Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Эффекты коронакризиса и новых экономических санкций в цифровой экономике высшее образование и рынок труда. Монография
.pdf
рынки, поскольку внешнее силовое воздействие угнетает эти рынки. В данной
связи не является исключением и рынок труда. Напротив, специфика данного
1
рынка
наглядно иллюстрирует тот факт, что рынок труда подвержен влиянию
неценовых факторов более чем другие рынки [56].
Анализ общих тенденций развития рынка труда в новых
экономических реалиях
Новые экономические условия вызвали резкие изменения на национальных
рынках труда. Причем, эти изменения затронули все его структурные элементы,
начиная с количества и качества рабочих мест, их структуры и распределения по
секторам экономики, и заканчивая особенностями выстраивания отношений
между работодателями и работниками. Ключевыми трендами на рынке труда,
влияющими на масштабы и структуру занятости в период пандемии и после нее,
явились три фактора: 1) развитие дистанционной занятости; 2) рост
самозанятости; 3) спрос экономики на рабочую силу в период выхода из рецессии
и восстановления экономики [258]. Подтверждением этому явились изменения
рынка труда вследствие объявленных правительствами стран частичных или
2
полных локдаунов
как инструментов борьбы с Covid-19. Это привело к
изменению таких атрибутов рынка труда, как: соотношение занятости и
безработицы, структура рабочих мест, заработная плата, и т.п. Немаловажно и то,
что в период коронакризиса, по данным Международной организации труда
(МОТ), в связи с угрозой сокращений и увольнений вследствие закрытия
предприятий, произошла актуализация роли профсоюзов и коллективных
соглашений [377].
Также в результате пандемии Covid-19 произошло беспрецедентное
сокращение рабочего времени. По данным МОТ только во II кв. 2020 оно
сократилось на 14 %. Дело в том, что во время пандемии правительства ряда
1
Специфика рынка труда проявляется во многих факторах, в том числе: особенности продукта, асимметрия,
активное вмешательство государства, и т.п.
2
Локдаун (англ. lockdown, блокировка) – это режим ограничения в свободе передвижения физических и
юридических лиц, вводимый государством во время чрезвычайных ситуаций: эпидемий, стихийных бедствий,
войн, массовых беспорядков, и т.п.
191
стран вводили нерабочие дни, взяв на себя расходы по оплате вынужденных
простоев. Некоторые предприятия, особенно предприятия малого бизнеса, не
имеющие «подушку» финансовой безопасности и не получившие доступ к
бюджетным деньгам, закрылись. Другие попытались удержаться на плаву,
отправив работников в бессрочные отпуска, сократив рабочий день и рабочую
неделю. Также использовался инструмент «замораживания» приема на вновь
открывшиеся вакансии, в связи с увольнение работника или уходом по
естественным причинам [89; 377].
Предприятия малого и микро-бизнеса, а также неформальные предприятия
оказались в худшем положении во время пандемии, чем крупные предприятия,
так как они не смогли получить доступ к официальной кредитной линии [89; 377].
В сложной ситуации оказались и самозанятые. Причем численность
самозанятых в мире начала расти еще в 2016 году, и к моменту наступления
пандемии была существенна. Зачастую это происходило потому, что в странах
Западной Европы существовала традиция – по достижению предпенсионного
возраста уходить из крупных компаний и создавать собственный небольшой
бизнес. Таким образом, численность самозанятых постоянно пополнялась.
Соответственно, в 2019 году каждый седьмой (т. е. 15 % всех занятых) в развитых
странах был самозанятым. В Греции их доля составляет 34 % от рабочей силы, в
Италии – 23 %, в Испании – 16 %, в Великобритании – 15 %, в США – 6 % [168].
