Arkhangelskiy_A_Gumanitarnaya_politika_M_2006
.pdfидеи, ее паролем. Да, демократия надлично стна и вненациональна, однако ж пути к ней всегда своеобразны; страх перед этим своеоб разием, рабоватое желание «жить как в Евро пе» (вместо стремления жить в России, но лучше, иначе) стали одной из причин самодискредитации либералов. Мы требовали, чтобы расстрел Катыни был признан исклю чительно для того, чтобы полякам стало хоро шо; боролись против антисемитизма исклю чительно ради того, чтобы евреям не было страшно. И презрительно игнорировали не менее важный вопрос: зачем нам это нужно, почему России это необходимо? Потому что покаяние за Катынь сбрасывает тяжкий груз с народной души и дает моральный шанс быст рее двигаться вперед. Потому что антисеми тизм (вражда к кавказцам и проч.), как всякая фобия, заражает болезнетворными микроба ми наш национальный организм, мешает ему развиваться. Потому что патриот — это тот, кто гордится лучшим и кается за худшее; если ты не гордишься своими предками и яркими современниками, ты глупец; если ты не готов нести ответственность за дурное, значит, ты к родной истории непричастен.
Человек ответственный — свободный — справедливый — патриотичный. Звенья этой идеологической цепочки не были вовремя сомкнуты. Зато теперь в интервью Федераль
530
ного Комиссара читаем: «Отказ в финансиро вании нашего проекта — проявление непат риотической позиции». Такой теперь у нас патриотизм. И никак нельзя сказать, что мы за него не в ответе.
i8 июля
Быть УНИВЕРСАЛЬНЫМ
После нашумевшего заседания президент ского совета его участники наперебой объяс няли: да не сказал президент ничего плохого, не звучала в его словах угроза некоммерче ским общественным организациям, получаю щим западные гранты, речь шла исключи тельно о запрете политической деятельности, финансируемой из-за рубежа. Все это говори ли не профессиональные начетчики и опытные интриганы, а искренние, яркие и совестливые представители гражданского общества, кото рых невозможно заставить и бесполезно под купать. Абстрактно рассуждая, они правы. Бу квальный смысл президентских слов вполне демократичен. Политическая деятельность не должна оплачиваться из-за границы, этого не допускает ни одно уважающее себя государст во. Хорошо бы еще уточнить, что имеется в виду под заграницей: государственные ка значейства, личные средства иностранцев или также деньги российских граждан, про
531
живающих за рубежом. Но в принципе все верно, все так и есть. Следует ли из этого, что тревожиться и впрямь не из-за чего? Нет, не следует. Скорее наоборот.
За последние годы у нас была отстроена чет кая система смысловых искажений, двояковог нутая, она же трояковыгнутая модель бюрокра тической перекодировки значений. Контексты давно уже важнее текстов, импульсы — слов, ус тановки — формулировок. Правозащитники — люди опытные и очень хорошо понимают: здесь осуждение заказной политики, прозвучавшее под кремлевскими сводами, в родных губерниях аукнется гонениями на любых непокорных по лучателей западных грантов, которые полити кой не занимаются, но стоять на цырлах перед местной и даже (ужас!) федеральной властью не обучены. Чем громче правозащитники правозащищали президента от неверного толкования его слов, тем яснее становилось: дело плохо; толкование все равно окажется сильнее посыла; следствия победят причину; фарфоровую спич ку подносили к свечам в канделябрах, а запали ли бикфордов шнур.
Дело в том, что бюрократическая машина настроена под живучий миф о некоем Западе, который спит и видит, как бы поработить Рос сию. Сквозь кодировку этого мифа на местах, а может, и в центре будут читать президент скую шифрограмму.
