Эргодизайн образовательного пространства (Размышления психолога)

подготовленного к осмысленной и продуктивной проектной ком муникации. На сегодняшний день реально существует опыт под готовки людей проектной культуры в школах и дошкольных уч реждениях Великобритании. Однако не менее интересный опыт существует и в России, только он пока не осмыслен в терминах проектной культуры. Это дома и кружки технического творчества, станции юных техников, группы спортивно технического творче ства, которых по известным причинам становится все меньше.

Другой идеал образованности содержат рассуждения А.Ф. Лосе ва об интеллигентности. Приведем наиболее полное из его опреде лений, которое сам автор скромно называет предварительной фор мой.

«Интеллигентность есть индивидуальная жизнь, или функция

личности, понимаемой как сгусток природно общественно ис торических отношений, идеологически живущей ради целей об

щечеловеческого благоденствия, не созерцающей, но переделы вающей несовершенства жизни, что повелительно требует от

человека потенциального или актуального подвига для преодо ления этих несовершенств» [89, с. 319].

К сказанному следует добавить еще одно замечание А.Ф. Лосе ва, которое, наряду с приведенным определением интеллигентнос ти, подчеркивает близость его идеала интеллигента к идеалу чело века проектной культуры.

«Интеллигент живет и работает в настоящее время так, как в

будущем станет жить и работать человек в условиях общечелове

ческого благоденствия» [89, с. 315].

Конечно, А.Ф. Лосев понимал, что достичь идеал трудно, а мо жет быть, и невозможно в некоторых случаях. Однако он полагал, что без идеала не известно, к чему должен стремиться становящий ся человек.

Введение проектной культуры в образование способствует уве личению числа людей проектной культуры, а одновременно и интеллигентов. Методологически важно обозначить специфику высшей педагогической школы в этом процессе. Эта специфика заключается в многократно повторяющемся процессе рождения людей проектной культуры. Если выпускник педагогического вуза состоялся как интеллигент, то есть надежда, что состоятся в этом

111

отношении его будущие воспитанники в средней школе (вспом ним, что сензитивный период для зажигания факела — юношеский возраст). Никакой другой вуз такой многократной повторяемостью зановорождения людей проектной культуры не обладает.

Согласно христианскому взгляду на человека и образование, высказанному в одной из работ Патриарха Всея Руси Алексия, «об разовать человека ... это значит выявить в нем определенный об раз» [1, с. 6]. Как бы продолжением этой мысли является следую щее положение концепции проектной культуры В.Ф. Сидоренко: «У культуры много образов, и каждый из них значим для образова ния по своему [161, с. 1]. Конкретизация этих высказываний для высшей педагогической школы может быть представлена совокуп ностью образов профессиональной культуры учителя. В первую очередь к этой совокупности следует отнести образы культуры по знания, культуры труда, культуры общения, культуры самосовер шенствования (рисунок 7).

Безусловно, каждый человек — творец своего собственного об раза. Однако есть что позаимствовать из нашего богатейшего куль турно исторического наследия. Обогащаясь тем, что содержит дан

Рис. 7. Структура образа профессиональной культуры учителя

112

ный источник, Россия может избежать основанных на иллюзиях попыток «догнать» развитые страны на пути коммерциализации науки и образования, явив миру иной идеал образованности. Уме стно вспомнить уверенность М.В. Ломоносова в способности рос сийской земли рождать собственных Платонов и Ньютонов.

Думается, эта возможность в настоящее время далеко не исчер пана. Основанием для такой мысли служат неоднократные выска зывания представителей российской интеллигенции по телевиде нию и на страницах печати. В частности, заместитель председателя Совета Федерации России А.В. Долголаптев в конце XX столетия выделил три национальных ценности, две из которых имеют пря мое отношение к обсуждаемой проблеме: неиссякаемый резерв интеллекта и национальную культуру России.

