Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Учебник истории русского права периода империи (XVIII и XIX вв.)
.pdf
Глава V. Кодификация
97
повторения и вместо многих постановлений, касающихся одного и
того же предмета, принять одно из них полнейшее; 3) сохранять
слова закона, извлекая статьи Свода из текста его источников, хотя
бы самыми мелкими и дробными частями; затем эти части связать и
соединить между собой, так как в законе имеет значение не столько
изящество слога, сколько сила и важность его, а для важности драгоценна древность; без этого же Свод был бы учебной или ученой
книгой, а не собранием действующих законов. Правило это было
решено принять в следующем смысле: а) те статьи Свода, которые
основаны на одном действующем указе, излагать теми самыми словами, которые имеются в тексте, без малейшего их изменения; б) те
статьи, которые основаны на нескольких указах, излагать словами
главного указа с присоединением слов из других указов, служащих
ему дополнением или пояснением; в) статьи, составленные из соображения многих указов, излагать в том смысле, какой они представляют в их совокупности, и притом под каждой статьей выписывать
указы, легшие в ее основание; 4) законы многосложные и обширные
должны быть сокращаемы; 5) из законов, противоречащих друг другу, избирать тот, который является лучшим. Однако ввиду того, что
составители Свода преступили бы пределы, положенные им, если бы
взялись за решение вопроса, который из двух противоречащих законов лучше, решено было принять другое правило, а именно: из двух
несходных между собой законов следовать позднейшему, не разбирая, лучше ли он или хуже прежнего; 6) по составлении, таким образом, Свода он должен быть утвержден надлежащей властью, чтобы
в него под видом старых не вкрались новые законы. Согласно с этим
правилом было положено подвергать ревизии своды каждой части
законодательства со стороны тех из государственных учреждений, к
компетенции которых они имеют отношение; 7) Бэкон полагает составить два свода: один из так называемого в Англии общего права,
а другой из статутов. У нас этого различия нет, но есть законы, действующие на всем пространстве империи, и законы местные, имеющие значение только для известных областей. Ввиду этого было решено в общем Своде соединить законы первой категории, законы же
второй категории собрать в двух сводах: для западных губерний и
для Остзейского края; 8) кроме этих правил, составители Свода признали нужным принять еще следующее: ввиду того, что составляемый
ими законодательный сборник должен находиться в соответствии с
дальнейшим развитием юридической жизни, было постановлено все
вновь выходящие законы печатать в ежегодном продолжении Свода
1
и согласовать с ними статьи последнего
1
Сперанский. Óêàç. ñî÷. Ñ. 104 è ñëåä.
.

98
Часть первая. Внешняя история
Определив существо Свода и установив правила его составления, II Отделение приступило к выработке плана общего разделения
законов, согласно с которым должны были быть размещены в Своде
отдельные постановления. В этом отношении все законы были разделены на восемь следующих главных отделов:
I. Основные государственные законы (Т. I. Ч. 1).
II. Учреждения: 1) центральные (Т. I. Ч. 2); 2) местные (Т. II);
3) устав о службе государственной (Т. III).
III. Законы правительственных сил: 1) уставы о повинностях (Т.
IV); 2) уставы о податях и о пошлинах (Т. V); 3) устав таможенный
(Т. VI); 4) уставы монетный, горный и о соли (Т. VII); 5) уставы
лесной, оброчных статей и счетные (Т. VIII).
IV. Законы о состояниях (Т. IX).
V. Законы гражданские и межевые (Т. Х).
VI. Уставы государственного благоустройства: 1) уставы духовных дел иностранных исповеданий, кредитный, о векселях, торговый, консульский, о промышленности, ремесленный и пробирный
(Т. XI) и 2) уставы путей сообщения, почтовый, телеграфный, строительный, положение о взаимном страховании от огня, устав о сельском хозяйстве, положения о найме на сельские работы и о трактирных заведениях, устав о благоустройстве в казенных селениях, о казачьих селениях и о колониях иностранцев в империи (Т. XII).
VII. Уставы благочиния: 1) уставы о народном продовольствии,
об общественном призрении и врачебный (Т. XIII) и 2) уставы о паспортах и беглых, цензурный, о предупреждении и пресечении преступлений, о содержащихся под стражей, о ссыльных (Т. XIV).
1
VIII. Законы уголовные (Т. XV)
.
