Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Юридическая этика. Учебное пособие для студентов, обучающихся по специальностям «Юриспруденция», «Правоохранительная деятельность»
.pdf
Становление и развитие нравственно-правовых идей в России
41
Вступив на престол, Екатерина II систему правосудия оха-
рактеризовала следующими чертами:
1. Неисчислимое множество законов и приказов. 2. Частыя изменения, какия делают в одних и тех же законах. 3. Небрежное отношение судей и судов к поддержанию законов. 4. Непринужденность, с
которой скрывают от сведения общества ошибки судей и других
чиновников на коронной службе
1
.
О том, какое впечатление такое правосудие производило на
простой народ, яркое представление дает замечание историка
С.М. Соловьева: «При слове "суд" вздрагивает русский человек»2.
В этих условиях проблема укрепления и пропаганды законности
неизбежно становилась одной из острейших в царствование
Екатерины II.
Правосудие для императрицы было, прежде всего, эффективным инструментом воспитательного воздействия, формой
выражения идей, которые она желала внушить своим подданным. «Снисходительность, примиряющий дух властителя, —
писала она в одной из своих заметок, — сделали бы больше,
нежели тысячи законов, а политическая свобода одушевила
бы все. Часто лучше внушать преобразования, нежели предписывать»3. Многие законодательные акты, вышедшие из-под
пера этой императрицы, представляют собой не только правовые, но также настоящие идеологические, программные документы4.
Поскольку на Руси, как известно, во все времена видели в
законе выражение совести или, как говаривали в древности, —
правды, Екатерина II глубоко усвоила этот традиционный русский взгляд на закон. Законодательство западноевропейских
стран, где все подробно, до мельчайших деталей, регламентировалось, вызывало у нее отрицательные чувства. В представлении
Екатерины II правосудие — это не только способ регламентировать поведение людей, не только кара, но и милость, средство
1
Мысли, замечания имп. Екатерины. Анекдоты. Записки императрицы Екатери-
ны Второй. СПб., 1907. С. 641.
2
Борохов Э. Энциклопедия афоризмов: (В мире мудрых мыслей). М., 2000. С. 345.
3
Мысли, замечания имп. Екатерины. Анекдоты. С. 640.
4
Томсинов В.А. Императрица Екатерина II о законах и законности. Статья вто-
рая // Законодательство. 2001. ¹ 10. С. 84—87.
42
Глава 2
воспитания в душах подданных добрых качеств. В Манифесте к
сочинению проекта нового Уложения императрица заявляла:
И так со стороны поставляем милосердие за основание законов и от-
крываем дорогу к достижению правосудия; со стороны же любезных
подданных наших ожидаем благодарности и послушания: чрез что
сохранится благоденствие, тишина и спокойство государственное1.
Немаловажен в этом смысле и следующий текст статьи V
«Наставления губернаторам»:
Хотя о душевредном лихоимстве и гнусных взятках многими стро-
жайшими указами обнародовано, и МЫ особливо ныне надеемся,
что все НАШИ верноподданные, чувствуя матеренское НАШЕ оп-
ределением достаточнаго им жалованья милосердие, не прикоснут-
ся к толь мерскому лакомству, прелестному только для одних под-
лых и ненасытным сребролюбием помраченных душ2.
Составляя тот или иной нормативный акт, российская императрица не просто формулировала правовую норму, а, как правило, одновременно выражала свою нравственную позицию.
Поэтому тексты законов, вышедшие из-под пера Ее Величества,
наполненные эпитетами, чаще всего возвышенными, производили огромное воспитательное воздействие.
Реформы Екатерины II, отражавшие в целом предложения и
пожелания дворянского сословия, способствовали и совершенствованию органов местного управления, включая и судебные
органы. Тем не менее деятельность местных судов по-прежнему
характеризовалась волокитой, взяточничеством, низким образовательным уровнем судей, неоправданной зачастую жестокостью
карательных мер, недостаточным соблюдением законности в
деле отправления правосудия и т.д.
