Arkhangelskiy_A_Gumanitarnaya_politika_M_2006
.pdfсамим и вытащить за собой остальных. Что вместо истерик и капризов (с этим буду играть в песочнице, а этот — «фи», нехороший) нуж но было исполнять свой исторический долг. Одним — просвещать, другим — делиться. Просвещать не в том смысле, что Чубайс пло хой, Явлинский ничтожный, а в том смысле, что свобода — хорошая. Делиться не в том смысле, что отдавать все жадному государству и жуликоватой губернатуре, а в том смысле, что продавливать бюрократию и почти искус ственно создавать малый бизнес по всей «по бочной стране». Тем самым усыновляя ее.
Не сделали. Ни те, ни другие. А теперь нас взяли в надежные родные руки. И будут защи щать от своих до последнего патрона. Свое временное кино. Правильно, что показали.
6 декабря
Проект БАБ
Человеку, не верящему в теорию загово ров, трудно понять логику нынешних власт ных кланов — политических, экономических. Он видит, как на Украине проваливаются обе заказные финансируемые стратегии, запад ная и российская; как в пространство полити ческого маневра мощно вторгаются непреду смотренные силы — рядовые избиратели; даже если первый импульс был подан извне,
450
все равно: конечное слово будет не за амери канскими фондами и не за русскоязычными пиарщиками, а за ними, теми, кто соберется на Майдане и в Донецке. Элиты видят нечто иное. По указке вашингтонского обкома во круг России создается зона отчуждения, чере да плацдармов в грядущей войне: Грузия — на Юге, Латвия — на Западе, Украина — на Востоке. В Абхазии мы опозорились не пото му, что разучились считаться с общественным мнением; на Украине потерпели фиаско не потому, что внутренние методы фантомного управления не конвертируются вовне. И даже не потому, что российская пиаровская гниль не справилась с поставленным заданием. А лишь потому, что западный враг вложил больше денег в реализацию своего заговора.
Постоянно наблюдая за их реакциями на происходящее, мы и сами начинаем обнаружи вать тайную закономерность в наборе явных случайностей. Например. Имеется гонимый олигарх, живущий в окрестностях Лондона и прозываемый БАБ. Олигарх враждует с нынеш ней властью. Но как-то неловко враждует, не удачно и для нее — безопасно. Что бы он ни де лал, какие бы инвективы ни изрекал, какие бы провокации ни планировал, — все они приво дят к одному и тому же результату. Реальная или потенциальная оппозиция, прикоснувшая ся к БАБу, замарывается и дискредитируется;
451
обвинения по адресу власти оборачиваются бездоказательным пшиком, так что их неловко и повторять; друзья БАБа — запачканы, вра ги — все в белом. «Но тем, кого карает явно, / Он втайне милости творит».
Идут разговоры (на мой взгляд, абсолютно бездоказательные, но все же и не опровергну тые до конца) о взрывах московских домов. В Лондоне показывается беспомощный и голо словный, зато шумно разрекламированный фильм с обвинениями по адресу ФСБ; разгово ры сразу стихают: тема опошлена и закрыта.
Проходят выборы президента РФ, результа ты которых очевидны заранее — не из-за фаль сификаций, а по той простой причине, что Пу тин — закономерный президент, отвечающий запросу большинства в данный исторический момент. У его оппонентов есть единственная возможность: выдвинуть потенциально консо лидирующую фигуру либерального толка, что бы дополнительно ее раскрутить, а затем на магнитить, напылить на нее разрозненные партийные силы. И тут на выборном горизонте объявляется г-н Нерыбкин-Немяскин, что само по себе издевательство над здравым смыслом; мало того, он влипает в какую-то темную исто рию, из которой не может выйти достойно. Как в свое время вышел Ельцин, искупавшийся в холодном барвихинском пруду. Или Ющенко, пообедавший со службой украинской безопас
452
ности в том самом Киеве, где Рыбкин сам себя выловил из мутной воды.