Основания такого разделения законов, принятые II Отделением,
по словам самого Сперанского, были следующие: два союза, два порядка отношений необходимы в государстве: союз государственный
и союз гражданский. Союз государственный может быть внутренний и внешний; здесь идет речь только о первом. Союз гражданский
может быть также двух родов: союз семейственный и союз по имуществам. Из союзов возникают права и обязанности, те и другие определяются и охраняются законами, вследствие чего последние бывают двух категорий: законы государственные и гражданские. Законы государственные, в свою очередь, делятся на два разряда: одни
1
В 1893 г. издан еще т. XVI, в состав которого вошли законы процессуальные,
т. е. судебные уставы 1864 г. (за исключением устава о наказаниях, налагаемых
мировыми судьями, отнесенного еще в 1886 г. к составу XV т.), и правила об устройстве судебной части и производства судебных дел в местностях, в которых введено положение о земских начальниках.

Глава V. Кодификация
99
из них определяют существо государственного союза и прав, вытекающих из него. Здесь, прежде всего, представляется порядок образования верховной власти и действий ее в области законодательства
и управления, органы этого действия учреждения, средства
силы государственные, предназначенные для этого действия. В составе тех и других предполагается известная степень участия подданных, этим определяется их состояние. Отсюда четыре вида государственных законов: 1) законы основные, 2) учреждения, 3) законы
государственных сил и 4) законы о состояниях. Второй разряд государственных законов составляют те из них, которыми охраняются
как государственный и гражданский союзы, так и права, вытекающие из них. Сюда принадлежат: 1) законы предохранительные, т. е.
уставы благочиния, и 2) законы уголовные.
Законы гражданские, так же, как и государственные, делятся на
две категории. К первой принадлежат законы, установляющие порядок прав и обязанностей семейственных; во-вторых, законы, установляющие порядок укрепления прав имущественных; в-третьих,
законы, установляющие порядок действия имущественных прав в
особенном отношении их к государственному и частному кредиту, к
торговле, к промышленности и т. п. Отсюда три вида гражданских
законов: 1) законы союза семейственного, 2) общие законы об имуществах (эти два вида носят название общих гражданских законов; к
ним присоединяются еще законы межевые, определяющие порядок
развода границ владений) и 3) особенные законы об имуществах,
называемые законами государственного благоустройства или экономии. Ко второй категории гражданских законов относятся законы, охраняющие действие прав мерами порядка гражданского. Эти
законы следующие: 1) законы о порядке взысканий по делам бесспорным, 2) законы о судопроизводстве: общем гражданском и
особенном межевом и торговом, 3) законы о мерах гражданских
взысканий. В этом состоят главные основания принятого в Своде
разделения законов.
Что касается до приготовительных работ, предпринятых II Отделением, то они состояли в собрании законов и в подробном обозрении каждой части Свода посредством исторических сводов. Еще задолго до Сперанского неоднократно делались попытки, как со стороны законодательных комиссий, так и со стороны частных лиц, составить сборники законов, расположенных в хронологическом порядке, но все эти сборники страдали неполнотой, незаконченностью
и неверностью в тексте законов. Ввиду этого II Отделению пришлось
начать снова вышеназванную работу. Приступая к ней, составители
Свода установили следующие главные правила: 1) все собрание раз-

100
Часть первая. Внешняя история
делить по двум эпохам: первое от Уложения 1649 г. до 12 дек.
1825 г., когда был издан первый манифест имп. Николая, и второе с 12 дек. 1825 г. по настоящее время (теперь имеется уже
третье собрание законов, в состав которого входят все законодательные акты, изданные с 1 марта 1881 г., т. е. со дня вступления на
престол имп. Александра III). Началом собрания законов положено
было принять Уложение, ввиду того, что законодательные акты, изданные до него, считались отмененными самым фактом издания
Уложения, как известно, долженствовавшего объединить собой весь
предшествовавший ему законодательный материал; 2) в собрании
поместить все законодательные акты, изданные верховной властью
или учрежденными ею правительственными местами, как действующие, так и отмененные; 3) судебные решения в собрании не помещать, за исключением тех из них, сила действий которых распространена на все аналогичные случаи, а также тех, которые признаны
примером или образцом для других решений, и, наконец, тех, в которых разъяснен общий закон, т. е. установлен точный его смысл и
отвергнуты толкования, несообразные с его разумом; 4) все частное и личное, равно как и временные меры, исключить из собрания, кроме тех из распоряжений, которые, хотя по существу и
являются частными и случайными, но важны в историческом отношении.
