Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Цивилизационные вызовы современной России право, управление, культура в межнациональных отношениях. Монография
.pdf
Самым известным событием межэтнического характера в последнее время стали, конечно, события в Московском районе Бирюлево, переросшие в погромы. Размах этого события объясняется, прежде всего, тем, что почва в Бирюлево была подготовлена: во-первых, местные жители годами жаловались на
овощную базу, вокруг которой происходило немало криминальных инцидентов,
во-вторых, среди обитателей района всегда имелось существенное число людей
с ультраправыми взглядами, о чем впоследствии много писали СМИ, вспоминая известные неонацистские группировки, корнями уходящие в Бирюлево. После событий 13 октября 2013 г. тема погромов в Бирюлево стала одной из главных в СМИ, на многих ресурсах появились высказывания в поддержку действий погромщиков, пользователи социальных сетей регулярно жаловались, что
становились свидетелями проявления бытовой ксенофобии.
Такой эффект получился во многом благодаря сочетанию антимигрантских настроений, активности ультраправых и постоянного муссирования вопроса об «этнической преступности» в СМИ. «Размыванию» национального
содружества во многом способствует ренессанс исламизации.
Очередная волна радикализации и политизации ислама в современном
мире реализуется в форме процессов, которые по-разному квалифицируют как
отечественные, так и зарубежные исследователи. Иногда эти процессы рассматриваются как следствие «цивилизационного противостояния», и происходящие в мусульманском мире события трактуются, условно говоря, с позиций
«возрождения» ислама. В этом подходе, в частности, прослеживается мысль о
том, что современный исламский фундаментализм — это закономерное явление
в рамках «исламского ренессанса», поскольку оно отражает стремление части
мусульман к возрождению «истинных» исламских ценностей в условиях глобализации.
Некоторые исследователи чаще делают акцент на социально-экономических
интересах, которые стоят за активизацией исламских движений. При этом предполагается, что существующее несправедливое положение в международных отношениях, отсутствие устраивающих население развивающихся стран результатов
в построении демократического (гражданского) общества, нерешенность острых
социальных и экономических проблем — все это выступает в качестве факторов,
способствующих переходу фундаменталистов на позиции политического экстремизма. При таком подходе проблема так называемого исламского терроризма
предстает как отражение крайних форм борьбы за равноправное участие в мировой политике, реакция на засилье западных стран в мировых делах, за национальный (или конфессиональный) суверенитет, иногда за сохранение права на социо-
91

культурную самобытность, но чаще всего — как стремление к решению внутрен-
1
них проблем на путях установления «исламского порядка».
Исходным пунктом другого подхода, как правило, выступает анализ геополитических интересов в международных делах. При этом предполагается,
что, например, за ваххабизмом в России (движением «Талибан» в Афганистане,
салафитами в Египте, Йемене и других арабских странах) стоят определенные
политические силы, которые используют подобные движения и организации
для решения собственных задач. Под таким углом зрения исламские экстремисты могут предстать всего лишь орудием проведения политики отдельных западных или восточных государств, направленной на достижение конкретных
целей: создание позиций в жизненно важных для них регионах, установление
контроля над торговыми путями, транспортировкой энергоносителей, добычей
отдельных видов минералов и т. п.
Приведенное схематичное и далеко не полное изложение некоторых точек зрения на проблему показывает, что в целом она продолжает оставаться открытой. Вместе с тем в литературе правомерно, на наш взгляд, отмечается, что
воздействие внешнего фактора на радикализацию ислама в мусульманских регионах России носит ограниченный характер и определяющими для этого процесса являются внутренние условия. В частности, Д. Макаров пишет: «Признавая очевидную роль внешнего фактора в распространении фундаменталистских
идей на Северном Кавказе, все же следует подчеркнуть, что этот процесс отражает, прежде всего, глубинные социокультурные сдвиги внутри местных обществ и неспособность традиционного ислама удовлетворить формирующиеся
в них новые интеллектуальные, духовные, социальные и политические интересы». Однако в разных регионах Российской Федерации эти процессы в минувшее десятилетие протекали с различной степенью интенсивности.
