

59

2. Теории в качестве иллюстрации методологических подходов

ное прочтение знака» 212. «Это особая неустойчивая, конфликтная, еще-не-обретшая формы стадия знаковой деятельности, где «об- ращению» еще не поставлены препоны типа власти, цензуры» 213. В этом контексте получает звучание еще одна значительная пробле- ма постсовременности — нехватка Другого среди знакового и по- требленческого изобилия, когда «все наше общество с присущими ему антисептическими излияниями, иллюзиями обмена и контакта нацелено на то, чтобы нейтрализовать отличия, разрушить Другого как естественное явление» 214. Иронично его наблюдение симуляции коммуникации в виде участия в разговорных клубах, контактотера- пии и т. п., словно бы стремление к общению стремится к самовос- становлению215.

Символически насыщенная коммуникация с Другим, репрессиро- ванная ориентирующей на тотальное потребление постсовременно- стью, можетактуализоватьсятолькочерезразрушениесложившегося порядка. Бодрийяр на манер Маркса вменяет обитателям постсовре- менности ощущение необходимости изменений, призывает «покон- чить с системой, освободить дорогу для чего-то иного … мы хотим, чтобы пришел Другой» 216. Общество потребления превзойдет себя

212Чудова И. А. Теория Жана Бодрийяра как вариант «типичного» пост- модернизма в социологии // Вестник ЧелГУ. 2015. № 9 (364). Философия. Социология. Культурология. Вып. 36. С. 184.

213Грицанов А. А., Кацук Н. Л. Жан Бодрийяр. Минск: Книжный дом, 2008. С. 152.

214Бодрийяр Ж. Прозрачность зла / Пер. с фр. Л. Любарской, Е. Мар- ковской. М.: Добросвет, 2000. 260 с. [Электронный ресурс] Режим доступа: http://philosophy.ru/library/baud/zlo.html.

215Бодрийяр Ж. Симулякры и симуляция / Пер. с фр. А. Качалова. М.:

Постум, 2018. С. 29.

216БодрийярЖ. Городиненависть// Логос. Избранное. Т. 2. 2006. С. 447.

60