Эпоха ранней латинской патристики Тертуллиан. Учебное пособие

МИНИСТЕРСТВО НАУКИ И ВЫСШЕГО ОБРАЗОВАНИЯ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Федеральное государственное автономное образовательное учреждение высшего образования

«ЮЖНЫЙ ФЕДЕРАЛЬНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ»

А. Р. Антонян

ЭПОХА РАННЕЙ ЛАТИНСКОЙ ПАТРИСТИКИ: ТЕРТУЛЛИАН

Учебное пособие

Ростов-на-Дону – Таганрог Издательство Южного федерального университета

2025

3

ВВЕДЕНИЕ

Словом «патристика»1 чаще всего обозначается совокупность христианских учений, разработкой которых занимались авторы, именуемые отцами и учителями Церкви. Патристический период является наиболее важной эпохой в истории христианства, так как именно в это время получают свое окончательное оформление многие фундаментальные догматы христианской веры. Это время формирования христианского богослужения и вероисповедных символов. Фактически все современные христианские течения причисляют себя к прямым наследникам и продолжателям этого значимого для Церкви периода.

Латинская патристика включает в себя богословские, апологетические, литургические, агиографические и нравствен- но-назидательные аспекты западно-христианской традиции, изложенные в трактатах авторитетных латинских авторов. Отличительная черта западной патристики – наличие четких хронологических рамок2. Начинается эта эпоха с II века

изаканчивается VIII веком. Все авторитетные авторы последующих периодов церковной истории именуются на Западе уже не отцами Церкви, а учителями Церкви.

Отечественный исследователь А. Р. Фокин делает важное замечание: «К латинским Отцам Церкви относятся те авторы, кто говорил и писал по-латыни, поскольку латинский язык был тогда не только средством общения, но

ивыражал принадлежность к определенной культурноисторической среде и стилю мышления»3. В связи с этим

1Термин «патристика» происходит от латинского слова pater (отец). В западно-христианском богословии патристикой называют эпоху святых отцов ранней Церкви (I–VIII вв.).

2В восточно-христианской традиции отрицается наличие хронологических рамок, в которые можно было бы поместить церковных авторов, именуемых отцами Церкви.

3Фокин А. Р. Латинская патрология. Т. 1. Период первый. Доникейская латинская патрология (150–325 гг.). М.: Издательство «Греко-латинский кабинет Ю. А. Шичалина», 2005. С. 18.

4

Введение

становится понятно, почему ранние церковные авторы, территориально проживавшие в западной части империи, но писавшие на греческом языке, не попадают в список латинских отцов. Также протестантский историк Ф. Шафф сообщает, что «Римская церковь в начале была преимущественно греческой, и ее самые ранние авторы – Климент, Ерм, Ириней, Ипполит – писали исключительно на греческом языке»1.

Ранняя латинская патристика охватывает период с II века до начала IV века. В данном учебном пособии обзорно раскрыты жизнь и учение Квинта Септимия Флорента Тертуллиана – наиболее значимого автора эпохи ранней латинской патристики. В конце каждой главы дается список рекомендуемой литературы.

1 Шафф Ф. История христианской церкви: в 8 т. Т. 2. Доникейское христианство: 100–325 г. по Р. Х./ пер. О. А. Рыбакова. СПб.: Библия для всех, 2007. С. 540.

5

Глава 1

ЦЕРКОВЬ ГОНИМАЯ

Христианство возникает в эпоху Античности. Вполне естественно предположить, что появляется оно не в пустом мире. Представители античной цивилизации имели свои собственные взгляды на жизнь, а также на то, какое место занимает человек в этом мире. Несомненно, были у них свои представления о богах и способах их умилостивления. Античные философские школы предлагали разнообразные теории происхождения мироздания, возникновения человеческой души, ее земного предназначения и посмертной участи. В философских трактатах и эпических поэмах поднимались вопросы о должном и справедливом, о праведном и порочном.