Пандемия и введенные вслед за ней локдауны, по-разному сказалась на
экономическое развитие стран и их положение на рынке труда. В период
пандемии сильно пострадали такие сектора экономики, как туризм, авиационные
перевозки, сфера гостеприимства (гостиницы, хостелы, экскурсии), сфера
бытовых услуг (парикмахерские, спа-салоны, фитнес-центры), сфера культуры и
развлечений (театры, кинотеатры, музеи, выставки и пр.) [89; 377]. Например, в
России, согласно Сберданным РБК, наиболее пострадавшими сферами явился
сектор услуг: 1) торговля потребительскими товарами непродовольственного
назначения (бытовая техника и электроника; мебель и предметы интерьера;
одежда, обувь, аксессуары; ювелирные изделия; 2) услуги сектора HoReCa –
192
отели, рестораны и кафе; 3) услуги образования; 4) услуги развлечения и спорта;
94.66%
5) продажа авиабилетов; 6) услуги туристических агентств; 7) услуги салонов
красоты (рис. 44).
0.00%
-20.00%
-40.00%
-48.10%
-60.00%
-69.20%
-80.00%
-71.50%
-72.70%
-100.00%
-120.00%
-87.30%
-91.70%
-93.74%
-93.13%
-87.51%
-92.42%
-97.41%
-
Рис. 44. Изменение расходов в реальном выражении, в % к последней неделе
марта 2019 г. к той же неделе марта 2020 г.
[89]
Огромное количество трудоспособного населения, ранее занятого в этих
секторах экономики, потеряло работу. При этом государственная поддержка
охватила не все предприятия. Естественно, в программы поддержки бизнеса не
вошли те, кто работал в теневом секторе или экономил по серым схемам.
Например, в РФ, как подчеркивает профессор Н.В. Зубаревич [89], рынок труда не
управляется безработицей, а регулируется через серый сектор. Именно поэтому
происходит снижение оплаты труда при возрастании нагрузки на одного
работника. Поскольку доля серого сектора в России составляет не менее 20 %, то,
как минимум, каждая пятая семья потеряла средства к существованию в связи с
пандемией [89].
193
В период коронакризиса произошла и перереструктуризация занятости; на
рынке труда среди наиболее востребованных оказались медицинские работники,
фармацевты, аптекари, курьеры, швей, занимающиеся пошивом масок и
спецодежды для медицинских учреждений, и т.п. Увеличилась краткосрочная
занятость. Так, в апреле – мае 2020 г. на отечественном рынке труда был
зафиксирован стремительный рост вакансий курьеров, водителей-экспедиторов,
сотрудников call-центров [141].
Введенные локдауны, хоть и сдерживали распространение эпидемии, но
оказались весьма разрушительными для рынка труда. Компании, пытаясь выжить,
диверсифицировали свою деятельность, дифференцировали продукцию,
предлагали новые необычные услуги. К примеру, авиационные компании, чтобы
завлечь пассажиров стали предлагать различные развлекательные полеты с
гидами на борту. Примером может служить рейс «Москва-Москва» по Золотому
кольцу России, запущенный российской авиационной компанией «Победа» [172].
Влияние пандемии на национальный рынок труда определялось, прежде
всего, специализацией страны, уровнем дохода и решительностью принимаемых
правительством мер против эпидемии, жесткостью эпидемиологических
мероприятий. По данным МОТ в период коронакризиса в большей мере
пострадал рынок труда стран с доходом ниже среднего, где обрабатывающая
промышленность снизилась на 11,8 %, тогда как в странах с доходом выше
среднего – всего на 7,4 % [403].
Также следует обратить внимание и на то, что «главным виновником»
потери занятости и ухудшения условий на рынке труда явились не всегда
продуманные действия правительства стран в 2020 г. В частности, вводились
очень жесткие локдауны в условиях неприспособленности национальных систем
здравоохранения к работе в условиях «наплыва» в больницы зараженного
ковидом населения. Немаловажно и то, что в большинстве случаев локдауны
сопровождались денежными выплатами населению, что могли себе позволить
только богатые страны. Это привело к значительной потере занятости в развитых
194
странах: уровень безработицы по методике МОТ составил 6,8 %, а в более бедных
странах – не более 5,3 % [362].
