НЛП по-русски. Часть 2. Практическое пособие

Есть подозрения, что они же и придумали сценарий. Вот вам простой пример того, как могут восприни-

маться и интерпретироваться те или иные действия разными сторонами, и к каким последствиям это может привести.

Возможно, имеет смысл перед началом переговоров обговорить параметры самого взаимодействия между собой, чтобы быть правильно понятыми.

языке они разговаривают. Причем он не был похож ни на один мне известный.

Когда до меня начало доходить, что это русский язык, я был просто в шоке.

Вторая история тоже не менее интересная. Я ехал в метро.

На станции двери распахнулись, и народ начал выходить из вагона.

Двигаясь немного впереди остальных, я наткнулся на группу лиц, одежда которых явно отличалась от одежды остальных людей.

Они обратились ко мне с вопросом в тот момент, когда сзади мою спину ретиво подпирали выходящие. То есть,

142люди не знали, куда ехать и не умели вести себя в метрополитене.

Это вызвало у меня определенное замешательство. Более того, вопрос был задан на непонятном для меня языке и напоминал немецкую речь.

Уносимый потоком сограждан, я только успел ответить: «Нихт ферштейн».

Очутившись уже в середине зала, я начал понимать то, о чем меня спрашивали — «Как доехать?» Правда, при этом явное ударение делалось на букву «а» и данный звук произносился протяжно.

Скорее всего, у людей сломалась машина, и они вынуждены были воспользоваться подземкой, которая, повидимому, не была им хорошо знакома.

Вот такая она, система узнаваемости.

С ней нужно быть очень аккуратным, иначе можно один язык забыть, а другой не успеть выучить.

Данные механизмы широко используются при работе с трансовыми состояниями.

«КОМСОМОЛЬЦЫ-ДОБРОВОЛЬЦЫ»

Эта история, рассказанная моим товарищем, вызвала у меня особое чувство. Поэтому я решил поделиться ею с вами.

Человек учился в школе милиции.

После учебы он в форме отправился навестить свою жену в роддоме.

После того, как он вышел из автобуса, его окликнула женщина.

Увидя милиционера, она решила предотвратить драку изрядно подвыпивших молодых людей.

Моему герою не оставалось ничего другого, как по-

дойти к разбуянившимся гражданам.

143

Учитывая физические и количественные показатели, можно было смело предположить то, что «дело пахло керосином».

Переведя свои смутные взоры на милиционера, ребятки вежливо предложили ему удалиться «от греха подальше». При этом они пообещали обменяться друг с другом несколькими оплеухами и разойтись по домам.

Все бы ничего, но тетя находилась поблизости и наблюдала за «соблюдением законности».

Время шло. Отрицательные персонажи уже начали задумываться над «образом общего врага». Надо было чтото предпринимать.

К счастью, мимо проходила группа юношей спортивного телосложения, но как их привлечь на свою сторону?

«Комсомольцы! — обратился к ним человек в форме. —

Помогите навести общественный порядок!»

Люди переглянулись между собой, вспомнили, что они

должны выполнять определенные обязательства. Громкое эмоциональное обращение «Комсомольцы!» вы-

звало разрыв. Оно прервало некий ход мыслей каждого и

приковало к себе внимание.

Далее якорь переключил сознание людей на правила определенной идеологии, согласно которой они и начали действовать.

Вот так в данной ситуации работала система якорей в сочетании с разрывом.

Конечно же, не последнюю роль в этом моменте сыграла смекалка.

КАК СИСТЕМА «ФАКТ, ОБОСНОВАНИЕ, ЭМОЦИЯ» РАБОТАЕТ В ЭКСТРЕМАЛЬНЫХ СИТУАЦИЯХ

Эта история произошла со мной несколько лет назад. Хорошо, что в тот момент у меня было достаточно знаний и навыков в сфере психологии подсознательного, чтобы с честью из нее выйти.

В связи с тем, что ситуация касается моих родных и близких, я подам ее в обобщенном виде, внося некоторые изменения в контекст происходящих событий.

В зале одного из подразделений общепита были накрыты столы для проведения организованного меро-

приятия. Соответственно, они были расставлены вдоль

146

стенок и состыкованы между собой.

Вназначенное время собрались люди и приступили

ктрапезе.

Одному из присутствующих людей стало плохо. Он опустил руки и стал тяжело дышать, замедляя темп.

Мне удалось, отодвинув стол, расположиться напротив потерявшего сознание человека.

Попросив вызвать врача, я, придерживая голову рукой, вошел в раппорт с пострадавшим и, давая прямые указания: «Дышать!», попытался выровнять дыхание.

Это не получилось. Человек сделал выдох, после которого не последовало вдоха.

Присутствующие женщины попытались хором заголосить, но были резко прерваны.

Данное проявление эмоций с их стороны могло сыграть очень негативную роль.

Если бы факту «остановка дыхания» с помощью якоря (коллективный плач) было дано обоснование «это

конец», то вероятность запуска необратимого процесса была бы очень велика.

Опрокинув два рядом стоящих стола со всем содержимым, я освободил место для оказания помощи.

