Накопление денежного капитала в России. Учебное пособие для студентов вузов, обучающихся по специальности «Финансы и кредит»

вать банковскую систему, с тем чтобы сделать ее более стабильной, а главное — активной участницей процесса экономического развития. Но существенных результатов не было достигнуто. Одна из причин — сопротивление олигархических групп, которые видели главную задачу реформы в укреплении банков, чтобы сосредоточить их работу на обслуживании крупных компаний, входящих в олигархические группы, а также в ликвидации конкуренции со стороны государственных банков, в первую очередь Сбербанка (табл. 5.3)

Таблица 5.3. Кредитная деятельность коммерческих банков в 1995—2002 гг. (активы, млрд руб. на конец года)

* 1995—1997 — наша оценка.

161

Формально показатели обслуживания банками реальной экономики улучшились. Доля кредитов частному сектору от суммарных активов коммерческих банков выросла с 36,3 в 1997 г. до 45,7% в 2002 г. — на 9 процентных пунктов. Увеличился и удельный вес кредитов, выдаваемых на срок более одного года (29% в середине 2002 г.). Но совокупная доля кредитов частным и государственным предприятиям изменилась мало — с 46,6 до 48,6%, причем в 2002 г. она была даже существенно меньше, чем в 1995 г. (57,4%). Иначе говоря, по-прежнему больше половины средств, аккумулируемых банками, расходовалось на цели, не имеющие отношения к кредитованию реального сектора экономики. В 2001— 2002 гг. менее 40% промышленных предприятий пользовались банковскими кредитами.

Это обстоятельство нельзя объяснить дороговизной банковских кредитов. После кризиса 1998 г. средний номинальный процент по кредитам предприятиям существенно снизился — с 42% в 1998 г. до 17% в 2002 г., причем с поправкой на инфляцию реальный процент приблизился к нулю, в отдельные годы был даже отрицательным. Очевидно, что сравнительные оценки рисков кредитования со стороны банков сильно уменьшились за годы экономического роста. Например, доля кредитов реальному сектору, выраженных в долларах (т.е. гарантированных от инфляционного обесценения рубля), снизилась с 65% в 1999 г. до 43% в середине 2002 г. Справедливости ради следует отметить, что и потребность во внешнем финансировании со стороны предприятий ослабла по мере улучшения их финансового состояния.

Но главное препятствие росту кредитования заключалось все же в ориентации крупнейших коммерческих банков на приоритетное обслуживание компаний, входящих в финансово-промышленные группы, т.е. прежде всего предприятий в отраслях экспортной ориентации. Так, в 200—2001 гг. на долю этих отраслей приходилось 44% всех банковских кредитов, а на промышленность, работающую преимущественно на внутренний рынок, — только 35%, причем на машиностроение — лишь 14—15%.

Хотя после дефолта 1998 г. банки в срочном порядке избавились от обесцененных ГКО, их вложения в ценные бумаги были все еще велики, составляя одну пятую суммарных активов. Подавляющая часть их портфелей приходилось теперь на облигации субъектов Федерации, акции крупных концернов и иностранные ценные бумаги. По экспертным оценкам, более рациональное использование существующих кредитных ресурсов позволило бы увеличить объем кредитования реального сектора в то время как минимум на одну треть — до 18—19% ВВП.

162

Рост кредитной системы замедлялся и недостаточной привлекательностью и надежностью банков как учреждений, где можно хранить свободные денежные средства. Например, реальный процент по вкладам населения начиная с 1998 г. систематически составлял отрицательную величину. Это неизбежно, если средний номинальный процент по таким вкладам в 2000—2002 гг. не превышал 5— 7%, тогда как годовая инфляция доходила до 15—18%. Естественно, что доля банковских сбережений населения в эти годы в их доходах значительно снизилась. Между тем доля текущих денежных накоплений предприятий, которые они держат на своих банковских сче- тах, также была невелика.