В этом плане одним из определяющих является вопрос соотношения
идеологии национализма и религиозного фундаментализма, который может послужить фактором, сдерживающим процессы радикализации ислама в Российской Федерации. Рассматривая эту проблему в середине 90-х гг., Р. Ланда прогнозировал, что «…одной из причин неудачи фундаменталистов на всем постсоветском пространстве будут национализм и регионализм».
Развитие политической ситуации за последние десять лет в России и на
постсоветском пространстве свидетельствует, что там, где возрождение ислама
идет в форме исламизма1, где возрождение религии подменяется созданием политических организаций под исламскими лозунгами, светские государства
Исламизм: глобальная угроза? М., 2000. С. 4.
92

сталкиваются с необходимостью не только политического, но и военного про-
1
2
тиводействия. Подобное развитие событий наблюдается на Кавказе, в Центральной Азии, на Балканах, на Ближнем Востоке, в Китае.
Часто приходится слышать вопросы: «А что будет делать руководство
России, если талибы перейдут границу с Таджикистаном, Узбекистаном, Туркменией?», «Будет ли Россия выполнять свои обязательства перед союзниками
по СНГ в рамках достигнутых договоренностей и в каких формах: вводить войска на территорию этих государств, применять высокоточное оружие, авиацию?», «Готова ли Россия при продолжении конфликта в Чечне вести боевые
действия еще в одном регионе?» и т. д. Такого рода вопросы относятся к сфере
военной политики1, к определению степени, форм и механизмов влияния на нее
исламского фактора. Сама постановка проблемы воздействия на военную политику ислама или того, что условно называют исламским фактором, вызывает
полемику или даже полное неприятие. Духовные управления мусульман (ДУМ)
пока пытаются дистанцироваться от обсуждения военно-политических проблем. Например, муфтий Т. Таджуддин считает, что «традиционное духовенство не может противостоять ваххабитам с отрядами боевиков... Поэтому
спецорганы и спецслужбы должны заниматься наведением порядка». Некоторые исследовательские структуры и ученые занимают довольно жесткую и однозначную позицию. Так, А. Игнатенко полагает, что раз исламизм — занесенное в постсоветские общества явление, внешнее по отношению к нему и осуществляющее глобальную экспансию ислама, то политика светских государств,
в том числе и России, должна быть направлена на всяческое ему противодействие, исключающее возможность договоров, компромиссов и т. п.2 В этой связи власти начали осуществлять поиск форм и методов сдерживания размывания
межэтнической стабильности.
Основные этапы этого поиска таковы:
1. В начале 2000-х гг. стало уделяться серьезное внимание проблеме
гражданско-патриотического и нравственного воспитания.
2. В центре и в регионах прошли конгрессы и конференции по проблемам
интеграции народов.
3. Была принята третья по счету государственная программа «Патриоти-
ческое воспитание граждан Российской Федерации на 2011–2015 годы».
М., 2000. С. 23.
29 ноября.
Чертополох А.А., Костин А.В. Информационный фактор в военной политике государства.
Таджуддин Т. О важности борьбы с экстремизмом // Независимая газета – Религии. 2000.
93

4. В Послании Президента, в его статье «Россия: национальный вопрос»
выдан целый ряд идей о культурном коде России, о роли русского народа и
русского языка.
5. Большую роль в совершенствовании межнациональных отношений
сыграли программы национально-культурного развития в регионах.
6. Создан новый орган, регулирующий национальные отношения, —
Агентство по делам национальностей. В Государственной Думе имеется комитет по делам национальностей.
Значительную роль в обеспечении межнациональной стабильности сыграли национальные проекты.
