Основы лингвостилистического анализа текста. Учебное пособие
.pdfпроявлением чего-то принципиально характерного для дальнейших поступков этого героя.
В повествовательном тексте художественной прозы нередко встречается такое явление, как авторские отступления от повествования. К ним относятся всякого рода авторские размышления по тем или иным проблемам.
Цель таких отступлений – разнообразить информацию и напомнить читателю о чем-либо, с точки зрения автора в данном случае совершенно необходимом. Такие отступления, в частности, могут усилить внимание читателя к тому факту, который автор хотел бы подчеркнуть особо.
Рассказ может выступать как изложение эпизодов, которые связи между собой не имеют. Чтение в этом случае предстает как своеобразное составление мозаичной картины из отдельных и разных элементов. Картина эта может быть представлена целиком только в единстве всего изложенного автором.
Образно выражаясь, срез такого повествования воспринимается типа среза многожильного провода-кабеля: каждая проволока изолирована от другой изоляцией, каждая изоляция образует свой неповторимый цвет, резко выделяющий и различающий провод от провода.
Более распространенный прием изложения – монтажное повествование.
Чтение этого отрывка вызывает постепенно меняющиеся зрительные представления, которые, скорее всего, и послужили основой кинематографического приема монтажа. Начало представляется общим образом гостиной и террасы:
The drawing-room, to which we had now withdrawn for the rest of the evening, was on the ground-floor, and was of the same shape and size as the breakfast-room. Large glass doors at the lower end opened on to a terrace, beautifully ornamented along its whole length with a profusion of flowers. The soft, hazy twilight/was just shading leaf and blossom alike into harmony with its own sober hues as we entered the
151
room, and the sweet evening scent of the flowers met us with its fragrant welcome through the open glass doors.
Wilkie Collins. The Woman in White
Затем читатель видит, как герои размещаются в пространстве гостиной, его взгляд перемещается с одной фигуры на другую:
Good Mrs. Vesey (always the first of the party to sit down) took possession of an arm-chair in a corner, and dozed off comfortably to sleep. At my request Miss Fairlie placed herself at the piano. As I followed her to a seat near the instrument, I saw Miss Halcombe retire into a recess of one of the side windows, to proceed with the search through her mother's letters by the last quiet rays of the evening light.
Wilkie Collins. The Woman in White
Затем вся сцена предстает перед читателем с точки зрения Уолтера Хартрайта. Уже его взгляд, а также взгляд читателя, переходит снова с одной героини на другую:
How vividly that peaceful home-picture of the drawing-room comes back to me while I write! From the place where I sat I could see Miss Halcombe's graceful figure, half of it in soft light, half in mysterious shadow, bending intently over the letters in her lap; while, nearer to me, the fair profile of the player at the piano was just delicately defined against the faintly-deepening background of the inner wall of the room.
Wilkie Collins. The Woman in White
Затем взгляд героя снова устремляется вовне, и его восприятие всей ситуации становится выводом ко всему описанию:
Outside, on the terrace, the clustering flowers and long grasses and creepers waved so gently in the light evening air, that the sound of their rustling never reached us. The sky was without a cloud, and the dawning mystery of moonlight began to tremble already in the region of the eastern heaven. The sense of peace and seclusion soothed all thought and feeling into a rapt, unearthly repose...
Wilkie Collins. The Woman in White
152
Лекция 11 ИНТЕРТЕКСТУАЛЬНОСТЬ
Интертекстуальность понимается как наличие в тексте элементов других текстов (заглавия, цитат, аллюзий, эпиграфа или эпиграфов, так называемых «точечных цитат», то есть имен собственных, географических названий и т.д.), что позволяет соотносить рассматриваемый текст с другими текстами, воспринимать его как звено традиции. Интертекстуальность буквально означает «включение одного текста в другой». Это центральная категория, с которой сталкивается читатель, вступая во взаимодействие с текстом и создавшим его писателем. Художественное произведение приобретает дополнительную глубину, если читатель может соотнести его с другими текстами, написанными ранее и в виде цитат и аллюзий отразившимися в рассматриваемом произведении.
