Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Югославско-советские военные противоречия (1947–1957) искушения союзничества
.pdf
внимания удостоился его визит в Индию и Бирму в феврале и марте
1957 г., призванный укрепить советское влияние в регионе. Из официальных источников можно было только сделать вывод, что приняли маршала весьма сердечно, но суть визита оставалась не до конца
ясна42. Для Югославии, ярой сторонницы политики невмешательства, имела решающее значение деятельность Жукова именно в тех
краях. Полковник Мамула узнал от своего индийского коллеги, что
индийская сторона вовсе не довольна визитом Жукова и его поведением, так как тот, в нарушение протокола, избегал обязательных
визитов, критиковал закупку Индией авианосцев, предназначенных
для наступательных военных действий, равно как и приобретение
британских самолетов. В ходе визита не упоминалась возможность
покупки Индией советских реактивных самолетов, что косвенно свидетельствовало об охлаждении отношений и о том, что проводившиеся ранее переговоры по данному вопросу ничем не завершились43.
Провал индийско-советских переговоров и ухудшение отношений
между странами, безусловно, играли на руку Югославии, стремящейся навязать себя Индии и Бирме в качестве ключевого европейского
союзника.
По мере приближения визита Гошняка советские генералы подчеркивали, что приложат все усилия к его организации44. Они старательно консультировались с югославским военным атташе относительно деталей визита45. После долгих обсуждений решили,
что югославскую делегацию будут встречать в аэропорту Внуково
из соображений безопасности46. Несмотря на благие намерения
и тщательную организацию визита, Советы косвенно оказали политическое давление на Югославию, обнародовав американское заявление об оказании военной помощи Югославии без югославского
ответа. Югославские дипломаты считали подобный шаг во многом
направленным на дискредитацию югославской внешней политики
в глазах советской общественности47. Поэтому 22 мая послу СССР
42
Roberts G. Stalin’s General: The Life of Georgy Zhukov. New York, 2012. P. 274–
275.
43
ВА. ГШ-10. К. 376. Ф. 1, строго поверљиво. Бр. 41 (телеграмма полковника Ма-
мулы в Генштаб ЮНА, 11 мая 1957 г.).
44
Там же. Бр. 42 (телеграмма полковника Мамулы в Генштаб ЮНА, 14 мая
1957 г.).
45
Там же. Бр. 43 (телеграмма полковника Мамулы в Генштаб ЮНА, 20 мая
1957 г.).
46
Там же. Бр. 45 (телеграмма полковника Мамулы в Генштаб ЮНА, 23 мая
1957 г.).
47
Там же. Бр. 44 (телеграмма полковника Мамулы в Генштаб ЮНА, 23 мая
1957 г.).
171
в Белграде Фирюбину был направлен официальный протест48.
Запланированный визит Гошняка вызвал большой интерес у дипломатического корпуса в Москве. Турецкий военный атташе поинтересовался, имеет ли речь Иосипа Броза Тито в Маврово отношение
к визиту Гошняка и станут ли Советы демонстрировать ему ядерное
оружие, что полковник Мамула резко отрицал49.
После долгих приготовлений и задержек, вызванных межгосударственными и межпартийными конфликтами, генерал Гошняк
прибыл в Советский Союз 8 июня. У югославской стороны сложилось впечатление, что Советы решили использовать свое военное
руководство для улучшения отношений с Югославией, оставив министерства иностранных дел обеих стран в стороне и передав инициативу их армиям50. Югославы не испытывали никаких сомнений
по поводу возобновления военных связей, в сущности, прервавшихся в 1948 г. Речь шла о шаге, который выходил за рамки рутинных
контактов двух министерств обороны. Сам прием, оказанный югославской военной делегации, был более чем радушным. Обращали
на себя внимание присутствие на встрече многочисленных генералов
и полковников, а также церемония, превосходящая уровень визита
иностранного министра51.