В целом под межнациональной стабильностью понимается состояние
равновесия, баланса в межнациональных отношениях, обеспечиваемое совместной деятельностью этносов в экономической, социальной, духовной сферах, а также в обеспечении национальной безопасности. Главную роль в укреплении стабильности играют властные структуры. Среди механизмов достижения этнополитической стабильности выделяют программы национальнокультурного развития страны, региона, законы, защищающие права этносов,
меры по улучшению жизненного уровня отдельных этносов, укреплению экономики, социальной сферы и поддержке национальной безопасности.
Комплексный подход к решению задач по обеспечению межнациональной стабильности в современных условиях власть продемонстрировала в отношении Крыма. Здесь в достаточно короткий срок принят целый ряд мер, стабилизировавших межэтнические отношения. Учитывая наибольшую самоизоляцию крымских татар, им было предложено делегировать представителей
в Государственный Совет и Совет министров республики Крым. Была принята
региональная целевая программа по амнистии земельных самозахватов. В апреле 2014 г. Президентом России был подписан указ, конкретизировавший меры
по реабилитации крымских татар. Конституция республики Крым гарантировала использование государственных языков: русского, крымско-татарского
и украинского. Особую роль сыграла политика в отношении политических партий и их лидеров. Большое внимание уделено расширению правового поля по
защите прав как коренных народов, так и национальных меньшинств. Важную
роль сыграл закон «Об образовании», благодаря которому в республике действуют 15 школ с крымско-татарским языком, 180 общеобразовательных организаций с двумя и тремя языками обучения, 133 школы с украинским и русским языками.
94

Большинство крымских татар получили паспорта граждан Российской
Федерации (97–98 %).
Немаловажную значимость сыграл и исторический фактор. Мониторинг
свидетельствует о том, что политическая стабильность в данном регионе обеспечивается за счет тех регионов, которые попали в состав СССР с самого начала его существования.
Интеграционные процессы в новых регионах России происходят безболезненно, прежде всего, потому, что конституции ДНР и ЛНР содержали нормы
о государственном равноправном статусе двух языков — русского и украинского. Конституционные гарантии дали возможность воспитывать молодое поколение в духе патриотизма. Разработана программа патриотического воспитания
граждан Донецкой Республики, в которой предусматривается повышение гражданской ответственности в обществе. Большое внимание уделяется разоблачению идеологии нацизма.
Положительно воспринята населением концепция «Русский Донбасс».
Важной правовой гарантией интеграции новых регионов является сохранение
их территориальной целостности. В международных договорах отмечено, что
границы новых республик являются неотъемлемой частью территории РФ.
Кроме того, согласно положениям ряда законодательных актов и Конституции
РФ, ЛНР и ДНР присоединяются к РФ в территориальных границах, которые
были установлены в 2014 г. С 1 января 2023 г. в новых регионах действует единая валюта — российский рубль. На территории новых субъектов действует
бюджетное законодательство.
Российское законодательство защищает основные права новых граждан.
Признаются трудовой стаж и право на получение пенсионных и социальных
выплат, на помощь в медицинских учреждениях.
Многочисленные исторические события XX в. дают достаточно оснований считать его веком национальных идеологий, национальных правовых систем, веком национализма. Представители самых разных наук указывают на
постоянное возрастание роли этнического фактора в культурно-историческом
процессе, поскольку ускорение темпов культурно-исторического развития
практически всех народов мира стимулирует межэтнические контакты и взаимодействия. В последние два десятилетия эти контакты существенно усложнились, что обострило интерес людей к истории и культуре своего собственного
народа, его нравственным идеалам, традициям, обрядам, фольклору. Такого рода этнический ренессанс — явление по своей сути сугубо положительное. Од-
95

нако его следствием стало усиление этноцентризма, национализма, межэтнической конфликтности.
Безусловно, что всплеск этничности требует своего объяснения, ответов
на вопросы о причинах самых разнообразных этнических процессов и явлений.
При этом актуальность современных этнологических исследований детерминируется не академическими интересами ученых, а требованиями практической
жизни. Вчерашнее глобальное противостояние сверхдержав сегодня сменилось
многочисленными региональными, национальными и этническими конфликтами, каждый из которых потенциально может стать причиной и очагом большой
войны. В этом плане стихийное развитие этничности требует политических и
правовых ограничений.