Античный мир был сугубо религиозен. Сбор урожая, походы на войну, рождение ребенка, заключение брачного союза, похороны – все сферы человеческой жизни сопровождались определенным религиозным церемониалом. Это была норма жизни человека того времени. Примечательно то, что личной веры в полезность и правильность совершаемых ритуалов порой не требовалось. Но долг правоверного гражданина империи обязывал участвовать в государственных культах. Внешнее богопочитание выступало для участвующего в религиозном ритуале неким свидетельством принадлежности к общественному строю, в котором жил человек того времени. Как верно замечает священник Александр Шмеман, для античного человека «религия была вопросом не личного выбора, но делом семьи, рода, государства. В религии он видел и ощущал национально-политиче- скую скрепу, источник и санкцию человеческого общества со всеми его законами. Отказаться от своих богов значило отказаться от своей семьи, своего народа, своей родины. Его личная вера или неверие нимало не касались религии, так как сама религия никогда не была вопросом Истины, но всего лишь признанием «существующего строя», его за-

6

Церковь гонимая

конности и целесообразности»1. Следует также отметить, что четкого разделения на светскую и духовную власть тогда просто не существовало. Не случайно вплоть до императора Грациана (359–383) в имперскую титулатуру оставался включенным титул Pontifex Maximus2. Император

всвоем лице являл не только руководителя государства, но и главу религиозного культа. Еще со времен основателя Римской империи Августа Октавиана (63 г. до н. э. – 14 г. н. э.), т. е. в самом начале нашей эры оформилась практика обожествления императоров.

Христианство приходит в этот мир со своей проповедью, которая с самого начала была воспринята враждебно античной цивилизацией. Дело в том, что проповедники христианской веры не пытались поместить ее в ряд других религиозных культов того времени. Христианство претендовало, прежде всего, на универсальность, абсолютность и всеобъемлющее значение своих идей. Оно появилось в мире, чтобы дать свет истины всем народам: «Идите, научите все народы, крестя их…» (Мф. 28:19). Именно такую заповедь получают от Христа его ученики.

Как известно, первые века христианской истории – это время жестоких гонений на Церковь. Гонения вспыхивают

вI веке при императоре Нероне и продолжаются до начала IV века. Вот как описывает расправы над христианами очевидец тех событий античный историк Тацит: «Казнь их [христиан] сопровождалась издевательствами: одних, покрытых шкурами диких зверей, отдавали на растерзания псам, других распинали на крестах, третьих, обреченных на сожжение, обращали при наступлении темноты в горящие ночные факелы»3.

1Шмеман А., прот. Исторический путь Православия. М.: Православный паломник, 2003. С. 50.

2Верховный жрец (лат.)

3Тацит. Анналы. Книга XV. Цит. по: Свидетельства нехристианских писателей первого и второго веков / сост. А. Бобринский. Клин: Фонд «Христианская жизнь», 2002. С. 25.

7

Глава 1

Конец кровавым гонениям на христиан положил император Константин Великий, издав в 313 году Миланский эдикт – документ, в котором христианам давались равные права с язычниками. До этого момента христианское исповедание в Римской империи было religio illicita1. Что же послужило началом гонений на христиан? Почему Рим, по обыкновению своему достаточно терпимый к верованиям порабощенных им народов, вдруг так невзлюбил последователей Иисуса Христа?

В действительности римским властям было безразлично, во что верил человек, проживавший в империи, главное – чтобы он был добропорядочным гражданином, то есть законопослушным жителем государства. Добропорядочность же и законопослушность имели свои внешние формы выражения, а именно, участие в государственном религиозном культе. Человек мог чтить своих личных божеств или быть безразличным к ним, но участие в культах, предписанных империей, было обязательной повинностью для всех.

Распространенные в то время формы поклонения языческим божествам исследователь С. Дж. Холл описывает следующим образом: «Народ собирался в святилище, а кому места не хватало – толпились вокруг, в прилегающей к храму роще или во дворе. После торжественного открытия дверей следовали соответствующие случаю ритуалы. Часто это была торжественная процессия по улицам города, иногда жертвоприношения, для чего перед входом стоял каменный алтарь. Устраивались праздничные зрелища, игры, спортивные состязания, пляски»2. Автор также отмечает, что «крупные храмы, мелкие алтари и просто священные фигурки были повсюду: в городах и деревнях, у обочины дороги, в саду, перед лавкой торговца»3.

