Психология и культура здоровья. Базовые понятия, концепции и подходы

2.2.Представления о здоровье, сложившиеся в античной философии

имедицине: здоровье как внутренняя согласованность

здорового тела и духа, который был подкреплен соответствующими правовыми нормами и законами. Здоровье здесь рассматривалось как «необходимая ступень совершенства и высшая ценность».

Здоровье – важнейший атрибут античной культуры, так же как и «калокагатия» – ключевая идея телесного и духовного совершенства подобающим образом воспитанного, ведущего себя в обществе и гармонично развивающегося человека. Античное здоровье изначально включено в круг концептов, связанных и объединенных общим понятием «калокагатии». Но следует подчеркнуть, что это здоровье, прежде всего, в его телесном, психофизическом аспекте или выражении, так как «телесность» пронизывает все мировоззрение античного человека, задает систему координат в его размышлениях о себе. Физически ощущаемый космос представлялся живым трехмерным телом, законченным и пропорциональным, подобно телу человека, выше которого античный мыслитель не мог признать ничто. В правильности и совершенстве жизненных форм и всех составляющих космоса, в их взаимной согласованности античному мыслителю виделись истина, красота, соразмерность и завершенность как окружающего мира, так и человеческого устройства (микрокосма).

«Античная культура – это не только объективизм, но еще и материально-чувственный космизм» (Лосев, 1988). В контексте античного мировоззрения здоровье получает общефилософское осмысление как необходимый конструкт социальной жизни и мироздания в целом и выходит из ограниченной оппозиции «здоровье – болезнь». Здоровье в античном обществе приобретает самостоятельное значение и смысл, как структурно-содержательный компонент мироздания. Человек античности – часть материально чувственного космоса, единого и непрерывного в его телесной воспроизводимости, и здоровье в силу этого есть космическая «принадлежность» индивида (Сайко, 2000, с. 7–8) и аспект

61

Модуль II. Культурно-исторический анализ представлений о здоровье

его сопричастности с гармонично устроенным и совершенным Целым Вселенной.

Следует подчеркнуть, что идея внутренней согласованности, которая отчетливо просматривается в античных воззрениях на сущность здоровья, отнюдь не является специфичной только для древнегреческой культуры – это, вероятно, одна из семантических универсалий. Мы можем обнаружить ее как бы в свернутом виде в исконных русских представлениях о здоровье, которые заключены в древнейших языковых конструктах, таких, например, как приветствие «здравствуй», в самом слове «здоровье», по своему происхождению связанном с выражением su-dorv-o, что буквально значит: «из хорошего дерева». Как показывают данные этимологических и культурологических исследований, эпитет «здоровый» означал «крепкий как дерево» и подчеркивал внутреннюю цельность, монолитность, прочность и надежность человека. Иными словами, первоначально здоровье было репрезентировано в русской культуре и языке как такое качество личности, которое обеспечивает ей внутреннюю целостность, связность всех внутренних элементов природного состава человека, стабильность и укорененность

(Колесов, 1986).

Интерпретация здоровья как внутреннего равновесия противоположных по своей природе движущих сил человеческого организма составляет философскую основу традиционной китайской медицины. Понимание феноменов здоровья и болезни осуществляется в свете фундаментальной теории взаимодействия «Инь–Ян», в которой заложены главные объяснительные принципы даосийского толкования явлений природы. Инь и Ян – это те исконные противоположности, борьбой и взаимопроникновением которых определяются все глобальные и локальные мировые процессы. Этими двумя противоположными началами регулируется и жизнедеятельность организма, каждая функция и каждое проявление которого может быть отнесено либо к Инь,