Межэтнические контакты не всегда приносят положительные результаты
для всех взаимодействующих этносов. В истории этнокультурных отношений
известны случаи, когда отдельные этнические общности и группы оказывались
взаимно неприемлемыми. Ослабление и даже прекращение этнических контактов происходят в результате обострения национальных чувств и отношений,
политики национальной дискриминации. Результаты взаимодействия для этносов, участвующих в межэтнических контактах, бывают различными. Это могут
быть как простые количественные изменения в культуре этноса, так и глубокие
структурные сдвиги в ней.
Государственный уровень политико-правового регулирования подразумевает наличие возможностей для каждого россиянина жить в соответствии со
своим призванием: творить вне всякой цензуры произведения науки и искусства, заниматься предпринимательством ради извлечения прибыли, трудиться
по избранной специальности, получая плату за свой востребованный обществом труд.
В то же время современные технологии пока еще слабо внедряются различными институтами для укрепления и развития межнациональных связей. На
этом основании целесообразно на федеральном уровне создать интернетресурс, объединяющий информацию позитивного свойства о нациях, этносах,
конфессиях.
Таким образом, в политической, экономической, культурной сферах Россия создала правовые гарантии развития и интеграции, и они дают свои положительные результаты. Опираясь на доверие народа, властные структуры реализуют планы и программы, обеспечивающие интеграцию новых регионов
в составе России. «При всех тяготах войны, — отметил глава ДНР А.В. Захар-
96

ченко, — мы строим то государство, в котором хочется жить…»1 Обеспечение
1
2
3
4
межнациональной стабильности требует постоянной работы властных структур
по укреплению правовых, политических, исторических и культурных связей
народов.
В качестве вывода можно отметить, что, несмотря на различные усилия
власти, межнациональные проблемы продолжают оставаться. Невнятная государственная политика в совокупности с коррупцией не успокаивает общество.
Ксенофобные и расистские выступления перестают удивлять, и градус взаимной нетерпимости не падает, а зачастую возрастает. Тем не менее, можно говорить и о положительных формах межнационального сотрудничества. Современные исследования показывают, что, несмотря на сложности и противоречия,
дагестанские этносы имеют высокий потенциал бесконфликтности и взаимопонимания2.
«Размыванию» межнационального сотрудничества в последние годы способствует нарастание «исламистской» угрозы. Ответом на «размывание» национального содружества должна, на наш взгляд, стать концепция национальной
стабильности, поиск которой идет уже давно. Наряду с проблемой национальной стабильности весьма актуальной является и проблема национальной безопасности. В ее обсуждение включились политологи и философы, историки и
экономисты, экологи и военные.
Зарубежье также актуализирует данную проблему. Парижский журнал
«Бульвар Вольтер», например, назвал вхождение Крыма в состав России «тяжелейшим преступлением»3. Запад раздражает тот факт, что Россию не удается
ввести в лоно западных ценностей, что она предпочитает идти своим путем.
Отсюда эскалация напряженности, расширение санкций. Русская цивилизация
представляется как образ врага или «явления, угрожающего самому существованию западной цивилизации»4.
В свете сказанного очевидно, что этнополитика в таком многонациональном государстве, как Россия, должна стать одним из важнейших приоритетов
в структуре национальной безопасности. Ее слабость всегда активизирует против-
народным участием научно-практической конференции-конкурса публикаций: Колпинские чтения:
детско-юношеский туристско-краеведческий форум. Том 1. Санкт-Петербург, 2023. С. 253–257.
номорско-Каспийский регион: геополитика, этнополитические процессы и межрегиональные взаимодействия. М., 2015. С. 266.
Галушко О.С. Нет выше цели, чем служить другим // Материалы V Всероссийской с между-
Шахбанова М.М., Абдулагатов З.М. Межэтническое согласие в республике Дагестан // Чер-
Салуцкий А. Сталин против Ленина. А Путин? // Москва. 2017. № 9. С. 150.
