Добавил:
Upload Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:

Askochensky_V_I_Za_Rus_Svyatuyu

.pdf
Скачиваний:
24
Добавлен:
22.03.2015
Размер:
5.67 Mб
Скачать

Раздел I. ЦЕРКОВНО-ИСТОРИЧЕСКИЕ СОЧИНЕНИЯ

minoris congregationis), назывались учениками; товарищи же старшего братства (sodales majoris congregationis)

носили почетное имя студентов, как назвал их сам Петр Могила в своей завещательной грамоте1.

Поддерживаемоеиуправляемоетакимобразомкиевское богоявленское училище в честь знаменитого и незабвенного фундатора и преобразователя своего при самом еще начале назвалось Киево-Могилянскою коллегией и носило это имя до тех пор, пока Высочайшею волею величайшего из царей земных не получило другого, более высшего наименования.

Неутомимый и непобедимый защитник Православия2, Петр Могила был одним из ревностнейших охранителей спокойствия усыновившего его отечества. Зорким оком следил он за современными событиями и в самые опасные минуты являлся или примирителем волнующихся стран угнетаемой Малороссии, или советчиком, ободрявшим бедствующих. Так,когда вЗапорожье, по случаю сомнительного поведения Барабаша, началась междоусобная война, Могила вместе со славным Хмельницким старался прекратить ее ужасы3. Ответ короля Владислава IV, всегда любившего казаков и обессиленного буйными и непокорными магнатами, поднял с мечом и огнем всю Малороссию. «Поневаж, – сказал он, – вы воины есте: то что вам бронит стати за себе?» – и казаки стали. Петр Могила, сведав от Хмельницкого о таком королевском дозволении, не только одобрил его предприятие освободить землю русскую от враждебных племен, но наложил анафему на всякого, кто откажется стать под его знамена4. Молитва за угнетенное отечество была одною из последних молитв великого первосвятителя Киевского: но думал ли он, что своим патриотическим­

1  …któreoddałemnaCongregaciąstudentówCollegiummego.Памятники.Т.II. С. 166.

2  Летописи Зубрицкого. С. 81.

3  История Малороссии Маркевича. Ч. I. С. 156.

4  Там же. С. 162.

101

В. И. Аскоченский

воззванием к народу ослабит впоследствии любимую свою коллегию и подведет ее под огонь и меч ожесточенных разорителей священного Киева?..

Быв строителем и благодетелем коллегии при жизни своей, Петр Могила стал думать и о том, как-то останется по смерти его этот единственный залог его просвещенной деятельности и неутомимых забот. Посещенный болезнью и в ожидании часа смертного, Могила наконец решился привести все дела свои в порядок и 22 декабря 1646 года составил завещание, в котором самую большую долю приняла любимая им коллегия.

В силу этого завещания коллегия получала от незабвенного своего благодетеля:

1.  Дарственную запись на хутор Позняковщину, с обеспечением от наследников прочих частей недвижимого имения завещателя суммою четырех тысяч злотых.

2.  Все дома, приобретенные Могилою, с их правами. 3.  Пляц (дворовое место) Солениковский на Подоле. 4.  Bcю библиотеку на разных языках, которую соби-

рал он в течение всей своей жизни.

5.  Половину всего рогатого скота, овец, табунов и всего хозяйственного заведения, какое только находилось в устроенном самим Могилою собственном хуторе его Напологах.

6.  Пятьдесят пять тысяч злотых, находившихся по закладной записи у Адама Киселя, кастеляна киевского.

7.  Двадцать тысяч злотых, обеспеченных на имениях Могилы – Мухоедах и Спачинцах, с тем, чтоб эта сумма была сплачена наследником, который пожелает вступить во владение означенными имениями; а до того времени они должны были оставаться в заведывании коллегиатов.

8.  Шесть тысяч злотых польских наличными деньгами. 9.  Четвертую часть из всего домашнего серебра.

10.  Серебряную, позолоченную митру, сделанную на собственное иждивение Петра Могилы и украшенную драгоценными камнями, доставшимися ему от его родителей.

