Добавил:
Upload Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:
095862_046D1_vasilev_e_a_otv_redaktor_zayceva_v....doc
Скачиваний:
1
Добавлен:
21.12.2018
Размер:
3.18 Mб
Скачать

§ 2. Обязательства из причинения вреда по праву отдельных стран

Во Франции существует система генерального деликта. Согласно ст. 1382 ФГК, какое бы то ни было действие, причиняющее ущерб другому лицу, обязывает того, по чьей вине ущерб произошел, к его возмещению.

Наряду с понятием деликта в ФГК используется также понятие квазиделикта. Различие между ними проводится судебной практикой в зависимости от формы вины причинителя вреда (делинк-вента) : умышленные противоправные действия считаются деликтами, а неосторожные — квазиделиктами. Однако практического значения данное деление не имеет, поскольку в отношении тех и других установлены одинаковые правовые последствия.

В соответствии с ФГК деликтная ответственность может наступить не только за собственные действия (ст. 1381, 1382), но и за действия других лиц. Так, в частности, родители несут ответственность за вред, причиненный проживающими с ними несовершеннолетними детьми; наставники — за вред, причиненный их ученика-

15 Зак. № 474

433

ми; наниматели — за вред, причиненный работниками в ходе выполнения ими своих обязанностей (ст. 1384). Кроме того, ст. 1384 ФГК содержит общее правило об ответственности за вред, причиненный вещами. Эта общая норма дополнена двумя специальными:

об ответственности за вред, причиненный животными (ст. 1385), и об ответственности за вред, причиненный разрушением строения вследствие недостатков ремонта или дефектов постройки (ст. 1386).

В случае деликтной ответственности за собственные действия применяется презумпция невиновности, то есть вина делинквента должна быть доказана потерпевшим.

Такая же презумпция действует и в отношении наставников при возложении на них ответственности за вред, причиненный учениками. В других случаях ответственности за чужие действия установлена презумпция вины делинквента, которая может быть как опровержимой, так и неопровержимой. Например, родители освобождаются от ответственности за вред, причиненный несовершеннолетними детьми, если докажут, что они не могли предотвратить наступление вреда (опровержимая презумпция). В отношении ответственности нанимателей за вред, причиненный работниками, действует неопровержимая презумпция вины: они лишены возможности доказывать свою невиновность и освобождаются от ответственности, только когда докажут отсутствие вины работника.

Установленная ФГК ответственность за вред, причиненный вещами, носит объективный характер, то есть наступает без вины делинквента. Такая же ответственность возникает и на основании специальных законов за вред, причиненный в отдельных областях деятельности. Однако тезис об объективном характере такой ответственности не является бесспорным. В доктрине существует мнение, что и в указанных случаях ответственность делинквента базируется на неопровержимой презумпции вины.

Особенностью французской концепции является отсутствие четкого разграничения между понятиями вины и противоправного действия как условий наступления деликтной ответственности. Противоправность действия, как правило, рассматривается в качестве одного из элементов вины.

Традиционным элементом вины считается также деликтоспо-собность причинителя вреда. Однако ее значение для наступления ответственности уменьшилось в связи с включением в ФГК в 1968 году ст. 489-2, установившей, что душевнобольные сами несут ответственность за причиненный ими вред.

При определении размера подлежащего возмещению ущерба должна учитываться и вина самого потерпевшего. ФГК не содержит прямых указаний на этот счет. Однако судебная практика путем толкования ст. 1382 ФГК выработала понятие совместной вины (faute commune) делинквента и потерпевшего, при наличии которой размер возмещения соответственно уменьшается.