Всякий текст содержит в себе явные или скрытые цитаты, поскольку создается не на пустом месте, а в сложившейся до него текстовой среде. Все тексты являются реакцией на уже существующие тексты, находятся в диалогических отношениях. Есть тексты, которые стали частью культурного наследия, метатексты. Для англоязычной культуры метатекстом является «Алиса» произведение вне времени и пространства – классика мировой литературы.
“<…>I sincerely regret the necessity for asking you to go to a mortuary and view a body. Most unpleasant.”
“Oh,” disclaimed Miss Seeton, “I didn't mind that. Though, of course,” she added, “it's not what one would choose. I saw several when I was young—bodies, I mean – though those, naturally, were being cut up.”
“Naturally.” Sir Hubert sounded, was, defeated. It might be Wonderland for the sergeant but, for him, it was Through the Looking Glass. Purely Jabberwocky.
Heron Carvic. Miss Seeton Draws the Line
153
Иногда редактор или даже сам автор комментируют свой текст или же используют графические средства выделения, чтобы привлечь внимание читателя к какому-то месту текста:
Hereat Peona, in their silver source,
Shut her pure sorrow drops with glad exclaim, And took a lute, from which there pulsing came A lively prelude, fashioning the way
In which her voice should wander. 'Twas a lay More subtle cadencéd, more forest wild Than Dryope's lone lulling of her child…
John Keats. Endymion
Dryope The 'reference is to Ovid's Dryope, who carried her infant with her when she was changed into a tree.
John Keats. Endymion (Комментарий Китса)
Тезаурус читателя
Жизнь художественного произведения в пространстве культуры зависит от того, насколько и как его воспринимает и понимает читательская аудитория. Писатель, создавая свой текст, воплощая свой замысел в слова, обращается не в безвоздушное пространство. Его собеседником и даже в некоторой степени соавтором становится читатель. Понимание текста читателем зависит от его культурного уровня, жизненного опыта, знаний, которые он накопил к моменту прочтения книги, от среды, в которой он живет и которая сформировала его личность, иными словами, от читательского тезауруса. Читательский тезаурус не является статичным, он изменяется, поскольку в течение жизни изменяется личность каждого отдельного читателя, накапливаются новые впечатления и знания. Посредством логических связей и ассоциаций новоприобретенные знания и опыт систематизируются в сознании читателя. Каждый текст, к которому обращается читатель, заставляет его соотносить уже имеющиеся знания с новоприобретаемыми и, следовательно, понимать прочитанное.
154
Способность увидеть в книге отсылки к другим литературным произведениям напрямую связана с культурным уровнем читателя, с его способностью расшифровывать намеки, скрывающиеся в тексте, проводить параллели, то есть не только накапливать знания, но и уметь пользоваться ими. Процесс чтения нового текста становится для читателя своего рода исследованием. Особенно интересно распознавание цитат, поскольку обращение к тексту-источнику помогает углубить понимание авторской идеи.
Прецедентный текст
Прецедентный текст:
значим для носителя определенной культуры;
хорошо известен всем носителям этой культуры, поколение за поколением (общее достояние нации, элементы «национальной памяти»);
обращение к этим текстам происходит неоднократно в жизни человека.
Пресуппозиция (от presuppose – иметь или требовать в качестве предварительного условия) — это те условия, при которых достигается адекватное понимание смысла текста.
Прецедентный текст работает как некий знак, отсылая к тексту-источнику. Можно говорить о метонимии: «часть вместо целого».
К числу прецедентных текстов относятся произведения классической литературы, известные всем со школьной скамьи (хотя бы по названию), а также театральные спектакли, кино, телевизионные программы, реклама, песни, мифы, предания, легенды, сказки, анекдоты, живописные полотна, скульптура, памятники архитектуры, музыкальные произведения и т. п. Прецедентным текстом может быть и имя собственное. (например, Джульетта)
155
Текст как звено между прошлым и будущим
Отсылая читателя ко всей сокровищнице мировой литературы, любой текст, с одной стороны, является хранилищем культурной памяти, с другой, входя в общее интертекстуальное пространство, сам становится источником новых ассоциаций и смыслов.