102

Раздел I. ЦЕРКОВНО-ИСТОРИЧЕСКИЕ СОЧИНЕНИЯ

11.  Серебряный митрополичий крест.

12.  Саккос белого глазета, унизанный жемчугом. 13.  Золоченый крестик с частью Животворящего древа. 14.  Обои из разноцветной камки, отданные собствен-

но на конгрегацию.

Кроме этого, Петр Могила приносит в завещании «слезные моления», прося преемника своего архимандрита Киево-Печерской Лавры, чтобы находящиеся за Днепром имения монастыря Печерского Вишеньки и Гнедин не были отбираемы от коллегии, по крайней мере до истечения трех лет, дабы, как говорит он, «братия киевского братского монастыря в течение того времени могли осмотреться и обзавестись хозяйством». Во-вторых, он просил того же архимандрита со всем Печерским собором, чтобы они не устранили ректора коллегии от игуменства в монастыре Дятловицком, «ради, – прибавляет Могила, – преспеяния моего торжественного обета об основании школ для образования православных детей». Затем, назначив душеприказчиков, Могила возлагает на облагодетельствованных им киево-богоявленских братий, чтобы они берегли его коллегию как единственный его залог – иако unicum pignus meum – и, наконец, чтобы все молились о упокоении души его1.

1  Завещание это скреплено собственноручными подписями: самого Петра Могилы, Адама Киселя, каштеляна киевского; печатников: Андрея Солта-

на, Андрея Ставицкого, Даниила Голубя и Мелетия Красносельского; Ва-

силия Дворецкого, полковника войска Запорожского, Филарета Губиневи-

ча, уставника печерского; Анании Куликовского, эконома Лавры; Феодосия

Оранского, соборного старца. Под этим завещанием впоследствии подписался гетман Юрий Хмельницкий следующим образом: «…не уймуючи того

права с подписом рук и с печатьми их милостей положенных, еще ствержаю

власною рукою Юрий Хмельницкий гетман войска Его Царского Величества

Запорожского». Душеприказчиками своими Могила назначил следующих лиц, издревле принадлежавших к Православию: Александра Огинского, воеводу Минского; Адама Киселя, каштеляна киевского; Богдана Стеткевича, каштеляна новгородского; другого Огинского, бывшего хорунжим великого

княжества Литовского; Федора Проскуру-Сущанского, киевского земского

писаря, князя Николая Четвертинского и четырех других лиц, подписавших только имена свои без прозвания. См. Памятники. Т. II. С. 149–181

103

В.И. Аскоченский

ИКиевская академия доныне свято исполняет священную волю одного из величайших своих благотворителей. Ежегодно в день кончины его, 31 декабря, в братском храме совершается соборне божественная литургия

ивслед затем панихида, на которую сходится все ученое духовенство города Киева. Отрадно слышать вслед за священным именем митрополита Петра и другие имена благодетелей сего училища, но еще отраднее видеть истинную благодарность древнейшего из училищ к тем, которые подвизались в нем подвигом добрым и течение свое скончали. Невольно завидуешь тем наставникам, которым судил Бог in cathedra mori, заслужив себе вечную память христиански-благодарного училища1.

Четырнадцать лет управлял Киевскою митрополией незабвенный Петр Могила; четырнадцать лет отдыхала она от ожесточенного преследования католиков и униатов. «Он правительствовал добре, – говорит современник Могилы Иоаким Иерлич, – жил воздержно и при благочестивых своих делах всегда пекся о целости Церкви Божией и охранял овец своих»2. «Притязания и притеснения, – пишется в летописи львовского братства, – со

1  Превосходный пример для всех наших духовных училищ! Каждое из них имеет основателем своим какого-либо архипастыря; каждому посылал Бог

благотворителей; в каждом есть наставники, которым свыше суждено было in cathedra mori: чем же отблагодарить этих людей, как не молитвой о упо-

коении их в Царствии Небесном? Пусть бы потомки стали пред престолом

Божиим с возглашением вечной памяти тем, которые учили и питали отцов и дедов их. День кончины иерарха, основателя училища, должен быть днем

совокупного моления воспитанников о всех усопших пастырях, благодетелях и наставниках училища. Тогда живые будут подвизаться еще с большим рвением в той отрадной уверенности, что имена их, как тружеников просвещения, передадутся дальнему потомству, и молитвы Церкви, которой они были истинными служителями, не умолкнут о них до конца века. Как

желательно,чтобмысльэтаосуществиласьсамымделомвовсехдуховных училищах православной России!..