Что реально могли бы сделать правительство и Центральный банк для того, чтобы способствовать преодолению относительного застоя в банковской сфере и сделать их кредитную роль сравнимой с той, которую банки имеют в индустриально развитых рыночных экономиках? Во-первых, ускорить законодательное принятие системы страхования банковских депозитов. Для того чтобы государство могло гарантировать вклады не на словах, а на деле, должны были быть выделены средства из консолидированного бюджета. Естественно, это вызвало сопротивление тех, кто выступает за систематическое снижение доли государственных расходов в ВВП. Но без такого страхования рассчитывать на увеличение притока сбережений в банки было невозможно.

Во-вторых, государство должно было более активно способствовать развитию ипотечного и потребительского кредитов, без которых не существует ни одна современная индивидуально развитая экономика. Активность государства в сфере ипотечного кредита была пока очень слаба. Существовали Федеральное агентство по ипотечному кредитованию и Московское ипотечное агентство, принадлежащее столичному правительству. Занимались ипотекой и некоторые частные банки, получая для этого средства международных финансовых учреждений. Но общий объем выданных ипотеч- ных кредитов в 2003 г. оценивался в 8—10 млрд руб., что составляло лишь 0,5% общей суммы банковских кредитов частному сектору. Между тем считалось, что при тот неразвитости рынка ипотеки реальный годовой спрос на нее уже достиг 100—120 млрд руб., т.е. превысил предложение в 10 раз. Препятствовали увеличению предложения кредитов вялость государства в гарантировании финансов ипотечных учреждений и несовершенство законодательной базы, что также напрямую зависело от государства.

По линии потребительского кредита также практически мало что было сделано. В экспериментальном порядке этим стали зани-

163

маться филиалы иностранных банков в России. Отечественные же банки пока остерегались идти в эту сферу, ограничиваясь узкими рамками отсрочки платежей по кредитным карточкам. При этом кредитные лимиты не превышали 1000 долл., и взимаемые проценты были чрезмерно велики даже для состоятельных потребителей. Для развития потребительского кредита необходимы были на первых порах те или иные формы государственного субсидирования, против чего вновь выступили сторонники сокращения государственных расходов.

Для сравнения отметим, что в США, по данным на 1999 г., на ипотеку приходилось 44% всех кредитов, выданных коммерческими банками, на потребительское кредитование — 16%, а всего на розничное кредитование — больше половины их активной кредитной деятельности. Сравнительно с этим кредитованием промышленных и коммерческих предприятий — 28% — выглядит более скромно. В том же году размещение собственных облигаций на рынках капитала приносило корпорациям США втрое больше заемных средств, чем банковские кредиты. В России банки все еще оставались главными кредитными учреждениями, и их роль как источников финансирования реального сектора была чрезвы- чайно важной в тот период времени. И все же без развития «розничных» функций их возможности для развития были весьма ограниченны.

Наконец, необходимо было принять меры для значительного расширения сферы безналичных расчетов в экономике. Период экономического роста сопровождался резким сокращением доли бартера в расчетах предприятий. Она сократилась в среднем с 51% в 1998 г. до 11% в середине 2002 г. Интереснее всего то, что это произошло без каких-либо активных мер правительства и Центрального банка, т.е. было результатом роста платежеспособности предприятий в условиях расширения рынка. Иначе говоря, растущая экономика способствовала спонтанному решению некоторых острых проблем, которые в застойной экономике кажутся неразрешимыми.

Но снижение роли бартера не привело к принципиальному расширению роли банковских расчетов в деятельности предприятий. Например, рост депозитов предприятий в банках шел крайне медленно, так как бизнес находил другие, более прибыльные, а главное, надежные сферы помещения своих денежных капиталов. Значительная часть потенциальных кредитных ресурсов уходила за границу, причем вовсе не обязательно помещалась там под более высокие проценты.

164

Главное же в том, что предприятия избегали пользоваться банками для осуществления простейших операций, которые могли бы существенно увеличить кредитный потенциал. Например, подавляющая часть заработной платы, не только скрытой, но и вполне открытой, выплачивалась наличными деньгами вместо переводов на счета работников в банках. По-видимому, государство могло бы принять законодательные меры для того, чтобы сделать такие и другие аналогичные операции обязательными.