Та же торжественная атмосфера сохранялась и во время торжественного ужина 9 июня. Маршал Жуков отметил в своем тосте, что
советскому народу генерал Гошняк известен по событиям войны
в Испании и национально-освободительной борьбы, подчеркнув совместную борьбу в минувшей войне и необходимость дружбы и сотрудничества между социалистическими странами52. Он готов, заявил маршал и Гошняку, и послу Мичуновичу, показать югославской
военной делегации все, что они захотят, независимо от утвержденной
программы. Гошняк ответил, что его больше интересует защита от
ядерного оружия, чем само оружие. Жуков сдержанно промолчал53.
И в этом случае его поведение с югославами оказалось чрезвычайно
дружелюбным и корректным.
48
АJ. 837. I-5-b/99-5 (запись беседы заместителя государственного секретаря До-
бривое Видича с советским послом Фирюбиным, 22 мая 1957 г.).
49
ВА. ГШ-10. К. 376. Ф. 1, строго поверљиво. Бр. 48 (телеграмма полковника Ма-
мулы в Генштаб ЮНА, 5 июня 1957 г.).
50
Mićunović V. Moskovske godine. S. 295.
51
ДАСМИП. ПА. 1957. Ф. 96. СССР. 412921 (телеграмма Велько Мичуновича
в ГСИД, 8 июня 1957 г.).
52
ВА. ГШ-10. К. 376. Ф. 1, строго поверљиво. Бр. 49 (телеграмма полковника Ма-
мулы в Генштаб ЮНА, 10 июня 1957 г.).
53
Там же.
172
Необычно для первой встречи и совершенно поразительно для
югославов прозвучало высказанное за обедом предложение советской стороны, чтобы члены югославской делегации вернулись домой
советским реактивным самолетом Ту-104 вместо своего несолидного
двухмоторного самолета «Дакота». Генерал Гошняк поблагодарил за
предложение и отказался. Очевидно, советская сторона хотела показать югославам, с каким вниманием она к ним относится, а также
как можно скорее продемонстрировать им и Западу гордость своего
авиастроения54.
По просьбе советской стороны югославская делегация прибыла
на обед заранее, чтобы использовать это время для фотографирования и подготовки специального коммюнике ТАСС. Югославским
дипломатам это показалось желанием как можно скорее начать
пропаганду55. Программа дня также предусматривала двусторонние переговоры с маршалом Жуковым, но произошли внезапные
изменения, так что члены югославской делегации в сопровождении
маршала Малиновского посетили Военную академию им. Фрунзе.
Малиновский выказал югославам предупредительное и весьма
дружелюбное отношение, рассказав об опыте минувшей войны
и поделившись своими представлениями о конфликтах будущего.
Ему особенно понравилось замечание Гошняка, что в случае достижения договоренности и улучшения отношений можно будет
возобновить программу подготовки югославских офицеров в этом
престижном военном учебном заведении. Малиновский одобрил
предложение56. Комментарий Гошняка явственно свидетельствовал о заинтересованности югославов в укреплении существующих
военных связей.
При всей дружеской атмосфере и предупредительности советских
хозяев, о развитии двустороннего военного сотрудничества не велось
никаких конкретных разговоров. Югославская сторона ожидала, что
непосредственное обсуждение начнется после возвращения Хрущева
и Булганина57. В тот же день югославской военной делегации были
продемонстрированы новейшие военные бомбардировщики, а для
генерала Гошняка, по случаю его дня рождения, в отсутствие маршала Жукова, уехавшего в Минск, подготовлена развлекательная
программа, что стало еще одним свидетельством заинтересованно-
54
Mićunović V. Moskovske godine. S. 296.
55
Ibid.
56
ВА. ГШ-10. К. 376. Ф. 1, строго поверљиво. Бр. 49 (телеграмма полковника Ма-
мулы в Генштаб ЮНА, 10 июня 1957 г.).
57
ДАСМИП. ПА. 1957. Ф. 96. СССР. 413310 (телеграмма Велько Мичуновича
в ГСИД, 14 июня 1957 г.).