ГГУ содержит более детальную по сравнению с ФГК регламентацию обязательств из причинения вреда. Не устанавливая общего

434

понятия гражданского правонарушения (генерального деликта), ГГУ формулирует ряд отдельных фактических составов правонарушений. К ним относятся: посягательство на жизнь, телесную неприкосновенность, здоровье, свободу, собственность или какое-либо другое право (абз. 1 § 823); нарушение норм закона, охраняющего личную безопасность других лиц (абз. 2 § 823); распространение ложных утверждений, наносящих ущерб деловой репутации предпринимателя или влекущих за собой какие-либо неблагоприятные последствия для его имущественного положения (§ 824); принуждение женщины к внебрачному сожительству путем обмана, угроз или злоупотребления ее зависимым положением (§ 825); нарушение должностным лицом служебных обязанностей в отношении третьего лица (§ 839).

Однако из приведенной формулировки абз. 1 § 823 следует, что деликтная ответственность наступает и в случае причинения вреда любым другим противоправным действием. Это обстоятельство, по существу, сближает германскую систему обязательств из причинения вреда с системой генерального деликта. Весьма общая формулировка состава правонарушения содержится и в § 826, предусматривающем ответственность за умышленное причинение вреда способом, противным «добрым нравам».

Более детальная регламентация составов правонарушений не является единственным отличием германской концепции деликтной ответственности от французской. Так, понятие противоправности (Rechtswidrigkeit) рассматривается в праве ФРГ независимо от вины делинквента (Verschulden). Действие или бездействие причинителя вреда является противоправным, если оно нарушает норму объективного права. При этом действия делинквента предполагаются противоправными, если он не докажет, что имел достаточные юридические основания поступать таким образом (например, в случаях необходимой обороны, согласия самого потерпевшего и т. п.). Вина же понимается как субъективное отношение причинителя вреда к своему противоправному действию или бездействию.

ГГУ, как и ФГК, устанавливает в ряде случаев обязанность возместить вред, причиненный действиями других лиц — несовершеннолетних (§ 832), а также лиц, на которых возложено исполнение какого-либо дела (§ 831). Не формулируя общего правила об ответственности за вред, причиненный вещами, ГГУ содержит два специальных правила: об ответственности владельцев животных (§ 833, 834) и об ответственности за вред, причиненный разрушением строения в результате его конструктивных дефектов или ненадлежащего содержания (§ 836—838).

Бремя доказывания наличия или отсутствия вины в указанных случаях распределяется в основном аналогично французскому праву. Многочисленные специальные законы, регламентирующие ответственность за вред, причиненный в отдельных областях деятельности (транспорт, использование атомной энергии и др.), устанавливают безвиновную ответственность делинквента.

435

При установлении причинно-следственной связи между противоправным действием и вредом судебная практика ФРГ руководствуется теорией адекватной причинной связи, появившейся в Германии в начале XX века и оказавшей заметное влияние на правовые системы других рассматриваемых стран. Решение суда, в основе которого лежит неправильное применение указанной теории, представляет собой ошибку в праве (а не в факте) и, следовательно, может быть пересмотрено вышестоящим судом. С вопросом о причинной связи тесно соприкасается проблема вины потерпевшего. В отличие от ФГК, ГГУ содержит прямое указание на то, что размер возмещения может быть уменьшен в зависимости от того, в какой степени виновные действия потерпевшего способствовали наступлению вреда (§ 254).

Законодательство Швейцарии в части, касающейся регулирования обязательств из причинения вреда, устанавливает ряд составов правонарушений, во многом совпадающих с составами, предусмотренными ГГУ. В то же время абз. 1 ст. 41 ШОЗ устанавливает ответственность за вред, причиненный любым противоправным действием.

Условия наступления деликтной ответственности, установленной швейцарским законодательством, аналогичны тем, которые существуют в праве ФРГ. Широкое применение, в частности, имеет теория адекватной причинной связи. Особенностью швейцарского права является установленная ст. 44 ШОЗ возможность по усмотрению суда уменьшить размер возмещения или вообще отказать в возмещении ущерба в зависимости от имущественного положения при-чинителя вреда. Это правило, однако, не применяется в случае умысла или грубой неосторожности делинквента.

