Психология и культура здоровья. Базовые понятия, концепции и подходы

1.1. Феномен здоровья в системах обыденного, естественнонаучного и гуманитарного знания

1.1.2.Патоцентрическая установка в науках

оздоровье и в культуре

Указанная особенность обыденного сознания сказалась

ина научной стороне вопроса: длительное время западноевропейская естественнонаучная и гуманитарная мысль фокусировалась главным образом на нарушениях функционирования организма, феноменах рассогласования психики

ианомалиях личности, игнорируя проблематику здоровья и здорового образа жизни.

Фокусировку на аномалиях человеческой природы, определяющую характер современного научного дискурса о человеке, можно условно обозначить как патоцентризм; эта исследовательская установка – не что иное, как изнанка, обратная сторона давно укоренившегося в медицине и психиатрии нормоцентризма (см. ниже).

Видимо, в патоцентрической установке находит отражение одна из фундаментальных закономерностей развития западного сознания и научного дискурса о человеке. Эту закономерность обнаружил и исследовал М. Фуко1, доказавший в своих трудах, что западный человек начал осознавать

иконституировать себя в качестве объекта науки «лишь в соотнесении со своей собственной деструкцией».

Так, согласно Фуко, западная медицинская мысль стала оформляться в столкновении с опытом смерти и в осмыслении проблемы смертности человека при вскрытии трупов и

1 Фуко о медицине: «…из размещения смерти в медицинской мысли родилась медицина, которая выдает себя за науку об индивиде» («Рождение клиники», 1963, русск. изд., 1998); «…вскройте несколько трупов –

ивы тотчас же увидите, как исчезнет мрак, который само по себе на-

блюдение не могло рассеять»; «…тьма жизни рассеивается при свете смерти» (там же). Фуко о психологии: «…из опыта неразумия родились все психологии и сама возможность психологии…» (там же); Фуко о психоанализе: «…психоанализ счел возможным написать психологию ребенка, имея дело с патологией взрослого» («Душевная болезнь и лич-

ность», 1954).

11

Модуль I. Теоретико-методологические основы комплексного изучения здоровья

анатомических изысканиях; её отправной точкой стала «патологическая анатомия». В свою очередь любая психология рождается из «опыта безумия» – помешательства, подрывающего надежные устои разума и социума (Табачникова, 1996, с. 422; Фуко, 1998, с. 293). Эти тенденции Фуко обна-

ружил уже в медицинских трактатах и других культурных источниках xVI–xVII вв.; они нашли отражение и в более поздних «клинических» теориях личности. В первой половине xx столетия осознание западным человеком заложенной

внем деструктивности обернулось всесторонним исследованием патологических возможностей человеческой природы.

Не только М. Фуко подметил, что указанное смещение акцентов характерно как для медицины и психиатрии, так и для психологии личности. Еще раньше Л. С. Выготский в программной статье «Исторический смысл психологического кризиса» писал, что «психология нормального человека»

вxx столетии утрачивает руководящую роль, и для ряда психологических систем (З. Фрейд, А. Адлер, Э. Кречмер) основополагающей дисциплиной становится патопсихоло-

гия» (Выготский, 2000, с. 15).

Так, в основе учения Э. Кречмера Выготский выявляет принципиальное методологическое воззрение, согласно которому «сущность и природа изучаемых психологией явлений раскрывается в наиболее чистом виде в их крайних, патологических выражениях. Следовательно, нужно идти от патологии к норме, из патологии объяснять и понимать нормального человека, а не наоборот, как это делалось до сих пор. Ключ к психологии – в патологии; не потому только, что последняя нащупала и изучила раньше других корень психики, но потому, что такова внутренняя природа вещей и обусловленная ею природа научного знания об этих вещах»

(там же).

Тенденция, отмеченная Выготским, может рассматриваться как следствие трансформации новоевропейского мировоззрения, связанной с кризисом классического рационализма

12

1.1. Феномен здоровья в системах обыденного, естественнонаучного и гуманитарного знания