173
сти Советского Союза в успехе визита58. В ходе дальнейшего визита Советы выказали еще большую заинтересованность. В Академии
Генерального штаба им. Ворошилова югославская делегация присутствовала на занятиях по дисциплине «Контрнаступление» с массовым применением ядерного оружия. В Артиллерийской академии
ей показали новейшие радары и артиллерийские орудия. Советские
генералы не скрывали, что параллельно с визитом югославской делегации проводятся учения Одесского военного округа при участии
румынских и болгарских вооруженных сил59.
Советы также хотели показать югославам полевые учения подразделений. С этой целью 15 июня для них было организовано посещение летнего лагеря Алабино, в ходе которого продемонстрированы
учения усиленного моторизованного батальона с имитацией боевого
применения ядерного оружия, при участии авиации, танков и самоходных орудий. Советская сторона особо подчеркнула, что впервые
иностранная делегация посетила учения такого рода60. На следующий день, 16 июня, отрабатывалось нападение усиленного танкового
батальона на вторую линию обороны противника с использованием
ядерного оружия при поддержке авиации. Советские офицеры, по
мнению югославов, корректно отвечали на все их вопросы, а маршал
Москаленко поднял тост, в котором отметил значимость морального
фактора в деле обороны, еще раз подчеркнув, что обычно на такие
учения не приглашают иностранцев61.
Посол Югославии в Москве Велько Мичунович 15 июня устроил
ужин в честь маршала Жукова и его соратников по случаю визита
югославской военной делегации. Помимо Жукова, на ужине присутствовали маршалы Рокоссовский, Судец, Бирюзов, Малиновский,
Баграмян, Москаленко, Ротмистров, а также генералы Соколов
и Антонов. На ужине в целом царила приятная атмосфера. После
протокольных речей Мичуновича и Жукова, подготовленных в письменном виде, что довольно необычно для приемов подобного рода, но
свидетельствовало о той важности, которую обе стороны придавали
этому событию, маршал Жуков неожиданно поднял вопрос о военной
помощи Югославии со стороны Запада, подчеркнув наносимый ею
58
ВА. ГШ-10. К. 376. Ф. 1, строго поверљиво. Бр. 50 (телеграмма полковника Ма-
мулы в Генштаб ЮНА, 10 июня 1957 г.).
59
Там же. Бр. 51 (телеграмма полковника Мамулы в Генштаб ЮНА, 13 июня
1957 г.).
60
Там же. Бр. 53 (телеграмма полковника Мамулы в Генштаб ЮНА, 16 июня
1957 г.).
61
Там же. Бр. 54 (телеграмма полковника Мамулы в Генштаб ЮНА, 16 июня
1957 г.).
174
военный и политический ущерб. Он открыто заявил, что у Югославии
нет оснований продолжать получать западную военную помощь, так
как опасность с востока ей не угрожает и Советы никогда не расценивали Югославию как потенциального противника. Он также сказал,
что военная миссия США62 в Югославии действует в ущерб югославским интересам, нарушает югославский суверенитет в части права на
инспектирование подразделений югославских вооруженных сил, что
как таковая она представляет собой разведывательный центр, работающий против Советского Союза, в результате чего СССР не может
предоставить югославам современную военную технику, в частности
самолет МиГ-17, так как это сделает ее доступной для американцев.
По его словам, военная помощь со стороны США была рассчитана
не на укрепление, а на ослабление югославских вооруженных сил,
поскольку американцы поставляли югославам устаревшую технику,
такую, как самолет Ф-86, уже снятый с вооружения в США и способный служить только для обучения. Он также отметил наличие
проблем с запчастями и полную военную зависимость Югославии
от США. Говоря о международном положении Югославии, Жуков
упомянул Балканский пакт63, по сути представляющий собой связь
62
Американская сторона обычно практиковала отправку особых групп консультирования по вопросам военной помощи (MilitaryAdvisory Assistance Groups – AMAAG)
в страны, которым США оказывали военную помощь. Эти американские военные
представители подчинялись напрямую Пентагону. Группа в основном занималась информационной поддержкой и консультированием, но ее присутствие неизбежно приводило к контролю над принимающей стороной, ставя ее в подчиненное положение.