В англо-американском праве не сложилось общего понятия гражданского правонарушения. Система обязательств из причинения вреда представляет собой совокупность отдельных фактических составов (torts), выработанных судебной практикой в течение длительного времени. Эта система напоминает систему, существовавшую в римском праве, в том смысле, что потерпевший для защиты своего права должен подвести притязание под определенный состав правонарушения, в противном случае оно может остаться без правовой защиты. Большое количество и фрагментарность различных по характеру и кругу регулируемых отношений фактических составов не позволяют дать их строгую научную классификацию.

Рассмотрим важнейшие из них.

Trespass один из наиболее широких и древнейших составов, охватывающий причинение вреда как личности (trespass to the person), так и имуществу — движимому (trespass to goods) и недвижимому (tresspass to land). Последние две разновидности этого состава являются основаниями исков, направленных на защиту права собственности и владения. Trespass to goods включает такие правонарушения, как conversion (неправомерное присвоение дви-

436

жимых вещей) и detinue (неправомерное удержание движимых вещей).

Важное место в числе правонарушений, затрагивающих право собственности, занимает nuisance (зловредность), заключающаяся в совершении действий, которые создают затруднения или помехи в пользовании имуществом. Если при этом ущемляются интересы определенного лица, то имеет место «частная зловредность» (private nuisance); если же неудобство или беспокойство создаются для неопределенного круга лиц, то налицо «публичная зловредность» (publie nuisance). Иски, основанные на данном правонарушении, в последнее время находят применение в области защиты окружающей среды.

Содержание trespass to the person заключается в нарушении телесной неприкосновенности личности. Сюда относятся угроза физическим насилием (assault), насилие (battery), незаконное лишение свободы (false imprisonment).

К правонарушениям, затрагивающим честь и доброе имя лица, относится диффамация (клевета), которая может существовать в двух формах: распространения порочащих сведений путем публикации, изображения и других аналогичных средств (libel) и устного распространения порочащих сведений без использования радиовещания и телевидения (slander).

К правонарушениям, направленным против договорных отношений и предпринимательской деятельности третьих лиц, относятся склонение к нарушению договора, заговор (conspiracy), вмешательство в дела чужого предприятия (interference with business).

В системе отдельных составов правонарушений, которая не является застывшей и постоянно развивается путем появления новых и расширения уже известных составов, особое место принадлежит такому правонарушению, как небрежность (négligence). Оно заключается в нарушении обязанности проявлять «разумную осмотрительность» в отношении личных и имущественных прав других лиц, в результате чего последним наносится ущерб. Указанный состав правонарушения, созданный судебной практикой лишь в XIX веке, получил широкое распространение и имеет тенденцию к расширению сферы применения, в том числе за счет других составов (прежде всего nuisance). Вместе с тем следует иметь в виду, что в английском праве проводится четкое разграничение между небрежностью как самостоятельным составом правонарушения и небрежностью как формой вины причинителя вреда. Вина в форме небрежности может входить в состав других правонарушений, например trespass.

В большинстве составов правонарушений, известных англо-американскому праву, вина в форме умысла (intention) или небрежности является необходимым условием ответственности. Однако в ряде случаев общее право и специальное законодательство предусматривают ответственность и независимо от вины причинителя вреда (так называемая «строгая» ответственность — strict liability). Основополагающим прецедентом, общим образом фор-

437

мулирующим правило об ответственности без вины, является решение по делу Rylands v. Fletcher (1868 г.).

В данном споре собственники мельницы — Райлендс и его партнер,— намереваясь соорудить резервуар для снабжения мельницы водой, наняли для этой цели квалифицированного инженера. Во время проведения работ строители натолкнулись на штольни, заполненные почвой, о существовании которых ранее известно не было. Подрядчик не изолировал указанные штольни, и через них вода при наполнении резервуара затопила шахты, принадлежавшие соседу Флетчеру. Ему не удалось доказать небрежность со стороны ответчиков, однако суд решил, что они должны возместить ущерб.

