Булгарские хроники, или Приближение [‘Али] Гари

БАШКИРСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ

МУХАММАД-‘АЛИ ЧУКУРИ ‘АРИФУЛЛАХ БАСАРАВИ

БУЛГАРСКИЕ ХРОНИКИ, ИЛИ

ПРИБЛИЖЕНИЕ [‘АЛИ] ГАРИ

Вступительная статья, транскрипция, перевод и комментарии И. Р. Саитбатталова

Москва

2021

УДК 94(=1.470.4/.5=512.1) ББК 94(2=63)

Ч-88

Издание подготовлено при поддержке Фонда Ибн Сины

Чукури, Мухаммад-‘Али; Басарави, ‘Арифуллах

Ч-88 Булгарские хроники, или Приближение [‘Али] Гари / Вступит. статья, транскрипция, пер. и комм. И. Р. Са­ит-­ батталова­. – М.: ООО «Садра», 2021. – 200 с. – (Исламский и доисламский мир: история и политика).

ISBN 978-5-907041-56-1

16+

Имам Мухаммад ‘Али ал-Чукури ал-Булгари (1826–1889) – башкирский и татарский поэт-суфий, просветитель, мударрис, выдающаяся личность в башкирской истории.

«Булгарские хроники» – историографический труд Мухаммада ‘Али Чукури, написанный на урало-поволжском варианте языка тюрки – общего письменного языка тюркских народов, исповедующих ислам, функционировавшего с XI по начало ХХ в. на огромном пространстве Евразии от Восточного Туркестана до Северной Африки и Балкан и использовавшего преимущественно арабскую гра­фику. Книга позволит читателям взглянуть на мир глазами российского имама позапрошлого столетия и воочию увидеть цветистое многообразие внутрироссийской мусульманской общины XIX в.

Для широкого круга читателей.

УДК94(=1.470.4/.5=512.1) ББК 94(2=63)

©Фонд Ибн Сины, 2021

©ООО «Садра», 2021

3

М.-‘А. Чукури, А. Басарави. Булгарские хроники, или Приближение [‘Али] Гари

преимущественно из представителей тюркских народов, принадлежащих к ханафитской богословско-правовой школе и находящихся в юрисдикции одного духовного управления. На деле российская умма в XIX в. была сложна по своему составу, разнообразна по идеологическим и социальным ориентациям, по-разному реагировала на вызовы времени. Возможно, именно это многообразие и сложность и позволили российским мусульманам не только создать свой собственный, уникальный вариант мусульманской культуры, но и выстоять под ударами, которые им уготовил век ХХ.

Предлагаемый читателям письменный памятник позволит воочию увидеть это цветистое многообразие и взглянуть на мир глазами российского имама позапрошлого столетия. Чтобы лучше представить тот фон, на котором была создана книга «Булгарские хроники, или Приближение Гари», необходимо сделать достаточно большое отступление, описать регион, в котором она была написана, и проследить происхождение её авторов.

Башкирия в исламском мире

И Мухаммад-‘Али Чукури, и его сын ‘Арифуллах многократно подчёркивали своё башкирское происхождение1 и принадлежность­ к клану Иректы2.

Самоназвание башкир – bašqort – имеет тюркское происхождение и обычно объясняется как сочетание слов baš – главный, qort – волк. Волк был одним из тотемных животных в Тюркском каганате3 и является популярным персонажем фольклора многих тюркских народов, в том числе и башкир.

1ОРРК НБ РБ им. А. -З. Валиди. Р-194. Л. 2а; Шураның тел йарышы. Оренбург: Вакт, 1910. С. 47 и др.

2ОРРК НБ РБ им. А. -З. Валиди. Р. 193. Л. 16б; Башкирские родо­ словные. Уфа: Китап, 2016. С. 366 и др.

3Ушницкий В. В. Генеалогические легенды древних тюрков-аши­ на: волчица и олень-лань в образе тотемных предков // Проблемы востоковедения­. 2016. № 3 (73). URL: https://cyberleninka. ru/article/n/ genealogicheskie-legendy-drevnih-tyurkov-ashina-volchitsa-i-olen-lan-v-

6 obraze-totemnyh-predkov (дата обращения: 30.01.2019).

Введение

У последних зафиксировано несколько вариантов легенды о волке-предводителе, который привёл их на Южный Урал1. Не исключено также, что названием народа стало личное имя-оберег его древнего предводителя. Старейшим упоминанием этнонима bašqort считается сообщение в составленной в 636 г. китайской хронике «Суй-шу» о проживающих к востоку от Византии «ба-шу-ки-ли» или «бэйджуцзюйли», входящих в союз тюркских племён теле2.