По меткому замечанию российского правоведа, историка А.А. Кизе-
веттера. В учреждениях, установленных при Екатерине II, — эти
новые начала получили скорее, принципиальное признание, чем
практическое осуществление3.
1
Законодательство Екатерины II/ Под ред. О.И. Чистякова, Т.Е. Новицкой. М.,
2000. Ò. 1. Ñ. 155.
2
Òàì æå. Ñ. 330—340.
3
Кизеветтер А.А. Местное самоуправление в России IX—XIX ст.: Исторический
очерк. М., 1910. C. 154—155.
Становление и развитие нравственно-правовых идей в России
43
Реформы Александра I Вступивший на престол в 1801 г. в резуль-
тате убийства Павла I Александр I (1777—1825) обещал управлять
народом «по законам и по сердцу своей премудрой бабки»
1
. Начало его царствования было ознаменовано широкой подготовкой к реформам системы государственного управления. Воспитанный на идеалах и ценностях эпохи Просвещения, молодой
монарх горячо стремился предстать перед своими подданными в
образе легитимного защитника их интересов. Вместе с тем он
ясно видел, что государственные институты России находятся в
плачевном состоянии. Для них были характерны беспорядок,
беззаконие, низкая эффективность, бумажная волокита и т.д.
Александр I и его ближайшее окружение (в том числе и
М.М. Сперанский) сознавали, что задачей первостепенной важности является рационализация организации власти и ее централизация. Император стремился создать новый аппарат государственного управления с качественно новыми чиновниками,
для чего считал необходимым улучшить и расширить систему
образования.
Выдающийся политический деятель
Михаил Михайлович Сперанский (1772—
1839) также поддерживал и обосновывал
этот курс. По мнению Сперанского,
причиной неудовлетворительного функционирования судебной системы были
не плохие законы, а низкий профессиональный уровень и моральная нечистоплотность судей и судейских чиновников. Однако создать широкую группу
образованных, просвещенных и нравственно зрелых юристов в короткие сроки
М.М. Сперанский
нельзя. Необходимы годы и годы. Поэтому переустройство судопроизводства, полагал Сперанский, должно начаться только
после общеадминистративных реформ и реформы системы образования, в том числе и правового. Свои взгляды Сперанский
изложил в подготовленных им записках: «О коренных законах
государства», «Об устройстве судебных и правительственных учреждений в России» и др.
1
Кизеветтер А.А. Óêàç. ñî÷. Ñ. 204.
44
Глава 2
Следует отметить, что Россия петербургского периода ее истории заимствовала у Запада не только формы организации государственной власти, но и способы подготовки чиновничества.
Создание Харьковского и Казанского университетов, а также
Петербургского педагогического института (в 1819 г. преобразован в университет) — не менее важные мероприятия для царствования Александра I, чем министерская реформа. Главной целью новой системы образования провозглашалась подготовка
юношества к государственной службе, что было перенесено на
время правления Николая Павловича.
Эпоха Николая I Для императора Николая I (1825—1855) закон
был сакральным проявлением личной воли самодержца. В сущности, этот император разделял негодование декабристов и
других прогрессивных сил русского общества по поводу отечественного судопроизводства. Он не получил специального
юридического образования, но на формирование его личности
оказало большое воздействие царившее в правящих кругах
России недовольство отсутствием четких и определенных законов, злоупотреблениями судейских чиновников и т.д. Николай
был твердо убежден, что правосудие и законность суть фундамент любого государства. Контроль за деятельностью основных
сановников — таково было его решение проблемы государственного управления. После восшествия на престол он лично со
всей тщательностью следил за работами по кодификации. Создав II Отделение, поставив во главе его М.М. Сперанского и
М.А. Балугьянского, крупнейших юристов той эпохи, император внимательно наблюдал и контролировал подготовку Свода
законов.