Неиссякаемый резерв интеллекта вытекает из особой даровито сти русского народа, в отношении которой Н.О. Лосский отмечает такую ее особенность, как многосторонность даров [92]. В качестве подтверждения он ссылается на девятнадцатый век, который был богат для России выдающимися учеными во всех областях знания. Наиболее полно эта национальная черта русского народа прояви лась в гении Ломоносова. Д.С. Лихачев также обращает внимание на спектр и объем исследовательских работ дореволюционной Рос сийской императорской Академии наук, полагая, что это обстоя тельство служит доказательством универсального характера нашей культуры. В качестве убедительного примера он называет те на правления исследований, которые поражали высоким научным уровнем: тюркологию, арабистику, китаеведение, японистику, аф риканистику, финноугроведение, кавказоведение, индологию [84].

Специалисты из лаборатории социологических исследований МГУ для выяснения причин гибели великих цивилизаций ввели новое понятие «коэффициент элиты». По определению одного из сотрудников этой лаборатории Ю.С. Завальского, коэффициент элиты — это соотношение количества специалистов высшего клас са в какой либо сфере деятельности к общему числу грамотных людей во всем обществе. Специальные подсчеты показали, что к началу XX века коэффициент элиты в России был самым высоким в мире и равнялся восьми процентам [112]. Косвенным подтверж дением правильности выполненных расчетов служит факт, отме ченный в работе Н.О. Лосского:

113

«Во всех школах всех стран дети русских эмигрантов по способ ностям и успехам оказываются среди первых учеников» [92,

с.304].

Всвязи с обсуждаемой проблемой особый интерес представляет сравнение коэффициента элиты в России в разные исторические годы, являющиеся своеобразными вехами в развитии культуры. Итак, к началу века коэффициент элиты составлял 8 процентов, в 1917 году — 2 процента, в двадцатые годы — около 1 процента, в 1980 году — 0,8 процента [112]. Остается сожалеть, что не опубликованы данные о динамике коэффициента элиты за период с двадцатых го дов и по настоящее время. Однако, чтобы заговорили приведенные цифры, к ним необходимо добавить обнаруженные учеными законо мерности. Как специалист в области инвариантных мер Ю.С. За вальский считает, что для сохранения общества в состоянии равно весия достаточно одного процента коэффициента элиты.

Возвращаясь к образу профессиональной культуры учителя, от метим, что такой путь возрождения высшего педагогического обра зования наиболее естественен для него. При этом сохраняется ис торическая преемственность поколений, стремящихся увеличить культурный потенциал отечества. Продолжая начатый анализ, бо лее подробно рассмотрим образ культуры общения, который на сегодняшний день является наиболее разработанным по сравне нию с другими образами профессиональной культуры учителя. Он представлен на рисунке 8.

Культуру общения как компонент профессиональной культуры можно представить в виде единораздельной целостности (термин А.Ф. Лосева) из следующих трех компонентов: культуры взаимо познания, культуры взаимопонимания и культуры взаимодействия всех партнеров по общению.

Каждый из трех названных компонентов культуры общения включает в себя более дробные составляющие. Так, культура взаимо познания предполагает наличие культуры самопрезентации и куль туры познания своих партнеров; культура взаимопонимания немыс лима без культуры речи и культуры владения неречевыми способами общения; основой культуры взаимодействия являются культура организации совместной деятельности и культура срабатываемости.

Все обозначенные компоненты образа культуры общения доста точно хорошо описаны или могут быть узнаны в некоторых работах

114

психологов. Только существуют эти описания порознь. В данной работе они впервые представлены все вместе в виде образа культу ры общения. Как единораздельная целостность такой образ выпол няет несколько функций:

—конкретизирует представление о культуре общения;

—является основой разработки программы тренинга общения как одной из образовательных технологий для практической психологической подготовки учителя;

—служит ориентиром для любого занимающегося самосовер шенствованием человека.

При необходимости образ культуры общения может быть пред ставлен более детально. Например, культура неречевых способов общения предполагает овладение следующими четырьмя невербаль ными знаковыми системами, известными в социальной психо логии:

—оптико кинетической, включающей жесты, мимику и панто мимику (свойства моторики разных частей тела, придающие определенные нюансы общению);

Рис. 8. Структура образа культуры общения (вариант 1)

115

—паралингвистической и экстралингвистической, представля ющей дополнительные «околоречевые» приемы, увеличива ющие семантически значимую информацию (качество, то нальность и диапазон голоса, а также паузы, покашливания, смех, темп речи);

—проксемической, связанной с нормами пространственной и временной организации общения;

—«контакт глаз» [6].