Залесский К. Взгляд с Запада // Москва. 2017. № 10. С. 159.
97

ников России. Этнические противоречия используются различными политиче-
1
2
3
скими силами для подрыва суверенитета России изнутри. На основе исторической
памяти этносов разрабатываются идеологические проекты по разрушению российского территориального пространства. Одной из наиболее распространенных
идеологий является поддержка этнических и национальных меньшинств с целью
переплетения «Европы регионов с Европой племен»1. Проект по этническим отношениям, разработанный департаментом США, щедро финансируется Институтом Дж. Сороса, фондами Карнеги, Рокфеллера, Форда и Римским клубом2. Следовательно, на внешние вызовы должен быть адекватный ответ, а лучше — превентивная политика. Для решения этой задачи необходимо совершенствование
структуры национальной безопасности, в которой этнополитика займет надлежащее место. Как справедливо отметил В.А. Труханов, «новая система национальной безопасности России должна рассматриваться как защита национального бытия через реализацию интересов, ценностей и целей»3. А поскольку Россия —
многонациональное государство, то его целостность, интересы, ценности и цели
зависят от прочности связей между этносами посредством государства и его этнической политики.
Примечательно, что главные структурные элементы современной политики национальной безопасности — государство, общество, личность — несут
в себе определенную долю этнического компонента. Государство — многонациональное, общество — гражданское, выражающее как общие этнические интересы, так и групповые, личность так или иначе является частью определенных этноса или нации. Следовательно, все вместе взятые компоненты могут и
должны противостоять современным опасностям как внутреннего, так и внешнего порядка.
Этнические опасности можно условно подразделить на объективные,
субъективные и инновационные. Под объективными опасностями следует подразумевать, прежде всего, саму природу исторического взаимодействия, противоречия и недоверие, накапливавшиеся веками. Силой государства и общества
они могут подавляться, затушевываться, ослабевать, а при определенных обстоятельствах — обостряться. В качестве примера может служить наличие в составе России национально-территориальных образований, на которые прихо-
Обозреватель. Observer. 2001. № 11. С. 31.
современной России // Четверть века политической науки в провинции. Саратов, 2015. С. 67.
Павленко В. Группа БРИК в глобально-управленческой стратегии англосаксонского Запада //
Вышеуказ. соч. С. 32.
Труханов В.А. Теоретические основы исследования проблем национальной безопасности
98

дится 50 % территории России и 46 % населения страны1. Этнизация власти в
1
2
3
4
5
6
этих регионах достаточно высока и зачастую достигает 100 %2.
Опасность политической нестабильности в этом отношении очевидна, доступ русских к власти в этнических регионах существенно ограничен. А если
учесть, что параллельно для них сужаются возможности устроиться на работу,
сделать карьеру, то можно говорить о расширении сферы нестабильности. Этническая депопуляция также таит в себе опасность, но уже не столько внутреннего, сколько внешнего порядка. Так, если в начале 90-х годов ХХ в. страна
была четвертой по численности населения, то теперь она занимает 9-е место3.
Происходит снижение удельного веса русского населения.
К опасностям субъективного характера следует отнести ошибки и просче-
ты в осуществлении этнополитики как в прошлом, так и в настоящем. К ним
можно отнести русификацию некоторых регионов в досоветской России, ограничение доступа к образованию и изучению родного языка. При советской власти
произошел разрыв в потреблении продуктов питания. Так, мяса и молока в районах Прибалтики потреблялось в 2 раза больше, чем в целом по СССР4. Обеспечение детей дошкольными учреждениями в республиках Средней Азии было
в 2-3 раза ниже, чем по Союзу и ряду союзных республик5. Несоблюдение равновесия во властных структурах привело в 1986 г. к событиям в Алма-Ате, так как
первым секретарем ЦК Компартии Казахстана был избран не казах Колбин.