с характерными для него представлениями о разумной организации личности. Уже в конце xIx столетия внимание выдающихся умов было приковано преимущественно к феноменам психопатологии и к аномалиям развития, к проблематике конфликтности отношений человека и общества, внутриличностного рассогласования, антагонизма биологического и социального в индивидууме, деструктивности и иррациональности человеческой природы. Этот период известен как эпоха так называемого декаданса в искусстве, время стремительного развития психиатрии, выделения психопатологии в самостоятельную область исследования, оформления клиники как самостоятельной социальной практики (института) и возникновения психоанализа. Здоровье в этот период не выступало в качестве центральной проблемы, напротив, оно рассматривалось как понятие негативное и даже избыточное; некоторые мыслители призывали вообще отказаться от этого понятийного конструкта из-за его содержательной пустоты, неопределенности, многозначности и, в конечном счете, бесполезности. Наиболее ярким выразителем этих тенденций следует признать Ф. Ницше, которому принадлежит знаменитое высказывание: «Здоровья как такового не существует». Обывательскому представлению о здоровье и благополучии, сформированному в новоевропейской культуре, значительно «ослабленной» христианской моралью, Ницше противопоставил идею слепой, иррациональной воли к власти, неразрывно связанной с первичными инстинктами человека; эта идея, согласно Ницше, господствовала в более жизнеспособных культурах древности, прежде всего, в «дионисийской» культуре Древней Греции.

Усиление в первой половине ХХ в. интереса к бессознательной – загадочной и «темной» – деструктивной и патогенной – стороне души, одинаково ярко выражающей себя как в творчестве, так и в психопатологии, привело к значительному социокультурному сдвигу. Если еще в ХIХ в. болезненные проявления духа воспринимались как нечто отвра-

13

Модуль I. Теоретико-методологические основы комплексного изучения здоровья

тительное, аморальное, дегенеративное или же греховное, то в прошедшем столетии их нередко рассматривали как показатели глубины и сложности душевной организации. Различные отклонения от нормы, в которых ранее видели признаки «дурной наследственности», были переосмыслены

иэстетически переработаны в литературе и искусстве и стали едва ли не обязательными атрибутами духовно развитой личности. Примером может служить великолепный роман Германа Гессе «Степной волк», в котором духовная глубина

иуникальность главного героя определяются своеобразным раздвоением, расколом в его душе.

Вследствие этого на фоне красочных описаний иррациональных проявлений, душевных страданий и аномалий личности разговор о психическом здоровье может показаться скучным, плоским и бессодержательным. Уважающий себя философ или эстет предпочтет прослыть невротиком, эпатажным чудаком, нежели вдаваться в «правильные» и никому не интересные рассуждения о здоровом образе жизни. Эта позиция западного интеллектуала выражена в лаконичном высказывании Ролана Барта: «На безумие не способен, до здоровья не снисхожу; невротик есмь»1. Аналогичный тезис озвучен устами персонажа романа Томаса Манна «Доктор Фаустус»: «…если вы поборник здоровья, то разрешите вам сказать, что с искусством и духом оно имеет мало общего, в какой-то мере оно им даже противопоказано, и, уж во всяком случае, здоровье и дух нимало друг в друге не заинтересованы» (Т. Манн. Доктор Фаустус, Ix)2.

Все сказанное свидетельствует о том, что, преодолевая иллюзорное и тщеславное представление о человеке как о венце творения и благородном носителе разума, западноевропейская мысль обращается в противоположную крайность и, не избегнув односторонности взгляда, по-прежнему акценти-

1 Барт Р. Избранные труды. Семиотика. Поэтика. М.: Прогресс, 1994. С. 464.

2 Манн Т. Доктор Фаустус, Ix. М.: АСТ, 2009.

14

1.1. Феномен здоровья в системах обыденного, естественнонаучного и гуманитарного знания

рует лишь один из аспектов человеческой природы, а именно болезненную и дисгармоничную ее составляющую.

1.1.3. Объективация болезни и идея дефицитарности («жизненной недостаточности» человека)

С патоцентризмом как культурной установкой связаны две взаимозависимые тенденции:

•объективация болезни, её отделение от своего носителя, субъекта и от всей обширной сферы субъективности и субъектности;

•укоренение идеи недостаточности (дефицитарности)

вобыденных представлениях о здоровье.

Первая тенденция выражается в том, что болезнь наделяется самостоятельным бытием, а личность превращается в её пассивный субстрат, при этом индивидуальность и субъектность «больного» как бы выносятся за скобки. Субъективный (или субъектный) аспект, включающий переживание болезни и индивидуальное отношение к ней, а также активность конкретного субъекта в преодолении болезни и его личностные ресурсы игнорируются и вытесняются в пользу научной объективации. Взгляд извне устанавливает лишь доступное объективному наблюдению: локализацию болезни, ее субстрат (тело, мозг, психика), характерные внешние проявления (симптоматика), разнообразие ее форм и их изменчивость во времени (патогенез). Иными словами, болезнь значима не в ее отношении к сущности человека, но как одно из множества природных явлений, подчиненное определенным закономерностям, как специфическая форма существования, в которой выражаются естественные биологические процессы и которую следует наблюдать, описывать, изучать наряду с другими формами жизни.