Югославам не нравилось подобное решение, поэтому в ходе переговоров 1951 г. им
удалось отстоять особый статус этого органа, переподчинив его дипломатическому
представителю в Югославии, что привело к изменению в стиле работы группы. Таким
образом, стал невозможен непосредственный контроль группы консультирования над
вооруженными силами Югославии и использованием поставляемого оружия и военной техники. Само название группы тоже отличалось от обычного, она называлась «аппаратом американской военной помощи» (American Military Assistance Staff – AMAS):
само наименование подразумевало, что в данном случае речь идет не о военной миссии,
а о дипломатических служащих. Настоять на подобном решении Югославию заставил
негативный опыт работы с советскими военными консультантами и инструкторами,
а также желание сохранить независимое положение. Было решено, что группа будет
состоять из 15 офицеров и такого же числа гражданских лиц. Тем самым американская
сторона пошла навстречу югославам, которые добивались как можно меньшей численности группы. В состав AMAS входили штаб, общий отдел, а также отделы сухопутных войск, военно-морского флота и военно-воздушных войск. По югославским данным, до окончания программы американской военной помощи через AMAS прошло
162 чел.: 4 генерала, 66 офицеров, 84 младших офицера и 8 гражданских лиц. Возглавлял его до 1953 г. генерал Джон Хармони.
63
После конфликта с СССР и его восточноевропейскими союзниками в
1948 г. Югославия оказалась во внешнеполитической блокаде, так как ее отношения
с Западом в силу нерешенного вопроса о Триесте, идеологических разногласий, вмешательства Югославии в гражданскую войну в Греции и прежнего прочного союза
175
с СССР были очень плохими. Столкнувшись с угрозой вооруженной интервенции со
стороны Советского Союза и его союзников, а также с тяжелой экономической ситуацией, государственное руководство Югославии с середины 1950-х гг. пыталось сблизиться с Западом. Выход Югославии из восточного блока имел важное значение для
западного мира. Во времена эскалации «холодной войны» и в разгар войны в Корее
Югославия благодаря своему географическому положению и политическому значению играла важную роль для западных союзников. Оценив значение Югославии в возможном вооруженном конфликте между странами НАТО и Советским Союзом, страны Запада с середины 1951 г. начали направлять в Югославию экономическую и военную помощь. Поставка большого количества современного вооружения и военной техники, в которых югославская армия испытывала большую потребность, подразумевала
включение Югославии в западные планы обороны. В ходе ряда двусторонних встреч
югославские и западные военные представители определили основные постулаты совместных военных планов. Западные союзники постарались синхронизировать военные планы Югославии с военными приготовлениями Турции и Греции, которые являлись полноправными членами НАТО с 1952 г. Возможность создания объединенного
фронта армий трех государств в ходе вероятного конфликта имела особое значение
для стабильности южного крыла НАТО и контроля над Средиземноморьем. Тем не
менее на пути создания этого союза пришлось столкнуться с рядом препятствий. Югославия и Греция конфликтовали из-за помощи, которую Югославия оказывала коммунистическим группировкам во время гражданской войны в Греции, а между Турцией
и Грецией на протяжении нескольких десятилетий имелись разногласия по вопросу
островов Эгейского моря и гонений на греческое меньшинство в Турции. Под влиянием западных союзников в 1950 г. началась нормализация взаимоотношений между
странами. После того как Греция и Турция стали полноправными членами НАТО,
встал вопрос о военной связи Югославии с этими государствами. С середины 1952 г.