62

2.2.Представления о здоровье, сложившиеся в античной философии

имедицине: здоровье как внутренняя согласованность

либо к Ян. Именно «постоянным противоборством Инь и Ян поддерживается относительный физиологический баланс, и когда он нарушается, – возникает заболевание. В 5-й главе «Су Вэнь» сказано: «Когда превалирует Инь, болеет Ян, когда преобладает Ян, начинает страдать Инь» (Овечкин, 1991, с. 21). Очевидно, что в данном случае, как и в античных философских текстах, речь идёт о соразмерности. Патологические явления в организме китайская медицина объясняет потерей относительного равновесия Инь–Ян, их избытком или недостаточностью. «Есть два типа патогенных факторов – Инь и Ян, а защитная энергия Вэй Чи включает в себя жидкость Инь Чи и энергию Ян Чи. При внедрении патогенного фактора типа Инь происходит преобладание Инь и повреждение Ян, что проявляется синдромами «холода типа избытка» (абсолютный избыток Инь и недостаток Ян). При действии патогенного фактора типа Ян происходит превалирование Ян и повреждение Инь, что проявляется синдромами «жара типа избытка» (абсолютный избыток Ян и недостаток Инь). При каком-либо истощении Ян наблюдается относительное преобладание Инь, что проявляется синдромами «холода типа недостатка», а при истощении или повреждении Инь устанавливается относительное преобладание Ян, что ведет к синдромам «жара типа недостатка». Кроме того, встречается одновременно дефицит и Инь и Ян, что называется «взаимным опустошением Инь и Ян» (там же, с. 23). Присутствие и влияние элемента той или иной природы определяется строением целого, а нарушение положенной ему меры чревато потерей равновесия и оборачивается болезнью. Мы можем заключить, что «баланс Инь–Ян» в организме для китайской традиционной медицины служит основным критерием здоровья, аналогично тому как в античной философии здоровье характеризуется внутренней уравновешенностью и согласованностью.

63

Модуль II. Культурно-исторический анализ представлений о здоровье

2.3. Представления о здоровье, сложившиеся в эпоху средневековья: здоровье как индивидуальное самочувствие

иправильный образ жизни

Всредневековье устанавливаются принципиально новые системы социальных отношений человека, выстраивается новая организация его жизнедеятельности. Здоровье и медицина занимают здесь особое, но иное место, нежели в античности. В Средние века происходит углубление и специализация медицинского труда, общественно признанного, все более отчетливо выделяющегося в своем научном оформлении из системы других знаний, в том числе философских. Отношение к здоровью «очеловечивается» и объективно «заземляется». Здоровье выпадает из космологической заданности и

взначительной степени индивидуализируется, выступая в более непосредственном и конкретном соотношении с четко локализуемой телесностью человека. Это имело принципиальное значение в дальнейшем развитии знаний о здоровье и в формировании отношений к здоровью, как на индивидуальном, так и на коллективном уровнях (Сайко, 2000).

Медицина уже в Ix–x вв. достигла чрезвычайно высокой степени компетентности и мастерства. В этот период создается огромное количество специальных медицинских трактатов. Значительный вклад как в развитие медицины, так и в западноевропейское понимание здоровья и здорового образа жизни внесли выдающиеся арабские врачи и ученые того времени: Ибн Сина (Авиценна), Аль-Фараби, Аз-Захрави, Ар-Рази, Абу-Мансур Кумри, демонстрировавшие глубокие познания человека, его здоровья, а также прекрасное владение всеми предшествующими достижениями и, прежде всего, сумевшие обобщить, синтезировать важнейшие научные открытия античного мира. Именно эти выдающиеся мыслители и практики установили многовековые стандарты медицинских знаний и нормы отношения общества к индивиду

вего здоровье и болезни.

64

2.3. Представления о здоровье, сложившиеся в эпоху средневековья: здоровье как индивидуальное самочувствие и правильный образ жизни

Поистине революционным моментом следует признать осуществленное арабскими врачами выделение здоровья в оппозиции «здоровье – болезнь» не как объективно существующей данности, а как субъективно осознаваемой и устанавливаемой «меры» индивидуального благополучия – т. е. в качестве самочувствия. Так в поле рефлексии появляется здоровье в его конкретной собственно человеческой, субъективно-личностной значимости. Кроме того, оппозиция «здоровье – болезнь», осмысленно выделяемая при соответствующем, свойственном этому времени отношении к ней, дополняется специально выделяемой оппозицией «здоровье – нездоровье», что принципиально меняет общую ситуацию отношения к здоровью в обществе. Закладываются предпосылки понимания здоровья не только как актуального состояния, но и в более пролонгированной перспективе – как образа жизни, режима жизнедеятельности. Приходит понимание, что сама жизнь индивида может быть либо разумно организованной и здоровой, либо противоречащей основным принципам здоровья и приводящей к различным заболеваниям.

В арабской науке врачевания ключевые философские и медицинские идеи античности интегрируются, находя законченное воплощение и предельно ясное выражение. «Здоровье зависит от уравновешенности человеческой натуры и от пропорциональности ее сложения», – писал Авиценна в «Трактате по гигиене» (Авиценна, 1999, с. 660). Под «пропорциональностью сложения» в данном случае подразумевалось оптимальное соотношение привходящих элементов. «Сохранение здоровья, – продолжал Авиценна – обеспечивается уравновешением одних вещей и избеганием других» (там же, с. 660–661). Согласно его системе, «к уравновешению вещей относятся: уравновешение воздуха, пищи, питья, бодрствования, сна, телесных и душевных движений, покоя и отдыха, а также уравновешение того, что должно вывести из организма и что следует задержать в нем» (там же). Ины-

65

Модуль II. Культурно-исторический анализ представлений о здоровье

ми словами, здоровье достигается благодаря соразмерному и гармоничному сочетанию основных элементов и процессов, обеспечивающих жизнедеятельность и активность субъекта. Только дополняя и ограничивая друг друга, составляющие человеческой натуры пребывают в равновесии и гармонии, образуя согласованное единство. Постоянное поддержание такого состояния и приводит человека к здоровью – это та разумная упорядоченность жизни, которая служит единственным залогом истинного благополучия.