По установлении названных правил II Отделение приступило к
составлению собрания законов, для чего было предписано всем присутственным местам сделать у себя изыскания и составить реестры
имеющихся у них узаконений, которые в подлинниках и отправить в
Отделение для напечатания.
Издание Полного Собрания Законов было необходимо, главным
образом, потому, что без него не только не мог бы быть составлен
самый Свод, но и при нем собрание законов считалось необходимым на основании следующих соображений, высказанных Сперанским. Во-первых, для разрешения всех тех дел, которые возникли при
действии еще прежних законов; во-вторых, для разрешения сомнений, могущих иметь место при применении на практике какой-либо
из статей Свода; в-третьих, во всех тех законодательных соображениях, где не стоит вопрос о пояснении и дополнении закона и где
часто бывает нужно прежде всего пройти ряд прежних узаконений,
сообразить силу их в совокупности, чтобы составить закон, основанный не только на настоящем, но и на прежнем разуме законодательства, в-четвертых, в законах видно, как нравственные и политические силы государства слагались, образовывались, возрастали и изменялись, а потому собрание должно иметь значение и для науки.

Глава V. Кодификация
101
Вторая приготовительная работа к изданию Свода заключалась
в составлении отдельных на каждую часть последнего исторических
сводов. Эти своды составлялись следующим образом. По написании
общего плана для каждой главной его части составлялся отдельный
план или оглавление, в котором означались предметы части согласно указаниям лучших образцов и с разделением ее на книги, разделы, главы и отделения. По этим оглавлениям приискивались к каждому отделению законы, как действующие, так и отмененные, а затем уже последние исключались.
Окончательные труды по составлению Свода состояли в том, что
тексты законов распределялись по своим местам в виде статей, и,
таким образом, составлялись отдельные своды, которые сравнивались между собой с целью уничтожения среди их постановлений
разногласий, имевших возможность вкрасться в каждый свод при
отдельном его составлении. Под каждой статьей означались ее источники, иногда сопровождаемые примечаниями, не долженствовавшими, впрочем, иметь силы закона (по крайней мере, по первоначальной мысли составителей Свода), а предназначенные служить исключительно к разъяснению закона.
По мере составления отдельных частей Свода они отсылались
для ревизии, т. е. пересмотра, в так называемые ревизионные комитеты, учрежденные при министерствах и главных управлениях (всех
их было семь). Эти комитеты обозревали своды со стороны их полноты и точности постановлений, т. е. смотрели за тем, чтобы все
действующие законы были помещены в Свод и чтобы среди них не
оказались отмененные законы. Ревизия окончилась в мае 1832 г.
19 янв. 1833 года Государственный Совет был созван в чрезвычайное собрание. На столе зала Совета лежали 15 томов Свода и 56
томов Полного Собрания Законов. Заседание было открыто самим
государем, который произнес речь, продолжавшуюся более часа. В
ней государь изложил сущность труда, совершенного II Отделением, степень личного своего участия в нем и все те благодетельные
последствия, которые должны были явиться результатами названного труда в области изучения и практического применения законодательства. Речь свою государь заключил обращением к членам Совета, прося их высказать свои мнения по поводу того, в какой силе и с
какого времени Свод должен начать свое действие
1
О речи имп. Николая Сперанский отзывался следующим образом: Государь
говорил, как профессор. Ни я и никто из работавших исключительно над этим делом столько лет, не могли бы представить его так полно, отчетливо и убедительно.
Жаль, искренно жаль, что не было тут стенографа, и что ни Европа, ни даже сама
Россия ничего не узнают об этой речи (Áàð. Êîðô. Óêàç. ñî÷. Ò. II. Ñ. 318).