Первое известие о башкирах в мусульманских источниках относится к первой половине IX в., когда некий Саллам ат-Тарджуман по поручению багдадского халифа Харуна алВасика би-Ллахи (правил в 842–847 гг.) предпринял путешествие на север в поисках легендарной «стены Искандера», отделявшей, как верили мусульмане, цивилизованный мир от диких народов йаджудж и маджудж. В 27 днях пути от хазарской столицы он достиг «страны басджирт», локализуемой где-то между Каспийским и Аральским морями3. Оригинал отчёта ат-Тарджумана не сохранился, но его фрагменты вошли в состав географических сводов ибн Хордадбеха и ал-Идриси, что позволяет вести отсчёт мусульманской историографии о башкирах с середины IX в.

Согласно данным арабского историка ал-Мас‘уди (896– 956), в конце того же века к северу от Аральского моря вспыхнул конфликт между племенными союзами гузов, карлуков и кимаков, с одной стороны, и печенегов, йаджни, нау­ керда и башкир – с другой, в результате которого печенеги с союзниками вынуждены были переселиться в Причерноморье. Этот сюжет представлен также в персидском переводе огузского эпоса, выполненном в XIII в. Рашид ад-Дином

1Башкирские народные предания и легенды / сост. Ф. А. Надрши­­ на. Уфа: Китап, 2001. С. 65–66.

2Togan Z. V. Başkurtların Tarihi. Türksoy Yayınları. № 18. Ankara, 2003. S. 4.

3Гагин И. А. Булгары и стена Искандера (был ли Саллам ат-Тар­ джуман в поисках «Стены Искандера» в Среднем Поволжье и почему волжские булгары считали себя потомками и наследниками Искандера Зу-л-Карнайна) // Ислам и исламоведение в современной России: сборник докладов Всероссийского исламоведческого форума. Махачкала:

М.-‘А. Чукури, А. Басарави. Булгарские хроники, или Приближение [‘Али] Гари

Хамадани (1247–1318) и известном как «Огуз-наме»: войска Огуз-хана направились из Средней Азии на север, напали на башкир, правителя которых звали Карашит, и подчини-­ ли их1.

Результатом этих событий могло стать разделение башкир на несколько групп, одна из которых вместе с печенегами ушла на запад и в арабо-мусульманской географической традиции обозначалась как «внутренние башкиры», другая – на восток (о её существовании свидетельствует двойное упоминание башкир в «Сокровенном сказании» – сначала среди «лесных народов» Южной Сибири, покорённых ещё сыном Чингисхана Джучи, затем среди народов, подчинившихся монголам­ в ходе западного похода 1235–1241 гг. 2), а третья укрылась на Южном Урале и в прилегающей степной зоне и упоминалась арабскими географами как «внешние баш­ киры».

Ту часть башкир, которая укоренилась на Южном Урале, посетил в 922 г. Ахмад ибн Фадлан, секретарь посольства багдадского халифа Джа‘фара ал-Муктадира би-Ллахи (правил с 908 по 932 г.) к правителю волжских болгар Алмышу. Отчёт ибн Фадлана, оригинал которого был обнаружен в 1923 г. востоковедом А.-З. Валиди Тоганом (1890–1970), башкиром по происхождению, и неоднократно переводился на русский язык, является одним из ценнейших источников по истории всей Восточной Европы Х в. и в силу своей известности не нуждается даже в кратком пересказе.

Стоит лишь отметить, что предпринимаемые в последние годы попытки трактовать башкир ибн Фадлана как угров,

1Togan, Ahmed Zeki Velidi, and Rashīd al-Dīn Tabīḅ . Oğuz destanı: Resideddin Oğuznâmesi, tercume ve tahlili. İstanbul: Enderun Kitabevi, 1982. S. 22.

2Хамидуллин С. И. «Внешние» и «внутренние» башкиры арабомусульманской географической традиции. Восток (Oriens). 2019. № 5.

С.38–39; Козин С. А. Сокровенное сказание. Монгольская хроника 1240 г. под названием Mongrol-un niruča tobčiyan. Юань чао би ши. Монгольский­ обыденный изборник. Том I. Введение в изучение па­мят­ ника, перевод, тексты, глоссарии / отв. ред. А. П. Баранников; предисл. Н. Н. Поппе. М.; Л.: Издательство Академии наук СССР, 1941. С. 175,

8 188–189.