Ибн Сина (Авиценна) особо подчеркивал необходимость не только лечения болезни, но и исследования «режима жизни здоровых людей». Выделяя в медицине так называемую теоретическую и практическую составляющие, он в последней, в свою очередь, также вычленял две части. Первая из них занимается режимом здоровых тел. Она «посвящена вопросам сохранения здоровья и поэтому называется наукой сохранения здоровья. Вторая же часть – знание режима больного тела, указывающая путь возврата к здоровому состоянию: она называется наукой лечения» (Авиценна, 1964). Ему вторил Аль-Фараби: «Медицинские действия направлены либо на то, чтобы поддерживать здоровье того, кто им обладает, либо на то, чтобы посредством этих действий возвращать здоровье тому, кто поражен каким-либо недугом» (Медицинская поэзия средневековья, 1992).

Начиная со средневековых медицинских канонов арабских врачей, намечается не просто ориентация на здоровое тело как норму, но установка на здоровье как на необходимо важный компонент организации жизнедеятельности человека. На новых мировоззренческих основаниях происходит постепенная «индивидуализация» здоровья, которое уже не рассматривается в его всеединстве с космосом и через отношение единичного (человека) к всеобщему (целостности космоса). Оно в большей степени осмысливается не как общезначимое, а как конкретно представленное, данное в пределах жизненной активности отдельного индивида, его тела.

66

2.3. Представления о здоровье, сложившиеся в эпоху средневековья: здоровье как индивидуальное самочувствие и правильный образ жизни

Известно, что созданный Авиценной «канон медицинской науки» оказал огромное влияние на развитие медицинской мысли в средневековой Европе. Возможно, поэтому уравновешенность стала основным критерием здоровья и в европейской средневековой медицине, которая унаследовала как арабские, так и античные традиции врачевания. Следуя заветам античных и арабских врачей, средневековые врачеватели Европы стремились привести своих пациентов к безмятежному, спокойному, уравновешенному состоянию, в котором они усматривали эталон здоровья. Средневековье также ценило воздержание и самообладание, избегание крайностей и примирение страстей. Эти античные принципы совпадали с основными христианскими добродетелями.

«Лучшие врачи – умеренность и покой», – таков лейтмотив медицинских трактатов этой эпохи. Автор «Салернского кодекса здоровья» Арнольд из Виллановы (Арнольдо де Вилланова) наставлял:

Если врачей не хватает, пусть будут врачами твоими Трое: веселый характер, покой и умеренность в пище.

Слово diaeta, часто встречающееся в медицинских трудах ученых средневековья, относится не только к еде, но обозначает также «умеренность в жизни вообще» (Медицинская поэзия средневековья, 1992, с. 216), что полностью соответствует основному античному принципу оздоровления. Согласно воззрениям врачей и ученых медицинской школы в Салерно, соблюдение меры – первооснова здорового существования.

Итак, исторические корни современного западноевропейского представления о здоровье обнаруживаются:

–в древних и едва ли не универсальных идеях внутреннего баланса, равновесия и согласованности всех элементов человеческой природы, которые первоначально нашли концептуальное оформление в медицинских и философских учениях античности;

–в практиках оценки социальной полноценности человека по совокупности его психофизиологических характерис-

67

Модуль II. Культурно-исторический анализ представлений о здоровье

тик (человек – это особым образом функционирующее тело, одновременно включенное в социальное тело и во всеобъемлющее тело космоса);

–в средневековой концепции самочувствия как индивидуальной меры здоровья и благополучия человека;

–наконец, в античном и средневековом понимании здоровья как особого образа жизни и режима функционирования, который может быть рационально оптимизирован в случае каких-либо проблем, недомоганий, сбоев в соответствии с определенными, заранее установленными нормами и эталонами жизнедеятельности.

2.4. новоевропейские представления о здоровье. Здоровье как условие адаптации и самореализации личности

ВМодуле I мы уже обсуждали характерные тенденции развития дискурсов здоровья в Новое время, связанные с таким историческим поворотом, как рождение клиники: объективацию болезни, её отделение от своего носителя – активного субъекта, закрепление в обыденном сознании патоцентрической и дефицитарной установок. Однако указанный период отличается и альтернативными патоцентризму представлениями о здоровье личности, сложившимися в рамках адаптационных и гуманистических учений.