Идем дальше. Готовится отмена отсрочек для студентов дневных вузов; инициатива опас ная, еще дальше уводящая страну от информа ционной цивилизации в дебри непрофессио нального милитаризма. Как по мановению волшебной палочки, потенциальным возмути тельницам спокойствия, солдатским матерям, устраивается встреча с пособником террори стов Закаевым. На предмет консультаций и, возможно, денег. Так что даже бельгийский МИД отказывает матерям в визах. Они замаза ны, их политическая наивность на грани с глу постью предстает осознанной заговорщической подлостью. Всякий, кто будет с ними в ближай шее время сотрудничать, измажется в закаевской саже. Бунтовать против поправок некому.
Готовится открытый гражданский кон гресс. Как готовится, на каком допотопном политическом уровне — разговор отдельный. Но незадолго до его проведения некий демо кратический олух по прямому телефону со званивается с БАБом. На предмет финансиро вания. И насчет того, что Юрий Петрович Любимов получал премию «Триумф» и, зна чит, за ним должок — должен предоставить помещение Таганки. (Не знаете вы Любимо ва, великого режиссера и подчеркнуто сво бодного человека...) Разумеется, прослушка
453
тут же вывешивается в Интернете. Либералы подставлены. На конгресс брошена тень. Ни о какой Таганке речи быть не может.
Так что же мы имеем? Неудачного заговор щика или удачного агента? Бездарного такти ка или выдающегося провокатора? Не знаю. Но в обоих случаях лучшим ответом на пред ложения помощи, сотрудничества и поддерж ки со стороны БАБа будет возглас: «Изыде». Можно даже не добавлять: «сатана».
20 декабря
Зачем?
Завершается високосный год. Подводя под ним черту, хочется исполниться оптимизма и настроиться на мажорную волну. Не выходит. Потому что завершить некоторый период, внут ренне расстаться с ним, можно в одном случае. Если ты сумел сам себе ответить на главный во прос: зачем? Зачем происходило то, что проис ходило? Зачем политические элиты делали то, что делали? Зачем стране было выдерживать тя желые испытания, ради чего, во имя чего? Если же ты на этот вопрос ответить не в состоянии, значит, прошедшее не стало прошлым, не было списано в архив. Объясненное прошлое не свер бит. Свербит необъяснимое настоящее.
Зачем было арестовывать Ходорковского на излете 2003-го? Уходящий год не предло
454
жил нам разумного объяснения. Предло жил — иррациональное. Оказалось, что все разговоры об олигархических попытках ску пить парламент, о торжестве закона над пацанским произволом 1990-х — сплошная го ворильня. А на деле нужно было просто придержать в камере реального владельца ре ального бизнеса, пока этот самый бизнес бу дет отобран по беспредельным приватизаци онным схемам. Доверия к новым олигархам все это не прибавило.
Зачем было спешить с введением властной вертикали непосредственно после Беслана? Да, это решение дает некоторый тактический выигрыш: южные республики будут вести се бя поспокойнее, сбрасывать местных князь ков, выводя народ на улицы, перестанут. Не имеет смысла, если все равно теперь вождей избирают законодательные собрания. Но в це лом ситуация ухудшилась. И для страны в це лом: остался крайне неприятный моральный осадок. И для правящего режима. Который не избежно, и очень скоро, расплатится за по следствия скоропалительного решения реаль ной неуправляемостью под покровом мнимой лояльности. Региональные власти охотно от дадут честь, но в действительности затаятся и сделают политическую почву зыбкой. Зачем?
Зачем было подставлять президента, орга низуя ему встречу с абхазским Януковичем по
455
фамилии Хаджинба аккурат накануне его по ражения? Зачем было так топорно работать на Украине? Зачем было поддаваться на кучмовскую двухходовку, помогая Леониду Данило вичу ослабить украинскую политическую сис тему в целом и тем самым уйти от уголовной ответственности за содеянное либо им самим, либо его окружением? Да, Запад тоже вел себя вполне цинично; но там, во-первых, на зада ние отправили не Павловского, а настоящих профессионалов, во-вторых, сделали ставку на проходного кандидата, способного перетянуть на свою сторону улицу. А мы... Зачем было так грубо вляпываться, демонстрируя городу и миру свою беспомощность?
