Булгарские хроники, или Приближение [‘Али] Гари

Введение

предоставили российским властям реальные рычаги управления башкирским обществом1.

В работах некоторых исследователей часто встречается тезис о том, что термин «башкиры» в XVI–XVIII вв. обозначал «административную и сословную принадлежность»2, а не этническую, причём сословие башкир имело военно-служи- лый характер, за что и получало земельные пожалования3. Данное широко распространённое предположение внутренне противоречиво и не соответствует реальным историческим фактам. Во-первых, башкиры вплоть до 30-х гг. XVIII в. были практически не интегрированы в правовое пространство Русского государства, поэтому проблематично говорить о них как о российском сословии с чётко очерченными правами и обязанностями. Во-вторых, военная служба была не причиной, а следствием наличия у башкир вотчинного права на землю и вплоть до организации Башки- ро-Мещеряцкого казачьего войска не была всеобщей, более того, башкиры могли отказаться и отказывались от участия

ввойнах России4. В-третьих, внутренняя структура башкирского общества в XVI–XVIII вв. отличалась сложностью, и фактически башкиры представляли собой несколько сословий: общинники, имевшие право на участие в коллективном управлении родовыми вотчинами и несшие с этих вотчин повинности; тептяри – общинники, утратившие способность

1Азнабаев Б. А., Джунджузов С. В. Складывание системы управления башкирами Оренбургского края в XVIII в. // Новый исторический вестник. 2019. № 1 (59). С. 18–19.

2Рамазанова Д. Б. Западноприуральский ареал татарского диалектного языка // Рамазанова Д. Б. Вопросы татарской диалектологии. Казань, 2008. С. 18.

3Самигулов Г. Х. Аюкинские калмыки: к истории этнической группы // Вестн. Челяб. гос. ун-та. 2015. № 14 (369). История. Вып. 64. С. 51; Милли-мәдәни мирасыбыз: Оренбург өлкәсе татарлары. Казан, 2016. 66нчы б; Ахметзянов М. И. Ногайская Орда: историческое наследие татарского народа // Цивилизованные, этнокультурные и политические аспекты единства татарской нации. (Казань, 7–8 июля 2002 г.) Казань, 2002. С. 208–213.

4Азнабаев Б. А. Формирование родоплеменной структуры Колмак

вбашкирском этносе // Уральский исторический вестник. 2017. № 2

М.-‘А. Чукури, А. Басарави. Булгарские хроники, или Приближение [‘Али] Гари

нести повинности и поэтому лишённые права распоряжаться вотчинами; тарханы – лица, освобождённые от повинностей за заслуги перед государством и обязанные поэтому нести военную службу1. Обращение башкир в военно-казачье положение было осуществлено не по этническому принципу и даже не на основании вотчинного права: границы родовых волостей, распоряжавшихся землёй, и военно-администра- тивных единиц не совпадали, а зачисление отдельных лиц и целых населённых пунктов в войско не влекло их включения

вродовые общины. После 1798 г. социальная и сословная структура башкирского народа стала ещё сложнее: башкиры оказались разделены на башкир-казаков, казаков Уральского войска, казаков Оренбургского войска, чиновников и дворян, поэтому говорить о «башкирском сословии» даже

вXIX в. не приходится. Сословные границы продолжали не соответствовать этническим и даже семейным.

Так, сыновья и внуки верного старшины Шарифа Киикова, последнее упоминание о котором относится к 1797 г., оказались в трёх разных сословиях: среди них были дворяне, чиновники и башкиры-казаки.

Клан Иректы в истории башкирского народа

Согласно многочисленным письменным свидетельствам

иустным преданиям, башкирский род Иректы (Ирәкте), представители которого проживают на севере Республики Башкортостан в Татышлинском и Балтачевском районах, а также в Муслюмовском районе на востоке Республики Татарстан, является ответвлением крупного кланового объединения Табын, имеющего сложную структуру и расселённого от Курганской области на востоке до Саратовской на западе. Клановое наименование Табын представлено также у казахов. И башкирские, и казахские табынцы связывают своё происхождение с Уйшин Майкы-бием – сподвижником

иполководцем Чингисхана, традиционно идентифицируемым с эмиром по имени Хушидай Байку из племени хушин, который упоминается у Рашид ад-Дина.