Исторический обзор и анализ медицинских представлений о болезни, в которых превалирует описанный нами подход, содержится в работе Мишеля Фуко «Рождение клиники»

15

Модуль I. Теоретико-методологические основы комплексного изучения здоровья

(Фуко, 1998). Автор обращается к самому началу формирования западноевропейской медицинской мысли – к трактатам xVIII в., в которых болезнь предстает исключительно в своей внешней конфигурации, как нечто автономное и легко абстрагируемое от конкретной личности, а не как личностная драма, выражающаяся в столкновении внутренних противоположностей. Внутриличностный план здесь вообще игнорируется, поскольку все, что привносится личностью, только препятствует ясности взгляда, приводит к искажению и замутнению. Врач должен добиться четкой объективной картины, видя в болезни цельный, рационально постигаемый феномен и воздерживаясь от философских спекуляций, нравственных суждений и от обращения к ненадежным субъективным данным. «Дабы установить истинный патологический факт, – пишет Фуко, – врач должен абстрагироваться от больного: нужно, чтобы тот, кто описывает болезнь, позаботился о различении свойственных ей симптомов, являющихся её обязательным сопровождением, и случайных или необязательных, зависящих от темперамента и возраста больного. Парадоксальным образом больной связан с тем, от чего он страдает, лишь внешней связью; медицинское исследование должно принимать его во внимание, лишь вынося за скобки. Естественно, необходимо знать «внутреннюю структуру нашего тела», но для того чтобы ее после этого вычесть, освобождая для взгляда врача природу и сочетание симптомов, приступов и других обстоятельств, сопровождающих болезнь» (там же, с. 31). Отторжение болезни от субъективного внутреннего мира больного, в котором она была неотделима от основных проблем человеческого бытия-в-мире, и перемещение в систему зримых пространственных отношений и каузальных связей превращает ее в самостоятельную категорию, не зависящую от конкретных характеристик ее носителя. Она становится набором внешне выраженных признаков, которые легко выявляются зорким оком специалиста.

16

1.1. Феномен здоровья в системах обыденного, естественнонаучного и гуманитарного знания

Наряду с объективацией болезни в качестве самостоятельного и автономного, не зависимого от субъекта биологического явления (процесса) наблюдается объективация здоровья в качестве общей для всех нормы и ценностной универсалии; со второй тенденцией сопряжен эффект отчужденного и дефицитарного отношения к здоровью.

Здоровье расценивается как недостижимый идеал, «божий дар», некий ресурс, которого всегда не хватает или доступ к которому в силу различных причин затруднен, как нечто абсолютное и вместе с тем лишенное индивидуального значения, психологического содержания, личностного смысла. Соответственно, здоровое состояние (организма и/или психики) представляется скорее идеальным и труднодостижимым, нежели непосредственно переживаемым, в силу чего ему приписывается наивысшая ценность. Этим объясняется недостаточное осознание ресурсов и резервов собственного здоровья, их недооценка при фокусировке сознания на всевозможных недомоганиях и болезненных состояниях.

Так, в обыденном сознании закрепляется идея дефицитарности, согласно которой человеку недостаточно собственных ресурсов для сохранения и постоянного поддержания здоровья, а также компетентности в вопросах здоровья, т. е. он испытывает дефицит знаний и возможностей в этой сфере.

Понятие здоровья связывается с дефицитарностью, неполнотой бытия и попадает в зону «жизненной недостаточности» человека (пользуясь термином, предложенным Ж.-П. Сартром). К данной семантической зоне относятся также «сознание» и «свобода». Осмысление этих категорий приводит к признанию ограниченности сознания и свободы (невозможности все осознавать и быть абсолютно свободным). Аналогично, фокусируясь на проблематике здоровья, человек приходит к заключению, что он не располагает здоровьем «в полной мере», или «во всей полноте». Его здоровье перестает быть «благом, заключенным в нем самом» (как учили древ-

17

Модуль I. Теоретико-методологические основы комплексного изучения здоровья

ние греки), и уже не расценивается как природный (биологический) капитал, которым он может свободно распоряжаться. Оно в значительной степени зависит от ряда внешних условий и факторов, таких как состояние окружающей среды (экологический фактор), уровень жизни общества (экономический фактор), качество медицинского обслуживания, семейное окружение (особенно в первые годы жизни) и т. п.