Вновоевропейскую эпоху принципиально меняется понимание человека, его сущности, предназначения и положения во Вселенной.

Специфика этого мировоззрения проясняется при его сопоставлении с античной картиной мира, в рамках которой сложился один из самых устойчивых эталонов здоровья и здоровой личности. Если античное мировосприятие характеризуется своеобразным «космоцентризмом», т. е. строится на первопринципах порядка, согласованности, самоограничения и охватывает мир как всегда упорядоченное, ограниченное целое, имеющее очертания и форму (Гвардини,

68

2.4. Новоевропейские представления о здоровье. Здоровье как условие адаптации и самореализации личности

1993, с. 241), то картина мира Нового времени предполагает радикальное «размыкание» Вселенной, выход за любые искусственно установленные границы, постоянную уст-

ремленность в бесконечное и непознанное. По выражению Р. Гвардини, в Новое время «мир начинает расширяться, разрывая свои границы», и обращается в бесконечность. «Определявшая прежний характер жизни и творчества воля к ограничению ослабевает, просыпается новая воля, для которой всякое расширение границ означает освобождение» (там же, с. 255). Возникает особый динамизм, резко контрастирующий со статичностью античного космоса; человеческие возможности кажутся безграничными, а в их реализации видится цель и смысл человеческого существования. Человеческая мысль способна объять бесконечную Вселенную; самосовершенствование человека не знает пределов, человечество неустанно преодолевает себя, стремясь к высшему, запредельному, «сверхчеловеческому» – все эти идеи Нового времени, которые мы обнаруживаем у столь разных философов, как Паскаль, Кант, Ницше, прямо противоположны античной этике аскезы и самообуздания. «Пропорциональные соотношения» уступают место «векторным величинам»; целеустремленность ценится выше, чем уравновешенность.

На смену античному космоцентризму и средневековому теоцентризму приходит антропоцентризм, который постепенно становится доминирующей культурной установкой или парадигмой. Сущностное отличие антропоцентризма от предшествующих мировоззренческих моделей состоит в признании отдельной личности – индивидуальности и субъективности – самостоятельной ценностью. Так, согласно Р. Гвардини, субъективность в ее специфическом, западном значении была почти не известна как античности, так и Средним векам. Начиная с эпохи Возрождения, пробуждается совершенно новое ощущение Я. «Человек становится важен самому себе; Я, и в первую очередь незаурядное, гениальное Я, становится критерием ценности жизни» (Гвардини, 1993,

69

Модуль II. Культурно-исторический анализ представлений о здоровье

с. 259). В работе «Эстетика Возрождения» Лосев отмечал возникающий в эпоху Ренессанса феномен крайнего индивидуализма и стихийного самоутверждения (так называемый титанизм), обратной стороной которого нередко становилось доходящее до предельной степени своеволие. Именно в этот исторический период субъект осознаёт себя главной точкой отсчёта во всех своих действиях и даже противопоставляет собственную волю объективным данностям и высшим законам (Лосев, 1998). Л. М. Баткин в работе «Европейский человек наедине с собой» писал, что в Новое время складывается особое понимание личности как «значимости-в-своей- единичности»; субъект рассматривается уже не просто как представитель рода или миниатюрная копия разумно организованного космоса, но как самостоятельная ценность, как

«Я сам» (Баткин, 2000).

Антропоцентрическое мировоззрение с характерными для него идеями свободы воли и самоосуществления личности нашло, в частности, яркое отражение в «Речи о достоинстве человека» Джованни Пико делла Мирандола, признанной «манифестом эпохи Возрождения».

«О, высшая щедрость Бога-отца! О высшее и восхитительное счастье человека, которому дано владеть тем, чем пожелает, и быть тем, чем хочет! ‹…› Рождающемуся человеку Отец дал семена и зародыши разнородной жизни и соответственно тому, как каждый их возделывает, они вырастут и дадут в нем свои плоды…» (Пико делла Мирандола Дж., 1981, с. 251).

Наступает эпоха гениев, незаурядных личностей, осознающих и реализующих свое призвание. Творчество становится авторским, а великие люди не только отсылают человечество к высшим законам и первопринципам, подобно античным философам, но и являют собой образцы свободного самовыражения, выступая для своего времени в качестве своеобразных «эталонов индивидуальности». «Субъективность проявляется, прежде всего, как личность, как образ человека, разви-

70