Дело в том, что все платежи предприятий в принципе являются предметом строгой налоговой отчетности перед государственным бюджетом. Если значительная часть этих платежей производится наличными, т.е. не проводится через банки, то возможности сокрытия реальных доходов и продаж, подлежащих налогообложению, существенно расширяются. Таким образом, с чисто фискальной точки зрения государство заинтересованно в том, чтобы практиче- ски все платежи предприятий осуществлялись через банки.

В западных экономиках именно такой порядок платежей автоматически сужает сферу теневой экономики, составляющей столь большую часть хозяйственного оборота в России. В сужении этой сферы не заинтересованы не только мелкие коррупционеры, но и магнаты большого бизнеса. Быть может, именно по этой причине ни одна из предложенных выше мер по расширению кредитных ресурсов в российской экономике на практике не была осуществлена.

Вместо этого правительство и новое руководство Центрального банка сосредоточили усилия на либерализации валютных операций. Был намного снижен обязательный минимум продажи долларов и евро, вырученных экспортерами товаров и услуг. Упрощен порядок экспорта капитала. Хотя часть валютных ограничений все еще оставалось, большая часть их была снята.

Либерализация валютного режима вызвала сильное сопротивление со стороны части финансистов, а также левой оппозиции. По их мнению, эти меры способствовало утечке капитала за границу, что неблагоприятно влияло на внутренние капиталовложения и, следовательно, на темпы экономического роста. Сторонники либерализации, а к ним, кроме неолибералов в правительстве, относилось олигархическое руководство Российского союза промышленников и предпринимателей, напротив, утверждали, что снятие ограничений увеличит заинтересованность бизнеса во внутренних инвестициях, так как будет гарантированна свобода их вывоза за рубеж. Такая позиция нашла поддержку внешних инвесторов и западных финансовых организаций. Она стала и официальной политикой властей после того, как в ее пользу высказался президент.

165

По-видимому, сказалось и влияние президентского экономиче- ского советника, который в ряде публикаций и выступлений доказывал, что рост экспорта денежного капитала за границу, как и досрочная выплата внешних долгов, сокращает денежную массу внутри страны и тем самым сдерживает инфляцию. Логическим завершением этих рассуждений был вывод, противоречащий общепринятым представлениям экономической науки, что рост внутренних инвестиций не только не ускоряет, но, напротив, замедляет экономический рост.

Такие выводы, конечно, противоречили общественной потребности российской экономики в капитальных инвестициях не только для модернизации и роста ее производственного потенциала, но хотя бы для нормального обновления и восстановления изношенного основного капитала. Избыточность денежного капитала можно было обнаружить в ограниченном круге экспортных отраслей, но никак не в большинстве секторов обрабатывающей промышленности, ощущавшей, острый дефицит денежных капиталов.

Ни советник президента, ни сам президент, однако, не чувствовали противоречия между необходимостью использовать часть природной ренты для стимулирования обрабатывающей индустрии и полезностью свободной миграции капитала за границу и обратно. Между тем свобода вывоза чрезмерных денежных капиталов не могла не сдерживать их переброску в отрасли обрабатывающей промышленности, которые в них остро нуждались.

Реальный ход событий 2002 г., т.е. когда валютная либерализация впервые стала применяться на практике, дал весьма противоре- чивый результат. С одной стороны, по утверждению ряда официальных деятелей, утечка капитала будто бы уменьшилась. С другой стороны, резко сократился прирост внутренних капитальных инвестиций. Но если отток капитала действительно сократился и благоприятно отразился на экономике, то почему тогда происходило падение внутренних инвестиций и замедлился темп роста ВВП?

В действительности в 2002 г. сократился лишь легальный отток капитала за рубеж, тогда как его суммарная утечка оставалась огромной и даже, по-видимому, увеличилась. Так, по оценкам экономической экспертной группы при Министерстве финансов, общий экспорт капитала в 2002 г. составил 25,1 млрд долл. против 22 млрд долл. в 2001 г. Большинство экспертов в российских инвестиционных банках считали, что никакой тенденции к снижению объема утечки капитала нет. Если и наблюдались колебания, то лишь в узких рамках между 20 млрд и 25 млрд долл.