2  Впрочем, Иерлич в дальнейших своих рассказах представляет Могилу в

самоммрачномвиде:нопоказанияегобольшепоходятнаклеветы,невероятные по своей крайней нелепости, и не стоят никакого опровержения.

104

Раздел I. ЦЕРКОВНО-ИСТОРИЧЕСКИЕ СОЧИНЕНИЯ

стороны латинников и униатов хоть и продолжались, но не с прежнею жестокостью, по крайней мере до тех пор, пока живы были король Владислав и митрополит Петр Могила»1. Четырнадцать лет блаженствовала преобразованная и облагодетельствованная им Киево-Братская коллегия, которую он так любил, так лелеял; наконец, в ночь с 31 декабря на 1 января 1647 года предал он праведную душу свою в руце Божии, совершив ровно полстолетия своей жизни. Марта 19 бренные останки митрополита Петра Могилы были преданы земле на указанном им самим месте в большой печерской церкви у левого клироса, между двумя столпами. Над прахом его нет ни монумента, ни надгробия: но Академия служит живым памятником сему великому иерарху...

Щедро и благодарно отплатила Киево-Могилянская коллегия своему преобразователю; порадовала она сердце его своим цветущим состоянием, и сходя в могилу, с искренним утешением говорил он: «Видел я еще при жизни моей от тех наук великую пользу для Церкви Божией, ибо значительно умножились люди ученые и благочестивые на служение ей»2. Не было уже надобности, для приготовления коллегии наставников, посылать воспитанников в иностранные университеты и академии. Стремясь к высокой цели, указанной великим преобразователем своим, коллегия киево-могилянская, еще при жизни его, превзошла все другие, подобные ей учебные заведения в Польше, сделалась известною и заграницей, так что в нее, как в лучшую, начали являться молодые люди из всех окрестных стран для окончательного образования3.

<…>

1  История Малороссии Маркевича. Ч. I. С. 162.

2  Памятники. Т. II. С. 153.

3  См. Труды Высочайше утвержд. Вольного общества любителей русской словесности. Ч. VII. С. 117.

105

В. И. Аскоченский

Глава одиннадцатая

Сильвестр Коссов

Избрание Сильвестра в митрополиты. Подвиги Хмельницкого. Зборовский договор. Хмельницкий в Киеве. Запись киево-печерского архимандрита Иосифа Тризны. Посещение коллегии патриархом Паисием. Отзыв его об училище. Заметка его о бедствиях Церкви. Сильвестр на варшавском сейме. Утверждение Зборовского договора. Универсал Хмельницкого. Вероломство поляков. Битва под Берестечком. Белоцерковский трактат. Бедствия коллегии. Пожертвования в пользу ее. Две грамоты царя Алексия Михайловича Киево-Богоявленскому братству. Упадок киевской коллегии. Нобилитация. Малороссия поступает в подданство царю Всероссийскому. Присяга киевлян. Завоевания русских. Кончина митрополита Сильвестра и гетмана Хмельницкого. Сочинения Коссова. Ректоры коллегии: Иннокентий Гизель, Иосиф Кононович, Лазарь Баранович. Замечательнейшие воспитанники: Ясинский Варлаам, Максимович Иоанн, Моравский Павел, Самойлович Иван.