Фрагменты разных типов, например, художественные и научные (литературоведческие), могут объединяться в пространстве одного текста:
Already in Endymion, when Keats is speaking of love and friendship as central formative experiences, he refers to these experiences as “self-destroying”:
But there are
Richer entanglements, enthrallments far More self-destroying, leading, by degrees, To the chief intensity: the crown of these Is made of love and friendship…
(Endymion, 1, 11. 797 ff.)
“Self-destroying” is obviously used in a positive sense here, to designate the moral quality of disinterestedness — yet “destroying” is a curiously strong term. The phrase is revealing, for a recurrent pattern in the poetry indicates a strong aversion to a direct confrontation with his own self; few poets have described the act of self-reflection in harsher terms.
Paul de Man. Introduction// The Selected Poetry of Keats
Явление интертекстуальности можно проиллюстрировать и на примере текстов классической литературы. Так, поэзия Джона Китса, английского поэта-романтика, полна аллюзий на творчество античных авторов, а также Шекспира и по- этов-елизаветинцев.
156
What care, though owl did fly
About the great Athenian admiral's1 mast? What care, though striding Alexander past The Indus with his Macedonian numbers?
Though old Ulysses tortured from his slumbers The glutted Cyclops, what care?—Juliet leaning Amid her window flowers—sighing—weaning Tenderly her fancy from its maiden snow, Doth more avail than these: the silver flow
Of Hero's2 tears, the swoon of Imogen3, Fair Pastorella4 in the bandit's den,
Are things to brood on with more ardency Than the death-day of empires.
John Keats. Endymion
Функции интертекста
Функции интертекста:
Экспрессивная функция: интертекст является важным средством самовыражения писателя, поскольку выбор цитат, например в роли эпиграфов, свидетельствует о литературных вкусах и пристрастиях автора, о его склонности следовать моде или, напротив, независимости от литературных вкусов его современников.
Апеллятивная функция: иногда автор создает свое произведение в расчете на совершенно конкретного человека (о чем говорят посвящения), выбирает такие цитаты, которые заведомо будут понятны адресату текста. Аллюзии и интертекстуальные ссылки выполняют функцию обращения к конкретной группе читателей.
1 Admiral – Фемистокл, участвовавший в битве при Саламине.
2 Hero – история любви Геро и Леандра стала сюжетом поэмы К. Марло. 3 Imogen – героиня пьесы Шекспира «Цимбелин». По сюжету у героини есть несколько возможностей упасть в обморок.
4 Pastorella – история Пастореллы описана у Спенсера в «Королеве фей»
(Book VI, Cantos x and xi).
157
Фативная (контактоустанавливающая) функция: взаимодействуя с адресатом при помощи установления с ним интертекстуальных связей, автор входит с читателем в отношения «свой/чужой»: если интертекстуальные ссылки опознаются читателем, то этот факт свидетельствует об общности культурной памяти, литературных пристрастий, политических взглядов. Автор и читатель ощущают себя людьми «одного круга» (например, книга Эдит Несбит «The Railway Children» посвящена ее сыну):
To my dear son Paul Bland behind whose knowledge of railways my ignorance confidently shelters.
Edith Nesbit. The Railway Children
Развлекательная функция: узнавание цитат, разгадывание аллюзий становится своего рода интеллектуальной игрой.