Учитывая едва наметившуюся тенденцию духовного возрожде ния нашего общества, заявленную практически во всех сферах, включая и образование, можно представить иной вариант образа культуры общения (рисунок 9). Этот вариант логически, структурно и содержательно связан с описанием интенсивного группового опыта. Пожалуй, опыт и культура духовестия самые трудные для овладения человеком компоненты, но самые необходимые для по вышения коэффициента элиты. Уместно еще раз вспомнить пред ставление B.C. Соловьева о мудрости, которая в его понимании неотделима от духовности. Без носителей духовности в сфере обра

Рис. 9. Структура образа культуры общения (вариант 2)

116

зования все ее уровни будут функционировать вхолостую или в отдельных случаях приносить вред.

В качестве исходного представления об образе культуры труда предлагается определение А.Ф. Лосева:

«Для интеллигентного человека труд есть праздник вечной мо

лодости и радостного служения общечеловеческому счастью» [89, с. 318].

Наиболее продуктивная конкретизация данного образа, на наш взгляд, возможна за счет привлечения представления К.Д. Ушинс кого о труде как о свободной и согласной с христианской нрав ственностью деятельности человека [173]. Также полезны в этом плане накопленные в психологии труда характеристики, осознание которых повышает уровень культуры труда работающего человека:

—сформулированные Е.А. Климовым психологические призна ки труда, позволяющие дифференцировать истинный труд и любую другую активность человека на рабочем месте (напри мер, экономически преступные деяния);

—тонкое и точное представление о всех возможных средствах труда, имеющих отношение к избранной профессии, конк ретизирующее более детально третий психологический при знак труда;

—концепцию Е.А. Климова о системе психических регулято ров труда, без учета которых, на наш взгляд, не эффективны никакие экономические регуляторы;

—учение об индивидуальном стиле деятельности, незнание ко торого породило не всегда или большей частью не реализуе мые явления наставничества в производственном обучении и передаче (распространении) передового педагогического опыта (что в значительной мере обусловлено также зависи мостью от чужой самости);

—концепцию Л.Д. Чайновой о функциональном комфорте, без четких представлений которой очень сложно, стремясь к куль туре труда, обеспечить состояние «праздника вечной моло дости»;

—концепцию Н.А. Бернштейна о ловкости движений, особен но важную при создании образов профессиональной культу ры учителя физкультуры, ИЗО, технологии и предприни мательства.

117

При помощи образа профессиональной культуры можно преду гадать отрицательные последствия введения в среднюю школу новой дисциплины «Технология» взамен прежних двух — «Техни ческий труд» и «Обслуживающий труд». Замена общенаучной кате гории «труд» более простым понятием «технология» обязательно создаст упрощенное представление о труде и о культуре труда. По пытки завуалировать это упрощение при помощи более сложного названия «культура технологии» или ссылкой на то, что вводимый новый предмет относится к числу интегративных, положения не исправляет. И вот почему. Говорить об интеграции бессмысленно, после того как произведена «вивисекция», о которой полтора сто летия назад писал А. И. Герцен в отношении науки. Культура техно логии не равна культуре труда, а представляет лишь фрагмент куль туры владения средствами труда, которая, в свою очередь, является одним из компонентой культуры труда. Поэтому опрометчиво ут верждать, что включение новой дисциплины в школьную програм му «является потребностью общества в целом» и «будет ... форми ровать технологическую грамотность» [162, с. 36].

Надежда, заключенная в последних словах, весьма сомнительна. Во первых, по той причине, что заведомо в человеке ничего нельзя сформировать (аргументы приводились ранее). Во вторых, по скольку технологическая грамотность является неотъемлемой час тью трудовой грамотности, то нужно позаботиться прежде всего о становлении последней. Тогда в процессе ее становления может осуществиться и становление всех ее компонентов, в том числе и технологической грамотности.

В связи с этой проблемой необходимо уточнить смысл понятия «единораздельная целостность». Все, что существует в мире, не перестает быть единой целостностью из за того, что ученые начи нают в ней что либо вычленять или разделять ее на составные ча сти. Другими словами, любая целостность существует как единая в действительности и как раздельная в сознании ученых.