Инновационные опасности дали о себе знать в условиях радикальных общественно-политических преобразований конца ХХ — начала XXI в. Дезинтеграция СССР, угроза распада России, волны конфликтов, этническая напряженность, миграции, вооруженные столкновения, обострение исламского экстремизма — все это, включая ущемление интересов русского народа, ослабило
позиции российского государства в мире, создало многочисленные очаги
напряженности в стране. В современной России проживают 120 млн русских,
которые составляют 81,5 % населения6. Однако их влияние и авторитет в стране
начиная с 90-х гг. ХХ в. сильно поколеблено. В этнических субъектах РФ происходит сокращение русских в элитных группах населения. Ухудшается знание
русского языка, сокращается время на обучение школьников русскому языку и
нообразие в России. М., 2010. С. 94–100.
Регионоведение / отв. ред. Ю.Г. Волков. Ростов-на-Дону, 2014. С. 251.
Сидоренко А. Политическая власть в этнических регионах // Федерализм и этническое раз-
Рыбаковский Л.Д. Депопуляция и этнические аспекты в России // Социс. 2015. № 4. С. 18, 19.
Вопросы экономики. 1989. № 5. С. 43.
Там же. С. 45.
Дорофеева Е.С. Этнополитика в российских регионах. Саратов, 2017. С. 74.
99

литературе. В Татарстане, например, заставляют учить татарский язык с детса-
1
2
3
4
довского возраста. Имеются гонения на защитников русского языка и культуры.
Так, лидер общества русской культуры в Татарстане Михаил Щеглов приговорен судом 16 июня 2017 г. к 30 часам исправительных работ за то, что требовал
преподавания русского языка в том объеме, как в других регионах России1.
Следовательно, инновации в области языковой политики могут создавать очаги
напряженности. Учитывая то обстоятельство, что Татарстан находится в центре
России, то, естественно, возникает вопрос о национальной безопасности страны. Приоритеты этнического языка в ущерб государственному не только снижают уровень культуры населения, но и подчас становятся предметом политических спекуляций в международных отношениях. Так, выступая на 50-м Конгрессе Федералистского союза европейских национальных меньшинств, член
Межрегиональной общественной организации «Марий ушем» («Марийский
союз») В. Козлов отметил, что марийский язык, «по существу, отсутствует в
среднем и высшем образовании, выпуск учебников на этом языке сокращается». В этой связи Европейский парламент принял резолюцию «О нарушениях
прав человека и демократии в республике Марий Эл Российской Федерации»2.
Определенную угрозу национальной безопасности несет в себе и современная
этническая миграция. Зачастую она таит в себе террористическую опасность.
Так, из Поволжья уехали воевать на стороне исламистов 400 человек, 80 являлись жителями Татарстана3. Незаконная миграция в России часто питает рабочей силой теневой сектор экономики, что также является угрозой национальной
безопасности. Целый ряд стран ищет и находит способы преодоления опасности, возникающей на фоне миграции. Так, в Италии конструктивной идеей отношения к мигрантам стало межкультурное сотрудничество. В рамках ее реализации национальная итальянская сеть «Голос диалога» выявляет полезный
опыт, популяризирует преимущества культурного многообразия. Большое внимание уделяется преподаванию языков. Каждое воскресенье на площади волонтеры проводят языковые курсы для иммигрантов из Китая, Марокко, Румынии.
Одновременно иммигранты обучают желающих своему языку. Например, китайцы обучают итальянцев китайскому языку4. Большой резонанс имеют фестивали культур, интервью, всевозможные выставки и обмен культурными достижениями. Анализ зарубежного опыта показывает, что по части деятельности
общества в отношении мигрантов накоплен внушительный положительный
Топоров А. Татарстан: государство в государстве // Москва. 2017. № 12. С. 157.
Национальная история в советском и постсоветском пространстве. М., 1999. С. 387–389.
Топоров А. Указ. соч. С. 154.
Гоффе Н.В. Италия в зеркале миграционных проблем // МЭ и МО. 2017. № 10. С. 83–85.
100
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]