В 1833 г. завершилась подготовка к изданию Полного Собра-
ния и Свода законов Российской империи. Николай I назвал эту
работу «главным предметом, к которому было устремлено его
внимание», так как неимение полных законов или смешение их
от чрезвычайного множества указов, нередко противоречащих
один другому, создают условия для неоправданных решений судов, «ябедничества и лихоимства»
1
. Этим объяснялись и трудности в изучении российского права, сказывавшиеся на подготовке юристов, чиновников, их правовой и нравственной культуре,
1
Государственный совет России. 1801—1901. СПб., 1902. С. 56.
Становление и развитие нравственно-правовых идей в России
45
что, по замечанию известного русского писателя И.С. Аксакова,
имевшего юридическое образование и служившего в Министерстве юстиции и внутренних дел, «становилось причиной тех вопиющих злоупотреблений... которыми богата память каждого
послужившего на своем веку человека»
1
.
Выдающийся музыкальный и художественный критик В.В. Стасов так
охарактеризовал этот критический период в истории российского правоведения:
«Все у нас в России хорошо понимали
в то время от верху и до низу, что одна
из самых больших наших язв — проклятое чиновничество, прогнившее до
мозга костей, продажное, живущее
взятками и не находящее в них ничего
худого, крючкотворствующее, кривящее на каждом шагу душой, пишущее
горы дел, лукавое, но неумное, едва
грамотное, свирепое за бумагами, хотя
добродушное на вид дома и за вистом.
Портрет В.В. Стасова
(худ. И.Е. Репин)
Все на него громко жаловались, все поднимали его на зубок в романе и на театре, и, однако, дело не трогалось с места. Разговору
было много, и все-таки никто ничего не предпринимал, никто
даже ничего не предлагал, чтобы помочь общей беде и вытравить
гнойную болячку...»
2
.
Статистика тех лет показывает, что в России в начале XIX в.
почти не было образованных юристов-практиков, а с высшим
образованием — вообще единицы. Даже в высшем правительственном органе — Сенате — из 100 секретарей и обер-секретарей
только шесть человек имели высшее образование. Руководящие
посты в Министерстве юстиции занимали, как правило, лица
без юридического образования, но имевшие успешный опыт в
1
Аксаков И.С. Присутственный день в Уголовной палате // Письма из провин-
öèè. Ì., 1899. Ñ. 420.
2
Öèò. ïî: Орест Кипренский. Переписка. Документы. Свидетельства современ-
ников. СПб., 1994. С. 370.
46
Глава 2
других сферах государственной деятельности, что приводило их
в зависимость от мелких чиновников, которые пользовались
этим в корыстных целях.
Не меньшим было невежество чиновников досудебного
производства, выражавшееся хотя бы в названиях уголовных
дел, что в свою очередь демонстрирует, какое представление
имели они о составе преступления и как определяли его род и
вид. Не говоря уже о сделавшихся хрестоматийными заголовках типа: «О найденных в лесу костях, неизвестно кому принадлежащих, по-видимому, солдатских» (по причине найденной между ними форменной пуговицы); «О подложном присвоении крестьянскому мальчику Василию женского пола»; «О публичном произнесении крестьянином N.N. похвальных
слов»; «Об угрозах дворянина N.N. учинить над собою резьбу»;
«О драке со взломом», «Об учинении мещанскому старосте кулаками буйства на лице» и т.д.
Нравственной нечистоплотностью и юридической безграмотностью славились стряпчие, ходатаи, которые в дореформенной России играли роль (точнее, некое подобие роли) адвокатов. Приведем воспоминания известного адвоката
П.А. Потехина, «Тут были дворяне, прожившиеся помещики,
разорившиеся купцы, приказчики, которые прежде вели дела
своих хозяев, тут были отставные военные, даже сидельцы кабаков и пивных лавок, были чиновники, выгнанные со службы
<...> и т.д., всех не перечислить»1. Не имевшие, по признанию
Государственного совета, «никаких сведений юридических —
ни теоретических, ни практических»2, они пользовались дурной славой хищников и мошенников («крапивное семя»3 —
говорили о них в народе). Приспосабливаясь к порокам одиозного дореформенного суда, сами заражаясь, а то и щеголяя
этими пороками, стряпчие и ходатаи по примеру средневековых подьячих ловчили, ябедничали, мошенничали за любую
мзду…
1
Потехин П.А. Отрывки из воспоминаний адвоката // Право. 1900. ¹ 47.