велись интенсивные переговоры о возможных моделях альянса Югославии, Греции
и Турции. Так как для присоединения Югославии к НАТО существовали политические препятствия, но при этом геостратегическое значение страны обязывало связать
ее с членами альянса, выход нашли в интеграции на региональном уровне. В результате долгих месяцев переговоров 28 февраля 1953 г. в Анкаре был подписан договор
о дружбе и сотрудничестве между Федеративной Народной Республикой Югославия,
Королевством Греция и Республикой Турция. Это рамочное соглашение закладывало
основу для дальнейших договоренностей. Его подписали министры иностранных дел,
а затем ратифицировали парламенты стран-членов. Так возник фундамент для сотрудничества между балканскими странами, а Югославию и НАТО связала особая форма
договоренности. Политическое соглашение не затрагивало военных отношений между
странами. Переговоры по определению характера военного союза продлились до лета
1954 г. В тот период состоялись взаимные визиты военных делегаций. Переговоры
в первую очередь касались утверждения основных положений совместного военного
плана на случай нападения Советского Союза и его союзников на одну, две или все три
страны, организации системы постоянных контактов и способов обмена разведданными. Военные и политические переговоры окончились подписанием договора о союзе,
политическом сотрудничестве и взаимопомощи между Федеративной Народной Республикой Югославия, Королевством Греция и Республикой Турция 9 августа 1954 г.
на острове Блед, что завершило процесс создания Балканского пакта. Однако к этому
времени сам союз больше не имел того политического и стратегического значения, которое предполагалось на момент начала его создания. Смерть И. В. Сталина 5 марта
1953 г., крутые политические перемены в Советском Союзе, ликвидация непосредственной военной угрозы Югославии, начало нормализации отношений с СССР и его
союзниками сделали Балканский пакт в сложившемся тогда виде внешнеполитическим балластом для Югославии. Дальнейшее сближение Югославии с Советским Со-
176
страны с НАТО, и подчеркнул, что позиция Югославии не является
антиблоковской ни в политическом, ни в экономическом смысле, так
как Югославия фактически связана с западным блоком. При этом,
указал маршал, СССР не принуждает Югославию присоединиться
к восточному блоку, речь идет о коммунистической солидарности и о
том, что Югославия должна отказаться от западной военной помощи
и выйти из Балканского пакта. По сути, Жуков повторил точку зрения, выраженную советским Политбюро по вопросу военной помощи
Югославии со стороны Запада и присутствия военной миссии США
в Белграде на заседании 8 декабря 1956 г.
64
Конфликт 1948 г. в речи маршала не упоминался, как и то, что
Югославия была вынуждена принять военную помощь Запада и присоединиться к Балканскому пакту. Генерал Гошняк сдержанно ответил на замечания Жукова, упомянув 1948 г. и подчеркнув, что
Югославия больше не нуждается в военной помощи Запада, речь
идет только о договоренности с правительством США об отказе от
нее, а также что югославское правительство желает купить необходимую технику, но возможности до сих пор не представилось. Несмотря
на разногласия, разговор завершился в дружественной обстановке65.
Затронув больную для югославской стороны тему, собеседники прояснили положение дел в ее вооруженных силах и желание
Белграда изящно освободиться от западной военной помощи. Тогда
же было предложено продлить визит югославской военной делегации на два дня и завершить его 26 июня вместо 24-го, чтобы ее члены
могли присутствовать на праздновании 250-летия Ленинграда66.
19 июня посол Мичунович устроил прием для советских представителей и дипломатического корпуса, большинство членов которого откликнулись на приглашение, особенно представители запад-
юзом и все большее ее тяготение к новому внешнеполитическому курсу, основанному
на сотрудничестве со странами «третьего мира», в первую очередь Индией и Египтом,
лишили пакт всякой функциональности. Острое противостояние Греции и Турции по
вопросу статуса острова Кипр, а также различия во взглядах правительств стран пакта
на суть ближневосточного конфликта и характер отношений с двумя сверхдержавами
и их военно-политическими блоками, полностью дискредитировали Балканский пакт
как способ военной и политической интеграции на Балканах. Официально он никогда
не расторгался, но уже в 1956 г. потерял прежнее значение для глобальных и региональных международных отношений. Несколько попыток возрождения Балканского
пакта, предпринятых в последующие годы, не принесли желаемых результатов из-за
различий во внешнеполитических взглядах стран-членов пакта и ряда нерешенных вопросов в их взаимоотношениях.
