Arkhangelskiy_A_Gumanitarnaya_politika_M_2006

тированные не на добрую войну, а на худой мир (некоторые из них на прошлой неделе участвовали в голицынском семинаре Москов­ ской школы политических исследований)...

Когда-то Пушкин в одном из первых номеров «Современника» поместил повесть, написан­ ную черкесом, который стал русским офице­ ром; для Пушкина было ясно, что есть только один путь успешного проникновения импе­ рии туда, где ее не ждут: это путь мирного оплетения связями и обязательствами, общим делом и частным бытом. В нашу эпоху к этому списку смело можно добавить телевидение.

15 июня

За что я благодарен Жириновскому

В редакцию пришло письмо. На бланке замес­ тителя Председателя Государственной Думы. По поводу моей колонки «За что я благодарен Рейгану». Возмущенный автор письма восклицает:

«...даже самому последнему бомжу в России не придет в голову писать трогательные эпита­ фии бандиту, который зарезал его мать, или па­ лачу, который убил его отца. Зря вы убеждаете читателей в добрых намерениях Рейгана и рету­ шируете мрачную фигуру Горбачева... только обозревателю «Известий», да еще паре отмороз­ ков приспичило оправдывать этих двух людо­ едов. Не надо, Александр... врать, захлебываясь

370

от восторга и умиления. Надо смотреть правде в глаза: Рейган и Горбачев уничтожили нашу страну, превратили ее в нищего изгоя... Поверь­ те, эти двое друзей убили людей немногим меньше, если не больше, чем НКВД в период сталинских репрессий...»

Внизу письма закорюка, изображающая подпись лидера ЛДПР Владимира Вольфовича Жириновского. ВВЖ.

Так что ж, внять призыву, поверить? Не по­ верю. Более того, вовремя начав разбирать сгнившую конструкцию коммунистической империи, эти двое великих людей успели спа­ сти миллионы россиян и граждан нынешнего СНГ от почти неизбежной гражданской войны, очевидно взбухавшей в СССР; мир они уберег­ ли от ядерной катастрофы, к которой уверенно вели дело престарелые члены Политбюро. И как ни странно, НКВД в лице своего преем­ ника КГБ помог Рейгану и Горбачеву в этом миротворческом деле. Поскольку заранее под­ готовил качественный амортизатор, смягчив­ ший неизбежные последствия их смелых — как тогда говорили, судьбоносных — решений.

Когда приводится в действие заржавевший маховик истории, когда приходится расчи­ щать политические завалы и выталкивать мир из пропасти, в которую тот сам себя за­ гнал, — неизбежны роковые потрясения. Там, где происходят роковые потрясения, — фор­

371

мируются массы недовольных, растерянных, деклассированных людей, «обуянных силой черной». И способных утащить реальность за собой — назад, в родную трясину, откуда ис­ хода уже не будет. И вот теперь на секунду представим, что было бы со страной и с каж­ дым из нас, если бы на излете перестройки не был реализован смелый проект пиявочной партии, способной притягивать и затем отса­ сывать дурную общественную кровь; партии, умеющей аккумулировать раздражение рас­ терянных масс, чтобы пускать это раздраже­ ние по заранее проложенному руслу и сливать его в никуда. Вслух ругая власть и молча под­ держивая все ее главные решения. Ужас.

Самое простое и не самое страшное следст­ вие — коммунисты очнулись бы гораздо быст­ рее, избрали бы не безжизненного гуманиста Зюганова, а серьезного, решительного борца, за которым пошли бы не только растерянные старички, но и неудовлетворенные женщины, и деклассированная молодежь — все те, кто

врезультате пошел за ЛДПР. Мы получили бы

в1993-м гарантированное сталинистское большинство в первой Думе и коммунистиче­ ского дуче на выборах 1996 года.

Следствие более сложное, отдаленное, но куда более жуткое: на стадии перехода от од­ ной формации к другой, в условиях полной идеологической дезориентации болотным

372

цветом расцвел бы полноценный фашизм. А не декоративный, целлофанированный и обеззараженный. Не будем показывать пальцем.

Так что мы должны неустанно благодарить судьбу и ее вооруженный отряд, КГБ, за то, что на арене политического цирка вовремя появился талантливый и очень умный клоун, который профессионально валял дурака; ва­ лял в грязи, в навозе, в тине, — а потом пыле­ сосил и сдавал куда следует...