Ñ. 2217.
2
Васьковский Е.В. Организация адвокатуры. СПб., 1893. Ч. 1. С. 316.
3
Потехин П.А. Óêàç. ñî÷. Ñ. 2217.
Становление и развитие нравственно-правовых идей в России
Берут по двугривенному и штофу
водки за сочинение просьбы, — писал о них авторитетный юрист
А.В. Лохвицкий, — по пяти и десяти целковых за фальшивый паспорт;
есть у них и такса за фальшивое
свидетельство, за фальшивую подпись и проч. <...> В одно и то же
время пишут бумаги и истцу и ответчику и, конечно, с обоих берут
деньги» 1.
47
Стряпчий
(худ. Л.И. Соломаткин, 1867)
Типы дореформенных ходатаев и стряпчих картинно
увековечены в русской литературе, правдивость кото-
Типы чиновников
(худ. В. Маковский, 1860-е — 1870-е)
рых подтверждается серьезными исследователями. Та-
ковы Провалов из «Ябеды»
В.В. Капниста, Могильцев из «Пошехонской старины»
М.Е. Салтыкова-Щедрина, Сысой Псоич Рисположенский из пьесы А.Н. Островского «Свои люди — сочтемся», Шабашкин из повести А.С. Пушкина «Дубровский» и особенно неподражаемый
«юрисконсульт» из 2-го тома гоголевских «Мертвых душ», который «всех опутал решительно, прежде чем кто успел осмотреться. <...> Произошла такая бестолковщина: донос сел верхом на
доносе, и пошли открываться такие дела, которых и солнце не
видывало, и даже такие, которых и не было»2.
Многократные жалобы и критика деятельности государст-
венного аппарата, судебных учреждений, профессиональный и
1
Лохвицкий А.В. О наших ходатаях по делам... // Русское слово. 1860. ¹ 2.
Ñ. 44—45.
2
Гоголь Н.В. Ïîëí. ñîáð. ñî÷. Ì., 1951. Ò. 7. Ñ. 117—118.
48
моральный уровень чиновничества подвели Николая I к одобрению и созданию
в 1835 г. нового, ставшего вскоре одним
из лучших учебных заведений страны
Училища правоведения. Создание этого
училища связано также с именем крупнейшего сановника, племянника императора Александра I, представителя династии, известной в России своей государственной и научной деятельностью,
принца П.Г. Ольденбургского (1812—1880).
П.Г. Ольденбургский
Им была пожертвована большая сумма
денег на создание Училища. Он же со-
вместно с М.М. Сперанским разработал его устав.
Воспитаннику училища (в
просторечии «правоведу») пошили желто-зеленый мундир и треугольную шляпу,
зимой — пыжиковую шапку
(отчего получили прозвище
«чижиков-пыжиков»).
Среди выпускников училища
были: К.П. Победоносцев,
Здание училища правоведения
на набережной реки Фонтанки,
д. 6 (фото XIX в.)
композитор А.Н. Серов, критик В.В. Стасов, П.И. Чайковский, писатель И.С. Аксаков,
четвертый чемпион мира по
шахматам А.А. Ал¸хин и др.