Зачем было затягивать с тяжелыми соци альными реформами, начиная с замены льгот на деньги и кончая введением сурового жи лищного кодекса? Зачем было запускать их одномоментно, причем аккурат перед тем, как цены на нефть начнут снижаться и воз можность финансового маневра уменьшится? Зачем было ставить тем самым под удар свою же собственную правящую партию «Единая Россия», которая неизбежно потеряет на по следствиях этих реформ?
Зачем было вводить фактический запрет на телевизионную профессию для г-на Парфенова? Разумеется, он сам сделал все для того, чтобы его уволили с НТВ, и все, чтобы его никогда не
456
взяли ни на один госканал. Но ведь у нас есть ка налы как бы и частные? И разве акционеры этих каналов не забрасывали удочку насчет того, что неплохо бы, дескать, позвать знаменитого жур налиста к нам в эфир; разве им не ответили: вы акционеры, вы и принимайте все риски на се бя? Акционеры ответ поняли и риски не приня ли. Не в Парфенове дело; он не пропал; дело — в сигнале, который отчетливо послан всем вла дельцам всех каналов по всей стране.
У нас нет ответа на вопрос: «зачем?». Но попробуем задать более простой вопрос: по чему? Почему в високосный год принято так много сомнительных решений, почему столь ко мин заложено под ближайшее будущее? Ответ будет не политологическим, а гумани тарным и отчасти моралистическим. Потому что элиты в массе своей перестали во что бы то ни было верить. В путеводные идеи. В об щенациональные идеалы. В высшие интере сы. Разве что в мировой заговор они по-преж нему верят, и в уходящем году вера эта стала только сильнее; во всяком случае, лет 20 пуб лично, на всю страну не звучали слова об антироссийских, сионистских силах... Вера без дел мертва. Но и дела без веры бессмысленны.
Символом уходящего года стал пылающий Манеж. То ли загоревшийся, то ли подожжен ный в выборную ночь. Горит село, горит род ное. А над Невской башней — тишина.
457
ГОД 2005
На свободу с чистой совестью
Судя по всему, началось. Накопилась кри тическая масса ошибок и сбоев. Глухое недо вольство бизнеса. Громкое недовольство пен сионеров. Назревающая тревога мелких соб ственников. Снижение экономического роста. Предстоящая отмена отсрочек от ар мии. Прогнозируемые социальные конфлик ты после введения Жилищного кодекса. Неиз бежная безработица за порогом 2006 года. И самая главная, хотя и не осознанная стра ной, проблема: отсутствие внятной цели, оду шевляющей идеи, ради которой можно потер петь временные трудности. Все главные речи последнего времени упакованы в бюрократи ческую вату. А она не бывает сладкой.
Да, в 2000-м такая идея была: поднять го сударство из пыли, вернуть гражданам уве ренность, что их защитят перед лицом внеш них и внутренних вызовов, освободить экономику от олигархических пут. Но эта за дача отчасти уже реализована, отчасти уже нереализуема, а новых идей не слыхать. Их не спускают сверху, их не формулируют снизу: политическая и общественная система России стала сплошной системой быстрого реагиро вания. Власть реагирует на повестку дня, ко
458
торая навязана мировым террором и предо пределена обидными успехами западного плана по постепенной демократизации стран СНГ, а также по окончательному распаду постсоветского пространства. В свою очередь, общество и политическая оппозиция реагиру ют на повестку дня, навязанную властью, ее продуманными и спонтанными действиями. Суд над Ходорковским. Вертикаль. Борьба за Украину и Абхазию. Монетизация. Отсрочки. Реагировать надо — и власти, и на власть. Но этого мало, вот в чем дело.
Общаясь с самыми разными по своим взглядам людьми, столичными интеллектуа лами и региональными политиками, нацио налистами и космополитами, коммунистами и демократами, все чаще слышишь одну и ту же формулу: мы наконец-то должны стать единой нацией. Вот задача. Но стать — на ка кой основе? На каких принципах? На какой системе общепринятых ценностей? И воз можна ли такая система в принципе?
Готовых ответов на поставленные вопросы нет и быть не может; они могут появиться (а могут, увы, и не появиться) в результате долгой общенациональной дискуссии. Так происходило, а отчасти и до сих пор происхо дит, в Германии, освободившейся от фашиз ма; подобный разговор в России после 1991 года намечался, но не случился, и в этом
459