Введение

Этноним уйшин/хушин – соответственно тюркский и монгольский варианты названия народа усунь, населявшего в первом тысячелетии нашей эры обширные пространства Средней Азии. По-видимому, та часть усуней/уйшинов, которая составляла дружину Майкы-бия, после западного похода монголов получила наименование табын. Это название восходит к термину табин, которым в чингизидских государствах Средневековья обозначали особо приближённых лиц, что вполне соответствует статусу и Майкы-бия, и его дружины. Вхождение табынцев в состав башкирского народа началось, как это явствует из письменных текстов, вскоре после завершения западного похода монголов. Воинов Майкы-бия могли привлечь как природные условия Башкирии, так и её автономный статус. Согласно родословным башкир-табынцев, первоначально потомки Майкы-бия кочевали за Уралом по реке Миасс (ныне на ней стоит город Челябинск) и, судя по позднейшим документам, продолжали нести службу сибирским Шибанидам.

Упоминавшаяся выше смута между ханами Ибрахимом

иМухаммадом Шайбани заставила одну часть табынцев пе­ рейти Уральские горы через долину реки Сим и расселиться в среднем течении реки Агидель (Белой) к югу от современной Уфы (этот улус получил название Кичи-Табын – младший Табын, и позднее разделился на ряд подразделений, а оставшиеся за Уралом – Кара или Кары Табын – старший Табын), другую – проникнуть в Месягутовскую лесостепь на северовостоке современного Башкортостана и по долинам рек Ай

иЮрюзань выйти в бассейн среднего течения реки Уфы и дальше на запад в бассейн реки Танып. Потомки этих табынцев образовали башкирские кланы Балыкчи и Танып1. Третья группа перешла Урал долиной реки Чусовой и проникла в бассейн Камы, где столкнулась с башкирами рода Гайна, затем встретилась с представителями других табынских родов. Несколько последующих поколений этих переселенцев освоили земли в долине реки Ик и поступили на службу к казанским ханам, а позднее, очевидно, к середине XVI в., проникли в бассейн Таныпа, где подчинили себе окружа­

Введение

Профессор Б. А. Азнабаев отмечает приверженность всех групп башкир-табынцев в XVII–XVIII вв. иерархическим формам правления, причём, когда бесперспективность дальнейшей поддержки Кучумовичей стала очевидна, многие, хотя и не все, табынские старшины превратились в последовательных сторонников союза с российскими властями. Так, старшина Кара-Табынской волости за Уралом Таймас Шаимов уступил земли своей волости для строительства городов Челябинска и Верхнеуральска, а тархан той же волости Кидрас Муллакаев, проживавший в центральной Башкирии, был основным информатором будущего члена-корреспондента Императорской академии наук П. И. Рычкова в его изысканиях по истории и этнографии края1. При этом большинство рядовых и значительная часть влиятельных общинников участвовали в повстанческом движении; так, предводителем зауральских башкир был батыр Кара-Табынской волости Юсуп Арыков, а одним из центров восставших в Иректинской волости было село Чукурово – родина Мухаммада-‘Али Чукури.

В 70-е гг. XVIII в. кара-табынские башкиры, в том числе подчинённые старшины Шарифа Киикова, принимали участие в польском походе русской армии против Барской конфедерации, а затем – в Пугачёвщине, причём находились

вобоих лагерях. Иректинцы-повстанцы участвовали во взятии Бирска 27 мая 1774 г. и последовавшей затем осаде Уфы. Верный старшина Шариф Кииков, дом которого был сожжён, а сын Юсуп – повешен, участвовал в боях против восставших

вЗакамье, сражениях против главного повстанческого войска в долине реки Сим, был награждён золотой медалью и саблей. В 1776 г. ему было присвоено звание прапорщика.