Итак, дефицитарность – это психологический феномен, связанный с осознанием и переживанием ограниченности или недостаточности (дефицита) внутриличностных ресурсов, имеющихся в поле доступа субъекта и необходимых ему для удовлетворения базовых потребностей, достижения поставленных целей или обеспечения собственного благополучия. Другой аспект дефицитарности – тотальная зависимость индивида от внешних условий и факторов, в частности, от неблагополучного и нездорового социального окружения. Дефицитарность по отношению к здоровью выражается:

1)в недостаточном осознании и использовании резервов

ивозможностей собственного организма и психики;

2)в поиске внешних способов и средств или благоприятных внешних условий, обеспечивающих укрепление здоровья и поддержание здорового состояния1.

1.1.4. Идея изначального антагонизма в отношениях между индивидуумом и средой, личностью и обществом

Другой особенностью обыденного понимания здоровья является устойчивое представление об изначально антаго-

нистическом характере взаимодействия индивидуума с его окружением. В свете этого представления человек рассматривается как «агонист», (борец), т. е. существо, про-

1 Примером может служить стремление решать все связанные со здоровьем проблемы исключительно медикаментозным путём или за счет смены привычной обстановки и социального окружения (поездка раз в год на курорт или в санаторий).

18

1.1. Феномен здоровья в системах обыденного, естественнонаучного и гуманитарного знания

тивоборствующее, воинствующее, находящееся в опасной, вредоносной, стрессогенной и агрессивной по отношению к нему, а не поддерживающей его биосоциальной среде, и вынужденное непрерывно отвоевывать у Природы то, что ему не досталось по факту рождения, но необходимо для выживания или полноценного существования.

Как отмечают Г. А. Кураев, С. К. Сергеев, Ю. В. Шленов, многие определения здоровья исходят из того, что организм человека должен сопротивляться среде, постоянно преодолевая трудности, сохраняя стабильность и расширяя свои возможности вопреки ограничениям ресурсов, внешним препятствиям и неблагоприятным факторам1. Однако биологическая среда не порождает организм, который ею не поддерживается; если бы такой антагонизм был общей биологической закономерностью, все живые организмы оказались бы обречены с момента рождения.

При системном анализе человека во всей совокупности его связей и отношений с природным и социальным окружением необходимо преодолеть отмеченную Г. А. Кураевым и соавторами антагонистическую модель, в свете которой взаимодействие со средой мыслится как выживание, завоевание собственного жизненного пространства, противоборство с враждебными и вредоносными внешними силами и факторами. Научная задача состоит в том, чтобы понять, как человек созидает собственное здоровье, активно и конструктивно осваивая биологические, социальные и духовные ресурсы и возможности, предоставляемые ему окружающим миром.

1.1.5.Современные тенденции научного изучения

иосмысления проблематики здоровья

Отметим наиболее общие исследовательские тенденции,

1 Кураев Г. А., Сергеев С. К., Шленов Ю. В. Валеологическая система сохранения здоровья населения России // Валеология. 1996. № 1. С. 7–17.

19

Модуль I. Теоретико-методологические основы комплексного изучения здоровья

определяющие современное понимание здоровья как многомерного предмета научного познания. Во-первых, это отказ от отождествления здоровья с некой нормой или идеалом в пользу понятия благополучия в самом широком смысле этого слова. Если норма выступает в качестве внешнего по отношению к субъекту стандарта или образца, статистически установленного и предзаданного, то в понятии «благополучие» отражается качество жизни, непосредственно оцениваемое самим субъектом в соответствии с его актуальными потребностями и жизненными задачами.

Во-вторых, на современном этапе изучения здоровья в самых разных научных сообществах наблюдается тенденция к системному анализу, что предполагает признание междис-

циплинарного статуса проблемы. В силу того, что специфи-

ка здоровья не может быть ограничена отдельными (биологическими, социальными или духовными) измерениями человеческой природы, здоровье становится предметом междис-

циплинарного исследования.

Научное понимание специфики здоровья, его сложной и многофакторной природы, предполагает комплексность изучения. В настоящий момент здоровье рассматривается как сложный многомерный феномен, имеющий гетероген-

ную структуру, сочетающий в себе качественно различные компоненты и отражающий фундаментальные аспекты чело-

веческого бытия (Брехман, 1990; Розин, 2000; Сайко, 2000;

Юдин, 2000; Marks, Murray, Evans, 2000 и др.). Эта слож-

ность и неоднородность состава, присущая самой природе здоровья, акцентирована в формулировке, предложенной экспертами Всемирной Организации Здравоохранения (ВОЗ):

Здоровье – состояние полного физического, психического и социального благополучия, а не только отсутствие каких-либо болезней и дефектов.

В свою очередь западные ученые, представляющие health psychology (психологию здоровья) – специальную психологическую дисциплину, сфокусированную на проблемах здоро-

20