1647–1657

Снова начинаются кровавые испытания для киевской коллегии, как будто великий благодетель ее унес с собою в могилу все ее благосостояние. Не стало уже сильной руки, охранявшей коллегию от буйных врагов Веры православной, собиравшей под хоругвь ее жаждущих просвещения. Развилась другая хоругвь, призывающая на поле битвы, под громы пушек и воинственные клики. И много пройдет времени, пока коллегия, словно феникс из пепла, воспрянет обновленная и созовет рассеянных птенцов своих под криле свои...

Новый протектор коллегии был уже знаком ей. Она сама воспитала его, сама слышала потом мудрое, настав-

106

Раздел I. ЦЕРКОВНО-ИСТОРИЧЕСКИЕ СОЧИНЕНИЯ

ническое его слово и, как мать от сына, приняла оборону во время бедственного погрома от восставшего на нее невежества.­

Сильвестр Коссов родился в воеводстве Витебском от благородной православной фамилии и по окончании воспитания и ученой службы при киевской коллегии, в 1635 году был посвящен в сан епископа Мстиславского, Могилевского и Оршанского. По кончине митрополита Петра Могилы, он единодушно был провозглашен первосвятителем иерархии киевской. Все духовенство и запорожские казаки, не относясь за привилегиею к польскому королю, испросили только благословение константинопольского патриарха Парфения II, и 1647 года Сильвестр был посвящен в Киеве русскими епископами.

Бурно и неспокойно было правление сего первосвятителя. Богдан Хмельницкий, провозглашенный 15 октября 1647 года малороссийским гетманом, решился совершенно очистить всю Украйну от притеснителей – поляков – и энергически начал действовать, памятуя слово королевское и благословение усопшего первосвятителя. Битвы Желтоводская и под Каменец-Подольском были первым воинственным призывом, на который откликнулась вся Малороссия. Пред ожесточенными казаками один за другим падали города; Бар, Новгород-Северск были уже свободны; битва под Пилявцами скрепила эти быстрые завоевания. Но гордые магнаты не думали образумиться и предписали малороссиянам условия как будто побежденным; ответом на это была битва под Зборажем. Тогдато уже король и сейм стали уступчивей и 7 сентября 1649 года скрепили знаменитый Зборовский договор, по которому народ русский со всеми его областями, городами, селениями и всякою к ним народною и национальною принадлежностью увольнялся и освобождался от всех притязаний польских и литовских чинов на вечные времена, прекращалась обоюдная вражда, подтверждена неза-

107

В. И. Аскоченский

висимость русского народа, утверждены границы русские, митрополиту предоставлялось место в сенате наравне с другими сенаторами; воеводе Киевскому и другим чиновникам в Киеве установлено быть из русских дворян и закона православного; иезуитские училища, как в Киеве, так и по всем городам и селениям малороссийским, положено упразднить и перевести в другие места, «так как воевода Киевский Бржовский ввел их на зло киевским русским школам»1. Октября 1 того же года виновник этого великого дела, гетман Хмельницкий, с триумфом, при пушечной пальбе и колокольном звоне вступил в Киев и в святой Печерской Лавре принес благодарственное моление за помощь, посланную ему свыше.

Втечение этого времени киевская коллегия, оставаясь верною началам, предписанным ей незабвенным Могилою, была все та же славная и знаменитая своей ученостью коллегия. Согласно завещанию его, она получила от киевопечерского архимандрита Иосифа Тризны со всею братиею запись на трехлетнее владение хутором и селом Вишеньками и Гнедином, принадлежавшими Лавре, для преспеяния, как сказано в записи, славы Божией и наук и в уважение постоянных заслуг и усердных трудов ко благу всей Церкви Божией всечестных отцов киевского братства2.

В1649 году Киево-Могилянская коллегия удостоилась посещения Паисия, патриарха Иерусалимского, который и останавливался там во время краткого пребывания своего в Киеве. Осмотрев «виноград училищный кур Петра Могилы тщанием возращен и насажден, такожде и делатели винограда того во учении, разуме и премудрости зело искусных, благочестивых и благоговейных тоя святые обители видевше, юношь благородных правообу-

1  История Малороссии. С. 244–248. Описание Киевософ. собора. С. 181.