Сыновья Шарифа Киикова пошли по стопам отца. Младший Ни‘матуллах (в русских документах Нигаметулла) дослужился до классного чина по Табели о рангах и на основании заслуг отца и собственных был вместе с сыновьями утверждён в дворянском достоинстве. Эта ветвь Кииковых

М.-‘А. Чукури, А. Басарави. Булгарские хроники, или Приближение [‘Али] Гари

(до революции встречалось также написание Кийковы) стала третьим дворянским родом из числа башкир. В 1825 г. Ни‘матуллах Кииков возглавил 10-й башкирский кантон1. Старший сын Шарифа ‘Абдул (1746–1828) после учреждения кантонной системы занимал пост юртового старшины, трое его старших сыновей также стали войсковыми чиновниками: Тухфатуллах – походным старшиной, Курбан-‘Али – есаулом, ‘Абд ал-Халик – юртовым старшиной. Четвёртый из шести сыновей ‘Абдула Киикова, ‘Абд ас-Салих, родился в 1797 г. и выбрал духовную стезю2. Такой выбор был характерен для представителей башкирской элиты в условиях, когда военная служба была обязательна для большинства мужчин, а основанная­ на ней карьера могла оказаться перспективной далеко не для каждого: в первой трети XIX в. имамами становились члены семей кантонных начальников Нагайбаковых3 из рода Юрми, дворян Султановых4 из рода Байлар и многих других башкирских офицеров и чиновников.

Три поколения имамов из рода Кииковых

Биография ‘Абд ас-Салиха ибн ‘Абдула Киикова достаточно подробно освещена в биографической энциклопедии «Асар» («Памятники прошлого») кадия, впоследствии муфтия Рида ад-Дина ибн Фахр ад-Дина5, историографиче-

1Ильясова А. Я. Особенности формирования дворянского сословия из башкир // Magistra Vitae: электронный журнал по историческим наукам и археологии. 2009. № 38 (176). URL: https://cyberleninka. ru/ article/n/osobennosti-formirovaniya-dvoryanskogo-sosloviya-iz-bashkir-1 (дата обращения: 01.12.2019).

2Военная история башкир. Энциклопедия. Уфа: Башкирская энциклопедия, 2013. С. 215.

3История башкирских родов. Юрми. Том 21 / С. И. Хамидуллин,

Б.А. Азнабаев, А. Г. Салихов, И. З. Султанмуратов, И. Р. Саитбатталов, Р. Р. Шайхеев, Р. Р. Асылгужин, А. М. Зайнуллин, В. Г. Волков, А. А. Ка­ римов. Уфа: ИИЯЛ УНЦ РАН; Уфимский полиграфкомбинат, 2016. С. 159.

4История башкирских родов. Байлар. Том 22 / С. И. Хамидуллин,

Б.А. Азнабаев, И. З. Султанмуратов, И. Р. Саитбатталов, Р. Р. Шайхеев, Р. Р. Асылгужин, И. М. Васильев, А. М. Зайнуллин, В. Г. Волков, А. А. Ка­- римов. Уфа: ИИЯЛ УНЦ РАН; Китап, 2016 С. 909.

Введение

ском труде «Талфик ал-ахбар…» («Нанизывание вестей…») Мухаммада-Мурада ал-Минзалави1, а также в автобиографических работах его сына и внука. Независимым от них и очень надёжным источником по истории практически всех башкирских семей, в том числе Кииковых, являются ревизские сказки – документы учёта податного населения за 1816– 1859 гг., хранящиеся в Национальном архиве Республики Башкортостан.

В справочнике Ибн Фахр ад-Дина приводится полная родословная ‘Абд ас-Салиха, включающая 20 имен до Майкыбия. В силу различий в орфографии, которой пользовались Кииковы и Ибн Фахр ад-Дин, в переводы этих имён на современный татарский и русский языки вкрался ряд ошибок. Так, имя отца Шарифа записано Ибн Фахр ад-Дином арабской графикой как «كويك» и должно читаться как kejük со значением «лесной зверь», а не köjek со значением «гарь». Имя отца Киика приведено арабской графикой в форме «ناکچوک»

итранскрибировано как küčkän «переселившийся», однако в документах самих Кииковых фигурирует в форме «نﺎﯕوچوک»

идолжно читаться köčögän «орёл-могильник». Имя прародителя иректинцев Абдала везде, кроме издания «Асар», начинается алифом с маддой. Беглый анализ имён предков рода Кииковых показывает, что те носили обычные среди башкир имена арабского (Ахмадшайх), персидского (Ходаййар), смешанного­ (Давлатбай) и исконно тюркского происхож­ дения.