1
. После некото-

102
Часть первая. Внешняя история
рых замечаний со стороны министра юстиции Дашкова на редакцию Свода, а также других лиц и замечания Сперанского, что в его
труде, как во всяком произведении рук человеческих, могут быть
недостатки, которых исправление должно предоставить времени и
опыту, государь предложил четыре вопроса: 1) признать ли статьи
Свода единственным основанием в решении дел, но так, чтобы текст
законов, помещенных в Полном Собрании, служил только указанием источников, из которых статьи составлены, и не был бы сам собой в делах употребляем; 2) признать ли статьи Свода законом, но
не единственным и не исключительным, а действующим только в
тех случаях, где не существует сомнения как относительно наличности закона, так относительно его смысла, в случае же возникновения
такого сомнения прибегать к самому тексту закона из Полного Собрания и разрешать сомнения по этому тексту; 3) признать ли текст
законов, помещенных в Полном Собрании, единственным и исключительным основанием для решения дел, а статьи Свода считать только средством вспомогательным или, так сказать, совещательным при
приискании их и при удостоверении в их смысле; 4) признать ли в
течение некоторого определенного времени текст закона Полного
Собрания основанием к решению, как он признается и ныне, но в то
же время постановить, чтобы вместе с ним приводимы были статьи
Свода, им соответствующие? Этот четвертый вопрос был разрешен
в отрицательном смысле. Точно так же был разрешен и третий вопрос, так как в противном случае Свод, не получив никакой законодательной силы, был бы низведен до значения частного юридического
сборника, и все труды по его составлению оказались бы вполне непроизводительными. Выбор же между двумя первыми предположениями послужил поводом к долгим прениям, закончившимся принятием первого предложения, вследствие чего было решено: издать
Свод в виде законов, коим в решениях исключительно руководствоваться должны. Однако при подписании журнала Государственного Совета 19 января между членами его произошло разногласие, причем большинство полагало, что журнал составлен правильно, меньшинство же придерживалось противоположного взгляда. Об этом
разногласии был составлен особый журнал, на котором государь положил следующую резолюцию: Журнал составлен совершенно правильно согласно моим намерениям, в Совете изложенным. Свод рассылается ныне же, как положительный закон, которого исключительное действие начнется с 1-го янв. 1835 г. Руководствоваться оным
ныне же дозволяется только в таком смысле, что под каждой статьей
означены все законы, которые до каждого предмета касаются и которые по нынешней форме судопроизводства все в приговоре или

Глава V. Кодификация
103
определении прописаны быть должны, но отнюдь не выписывая собственной статьи Свода, которого законная сила начинается с 1835
1
ãîäà
.
На этих основаниях состоялся манифест 31 января 1833 г., которым было предписано Сенату обнародовать Свод Законов во всеобщее сведение. Последний имел восприять законную свою силу и
действие с 1 янв. 1835 г., почему с этого времени все правительственные и судебные места должны были прилагать, приводить и
делать указания и ссылки на статьи Свода во всех тех случаях, где
прилагаются и приводятся законы (т. е. изданные до Свода). Все же
законы, изданные после 1 янв. 1833 г., должны были вноситься в
продолжения Свода. Сим исполнились, говорил в заключении
манифест, желания предков наших, в течение ста двадцати лет
почти непрерывно продолжавшиеся
2
.
Со времени первого издания Свода Законов в 1832 г. он выдержал еще два издания полных: в 1842 и в 1857 гг. и целый ряд неполных изданий. Что же касается до законодательных актов, издававшихся в промежутки между новыми изданиями Свода, то они помещаются в продолжениях к Своду, печатающихся время от времени,
по мере дальнейшего движения законодательства. С царствования
Александра II стали издаваться, кроме обыкновенных продолжений, еще сводные продолжения, в состав которых входят все перемены в законодательстве со времени последнего издания (полного или неполного) Свода3.
1
Áàð. Êîðô. Óêàç. ñî÷. Ò. II. Ñ. 318; Коркунов. Сборник статей. С. 82 (статья
Значение Свода Законов); Государственный Совет, издание Госуд. канцелярии.
С. 56 и след. В сочинении бар. Корфа сказано, что на разрешение Государственного
Совета были предложены только три вопроса о Своде Законов (1-й, 2-й и 3-й). Между
тем, из подлинника журнала Государственного Совета, приведенного проф. Коркуновым в указ. статье, видно, что вопросов было предложено не три, но четыре.
2
Из сказанного видно, что Свод Законов есть закон, ставший с 1835 г. источни-
ком нашего права и отменивший действие всех прежних законов, по крайней мере,
настолько, насколько они не согласны с его постановлениями. Однако против этого, признанного как наукой, так и практикой, мнения выступил проф. Коркунов,
отрицающий за Сводом характер закона и признающий за ним лишь значение аутентичного толкования прежних законов, продолжающих якобы свое действие и теперь (Сборник статей. Указ. статья. С. 75 и след.). Аргументация Коркунова вполне
опровергнута г. Лозина-Лозинским (Журн. Мин. юстиции. 1897. Кн. IV и V. Статья
Кодификация законов по русскому праву).