Введение

оставшихся на Южном Урале после венгерской миграции на запад1, представляются методологически необоснованными. Во-первых, сам факт перевода арабского bāšġard русским угры, равно как преобразование ṣaqāliba в булгары, является правкой исторического источника, не обусловленной напрямую его текстом. Явное несовпадение термина в источнике с его объективным содержанием, если таковое имеет место, может быть отмечено иным способом, что и было сделано в классическом переводе отчёта ибн Фадлана, выполненном А. П. Ковалевским, всюду переводившим ṣaqāliba как «славяне» в кавычках2. Во-вторых, отмеченное в преамбуле нарушение алфавитного порядка в перечислении народов, встреченных ибн Фадланом, находится в тексте, написанном составителем сборника3, а не путешественником, поэтому не может быть показателем того, что имелось в виду автором отчёта. Принцип расположения народов в обсуждаемом списке мог быть не алфавитным, а отражать, например, степень удалённости называемых народов от пределов Халифата. В-третьих, в ранних арабских и персидских источниках (ибн Руста, ал-Бакри, «Худуд ал-‘алам», ал-Гардизи) в отношении предков венгров используется форма maǧġar4, которая не может быть названа «близкой или идентичной» ни одному из вариантов написания basǧurt/baǧġurd/bāšġard/bašẖart, встречающихся в памятниках IX–XI вв., ни с эпиграфической, ни с лингвисти­ческой точки зрения. В-четвёртых, совершенно неясна лингвистическая природа приравнивания maǧġar

1Книга Ахмада ибн Фадлана / пер. с араб. и примеч. Вяч. С. Ку­- лешова // Путешествие Ибн Фадлана: Волжский путь от Багдада до Бул­ гара: Каталог выставки / Государственный Эрмитаж. Государственный историко-архитектурный и художественный музей-заповедник «Ка­ занский­ Кремль». Науч. ред.: А. И. Торгоев, И. Р. Ахмедов. М.: Изда­ тельский­ дом Марджани, 2016. С. 18.

2Ковалевский А. П. Книга Ахмеда ибн-Фадлана о его путешествии на Волгу в 921–922 гг. / Статьи, переводы и комментарии. Харьков: Из­ дательство Харьковского государственного университета, 1956. С. 121

идалее.

3Там же. С. 159.

4Zimonyi, István. Muslim Sources on the Magyars in the Second Half of the 9th Century: The Magyar Chapter of the Jayhānī Tradition. 2016.

М.-‘А. Чукури, А. Басарави. Булгарские хроники, или Приближение [‘Али] Гари

кbāšġard: фонетическое колебание b~m – внутритюркское явление, не охватывающее, по-видимому, финно-угорские языки; тюркские заимствования в венгерский сохраняют инициальную b1; для тюркского baš не отмечено вариантов на m2; необъяснимым выглядит и систематическое появление в написаниях на b и только в них конечной согласной. Всё это не оставляет сомнений в том, что арабский путешественник контактировал именно с тюркоязычными носителями этнонима bašqort. При этом автор далёк от стремления

купрощённому решению так называемой башкиро-венгер- ской проблемы и от полного отрицания как присутствия финно-угров на Южном Урале в конце первого тысячелетия нашей эры, так и наличия тюркского компонента среди венгерских племён эпохи «обретения родины»3.

Ибн Фадлан отметил, что среди башкир представлено два типа религиозного сознания: почитание объектов нежи­ вой и живой природы, сопряжённое с наделением их волей и разумом, а также политеизм в форме поклонения две­ надцати богам, возглавляемым небесным божеством, а так­ же упомянул башкира-мусульманина, сопровождавшего по­ сольство4. Это вместе с археологическими свидетельствами,

вчастности­ Левашовским могильником VIII в., позволяет считать­ проникновение ислама к башкирам процессом, уже начав­шимся­ к 20-м гг. Х в.

Упоминаются башкиры и в первой работе, посвящённой тюркскому языкознанию, – трактате Махмуда Кашгари

1Дыбо А. В. Вокализм раннетюркских заимствований в венгерском // Gedenk von E. A. Helimsky. Finnisch-Ugrische Mitteilungen Band 32/33, 2010. С. 71–120.

2Севортян Э. В. Этимологический словарь тюркских языков: общетюркские и межтюркские основы на букву «Б». М.: Наука, 1978. С. 85–88.

3Подробнее см. в: История башкирских родов. Юрматы. Том 30. Ч. 2 / С. И. Хамидуллин, Б. А. Азнабаев, И. Р. Саитбатталов, И. З. Султанмуратов, Р. Р. Шайхеев, Р. Р. Асылгужин, В. Г. Волков, А. А. Каримов, А. М. Зайнуллин. Уфа: НОЦ «История башкирского народа» ИИГУ БашГУ, Китап, 2018. С. 17–22.

4Ковалевский А. П. Книга Ахмеда ибн-Фадлана о его путешествии на Волгу в 921–922 гг. / Статьи, переводы и комментарии. Харьков: Из-

10 дательство Харьковского государственного университета, 1956. С. 131.