‘Абд ас-Салих ибн ‘Абдул родился в 1797 г. в селе Чукур Бирского уезда Оренбургской губернии (ныне Старочукурово Татышлинского района Республики Башкортостан). Согласно литературным источникам, он получил образование в медресе ‘Абд ан-Насира ибн Турумтая из башкирского клана Елан в деревне Рсай, ныне Илишевского района Республики­ Башкортостан. Однако ‘Абд ан-Насир ибн Турумтай умер в 1809 г.2, когда ‘Абд ас-Салиху было всего 12 лет, поэтому вероятно, что его учителем был Ибн Хаджиб - брат

1Рамзи М. М. Талфик ал-ахбар ва талких ал-асар фи вакаи Казан ва Булгар ва мулук ат-татар. Т. 2. Оренбург, 1908. С. 476.

М.-‘А. Чукури, А. Басарави. Булгарские хроники, или Приближение [‘Али] Гари

‘Абд ан-Насира, отмеченный в 1816 г. в качестве указного имама1.

Не исключено также, что ‘Абд ас-Салих завершил образование под руководством суфийского шейха Рахматуллаха ибн ‘Абдуша (1774–1832) из башкирского клана Гирей, проживавшего в селе Нижний Такталачук Мензелинского уезда той же губернии (ныне Актанышского района Республики Татарстан). Рахматуллах ибн ‘Абдуш был духовным преемником шейха Файизхана Кабули – одного из наиболее авторитетных среди мусульман Урало-Поволжья суфийских шейхов, связанного цепью духовной преемственности с выдающимся суфийским мыслителем XVII в. Ахмадом Сирхинди – и передал разрешение на наставничество ‘Абд ас-Салиху.

Службу в качестве имама он начал, по-видимому, в 20-е гг. XIX в., причём даже в 1834 г. ещё не имел указа2. Биографы отмечают, что мечеть и медресе он содержал на собственные средства, которые добывал, занимаясь традиционным башкирским промыслом – бортничеством, а свободное время посвящал молитвам и поминанию Бога. Очевидно, из-за необходимости уделять больше времени крупному хозяйству и немаленькой семье (в 1834 г. у 36-летнего имама было две жены и семеро детей) ‘Абд ас-Салих приглашал образованных молодых людей из других мест для работы в своём медресе: в Чукур переехал сын Рахматуллаха ибн ‘Абдуша Мирхайдар. Хотя и современники, и позднейшие биографы аттестовали имама как богача, достаток семьи строился на тяжёлом труде, а образ жизни был более чем скромным. Первая жена ‘Абд ас-Салиха ибн ‘Абдула Гулбахар происходила из рода Гирей и родилась около 1809 г. В 1825 г. на свет

1Ревизская сказка 1816 года августа … дня Оренбургской губернии Белебеевского уезда, 12-го башкирского кантона деревни Рысаевой. [Электронный ресурс]. URL: http://www. edoclib. gasrb. ru/#?places=& mode=1&tm=1585814013842&fe=1&_y0=&_y1=&_p=&_d=%D0%91 %D0%B5%D0%BB%D0%B5%D0%B1%D0%B5%D0%B5%D0%B2%D1%8 1%D0%BA%D0%B8%D0%B9&_dn=&_n=&pNo=31&pSz=100&rc=4326 (дата обращения: 12.12.2019)

2Ревизская сказка 1834 года апреля … дня Оренбургской губернии Бирского уезда деревни Старой Чукуровой. // НА РБ. Ф. И-138.

28 Д. 557. Л. 623.

Введение

появился первенец Мухаммад-Фазил, тремя годами позже – Мухаммад-‘Али, будущий поэт.

В филологической литературе годом рождения поэта называется 1826, однако эта дата получена путём вычислений, построенных на сообщении о смерти поэта в 1889 г. в возрасте 63 лет1. Ревизские сказки – документ значительно более строгий, чем биографическая и агиографическая литература, – показывают, что Мухаммаду-‘Али было 6 лет в апреле 1834 г. и 22 года в октябре 1850. Двойные, по годам жизни и датам от рождества Христова, датировки событий, которые приводит поэт в работе «Китаб ал-асма’» («Книга имён»), также указывают на рождение зимой 1827–28 гг.