Свое письмо лидер ЛДПР завершает так: «После всего этого кошмара, после страш­

ных десятилетий «перестройки» и «демокра­ тии» только негодяй может «ждать следующе­ го Рейгана». На мой взгляд, Вам надо ждать не Рейгана, а психиатра. Надеюсь, что он к Вам скоро придет».

Не знаю, как ко мне, но к растерянному на­ роду, которому тяжело было приспособиться к тектоническим переменам истории, психиатра уже прислали. Не будем показывать пальцем. Лучше низко поклонимся и вынесем благодар­ ность в приказе за хорошо выполненную служ­ бу. Рейган и Горбачев могут быть довольны. Что же до НКВД... Бульварный проект ВВЖ следует признать его выдающимся успехом. Хотя и менее удачным, чем респектабельный проект ВВП. Но тут ничего не поделаешь; «каж­ дому — свое», как писали при входе в одно

373

заведение, сооруженное народом, которому — в отличие от нас — с психиатром не повезло.

22 июня

Мао не покажется

Чем ближе Олимпийские игры в Афинах, тем яснее, что Пекин (где они пройдут в 2008-м) не успевает к сроку.

Дело не в отелях. Отели как раз строятся, причем такими бурными темпами, что мос­ ковский строительный бум в сравнении с пе­ кинским — сродни застою; весь город превра­ щен в стройплощадку.

Дело также и не в устаревшей культурной ин­ фраструктуре. В самом центре Пекина возводит­ ся нечто саркофагообразное, округлое, разме­ ром с «Лужники»; это театр оперы и балета. Три сцены; стеклянный купол; тот же французский архитектор, который строил Шанхайский аэро­ порт и тот самый терминал в парижском аэро­ порту имени Шарля де Голля, что благополучно завалился месяц назад. Китайцы суеверно мор­ щатся; французский проект не нравится им не только потому, что чересчур авангарден, но и по­ тому, что слишком напоминает традиционный здешний склеп, а это дурная примета. Однако морщиться-то они морщатся, но строят без оста­ новки — и вскоре завершат строительство. Обка­ тают сцену на своих любимых попсовиках (от

374

ансамбля имени Александрова до ансамбля име­ ни Моисеева), пригласят разок-другой балетную труппу Государственного Кремлевского дворца с неразменным «Лебединым озером», а потом за­ кажут что-нибудь сверхактуальное и сверхаван­ гардное — и предъявят продвинутым гостям Олимпиады. Как предъявляют новое китайское кино аудитории международных кинофестива­ лей; эта аудитория даже не догадывается, на ка­ ких сериалах накачивает мышцы младшее поко­ ление китайских кинематографистов.

А сериалы эти сродни ансамблю имени Александрова: только что с колоссальным ус­ пехом прошел многосерийный революцион­ ный боевик «Как закалялась сталь», следом за ним вот-вот запустится двухсерийная револю­ ционная драма «Овод», а потом, возможно, дело дойдет и до обещанной, но не снятой се­ риальной ленты «А зори здесь тихие». Съемки отложили не из идейных и тем более не из ху­ дожественных соображений; их отложили изза финансовых причин. Дороговато получает­ ся. Даже на Украине, где обычно и делаются китайские сериалы по русским книгам.

Так что дело не в отелях, не в стадионах и не в театрах. В чем же? Может быть, в отсутствии интеллектуальной среды обитания? В том, что европейцы, американцы, японцы попадут в 2008-м в страну, где ничего не знают о послед­ них достижениях западной цивилизации? Ни­

375

чего подобного; нам бы такое отставание в этой области. Пекинские книжные магазины ломятся от переводной литературы, причем рядом с иероглифами тут прямо на обложке воспроизводят название и фамилию автора на языке оригинала. Есть все: от сценарных раз­ работок Фасбиндера до истории американско­ го либерализма и от фотоальбома с Путиным до собрания лекций Билла Гейтса. Студенты, которым денег на книжки не хватает, читают их прямо в магазине. Одна девушка даже стоя­ ла на коленях перед стеллажом с переводными экономическими трактатами, напоминая мул­ лу, готового съесть Коран, чтобы стать ближе к истине. Тут же, неподалеку, полки с трудами Мао; ажиотажа я что-то не заметил.