В то же время произошел небывалый рост дистанционной занятости, а
вместе с ней увеличилась и гибкость рынка труда, хотя еще до пандемии
дистанционная занятость активно развивалась. В коронакризисный период
происходил рост онлайн обучения, электронной коммерции, оказания
дистанционных медицинских услуг и консультаций. По данным PeoplePerHour1, с
начала 2020 г. количество подписчиков сервиса выросло на 513 % в Японии, на
329 % в Испании и на 300 % в Великобритании [168]. Даже сектор образования и
сектор здравоохранения перешли на дистанционный формат оказания
услуг [56; 294].
Масштабная дистанционная занятость в период пандемии высветила как
преимущества, так и недостатки данной формы организации труда.
Исследователи отмечают, что одним из важных достоинств дистанционной
занятости является то, что она позволяет людям, проживающим в районах
высокой безработицы, найти достойную и хорошо оплачиваемую работу, не
уезжая из дома [104]. Таким образом, дистанционная занятость позволяет снизить
уровень безработицы и мобильности в конкретном населенном пункте без
дополнительных затрат. Кроме того, к достоинствам дистанционной формы
занятости можно отнести: рост гибкости и самостоятельности при принятии
решений, свободный режим работы, возможность экономии на проезде к месту
работы, путешествовать, не выходя в отпуск и т.п.
К недостаткам дистанционной занятости эксперты относят: слабую
защищенность в вопросах занятости, оплаты труда, отсутствие профсоюзной
защиты и карьерного роста. Кроме того, существенную роль играет и наличие
материальной базы. Для организации дистанционного рабочего места должен
быть, как минимум, доступ в сети Интернета. Среди наиболее существенных
недостатков дистанционной занятости исследователи отмечают побочные
1
PeoplePerHour – это одна из крупнейших в мире компаний; британская технологическая платформа для
фрилансеров
195
психологические эффекты. Дело в том, что дистанционные работники часто
жалуются, что дистанционная занятость не дает сосредоточиться на работе в
домашней обстановке и создает коммуникативные трудности, связанные с
отсутствием общения с коллегами [171]. По данным социологического
исследования, изучающего последствия дистанционной занятости, почти 50 %
респондентов, работающих дистанционно, перестали делить время на «личное» и
«рабочее»; 21 % постоянно находятся в Интернете, но профессионально
активируются только в крайнем случае; 11 % в качестве меры для поддержания
психологической устойчивости выключали свой телефон или iPad в нерабочее
время; 15 % стали меньше уделять внимания хобби и семье [162]. Кроме того,
настораживающей тенденцией становится и профессиональное выгорание
работников [123].
Однако процессы, происходящие на рынке труда, в большей мере связаны с
более долгосрочными тенденциями, чем с коронакризисом. Динамическое
развитие рынка труда, которое мы наблюдаем в последние годы, происходит,
прежде всего, под воздействием ускорения НТП. В результате перманентным
становится процесс устаревания рабочих мест в традиционных секторах
экономики и процесс создания новых рабочих мест в наукоемких секторах
(летательные аппараты, робототехника, офисное оборудование, фармацевтика,
информационно-коммуникационные технологии и т.п.). Работники, не владеющие
компетенциями в области цифровых технологий, значительно проигрывают в
оплате труда тем, кто ими владеет [56]. Действительно, оплата труда у
специалистов технических специальностей (математика, физика, инженерия,
биоинженерия, ИКТ) значительно выше, чем у «гуманитариев». Например, самая
высокая заработная плата, по состоянию на сентябрь 2018 года, была в США у
Director of Application Development (директор по разработке приложений) и
составляла $ 165,7 тыс. в год; средняя зарплата у Director of web systems (директор
веб-систем) – $ 181,3 тыс. [208].
При этом возрастает роль образования на рынке труда. Оно становится
более практико-ориентированным. Выпускник должен быстро ориентироваться в
196
постоянно изменяющихся условиях и иметь опыт информационного поиска.