3
Ñì.: Корево. Об изданиях законов Российской Империи (1830a1899 ãã.).

ЧАСТЬ ВТОРАЯ
ВНУТРЕННЯЯ ИСТОРИЯ
ОТДЕЛ ПЕРВЫЙ
Государственное право
ГЛАВА I
Территория
В императорскую эпоху территория России значительно увеличилась сравнительно с территорией Московского государства, причем это увеличение произошло насчет земель, лежащих на западе,
юге и востоке. Первые завоевания на западе были произведены в
царствование Петра Великого после знаменитой войны со Швецией
и санкционированы, как принадлежащие России, Ништадтским мирным договором 1721 г. По этому договору Россия приобрела Ингерманландию, часть Карелии, когда-то принадлежавшую Великому
Новгороду и утраченную Московским государством по Столбовскому мирному договору, Лифляндию, Эстляндию
1
Ништадтский договор только санкционировал de jure то, что раньше уже совершилось de facto. Так, Лифляндия была присоединена к России еще в 1710 г.,
после утверждения Петром так называемых аккордных пунктов, которыми за лифляндскими дворянами и горожанами сохранялись их права и привилегии. Тогда же
Петр издал две жалованные грамоты дворянству (30 сентября) и горожанам (12
октября), которыми снова подтвердил права и привилегии лифляндских сословий,
но со следующими оговорками: елико оные к нынешнему правительству и времени
приличаются, а также однако ж наше и нашах государств высочество и права предоставляя без предосуждения и вреда. Этими оговорками было признано право
русских государей делать изменения в областном устройстве Лифляндии, чем впоследствии и воспользовалась Екатерина II. Точно так же и Эстляндия была присоединена к России в том же 1710 г. и получила аналогичные грамоты 1 и 13 марта
1712 г.
Права и привилегии остзейских сословий подтверждались всеми последующи-
ми государями до имп. Александра II включительно, но обязательно постольку, по-
1
и часть Финляндии

Отдел первый. Государственное право
105
(нынешнюю Выгоргскую губернию). Эти приобретения имели огромное значение для России, так как она стала твердой ногой на прибрежье Балтийского моря и, вследствие этого, вступила в сонм европейских держав. Отныне судьбы России тесно связались с судьбами
остальной Европы, и при разрешении общеевропейских дел голос
России получил весьма важное значение. Иначе говоря, выражаясь
словами Пушкина, в Европу было прорублено окно, и, таким образом, Россия вышла из того изолированного положения, в котором
она находилась в Московском периоде, будучи огражденной от всего цивилизованного мира враждебными ей Турцией, Польшей, Ливонией и Швецией и имея только такой неудобный выход в Европу,
как Белое море и Северный Ледовитый океан.
Такое же важное приобретение на западе было сделано Россией
при Екатерине II после раздела Польши, когда с Россией воссоединились древнерусские области, некогда отторгнутые от нее великим
княжеством Литовским и Польшей. Так, после первого раздела Польши в 1772 г. была присоединена северная и восточная часть Белоруссии; после второго раздела в 1793 году остальная часть Белоруссии и юго-западный край и после третьего раздела в 1795 г. Литва
(таким образом, невоссоединенной осталась Червонная Русь или Галиция, и по сей день входящая в состав Австрийской империи). В
том же 1795 году к России была присоединена и Курляндия
скольку они согласовались с общими государства установлениями и законами и
соответствовали времени. Так продолжалось до вступления на престол имп. Александра III, который никаких жалованных грамот Прибалтийским губерниям не дал
и, таким образом, права и привилегии их не подтвердил.
Некоторые остзейские ученые (напр., оба Бунге отец и сын) в аккордных
пунктах и жалованных грамотах Петра I видят международные договоры, причем
даже излагают теорию договорных отношений между Россией и Остзейскими провинциями, которые в момент заключения названного договора вышли из подданства Швеции и стали самостоятельным государством, а следовательно, сделались
дееспособными для совершения подобного акта. Опровержение этой теории см. у
Харузина. Балтийская конституция. Москва, 1888 и у Беляева в его статье Общеимперский закон и местные остзейские узаконения (Журн. Мин. юст. 1898. Кн.