Безусловно, к образу культуры труда в полной мере относится все то, что называют культурой взаимодействия, так как образы профессиональной культуры учителя труда являются частично пе ресекающимися. В связи с этим замечанием имеет смысл для боль шей наглядности излагаемого материала дать иной вариант графи ческого представления всех четырех его компонентов (рисунок 7).

118

На рисунке образ культуры труда имеет совпадающую часть не только с образом культуры общения, но и с образом культуры по знания. Перейдем к описанию его замысла.

Одним из возможных вариантов создания замысла образа культуры познания является обобщение культурного наследия разных ученых, живших в разные и далеко отстоящие друг от дру га периоды времени. Пожалуй, раньше других с этой проблемой соприкоснулся великий китайский мудрец Конфуций, призван ный Учителем десяти тысяч поколений. Из его наследия для со здаваемого образа полезны представления о духовном слухе и жажде знаний. Очевидно, духовный слух и духовное зрение, про зрение принципиально отличаются от того, что А.А. Ухтомский называл культурой рецепции. Говоря незадолго до смерти о том, что в шестьдесят лет он настроил свой слух, Конфуций имел в виду не физиологический слух, а духовный [93]. Поэтому духов ное познание или постижение мира является неотъемлемым ком понентом культуры познания.

Эвристичной для обсуждаемой проблемы является точка зрения В.П. Зинченко, высказанная им в отношении духовного зрения путем различения глаза телесного и глаза духовного, «ока души». В одной из его работ, написанной с соавторами, развивается пред ставление о функциональных органах человека, к числу которых относится и глаз духовный [20]. Эти органы в отличие от физиоло гических могут интерпретироваться не только как интрацеребраль ные, но и как экстрацеребральные образования как по своему про исхождению, так и по способам функционирования. Еще раньше о понятиях «око духа» и «око сердца» размышлял философ И.А. Иль ин, разрабатывая основы христианской культуры [53].

Жажду знаний можно описать при помощи тех ее проявлений, которые в полной мере продемонстрировал сам Конфуций: это ненасытная страсть к учению, неистовое собирательство знаний в любое время, в любом месте и в любых условиях, необыкновенная дотошность, имитация незнания, чтобы узнать больше [93]. Дос тойное место в этом пристрастном приобретении знаний занимало знание людей, ставшее главной целью в школе Конфуция, целью, которая совпадает с основным содержанием культуры взаимо познания. Это означает, что образ культуры взаимопознания и яв ляется той общей для культуры общения и для культуры познания

119

частью, для овладения которой необходим достаточно высокий уровень развития межличностной рефлексии.

Итак, вырисовывается следующая структура образа культуры познания:

—жажда знаний (как мотивирующий компонент);

—культура рецепции или умение использовать свои органы чувств так, чтобы не просто смотреть, а всматриваться, не только слушать, но и вслушиваться;

—культура социальной перцепции или взаимопознания людь ми друг друга;

—культура самопознания (самопостижения);

—культура духовного познания;

—культура видеорецепции, необходимость в которой возникла в результате оснащения тренингов общения современной ви деотехникой, существенно обогащающей возможности наше го самопознания и познания других.

Графическое представление образа самосовершенствования на рисунке отличается от других образов профессиональной культуры. Это отличие, на наш взгляд, заключается в его универсальной всепроникаемости во все компоненты остальных трех образов, ко торые имеют лишь некоторые частично совпадающие области. Данная универсальность вытекает из всеобщей универсальности самоорганизации, свойственной всем системам живой и неживой природы. Как известно, в экологии самосовершенствование рас сматривается как один из способов самоорганизации наряду с са мовоспроизводством.

Принципиальным отличием образа культуры самосовершен ствования является его самость, вытекающая и из способа созда ния данного образа, определенного ранее как самопроектирование, а также способа его выявления — самовыявления, самоактуализа ции, самореализации. Между самопроектированием и самовыявле нием есть еще один важный процесс, который точнее всего можно обозначить словами Б.С. Братуся — «соединение, состыковка предписаний и принимающей, согласной, открытой им души» [18, с. 36].

Конечно, представленные в виде замыслов образы профессио нальной культуры не могут претендовать на всеобъемлющую пол ноту и завершенность. Это всего лишь эскиз к портрету выпускни

120