Немаловажно и то, что заработная плата у лиц с высшим образованием
значительно выше, чем у не имеющих такового. Так, степень PhD и магистра в
странах с наукоемкой экономикой (Великобритании, США, Австралии, Канаде,
странах ЕС, Японии, Южной Корее и в КНР), оценивается рынком труда
значительно дороже [297], чем диплом бакалавра. При этом рейтинг или
«качество» вуза также влияет на размер оплаты труда молодого специалиста: за
рубежом выпускники более престижных вузов первого квартиля зарабатывают на
23-30 % больше тех, кто учился в вузах более низкого качества [56]. В данной
связи в целях экономии на фонде оплаты труда современные технологические
компании, такие как Apple, Microsoft, Facebook и др. переносят часть процессов в
другие страны, где затраты на рабочую силу гораздо ниже, чем в собственной.
Кроме того, они также переводят работников в статус самозанятых или
индивидуальных предпринимателей, экономя на отчислениях в различные фонды
и социальных гарантиях [56].
Меняется и половозрастная структура. Наиболее востребованными на
рынке труда становятся более молодые работники, владеющие современными
телекоммуникационными технологиями, навыками в IT сфере, легко
переучивающиеся и обладающие определенной мобильностью. В связи с чем,
происходит обострение конкуренции за рабочие места между данной категорией
работников и лиц старших возраста [187; 207]. Также ожидается и возрастание
случаев применения дискриминационных практик на рынке труда и вытеснения с
него лиц старших возрастов. К примеру, в России опрос сотрудников городской
службы занятости населения г. Москвы, показал, что работодатели часто
отказывают в трудоустройстве женщинам в возрасте 45-50 лет и мужчинам,
начиная с 50 лет [6].
Попавшие под сокращение на промышленных предприятиях работники
часто организуют собственное предприятие или переходят в сферу услуг. К
примеру, некоторые эксперты [294] обращают внимание на то, что по мере
сокращения рабочих мест в сфере материального производства, происходит
197
активное создание рабочих мест в сфере таких услуг, как доставка товаров,
онлайн-услуги от тренеров, репетиторов, консультантов и т.д.
Как мы уже отмечали ранее, параллельно с высокотехнологическим рынком
услуг (телекоммуникации, разработка программного обеспечения и
сопутствующие услуги в данной области, информационные технологии),
происходит и рост услуг с низкой добавленной стоимостью (работа в кол-центрах,
доставка продуктов питания и пр.) [376]. Часто ниши на таком рынке труда
занимает учащаяся молодежь, еще не имеющая трудовой опыт, либо мигранты
[56].
Необходимо подчеркнуть наблюдаемый в последние годы высокий темп
роста e-commerce (англ. – электронной коммерции). Онлайн торговля
затрагивает интересы значительного круга участников рынка труда. С одной
стороны, происходит высвобождение работников с предприятий традиционной
торговли, что вносит определенный гендерный дисбаланс на рынке труда,
поскольку в первую очередь под сокращения попадают женщины, часто
занимающие рабочие места продавцов и консультантов. С другой стороны,
увеличивается количество рабочих мест в сфере логистики. Стремительный рост
электронной торговли потребовал быстрого создания обширной сети складов и
систем доставки, включающих как роботов, так и людей. В связи с ростом
электронной коммерции возникает потребность в расширении складских
помещений, увеличивается спрос на кладовщиков, охранников, упаковщиков,
работников доставки, и т.п. Исследователи считают, что даже если роботы
заменят некоторых людей на каждом складе, то увеличение количества новых
складов все равно приведет к найму сотрудников на долгие годы [56; 366].
Причем, представление о том, что цифровизация, роботизация и
автоматизация приведут к резкой потере совокупной занятости, оказывается
несостоятельным. Например, в США каждое рабочее место в секторе цифровых
технологий создает еще 4,9 рабочих мест в других секторах экономики [348]. В
данной связи в более выгодном положении оказываются страны, которые в
последнее время увеличивали свои расходы на НИОКР и поддерживали
198
цифровизацию, создавая «умные» технологии, «умные» дома и «умные» города.