The Boerwoer
The last event in Queen Victoria's reign was the Bore-wore, or, more correctly, Boerwoer (Dutch), which was fought against a very tiresome Dutch tribe called the Bores, because they were left over from all previous wars.<…> The Barwar was obviously a Good Thing in the end because it was the cause of Boy Scouts and of their memorable Chief Scout, General Baden Powell (known affectionately as “the B.O.P. “)…
1066 and All That
Референтивная функция: когда читатель опознает отсылку к иному, «внешнему» тексту (претексту), информация, заключенная во «внешнем» тексте, как бы оживает для читателя. Степень актуализации информации может быть различной: читатель вспоминает, что сходная тема раскрывалась тем или иным автором или вызывает в памяти подробности ранее прочитанного текста (форму, стиль, систему изложения авторских взглядов, собственные переживания при чтении этой книги).
158
They were not railway children to begin with. I don't suppose they had ever thought about railways except as means of getting to Maskelyne and Cooke's1, the Pantomime, Zoological Gardens, and Madame Tussaud's. They were just ordinary suburban children, and they lived with their Father and Mother in an ordinary red-brick-fronted villa…
Edith Nesbit. The Railway Children
Метатекстовая функция: определив в тексте цитату из другого литературного произведения, читатель может обратиться к тексту-источнику и прочитать найденную цитату в широком контексте, который дает возможность более точно истолковать ее и понять, какую роль эта цитата играет в принимающем тексте. Текст-источник в этом случае выступает в функции метатекста по отношению к найденной цитате:
Or don't you know how beautiful you are?'
'Yes,' replied Venetia, taking the wind out of his sails. 'Item, two lips, indifferent red —'2
'Oh, no, you're quite out, and have gone to the wrong poet besides!
They look like rosebuds filled with snow!
'Is that from Cherry-ripe3? she demanded. He nodded, much entertained by her suddenly intent look. Her eyes sparkled with triumph; she
1 Maskelyne and Cooke's – два друга, изобретатель Джаспер Маскелайн и его друг столяр-краснодеревщик Джордж Альфред Кук, создали шкаф, с помощью которого они показывали различные трюки на шоу в Челтнеме в июне 1865 г. Успех представления привел к тому, что они стали профессиональными иллюзионистами. The Pantomime – театр в районе Друри Лейн и Ковент Гардена.
2 'Item, two lips, indifferent red...
Olivia: O sir, I will not be so hard-hearted: I will give out divers schedules of my beauty: it shall be inventoried: and every particle: and utensil, labelled to my will; as, item two lips indifferent red; item, two grey eyes, with lids to them; item, one neck, one chin, and so forth. Were you sent hither to praise me?
William Shakespeare. Twelfth Night. Act 1 Scene V.
3 Cherry-ripe – взято из стихотворения Т. Кампиона ‘There Is a Garden in Her Face’:
There is a garden in her face, Where roses and white lilies grow;
159
uttered a tiny gurgle of laughter; and retorted: 'Then I know what comes next! Yet them no peer nor prince can buy, Till Cherry-ripe themselves do cry! So let that be a lesson to you to take care what poets you choose!'
'But you're enchanting!' he exclaimed.
Georgette Heyer. Venetia
Интертекстуальные элементы
всоставе литературного произведения
1.Заголовок (цитата, взятая из другого произведения).
2.Эпиграф.
3.Цитата, явная или скрытая, цитирование без кавычек.
4.Имена персонажей, заимствованные из других произведений (так называемые «точечные цитаты»).
5.Аллюзия.
6.Чужой текст в составе нового (в виде пересказа, пародии и т.д.).
7.Цитата.
Цитата – это любое осознанное или неосознанное автором включение в его текст любого знака из «чужого» текста или другой знаковой системы. Всякий художественный текст состоит из цитат или, иными словами, является интертекстом. В состав любого текста входят цитаты, явные, пунктуационно оформленные или же скрытые, поскольку тексты существуют в общем интертекстуальном пространстве.
A heavenly paradise is that place, Wherein all pleasant fruits do flow. <…>
Those cherries fairly do enclose Of orient pearl a double row,
Which when her lovely laughter shows, They look like rosebuds filled with snow. Yet them no prince nor peer can buy, Till ‘Cherry-ripe’ themselves do cry. <…>
160