64
Протокол 63, заседание 8 декабря 1956 г. // Президиум ЦК КПСС, 1954–1964:
В 3 т. / гл. ред. А. А. Фурсенко. М., 2004–2007. Т. 1. С. 213.
65
Mićunović V. Moskovske godine. S. 299–300.
66
Ibid. S. 301.
177
ных стран. С советской стороны присутствовали Хрущев, Булганин,
Громыко, Микоян, маршалы Жуков, Рокоссовский, Баграмян, Конев,
Соколовский, Еременко, Буденный, Москаленко, Ротмистров, Судец,
Малиновский и многочисленные генералы. Советские представители, за исключением Булганина, были более чем радушны. Это мероприятие Советы тоже использовали для оказания давления по вопросам военной помощи Запада и военной миссии США в Белграде.
Маршал Малиновский сказал генералу Велько Ковачевичу, что
СССР не станет поставлять Югославии современную военную технику, пока в стране присутствует военная миссия США. Он упомянул об этом в контексте разговора о танке Т-54, отдельными частями
которого особенно интересовались югославы.
Советские генералы категорически стояли на своем, зная о скором
прекращении программы западной военной помощи Югославии и об
отъезде военной миссии США67. Очевидно, они хотели ускорить процесс и создать в глазах мировой общественности впечатление, будто эти события произошли в результате их нажима, что вызвало бы
трудности в отношениях Югославии с западными странами, в частности, препятствуя подписанию югославско-американского соглашения о прекращении программы военной помощи. Югославия настаивала, что прекращение программы должно произойти по взаимному
согласию, а не в одностороннем порядке, к чему их настойчиво подталкивала советская сторона. Косвенно отказ от программы помощи
в одностороннем порядке означал бы обращение к советской системе
военной помощи, что было абсолютно нежелательно.
В то время как в Москве велись переговоры о возобновлении военно-технического сотрудничества, а Советы пытались заставить
югославскую сторону отказаться от программы западной военной
помощи, югославско-британские переговоры о приобретении самолетов зашли в тупик из-за того, что британцы запрашивали слишком
высокую цену – 71 тыс. долларов за один самолет фирмы Фолленд
«Нэт». Югославская сторона сумела договориться о продолжении
переговоров, надеясь на более выгодные условия покупки и более надежные гарантии производителя68.
Желание генерала Гошняка увидеть защиту от ядерного оружия
советская сторона удовлетворила 20 июня, когда ему показали фильм
об атомной и водородной бомбах и мерах защиты от их воздействия69.
67
Mićunović V. Moskovske godine. S. 303.
68
ВА. ГШ-10. К. 376. Ф. 1, строго поверљиво. Бр. 1034 (телеграмма генерала Кре-
ачича генералу Гошняку, 19 июня 1957 г.).
69
Там же. Бр. 56 (телеграмма полковника Мамулы в Генштаб ЮНА, 20 июня
1957 г.).
178
За день до того югославы посетили крейсер «Жданов» в Ленинграде
и военно-морские учения. Тогда же хозяева прислушались к жалобам
на негативное отношение прессы к деятельности делегации, исправив ситуацию в первых же коммюнике70. Учения воздушно-десантных сил были назначены на 25 июня71.
24 июня югославскую военную делегацию принял маршал Жуков.
Гошняк предложил Жукову нанести ответный визит, маршал охотно откликнулся на приглашение, отметив, что сможет провести
в Югославии до восьми дней, и выразив пожелание совместить свою
поездку с прибытием в Югославию Хрущева. У югославов сложилось впечатление, что Жуков и Хрущев договорились об этом заранее72. Хотя югославская сторона ожидала более конкретных переговоров, они не состоялись и на этот раз. В уже привычной теплой
атмосфере советская сторона выразила стремление наладить взаимоотношения между странами. По свидетельству Гошняка, Булганин
и Микоян передали сердечные приветы Иосипу Брозу Тито, Эдварду
Карделю, Александру Ранковичу, Светозару Вукмановичу-Темпо
и Коче Поповичу. Атмосфера была торжественной, но отличалась
сдержанностью73.