532
Между тем как Запад не ангел, не романтик (упаси Бог нас от такой наивности), но наш сложный стратегический союзник. С которым, как со всяким сложным союзником, следует держать ухо востро и далеко не во всем под держивать (большой вопрос, что хуже: кари мовский авторитаризм или демократический исламизм в Узбекистане, на который Штаты делают ставку). Однако зачем путать угрозу стране с угрозой правящим кланам? На сего дняшний день нашей стране никто не угрожа ет, кроме нее самой — с ее гражданственной глухотой, ленью, комплексом Душечки, гото вой принять любого хозяина и восторгаться им. А вот кланы должны уже ощущать явный запах опасности, от Запада исходящий, — и делать все, чтобы этой опасности избежать. Они и делают. Среди прочего в ход идет изоля ционистская риторика и советская практика строительства союзных государств. Похожих на оборонительные доты Первой мировой.
На прошлой неделе, непосредственно по сле заседания правозащитного совета, про должились переговоры о соединении с Бело руссией. Батьку уже принимают в Завидове — новый уровень отношений. Но соединение стран — это все равно что операции имплан тации. Когда имплантируют чужой орган, нужно взаимно подправить кровь разных ор ганизмов, иначе произойдет реакция оттор
533
жения. На закрытой части переговоров бать ку журят и даже наказывают за тоталитарные наклонности; однако ж в реальности видим нечто иное: не Белоруссия подтягивается до уровня условно демократической России, а Россия проседает до уровня безусловно дес потичной Белоруссии. Что естественно: кто не хочет быть универсальным, тот будет про винциальным. Кто не желает быть осторож но-открытым, задохнется в собственных испа рениях. Кто пугает Западом, ползет на Восток.
Патриотизм свободного и ответственного человека заключается в умении определять стратегический интерес страны и отделять его от тактических задач и привходящих обстоя тельств. Сегодня быть патриотом — значит быть расчетливым универсалистом. От терро ристического интернационала в объятиях батьки не спрячешься. Чтобы закрыться от «Аль-Каиды», надо сначала открыться цивили зованному миру. Возможно, Запад нам не друг, но у нас общий враг. Что и подтвердили лон донские взрывы и теракт в Шарм-эль-Шейхе.
25 июля
Быть ВЕРУЮЩИМ
На прошлой неделе выдающийся историк русской литературы советского периода Ма риэтта Чудакова представила публике свою
534
детскую книжку «Дела и ужасы Жени Осинкиной». Само по себе это интересно — академи ческий филолог и архивист сочиняет для под ростков занимательную историю про современность; но сейчас речь о другом. Кни га перенасыщена узнаваемыми деталями окружающей жизни начала XXI века и при этом — вопреки устоявшейся литературной привычке — не только не катастрофична, но
инастойчиво оптимистична. Жить можно, го ворит автор своему адресату и воспитательно, в умеренно развлекательной форме объясня ет — при каких условиях. При наличии право вого сознания, настойчивой апелляции к спра ведливому суду, внутренней свободе, которую поддерживает свобода внешняя, а главное — при глубокой вере в себя и свои силы, в страну
иее нераскрывшиеся возможности, в глубо кий смысл и тайну существования.
Как эта маленькая пропагандистская книжка с приключенческим сюжетом связана с большими политическими процессами, ко торые разворачиваются у нас на глазах —
ив России, и за ее пределами? Самым непо средственным образом. На Западе своя беда, но у нас вся вторая половина 90-х годов была потрачена образованным сословием на бай
роническое разочарование в реальности. А все первое пятилетие 2000-х ушло на де монстративную деполитизацию обществен
535
ного сознания. Зачем настаивать на ценно стях свободы, если мы все равно чужие этому миру денег, говорили одни. Зачем тратить время на свободу, если мы наконец-то можем славно зарабатывать деньги глянцевыми средствами, ухмылялись другие. Что расходо вать единственную жизнь на политические темы, если все уже проиграно? И наоборот: к чему отвлекаться на политику, если все еще не начиналось? Старшие рыдали об утрачен ных духовных смыслах, которые были явлены им в болотных видениях разлагающейся со ветской власти. Младшие, издеваясь над стар шими, вообще вымывали смыслы из состава актуальной культуры, упраздняли иерархию репутаций. Сегодня все недовольны и показы вают исподтишка на власть: этого, что ли, мы добивались? Стоило ли огород городить.