Судя по стихам поэта, грамоте и элементарным религиозным знаниям его научили родители. На восьмом году жизни они отправили Мухаммада-‘Али в село Югомаш (ныне Янаульского района Республики Башкортостан) в медресе, которым руководил Тавабил ибн Сабак (1771–1843), сын старшины Гирейской волости Сабака Сарманова и родственник матери поэта. В Югомаше Мухаммад-‘Али проучился два года, постигая арабский и персидский языки, ханафитский фикх и правила рецитации Корана. Последней дисциплиной с мальчиком занимался «слепой суфий дядя Фадл». Руководитель медресе отдельно обучал Мухаммада-‘Али каллиграфии2. Эти две традиционные мусульманские науки сыграют впоследствии важную роль в жизни поэта, первая печатная книга которого будет посвящена правильному чтению Корана, а переписка рукописей станет одним из основных его занятий. Тавабил ибн Сабак был мюридом суфийского шейха Валида ибн Мухаммад-Амина из Сеитовского посада под Оренбургом3 – одного из ближайших преемников Файизхана­ Кабули; Мухаммад-‘Али принимал участие

1Такой пассаж присутствует и в работе Ибн Фахр ад-Дина, и в книге ‘Арифуллаха ибн Мухаммад-‘Али. Автору этих строк довелось видеть на карточках, сопровождающих рукописи поэта в Национальной библиотеке Республики Башкортостан, вычисления дат жизни Чукури, сделанные исследователями ХХ в.

2ОРРК НБ РБ им. А.-З. Валиди. Р-194. Л. 96б.

М.-‘А. Чукури, А. Басарави. Булгарские хроники, или Приближение [‘Али] Гари

всуфий­ских беседах (сухба) и других ритуалах, будучи учеником медресе.

Летом 1838 г., когда десятилетний Мухаммад-‘Али был дома на каникулах, к отцу пришёл его мюрид ‘Абд ал-Ма­ джид из деревни Новый Чукур. После предвечерней молитвы мальчик прочитал суру из Корана и увидел, что оба взрослых глубоко потрясены его чтением. Затем отец и воспитатель Мухаммада-‘Али принялись исполнять тихий зикр, а мальчик шевелил губами, подражая им. Позднее поэт вспоминал: «Взгляд отца упал на меня, и он улыбнулся: “Ты что, тоже хочешь поминать Бога сердцем, как дедушка ‘Абд ал-Маджид?”. Я ответил: “Да”, тогда отец сказал: “Сначала совершают покаяние, потом получают наставление в поминании Бога сердцем, затем обращают всё внимание к сердцу и получают награду, – и, прервав мою нерешительность, продолжил. – Раз так, идём, посмотри себе в сердце и заставь его говорить ‘Аллах’ ”». Так Мухаммад-‘Али Чукури получил своё первое суфийское посвящение1.

Следующие две зимы он провёл в медресе села Казанчи (ныне Старые Казанчи Аскинского района Республики Башкортостан) – центра одноимённого подразделения башкирского клана Танып. Там продолжилось изучение классических текстов по мусульманскому праву, мистицизму и кораническим наукам. В 12 лет юноша направился в село Бураево (ныне районный центр в Республике Башкортостан) – центр крупного башкирского клана Ельдяк, где завершил изучение арабской грамматики и ряда крупных трудов по другим наукам. Бураевским медресе руководил Наср ад-Дин ибн ‘Абд ал-Хаким (1809–1893) – выходец, подобно ‘Абд асСалиху ибн ‘Абдулу, из семьи военных2, выпускник медресе

вселе Симак Мензелинского уезда, воспитанник суфийского

1ОРРК НБ РБ им. А.-З. Валиди. Р-194. Л. 111б.

2Ревизская сказка 1833 года декабря … дня Оренбургской губер­ нии Бирского уезда, 10-го башкирского кантона 26-й юрты деревни Бураевой о состоящих мужского и женского пола башкирцах [Электронный ресурс]. URL: http://www. edoclib. gasrb. ru/#/?places=%D0%91% D1%83%D1%80%D0%B0%D0%B5%D0%B2&mode=0&tm=1585832332

30 384&pNo=1&cnt=1&pSz=100&rc=20 (дата обращения: 12.12.2019)