1Недозволенная или нелегитимная религия (лат.)

2Холл С. Дж. Учение и жизнь ранней Церкви / пер. с англ.

Е.Подольской. Новосибирск: Посох, 2000. С. 9.

3Там же. С. 12.

8

Церковь гонимая

Вэтом всеобщем поклонении, которое воспринималось как норма жизни добропорядочного человека-язычника, заключалась серьезная проблема для христиан. Христиане кроме Христа не чтили больше никого. С точки зрения христианства поклонение иным божествам, даже формальное и притворное, считалось одним из тягчайших прегрешений. Именно поэтому последователи Иисуса Христа не участвовали в государственном римском культе, чем и навлекали на себя гнев, который порой исходил не столько даже от властей, сколько от разбушевавшейся толпы, искавшей виновных в народных бедствиях.

Впонимании язычников того времени поклонение ка- кому-либо одному божеству вовсе не исключало дозволенности такого же поклонения и другому. Многие из тех язычников, которые были плохо знакомы с христианством, искренне недоумевали и даже раздражались, видя непреклонный отказ последователей Иисуса Христа почтить жертвоприношением божеств государственного культа.

Долгое время среди римского общества было распространено мнение, что случающиеся в империи катаклизмы и эпидемии являются следствием гнева богов. Сам же гнев богов, согласно бытовавшему мнению народных масс, был вызван тем, что какая-то часть общества, то есть христиане, не почитают их, выказывая явное пренебрежение к государственному культу и тем самым проявляя свое безразличие к судьбам империи. Вполне естественно, что римское общество, строящееся на строгих традициях законничества

иформального порядка, такой дерзости стерпеть не могло. Отсюда становится очевидным и понятным, почему христианство в Римской империи длительный период времени считалась недозволенной религией.

Следует, однако же, отметить, что проблема заключалась не только в отказе от государственного культа. Христиане приходят в этот мир с проповедью о том, что всевозможные истуканы, которыми наполнены улицы городов, не суть боги. Христианские проповедники неустанно утверждали,

9

Глава 1

что почитаемые язычниками истуканы неспособны видеть и слышать, а поэтому ничем не могут помочь тем несчастным суеверным людям, которые к ним вопрошают. Эта мысль очень точно передана в следующих словах апостола Павла: «…мы не должны думать, что Божество подобно золоту, или серебру, или камню, получившему образ от искусства и вымысла человеческого» (Деяния апостолов. 17:29).

Итак, грубое почитание истуканов следовало оставить. Что же предлагали христиане взамен древним языческим верованиям? Взамен поклонения бездушным идолам последователи христианской религии предлагали обратиться к единому Богу-Творцу, который открыл Себя в Иисусе Христе. Обращению ко Христу обязательно должно было предшествовать окончательное отречение от прежнего идолопоклонства. Вполне естественно, что такая смелая и бескомпромиссная проповедь не только привлекала к себе внимание, но и возбуждала немалое возмущение у людей, привыкших к почитанию своих божеств.

Многие христианские авторы того времени, нисколько не стесняясь в выражениях, заявляли на страницах своих трактатов, что современная им римская цивилизация, которой так восхищались фактически все жители империи, и которая включала в себя выдающихся философов и поэтов, талантливых полководцев и политических деятелей, скульпторов и архитекторов – всё это сгинет во мраке небытия. Еще апостол Павел в своих посланиях возвестил: «Бог избрал немудрое мира, чтобы посрамить мудрых, и немощное мира избрал Бог, чтобы посрамить сильное; и незнатное мира и уничиженное и ничего не значащее избрал Бог, чтобы упразднить значащее, – для того, чтобы никакая плоть не хвалилась пред Богом» (1Кор.1: 29,30).

Неподдельное изумление у языческих интеллектуалов вызывала и сама доктрина христианства. Римская аристократия, воспитанная в духе лучших философских традиций платонизма и стоицизма, привыкшая считать, что разговор о божествах, это разговор о чем-то прекрасном, свет-

10