IX). Со своей стороны приведем следующее место из жалованной грамоты Ревелю
13 марта 1712 г.: Понеже Ревель под нашу власть пришел, того ради их привилегии подтверждены яко же помянутый Ревель всеподданнейше о том просил;
òîãî ðàäè ìû из цесарской милости в том им отрещи не хотели. Ясно, что названная грамота не международный договор, а односторонний акт верховной власти.
1
После падения Польши курляндский ландтаг (Курляндия находилась в ленной зависимости от Польши) постановил: покориться непосредственно и безусловно Империи Российской, вследствие чего Екатерина II манифестом 15 янв.
1795 г. присоединила Курляндию на вечные времена к России, обещав сохранить
права и привилегии ее сословий с оговоркой, что на них будут распространены
права и выгоды, дарованные всем остальным русским подданным.
1
.

106
Часть вторая. Внутренняя история
Наконец, в царствование Александра I Россия еще расширила
свои приобретения на западе путем присоединения Финляндии и
Царства Польского. В литературе существует мнение, будто Великое Княжество Финляндское не составляет инкорпорированной части России, а находится в состоянии реальной унии с ней. Это мнение
разделяется финляндскими учеными и публицистами
1
и, по странной случайности, некоторыми русскими. Напротив, большинство западноевропейских ученых, занимающихся вопросами государственного и международного права, стоят на противоположной точке зрения, отвергая всякую унию между Россией и Финляндией
2
. Второе
мнение вполне правильно, так как соответствует историческим фактам и толкованиям юридических документов, определяющих государственно-правовое положение Финляндии. Прежде всего, нужно
заметить, что Финляндское государство уже по одному тому не
может существовать, что такового никогда не было, так как Финлян-
3
дия всегда являлась не чем иным, как шведской провинцией
1
Впрочем, это мнение возникло сравнительно недавно, так как прежние финляндские писатели (напр., Пекка Каухаринен, Пальмен, Лундал, Росенборг и др.)
признавали Финляндию русской провинцией, отвергая какой бы то ни было договорный характер в отношениях между нею и Россией (Àáîâ. Финляндия в русском
государственном праве. Журн. Юрид. Общ. 1898. Кн. IV; см. также åãî Из истории
учений финляндского государственного права. Журн. Минист. юст. 1895. Кн. VIII).
Точно так же современники присоединения Финляндии к России из финляндцев
считали свою родину только провинцией (напр., известный Спренгпортен и др.).
Даже земские чины на сейме в Борго в 1809 г. писали: если Финляндия одна примет теперь иную монетную единицу, чем ту, которую имеют прочие провинции,
òî (Михайлов. Юридическое положение Финляндии. С. 60).
2
Íàïð., Филлимор, Кальво, Бульмеринк, Гольцендорф, Бич-Лауренс, Еллинек и
др. Финляндия, говорит последний, по своему устройству и управлению самостоятельна так, как никакая другая провинция России. Но, тем не менее, она только
провинция русской империи, а не государство, стоящее к ней в отношении реальной или личной унии, ибо завоеванием государства или части государства господствовавшая в нем до того времени государственная власть совершенно уничтожается и на ее место вступает новая, следовательно, власть Швеции заменилась властью
России (Die Lehre von den Staatenverbindungen. С. 11; см. также статью Коркунова
Финляндское Великое Княжество в Юрид. летописи. 1890. ¹ 2). Впрочем, в позднейшем своем труде Ueber Staatsfragmente (1896 г.) Еллинек видоизменил свои
воззрения на юридическое положение Финляндии. По-прежнему не признавая за
ней характера государства, он, однако, не считает ее и провинцией, а относит к
категории так называемых государственных фрагментов (?!) понятие и термин
которых впервые изобретены им. Таковыми он считает, кроме Финляндии, еще земли Австрийской короны, Хорватию, английские колонии и др.
3
Территория Финляндии составляла несколько губерний (lдn), о чем и говорит
ст. 4 Фридрихсгамского трактата, так что Финляндии в смысле единого территориального целого никогда не было. Даже наименование Великого Княжества Финляндия получила только в 1581 г., но уже в начале XVIII ст. это наименование исчезло.
, íå
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]