Таким образом, ratio decidendi, сформулированное в рассмотренном прецеденте, возлагает на владельца земельного участка обязанность возместить любой ущерб, являющийся естественным следствием помещения или накопления им на своем участке необычным способом чего-либо такого, что способно причинить вред, выйдя из-под контроля. Освободиться от ответственности в этой ситуации можно, лишь доказав наличие обстоятельств непреодолимой силы, вины потерпевшего или третьего лица.

Особенностью англо-американского права является возможность возмещения так называемого номинального ущерба {nominal damages}, представляющего собой символическую сумму (например, 1 или 20 шиллингов), присуждаемую судом истцу в качестве подтверждения факта нарушения его прав, хотя он и не понес никакого реального ущерба. Номинальный ущерб подлежит возмещению лишь применительно к отдельным составам правонарушений, таким, например, как все разновидности trespass.

Новым явлением в англо-американском деликтном праве стало использование при определении размера подлежащего возмещению ущерба критерия возможности предвидения наступления вредоносного результата. В соответствии с этим критерием на причинителя вреда возлагается обязанность возместить лишь тот ущерб, который мог быть предвиден в данных обстоятельствах «разумным человеком».

В праве США сложился институт ответственности производителя за вред, причиненный дефектами продукции (product liability). Появление этого института вызвано потребностью создать в условиях массового производства потребительских товаров определенную правовую основу для возложения ответственности на производителя перед конечным потребителем продукции, который при наличии широко развитой торговой сети, как правило, не состоит в договорных отношениях с производителем. Впервые принцип ответственности производителя был сформулирован судебной практикой в деле MacPherson v. Buick Motor Co. (1916 г.), в котором была признана деликтная ответственность компании по производству автомобилей за вред, причиненный третьему лицу (не связанному с производителем договорными отношениями) в результате дефектов изготовленной продукции. В последние два десятилетия от

ветственность производителя стала преимущественно квалифицироваться как безвиновная деликтная ответственность (strict liability in tort).

Концепция ответственности производителя нашла отражение и в праве других капиталистических стран. Указанный институт является одним из наиболее динамично развивающихся институтов современного буржуазного деликтного права. Так, 25 июля 1985 г. в ЕЭС была принята директива, направленная на гармонизацию правовых систем стран Сообщества в области защиты потребителей, понесших ущерб от дефектов продукции. Правила директивы призваны дополнить существующие в государствах-членах правовые средства защиты потребителя и устанавливают в принципе безвиновную ответственность продуцентов за вред, возникший в результате причинения смерти, повреждения здоровья или имущества, используемого для личного потребления, не касаясь, таким образом, морального вреда и упущенной выгоды.

В ст. 7 директивы изложены обстоятельства, доказав наличие которых продуцент может тем не менее избежать ответственности, в частности, когда «уровень научного и технического знания в момент, когда продукция была выпущена в обращение, не был таков, чтобы позволить обнаружить дефект».

Это последнее правило не было единодушно воспринято в странах ЕЭС. И если оно создает основу для исключения ответственности производителей в ФРГ, Великобритании и некоторых других странах, то в остальных, и в частности во Франции, оно во внимание не принимается (поскольку директива не препятствует установлению более жестких правил), что приводит к режиму абсолютной ответственности. Таким образом, в этом важном вопросе унификации не достигнуто.

Контрольные вопросы по теме

/. Каковы условия возникновения обязательств из причинения вреда7

2 Что включается в понятие вреда в деликтном праве'1

3 В каких странах существует система генерального деликта, а в каких — система сингулярных деликтов?

4 Что такое конкуренция исков7

Тут вы можете оставить комментарий к выбранному абзацу или сообщить об ошибке.

Оставленные комментарии видны всем.