Да иначе и не могло быть, если валютные ограничения ослабли, а стремления вкладывать капиталы внутри страны не прибави-

166

лось. Пока не произошло коренного изменения ситуации под влиянием промышленной политики, благоприятствующей развитию внутренней экономики, эти тенденции вряд ли могли измениться к лучшему.

5.6.Финансово&промышленные группы

инакопление денежного капитала в России

Ê70-ì годам ХХ столетия концентрация банковского капитала начала резко возрастать. Концентрация банковского капитала усиливалась на базе концентрации производства в промышленности, что способствует появлению монополий. Начал разворачиваться процесс интенсивного роста крупных банков, слияние и поглощение одних банков другими и в результате — образование банковских монополий (холдингов). Роль банков менялась, они превращались из обычных посредников в центры, генерирующие и направляющие макроэкономическую активность компании. Задача дальнейшего повышения конкурентоспособности и эффективности производства потребовала появления высокоинтегрированных по вертикали и горизонтали структур, отличающихся максимально легким взаимным переливом капитала, технологий и квалифицированных кадров, способных развивать высокотехнологические производства при относительно умеренных издержках. Такими структурами стали финансово-промышленные группы.

Финансово-промышленная группа — это объединение кредитнофинансовых учреждений с промышленными компаниями на основе торговли, транспорта, установления отношений экономической и финансовой взаимозависимости между его участниками, разделения труда и его координации в целях осуществления совместной хозяйственной деятельности.

Основным принципом создания и функционирования ФПГ является принцип равноправности всех предприятий и институтов, входящих в ФПГ.

ФПГ за рубежом. Интеграция банковского промышленного капитала играет в современных условиях весьма существенную роль в ведущих промышленно развитых странах (США, Японии, странах Западной Европы). Разнообразны организационно-экономические формы интеграции банковского и промышленного капитала (фи- нансово-промышленные, промышленно-финансовые, финансовые группы, консорциумы, ассоциации и т.д.), взаимодействия с предприятиями среднего и малого бизнеса.

167

Наиболее продолжительный опыт формирования и деятельности финансово-промышленных групп накоплен в США. Возникнув в первой половине ХХ в., они постепенно сложись в достаточно определенные организационно-экономические структуры. В результате развития союза банковского и промышленного капиталов США ФПГ закрепились как в виде семейных групп (Морганов, Рокфеллеров, Меллонов и др.), так и в виде региональных групп (кливлендской, чикагской, техасской, ряда калифорнийских).

Можно выделить два вида ФПГ: портфельные и инвестиционные. Портфельные ФПГ владеют акциями и контролируют деятельность других банков или компаний; инвестиционные ФПГ, помимо перечисленных функций, осуществляют управление портфелем ценных бумаг приобретаемых банков или компаний.

Иными словами, ФПГ в США — это акционерное общество, имеющее долю в совокупных активах приобретаемых банков или небанковских компаний. Сто двадцать крупнейших ФПГ США, образованных банками, в настоящее время располагают депозитами на сумму 2,6 трлн. долл., или 2/3 всех небанковских депозитов страны. Акционерный и резервный капитал крупных ФПГ США составлял на начало 2004 г. более 575 млрд долл.

Большинство ФПГ представляют собой холдинги. Холдинговая форма организации ФПГ позволяет банкам внедрять капитал в промышленно-производственную сферу и социальную инфраструктуру.

Существенной чертой нового поколения финансово промышленных групп США становится всеобщность финансового капитала. Финансово-промышленные группы нового типа в условии глобализации финансовых потоков используют механизмы контроля уже не над отдельными отраслями экономики и секторами предпринимательской деятельности, а над национальной экономикой в целом и над отдельными отраслями мировой экономики.

Несмотря на существование единого экономического пространства ведущих стран Западной Европы в рамках Европейского Союза, сохраняется специфика процессов интеграции банковского и промышленного капитала в этих государствах.