2  Памятники. Т. II. С. 182, 183. Напрасно поэтому митрополит Евгений в

Описании Киевософийского собора (Примеч. С. 213) говорит, что «Лавра данные на них (на учеников коллегии) волости отобрала назад <…>».

108

Раздел I. ЦЕРКОВНО-ИСТОРИЧЕСКИЕ СОЧИНЕНИЯ

чающих, утверждающих и от ересей к вере православной кафолической своим премудрым учением, святых отец последующе преданиям, обращающих уразумевше», патриарх Паисий, прощаясь с гостеприимной коллегией, утвердил и «вечне» запечатлел своим патриаршеским благословением «благочестивых инок святые обители Богоявления крестоносного братства, во еже и во предняя лета таковых учителей благотрудных и училищ в поучение христианских детей им умножати»1.

Кратковременное пребывание патриарха Паисия в Киеве позволило однако ж ему заметить состояние бедствующей извне Церкви, ибо он прибавил в своей грамоте, что обучение юношества вообще полезно, но «всей России Малой стране зело нужно, идеже иноверцы и отступницы хитростною своею мудростию не точию простых, но и разумных­ множицею уловляют от истинные веры, своим душегубным прельщают прельщением и отводити тщатся»2.

Еще больше бы этого сказал первосвятитель Иерусалимский, если бы знал, какими врагами окружена «Малая Россия». Для них не было ничего священного; они дышали только буйством и разрушением...

Для утверждения сеймом Зборовского договора, Хмельницкий отправил в Варшаву вместе со своими послами митрополита Сильвестра с епископом Львовским Арсением Желиборским, киево-печерским архимандритом Иосифом Тризною и с некоторыми другими духовными лицами. По одной из договорных статей, как сказано, православному митрополиту следовало занимать в сенате первое место после польского примаса. Этому воспротивились ксензы, бывшие членами сейма; они осыпали Сильвестра оскорблениями и объявили наотрез, что оставят места свои и выдут из собрания, коль скоро вступит туда враг папы. Напрасно опытные в политике вельможи

1  Там же. С. 186–195.

2  Там же.

109

В. И. Аскоченский

старались уговорить католическое духовенство необходимостью подчиниться уже скрепленному договору, – изуверы ничего не слушали и стали вопиять на самого короля за то, что он вносит в мирные соглашения статьи, противоречащие уставам римской церкви. Оскорбленный Сильвестр возвратился в Киев вместе с Адамом Киселем и поветовым судьею Проскурою1.

Однако ж после долгих споров польский сейм принял Зборовский договор, а король 12 января 1650 года утвердил его. В силу этого от униатов долженствовали быть возвращены захваченные ими епархии, а также многие церкви и монастыри, находившиеся в польских городах. Сильвестр получил в это время королевское утверждение в митрополитском сане; ему и епископам его уступлено право цензуры книг, а киевской коллегии и типографиям – прежние их привилегии2. Трактат этот внесен в киевские городовые книги.

Обрадованный счастливым окончанием такого важного дела, Богдан Хмельницкий занялся исправлением и восстановлением церквей и монастырей. Для этого он отдавал им разные «лядские маетности и млины»; для этого же отдал во владение и беспрепятственное заведывание киевобогоявленскогобратствадоминиканскиеименияиособенно села: Мостищи со всеми его грунтами, полями, сенокосами, борами, лесами, мельницами и прочими угодьями, Плисецкое, Черногородку и пустопорожнее место Рыльского в Киеве3, а грамотою 1655 года дозволил на праздники сытить мед и продавать его в пользу коллегии4.

Но все обещания и клятвы варшавского сейма были только на бумаге; ни одна статья из Зборовского договора не была исполнена. Униаты и иезуиты увеличили дер-

1  История Малороссии. Ч. I. С. 261. 2  Описание Киевософ. собора. С. 182.

3  Памятники. Т. II. С. 210 и 224.

4  Описание Киевософ. собора, примеч. С. 211.

110

Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]