Правительствующему сенату и Министерству юстиции предписывалось направлять в училище все нормативные акты, издаваемые
ими, а также некоторые «решенные дела» и все связанные с ними материалы. Эти
дела в качестве учебных за-
Зал училища правоведения
с группами учителей и воспитанников
(худ. С.К. Зарянко, 1840)
Глава 2
Становление и развитие нравственно-правовых идей в России
49
даний разбирались на практических занятиях, поскольку учащимся было необходимо осмыслить их будущую деятельность,
уловив, по образному выражению А.Ф. Кони, «руководящую
нить среди извилин и узких путей тайны, канцеляризма и
формальных доказательств»1. С этой точки зрения преподавание
практики уголовного судопроизводства, предпринятое с целью
воздействовать на молодое поколение юристов, принесло глубокую пользу. Лаконичное слово закона, допускавшее черствое и
одностороннее применение, было освещено живым и проницательным толкованием.
Преподаватели Училища правоведения составляли цвет и
гордость российской юридической науки: И.Е. Андреевский,
А.Ф. Кони, известный криминалист Н.С. Таганцев, юрист, критик и публицист К.К. Арсеньев, Н.И. Стояновский.
Выпускники Училища правоведения сыграли важную роль в
подготовке Крестьянской реформы 1861 г. и особенно правовой
реформы 1864 г., успех которой был бы невозможен без участия в
2
ней выпускников Училища правоведения
. Среди них были многие министры юстиции, внутренних дел, а также другие государственные деятели и ученые России, такие как министр юстиции
Д.Н. Набоков (дед писателя В.В. Набокова), Н.А. Манасеин,
И.Л. Горемыкин, А.Г. Булыгин, К.П. Победоносцев, М.И. Зарудный,
Л.И. Мечников.
Несколько выпускников Училища правоведения поступили
на службу в Санкт-Петербургскую полицию по предложению
вновь назначенного столичного обер-полицмейстера графа
П.А. Шувалова. Это рассматривалось как одно из средств улучшения деятельности столичной полиции, вызывавшей нарекания со стороны населения, крупных сановников из-за низкого
уровня подготовки, образования и моральной нечистоплотности
ее сотрудников.
Училище правоведения стало alma mater и для многих выдающихся российских адвокатов, таких как Д.В. Стасов, К.К. Арсеньев,
В.И. Танеев и др.
1
Êîíè À.Ô. Отцы и дети Судебной реформы: К пятидесятилетию Судебных Ус-
тавов. М.: Статут: РАП, 2003. С 121.
2
Журнал Министерства юстиции. 1913. ¹ 1. С. 89.
50
Глава 2
Эпоха Александра II Планы Сперанского и Балугьянского нало-
жили отпечаток не только на царствование Николая I, но и
на первые годы правления императора Александра II (1818—
1881). И хотя среди исследователей преобладает мнение, что
роль Александра II в подготовке судебной реформы невелика,
однако он наложил на нее отпечаток своей личности1.
Александр II получил
весьма неплохую правовую
подготовку. Его отец, сознавая недостатки собственного
образования, постарался окружить наследника престола
выдающимися преподавателями. Наставником Александра
Николаевича стал поэт
В.А. Жуковский, от которого
будущий император воспринял понимание роли монарха
в обществе как гаранта свободы, справедливости и порядка. Причем все эти три
понятия в трактовке Жуковского были тесно взаимосвязаны. С октября 1835 по апрель 1837 г. наследник прослушал курс лекций по раз-
Судебные уставы (титульный лист)
личным отраслям права. Занятия по гражданскому праву
вел барон В.Е. Врангель, остальные юридические дисциплины преподавал М.М. Сперанский, оказавший большое влияние на формирование правовых воззрений будущего царя.
Общие морально-политические принципы, в духе которых
Жуковский воспитывал наследника, в результате лекций
Сперанского получили конкретное, материальное наполнение. Впервые от Сперанского наследник узнал об адвокатуре, суде присяжных, состязательном процессе и т.д., то есть
1
Kaiser F.B. Die russische Justizreform von 1864: Zur Geschichte der russischen Justiz
von Katharina II. bis 1917. Leiden: Brill, 1972. XV, 552 S. (Studien zur Geschichte
Osteuropas; 14). Bibliogr. S. 511.
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]