Так, финансово-промышленные группы Германии были сформированы крупными кредитно-финансовыми учреждениями, в основном, «гроссбанками» (Долйче-банк, Дрезденер-банк, Коммерцбанк), которые и определяют политику групп и направления их деятельности.

Финансово-промышленные группы Франции представляют собой, как правило, единое целое в производственном отношении, сформированное на базе технологической взаимосвязанности пред-

168

приятий. Ведущие банки страны становятся рыночными лидерами в конкретных отраслях или видах производства. Французское государство играет огромную роль в процессах интеграции банковского промышленного капитала, владел значительной долей акций крупнейших компаний, входящих в ФПГ Франции.

Определенная специфика характерна для процессов интеграции банковского и промышленного капитала Японии. Успешность реализации национальной экономической политики в послевоенный период Японии была связана с существованием особых форм крупного бизнеса (сюданов, кэйрэцу, системы отраслевых ассоциаций, крупнейших универсальных торговых корпораций), которые пользовались поддержкой государства. Поэтому с полной определенностью можно сказать, что в становлении крупного бизнеса и интеграции банковского и промышленного капитала в Японии государство сыграло весьма существенную роль. Организационное построение японских финансово-промышленных групп вокруг крупных коммерческих банков отличает их от ФПГ ряда стран, где управляющей компанией являются промышленные предприятия. Кроме того, в японских ФПГ существуют долговременные межкорпорационные связи, четкая координация и организационная управляемость.

Экономику подавляющего большинства высокоразвитых стран составляют крупные, сильно интегрированные финансово-промыш- ленные группы. Различия в экономическом положении стран, приоритеты государственной политики, национальные и исторические особенности, и в первую очередь отношение государства к ФПГ, во многом предопределяют как способы их создания и организации деятельности, так и дальнейшие перспективы развития. Объективные предпосылки интеграции банковского и промышленного капитала, зародившиеся в начале XX в., к его окончанию не утратили своего значения, а напротив, дополняют новыми факторами и процессами, развивающимися в научно-технической сфере, финансовом и информационном секторах экономики. Именно ФПГ США, Японии и стран Западной Европы смогли создать эффективный механизм привлечения и перераспределения инвестиций в рамках своих стран.

Среди факторов, послуживших основными предпосылками на- чала интеграционных групп, можно выделить процесс первоначальной приватизации государственной собственности и стимулирующее участие государства в формировании крупных финансовопромышленных групп.

169

ФПГ в России. В России создание финансово-промышленных групп началось в 1993—1994 гг. Оно стало основным направлением в построении новой модели российской экономики. После 1992 г. значительная часть внебюджетных фондов министерств и ведомств была передана в кредитно-финансовую сферу. Промышленные предприятия, потерявшие возможность получения финансовых средств из центральных источников, становились клиентами коммерческих банков, стремясь получить кредиты. С момента проведения в Российской Федерации чековых аукционов крупные российские кредитно-финансовые институты стали приобретать промышленные предприятия, формируя таким образом финансово-промыш- ленные группы.

Роль ФПГ в экономике России 1990-х годов усиливалась, росло их влияние на общую ситуацию в реальном секторе. Убедительным свидетельством объективной потребности в формировании интегрированных структур является увеличение числа официально зарегистрированных ФПГ. Если в 1993 г. существовала только одна группа, в которую входили 20 промышленных предприятий и 1 кредитно-финансовое учреждение, то в 1994 г. — уже шесть, в 1995 г. — 21 в январе 1998 г. официальный статус ФПГ получили 75 групп, а в марте 2003 г. в Государственный реестр финансово-промышленных групп Российской Федерации были включены 88 ФПГ. Об эффективной деятельности российских ФПГ говорят данные, приведенные в табл. 5.4.

Таблица 5.4. Сравнительная характеристика основных показателей промышленности России в целом и российских ФПГ1

1 Данные Госкомстата, Банка России и официального сайта ассоциации ФПГ России.

170