На следующий день, 25 июня, Хрущев и Булганин приняли югославского посла и членов военной делегации. Официальных переговоров на этом приеме не проводилось. Советский посол в Белграде
Фирюбин74 неофициально сообщил своему коллеге Мичуновичу, что
Советы удовлетворят требования Югославии по военным поставкам75. Югославская военная делегация отбыла на родину 26 июня76.
Визит был оценен как весьма успешный. В некотором смысле маршал Жуков взял на себя дипломатические функции, оказывая югославской стороне особое уважение. После посещения югославской де-
70
Там же. Бр. 55 (телеграмма полковника Мамулы в Генштаб ЮНА, 20 июня
1957 г.).
71
Там же. Бр. 57 (телеграмма полковника Мамулы в Генштаб ЮНА, 24 июня
1957 г.).
72
Mićunović V. Moskovske godine. S. 304.
73
ДАСМИП. ПА. 1957. Ф. 96. СССР. 414374 (телеграмма Велько Мичуновича
в ГСИД, 26 июня 1957 г.).
74
Николай Павлович Фирюбин (1908–1983) до 1953 г. занимал ряд руководящих
партийных должностей. С 1953 по 1954 г. был советником советского посольства в Чехословакии, затем с 1954 по 1955 г. – советским послом в Праге, с 1955 по 1957 г. –
в Белграде. С 1957 г. до смерти в 1983 г. являлся заместителем министра иностранных
дел СССР.
75
Mićunović V. Moskovske godine. S. 304.
76
ВА. ГШ-10. К. 376. Ф. 1, строго поверљиво. Бр. 57 (телеграмма полковника Мамулы в Генштаб ЮНА, 24 июня 1957 г.).
179
легации в Советском Союзе произошли события, носившие характер
внутрипартийных столкновений. На июньском пленуме ЦК КПСС
сняли с руководящих постов Молотова, Кагановича и Маленкова,
при этом Хрущев получил значительную поддержку со стороны военного руководства и самого маршала Жукова, что в конечном итоге
оказало положительное влияние в том числе и на развитие югославско-советских отношений77.
Поездка генерала Гошняка привлекла значительное внимание
американской общественности. По возвращении Гошняка из Москвы
в прессе было опубликовано несколько комментариев, а югославским
дипломатам удалось узнать по своим каналам, что в США внимательно следили за визитом югославского министра обороны в Советский
Союз и расценили его как шаг, предпринятый Югославией в попытке
укрепить свои международные позиции по отношении как к Востоку,
так и к Западу78.
Таким образом, визит Гошняка в Советский Союз пользовался
большим вниманием и на Западе, и в СССР. Однако, несмотря на
помпезность, обилие хвалебных речей и радушное гостеприимство
принимающей стороны, он не принес ожидаемых результатов. В результате визита не было достигнуто ни одной конкретной договоренности, странам не удалось перейти на новый уровень двустороннего
военного сотрудничества. Советская сторона неоднократно указала
югославской, что укрепление военного сотрудничества зависит от
позиции Югославии по вопросу военной помощи с Запада. СССР
недвусмысленно дал понять, что система военного сотрудничества
между двумя странами может быть развернута исключительно в случае прекращения получения западной военной помощи и отъезда военной миссии США из Белграда.
Робкое усиление военного сотрудничества
Далее югославско-советские отношения последовательно развивались в рамках существующих ограничений. Делегация военно-морского флота Югославии получила официальное приглашение принять участие в праздновании Дня военно-морского флота
СССР. Принципиальное согласие югославская сторона дала сразу
77
Подробнее об июньском пленуме ЦК КПСС см.: Молотов, Маленков, Каганович. 1957: Стенограмма июньского пленума ЦК КПСС и другие документы / сост.
Н. Ковалева, А. Коротков, С. Мельчин, Ю. Сигачев, А. Степанов. М., 1998.
78
ДАСМИП. ПА. 1957. Ф. 96. СССР. 414442 (телеграмма Лео Матеса в ГСИД,
26 июня 1957 г.).
180
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]