Огород городить стоило. Но, ребята! На что же вы жалуетесь? То, что мы имеем во круг себя, — это олицетворение ваших взаи моисключающих претензий; это проекция ваших рассуждений о том, что иерархия уп разднена и любой прохожий может управлять хоть правительством, хоть крупнейшей кор порацией, хоть культурой, потому что все — сплошная кажимость; это кентавр, соткав шийся из ваших разочарований! Кентавр, одновременно и сентиментальный, и равно душный. Тоскующий о советском величии
536
и тогдашней духовности; считающий распад
СССР едва ли не главной геополитической ка тастрофой XX века; при этом не предлагаю щий согражданам мучительно продвигаться вперед, потому что бесполезно и пора куль турно отдохнуть; уничтожающий публичную политику, ибо она опасна и не нужна; а глав ное — не верящий в серьезные, воодушевляю щие общество цели, поскольку все цели в про шлом, в настоящем высокотехнологичная бессмыслица, а на горизонте — сплошная смертельная скука.
У расплаты есть одно неприятное свойст во: она никуда не исчезнет, пока не распла тишься сполна. Так что придется запастись некоторым историческим терпением, прежде чем наваждение, которое мы же сами и нады шали, испарится. Образовавшееся время лучше всего использовать для санации собст венного сознания. И чем чаще звучат в пуб личном пространстве рассуждения о пользе цензуры, тем уверенней и радостней пропове довать поэзию свободы; чем скептичней гово рят о неспособности России к развитию, тем спокойней делиться ясным патриотическим настроем; чем страшней пугают мировым за говором западных конкурентов, тем веселее напоминать о европейской родине русской культуры; чем чаще болтают о политическом процессе, не имеющем смысла, о творчестве,
537
не связанном с ценностями личной веры, об игре случайных стихий, о калейдоскопе об стоятельств, тем глубже веровать и делиться своей верой с окружающими.
Понятно, что личная вера у каждого своя. Но понятно и то, что безверие общее, одно на всех. Если мы не хотим упустить следующий исторический шанс, который рано или позд но, однако неизбежно выпадет на нашу долю, необходимо объявить крестовый поход про тив неверия ни во что, против культурного и политического атеизма. Homo politicus, homo religiosus — вот наш пароль и наш отклик.
I августа
Быть ПРАВЫМ
Наша политическая мысль настолько скуд на, что любой мало-мальски смелый, концепту ально выстроенный и подписанный статусным человеком текст порождает дискуссионную волну. Авторам этих текстов стоит сказать спасибо уже за сам факт написания; поблаго дарив, можно двигаться наперерез. Ясно, что речь идет о главной публикации минувшей недели — статье Михаила Ходорковского «Ле вый поворот». Она успешно взбаламутила ин теллектуальное болото; дана ли при этом фор мула приемлемого пути через хляби и топи современности — большой вопрос.
538
Промолчим о вещах глубоко сомнитель ных, но теперь уже навсегда второстепенных (выборы 1996 года, проект «Ельцин — прези дент, Зюганов — премьер»), опустим невнят ные рассуждения о легитимации собственно сти, скажем о самом существенном. Первое. Ходорковский, как человек очень чуткий, ум ный и тонкий, с ходу бьет в цель: источник бед сегодняшней России заключен в неприми римой вражде принципов свободы и справед ливости, в несоотнесенности и, хуже того, несоотносимости установок пассивного боль шинства и активного меньшинства. Если не найти точку пересечения этих линий, не вы строить социальное равновесие, страну раз несет, и мало никому не покажется. Но тут на чинается второе. Ходорковский, как человек проективный, мыслящий негуманитарно, не гибко, необъемно, предлагает по крайней ме ре странный рецепт. Бывшим либералам нуж но срочно бежать на левый фланг, чтобы в рядах широкой левой коалиции вернуться во власть. Потому что есть мощный запрос на левую, социально справедливую, перераспре делительную политику; он не подлежит обсу ждению, как поручение народа, которое нуж но либо исполнить, либо уйти с дороги.
Наши бывшие либералы — люди впечатли тельные; могут ведь, пожалуй, и поверить. По мчаться налево. Или уйти. Что в принципе при
539