В сегодняшнем Пекине понимаешь, насколь­ ко права была Маргарет Тэтчер, когда, прини­ мая решение об отдаче Гонконга, сказала своим критикам, предрекавшим коммунистическую гибель гонконгской рыночной экономике: ви­ рус капитализма, запущенный в коммунистиче­ скую систему, разъест ее изнутри. Вот он и разъ­ едает. Здание пекинского горкома недаром похоже на роскошный офис крупной банков­ ской корпорации; теперешние китайские ком­ мунисты — это топ-менеджеры государствен­ ной монополии со всеми менеджерскими замашками и привычками. Если они и покидают иногда салоны своих роскошных иномарок

376

и спускаются в подземнь1Й переход, то равно­ душно протискиваются сквозь толпу нищих, бездомных и убогих — неизбежное следствие резких преобразований. (Привет тов. Зюганову, тоскующему по китайскому социализму; такого бомжатника он в Москве не найдет.)

Но нищих в 2008-м попросят убраться из Пекина подобру-поздорову. Так что и не в них главная причина пекинского отставания от графика олимпийской подготовки. А в чем? В таксистах. Они не только не говорят по-анг­ лийски. (Московские водилы, положим, тоже не слишком англоязычны.) Но и не в состоя­ нии прочесть адрес, написанный на бумажке. А многие, приехавшие из деревни, худо раз­ бирают даже иероглифы, а Пекина не знают вовсе. Но это ничего. Коммунистические ме­ неджеры уже приказали всем выучить анг­ лийский к 2008-му. И что самое интересное — выучат. А кто не выучит, того уволят и пере­ станут замечать в переходе под площадью Тяньаньмэнь, где он проведет остаток дней, не вписавшись в рамки переходного периода.

Пекин, 5 июля

СТАБИЛИЗЕЦ

Социальная теория жестко учит (а налич­ ная реальность не менее жестко подтвержда­

377

ет это учение), что ядерный выброс энергии масс, происходящий во время революции, должен быть локализован после ее неизбеж­ ного завершения. Локализовать его можно разными способами. Как Наполеон — перена­ правив революционную ярость черни в мили­ таристский порыв. Как Сталин — накрыв ки­ пящий котел бюрократической крышкой, а затем время от времени выпуская пары, уст­ раивая показательные процессы и столь же показательные чистки. Или, наоборот, как Га­ вел — бархатно переведя бархатную револю­ цию в отнюдь не бархатный капитализм.

Россия, прошедшая через благую револю­ цию 90-х, вопреки ожиданиям и намерениям большинства застойного советского населе­ ния, сама себе прописала другой курс лечения от революционного синдрома. Успокоитель­ но-санаторный. С помещением больного в особую палату с открытыми дверями, но плотно зашторенными окнами. Чтобы можно было прийти, уйти, приехать, уехать, свобод­ но действовать — за пределами санаторной палаты. Но, возвращаясь в нее, не видеть то­ го, что происходит за окном. Принимать уча­ стие в создании реальности, но не обращать на нее ровным счетом никакого внимания. Не замечать прямых последствий совершаемых ныне действий. Не оценивать происходящее трезво. То есть без восторга, но и без истери­

378

ки. И пребывать в счастливом убеждении, что бурные процессы сами собой остановились

инастала эра блаженной послереволюцион­ ной стабилизации.

Вэту странную комнату, в эту палату с от­ крытыми дверями и закрытыми окнами ра­ зом устремились все. Крупные капиталисты с важным видом обсчитывали ее размеры, прикидывали, как ее можно получше обста­ вить антиквариатом и куда разумней пове­ сить Айвазовского. Средние бизнесмены, чуть суетливей, спешили занять местечко поудоб­ ней, что одновременно ближе и к крупняку, и к власти. Свободолюбивые журналисты веша­ ли на стену вместо Айвазовского большой эк­ ран в виде окна и проецировали на этот экран искусственно созданную картинку реальной жизни. За экранным окном постоянно что-то взрывалось, страдающие матери искали похи­ щенных детей, а дети не помогали престаре­ лым родителям. Время от времени к экрану подбегали православные чекисты и загоражи­ вали луч проектора. Тогда другие журнали­ сты, менее свободолюбивые, спешили выве­ сить на стену свой экран, и тоже в виде настоящего окна; за этим окном если что

ивзрывали, то вдалеке, не разглядеть; вблизи же радостные пейзане пасли тучных крав

ибодрые чиновники рапортовали об успехах политики стабилизации. Одни лишь недо­

379