В странах, которые по каким-то причинам не вкладывали (или не могли
вкладывать) финансовые ресурсы в цифровизацию, лица трудоспособного
возраста оказываются невостребованными на рынке труда. Соответственно,
разумным выходом из создавшейся ситуации оказывается миграция. Важно, что в
настоящее время, ряд среднеазиатских стран (Таджикистан, Узбекистан, Киргизия
и т.п.), активно поощряют миграцию своих граждан в другие страны, чтобы
снизить нагрузку на национальном рынке труда.
Создание наукоемких экономик требует привлечения на рынок труда
высококвалифицированных кадров, обладающих особыми навыками и
компетенциями. К примеру, Л.Ю. Андреева и О.Т. Джемаев отмечают возросший
спрос на современном рынке труда на специалистов в сфере информационных
технологий [10]. Например, на «работных» сайтах возросло количество вакансий
по цифровым профессиям: личный онлайн-консультант/помощник, Интернетмаркетолог, таргетолог, Интернет-менеджер, SMM-менеджер, специалист по
контекстной рекламе, копирайтер, и др. [141]. Важно заметить, что в современных
условиях данные специалисты оказываются наиболее защищенными на рынке
труда, так как в случае потери занятости, они, обычно, без труда находят новое
место работы. Кроме того, режим их работы вполне может сочетаться с
дистанционной занятостью, а это значит, что круг их потенциальных
работодателей расширяется [56].
Что касается влияния новых экономических санкций на рынок труда, то,
оценке экспертов Института экономики РАН ожидается наиболее сильное
обострение социальных рисков, влияющих на развитие человеческого капитала.
В том числе: дальнейшее распространение теневой занятости, отток
высококвалифицированного персонала, дискредитация работников по полу и
возрасту, проблемы с трудоустройством у молодежи, латентная безработица, и
прочие негативные факторы вплоть до возрастания преступности [74].
Немаловажно и то, что росту теневой занятости может способствовать и
введенный Правительством РФ мораторий на проверки бизнеса до конца 2022
199
года. Хотя по данным Росстата, на конец марта 2022 года безработица в РФ
осталась на уровне 4,1 %, но все же, по оценке экспертов ЦМАКП, скачок
безработицы может стать ключевым риском в условиях НЭС. Особенно – для
работников массовых профессий. Для снижения этого социального риска
необходима разработка программ стимулирования сохранения занятости на
предприятиях и сокращение нагрузки на предприятия малого бизнеса в сфере
торговли и услуг [28].
Так, Правительство РФ принято меры по поддержке занятости в условиях
санкционного режима. В их числе: льготная программа кредитования
предприятий ФОТ 3:0, при которой заемщик сохраняет не менее 90 % рабочих
мест в период действия договора о кредите. Согласно этой программе, компании
малого бизнеса (общественное питание, гостиничный бизнес, культура, спорт, и
т.п.), сохранившие не менее 90 % рабочих мест, получили ссуды на покрытие
текущих расходов в размере МРТ х 12 месяцев х количество сотрудников.
Необходимо отметить, что после начала спецоперации на Украине начали
эмигрировать кадры, и прежде всего, из тех сфер, которые, во-первых,
интернационализированы (наука, образование, культура, медицина), а во-вторых,
более всего нужны государству в трудный период, и это – ИКТ-специалисты. Так,
из 1 млн. занятых в сфере цифровых технологий, уже уехало около 7 % [74.].
Иными словами, к сентябрю 2022 года сильнее всего пострадали следующие
сектора российского рынка труда: страхование – минус 61 %, госслужба и НКО –
минус 49 %, автомобильный бизнес – минус 48 %, управление персоналом –
минус 47 %, маркетинг и PR – минус 37 %, административный персонал и
банковский сектор – по 35 %; массмедиа и сфера IT потеряли свыше 30 %
вакансий [201]. Как отмечают специалисты, утрата «элитного» человеческого
капитала значительно опаснее для рынка труда, чем рост безработицы в целом по
стране [74].
Особенно сложная ситуация возникла на рынке труда в связи с объявлением
Президентом РФ Владимиром Путиным частичной мобилизации, на которую
нужно собрать всего 300 тысяч человек. Как подчеркивают эксперты, на рынке
200
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]