Люди сидели, словно завороженные. На них крикнули, затем начали переворачивать столы, разбивая посуду и разбрасывая блюда по полу.

Понимая, что в это время происходит с окружающими, я дал команду сидевшему рядом парню: «Ты — за ноги, я — за руки, раз!!!»

Через секунду бездыханное тело лежало на полу. Хлесткий удар по низу живота заставил руку инстинк-

тивно дернуться.

Все, процесс пошел… «Рука дернулась! Поднимается выше! Потому что ты 147

начал дышать!» Лежащего человека передернуло, дыхание пошло.

Помимо этого удалось добиться левитации руки, а это значило, что на подсознательном уровне с помощью системы «факт, обоснование, эмоция» можно было контролировать процесс дыхания.

«Вот рука пошла левее, потому что дыхание нормализуется, хорошо, так, дышим…»

Сколько длился этот процесс, я не помню, так как все мое внимание было направлено на взаимосвязь левитации и дыхания.

Мне постучали по плечу. Я поднял голову и увидел стоящих сзади меня врачей, с любопытством наблюдавших за происходящим.

Чуть не сорвалось прямое указание… Далее все было согласно инструкциям по оказанию

первой медицинской помощи.

А с этим человеком мы общаемся до сих пор…

ПРИКЛЮЧЕНИЯ ПРИНЦИПА «ЭТОГО НЕ МОЖЕТ БЫТЬ!»

Однажды поздним дождливым вечером веселая компания возвращалась из гостей домой.

Расстояние было приличным. Поэтому, после недолгих раздумий, народ решил «поймать» машину.

Скажем прямо, ситуация особо не баловала наличием автотранспорта на дороге, и люди были рады любой конструкции на колесах.

Вот, наконец-то, засверкали фары.

Взмах руки, словно по волшебству, остановил авто. Особо не торгуясь, охлажденные непогодой люди рас-

положились на сиденьях транспортного средства.

148Машина тронулась, народ облегченно вздохнул. «Поднимите ноги!» — быстро и громко скомандовал

водитель.

Все сначала подчинились, а потом удивленно переглянулись.

«Ноги!» — опять крикнул человек, активно крутящий баранку.

После четвертого указания чувство удивления начало переходить в недовольство. Нарастал дух бунтарства.

«Ноги!» «Да фиг тебе!»

По ногам что-то потекло…

Позже, после разбора случившегося, выяснилось, что у автомобиля в некоторых местах отсутствовало днище. И в тот момент, когда авто въезжало в лужу, вода беспрепятственно проникала в салон. Поэтому, для обеспечения сухости обуви, подавалась такая уже не совсем странная

команда.

Кто бы мог подумать…

Этого просто не могло быть, потому, что такого не бывает… у нормальных автомобилей.

Поэтому, когда вам приходится куда-нибудь присаживаться, обращайте внимание на всевозможные предупреждающие сигналы (зрительные, слуховые, тактильные, обонятельные и т. д.), а то, знаете ли…

ИСПОЛЬЗОВАНИЕ ТЕХНИКИ «СИЛА СИГНАЛА»

Недавно мне поведали одну замечательную историю, которая наглядно демонстрирует использование техники 149

«Сила сигнала».

Дело было в советские времена.

Для спасения урожая малины требовался подвиг народных масс.

Без подвига ну просто никуда… Обнаружив на поле созревшую ягоду, руководство хо-

зяйства, движимое благими намерениями дать населению полакомиться, решило опубликовать объявление в газете с целью привлечения всех желающих для сбора урожая.

Сказано — сделано.

В местных средствах массовой информации появился призыв, прямо указывающий на необходимость незамедлительно заняться малиной.

Но… Есть одно «но»: «Россия долго запрягает, но быстро едет».

После окончания сбора малины (ее все-таки собрали колхозники) на железнодорожной станции, располагающейся рядом с хозяйством, начали собираться группы

людей, которые всем своим поведением показывали решимость оказать посильную помощь колхозу.

В партийных органах забили тревогу. Людские массы собираются, прочитав советские газеты, на вокзалах… А потом где?..

Излишне рьяному председателю колхоза по телефону объяснили, что малина могла бы и подождать… и вообще… чтобы она была! Или…

Хорошо, что у нас большая, богатая страна… Много в ней лесов, а в них есть малина.

Немного вспотевший от волнения представитель хозяйства, прибывший на место скопления граждан, призвал их двигаться за ним.

Через 3–4 километра сам по себе возник вопрос: «А не

150далеко ли мы идем?»

Вответ: «Нет».

Еще через 1–2 километра у наименее устойчивых людей сформировалось четкое убеждение: «А это нам

надо?»

Колонна энтузиастов начала заметно таять.

Процесс по выходу из нехорошей ситуации вроде пошел, но вокруг колхозника-проводника сплотилась наиболее решительная группировка уже суровых собирателей ягод.

Вот и полянка на опушке леса…

«Пришли… Собирайте… Можете взять себе все… А я за автобусом. Как же вы, груженые, обратно?»

Последний аргумент явно выровнял хрупкую ситуацию.

В итоге оставшихся людей вместе с лесными ягодами посадили в автобус и увезли на железнодорожную станцию.