Добавил:

ivanov666 Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.

Вуз:

Башкирский Государственный Аграрный Университет

Предмет:

[НЕСОРТИРОВАННОЕ]

Файл:

Социальные конвенции. Монография

.pdf

Скачиваний:

Добавлен:

08.09.2026

Размер:

2 Мб

Скачать

☆

<<< < Предыдущая 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 1314 / 2014 15 16 17 18 19 20 > Следующая >>>

3.1. Конвенциональные тенденции интерсубъективного конструирования социальных миров 131

Социокультурная модель интересна тем, что позволяет рассмотреть интегративное взаимодействие 1) социального и культурного, 2) физического (предметного) и идеального, 3) объективного и субъективного. Включение культурного аспекта в модель расширяет представление о социальном мире, а рассмотрение в диалектике физического и идеального дает возможность объединить две конструкции: социального пространства и социального мира; использование конструкций объек

тивного (реального) и субъективного мира позволяет говорить о феноменах трансценденции миров, их конституирования и конструирования. Модель, обладающая массой изложенных выше преимуществ, должна иметь одновременно структурный (нормативный) и феноменологический (интерпретативный) характер.

Для социологической теории задача создания именно такой модели связана с тем, что социокультурное пространство мира устраивает ее своей «прозрачностью», необходимой для обнаружения и анализа многочисленных социальных взаимодействий, в том числе и конвенциональных: их возможности, социального поведения при условии их возникновения, последствий таких взаимодействий

. Человек дол-

жен быть готов к «погружению» в интерсубъективное социокультурное пространство, испытывать потребность и получать удовлетворение от этого: «Наша кожа – не барьер для общества: оно проникает внутрь нас и обволакивает снаружи. Общество порабощает нас не столько в результате завоевания, сколько в результате сговора. Но гораздо чаще нас подводит заточения существуют до нашего появления на сцене, и мы сами их подновляем, потворствуя нашему пленению»

собственная социальная природа. Стены

. Для того чтобы удо-

влетворить свою потребность в «погружении» и добровольно поместить себя в те «стены заточения», о которых говорит П. Бергер, необходимо взаимодействие субъектов и взаимодействие субъективных миров.

Возвращаясь к идее интерсубъективного конструирования, лежащей в основе интерпретативного понимания того, каким образом люди

См. более подробно о само´ й социокультурной модели: Осьмук Л.А. Вза-

имодействие социальных миров. К проблеме конвенциональных отношений. – Новосибирск: Наука, 2004.

Бергер П. Приглашение в социологию. Гуманистическая перспектива. –

М.: Аспект-Пресс, 1996. – С. 113.

132 Глава 3. КОНВЕНЦИОНАЛЬНОСТЬ СОЦИАЛЬНЫХ МИРОВ

объединяются в общности, создавая некий общий мир, позволяющий сохранять эту общность, отметим, что существуют как минимум две точки зрения на данный феномен: социологическая и социальнопсихологическая. В социологии конструирование – это создание переживаемого в качестве реальности мира (трансцендентно объективного и субъективного) с помощью мыслей и действий. В социальной психологии идея

конструирования мира активно разрабатывается социальным конструкционизмом. С точки зрения К. Гергена, основателя данного направления, конструирование – важный компонент познавательного процесса, незаслуженно игнорируемый традиционным когнитивизмом. С целью преодоления данного недостатка К. Герген формулирует несколько основополагающих гипотез.

1. «Исходным пунктом всякого знания является сомнение в том,

что окружающий мир есть нечто, разумеющееся

само собой. Отсюда

следует, что любое объяснение этого мира может быть только конвен-

цией (соглашением).

2. Осмысление мира поэтому не есть автоматический процесс, но

результат активной совместной деятельности людей, вступающих во взаимные отношения, вследствие чего слова, употребляемые для обозначения объектов, имеют смысл лишь в контексте этих отношений (в них

неизбежно включены исторические и культурные варианты

конструирования).

3. Распространенность той или иной формы понимания мира связана с пертурбациями социальных процессов (правило «что чем считать» лишено определенности). Следовательно, степень устойчивости того или иного образа зависит от характера социальных изменений.

4. Таким образом, описания и объяснения мира сами констатируют формы социального действия и другими формами социальной деятельности»

тем самым как бы переплетаются с

Как видим, социально-психологическое понимание конструирования не расходится с социологическим, а дополняет его: из постулатов, выдвигаемых К. Гергеном, следует, что конвенции по поводу понимания мира непосредственно связаны с социальными действиями. Важно отметить, что социально-психологическая модель конструирования дает возможность лучше понять интенции конвенциональных отноше-

Цит. по: Андреева Г.М. Психология социального познания. – М.: Аспект

Пресс, 2000. – С. 222.

3.1. Конвенциональные тенденции интерсубъективного конструирования социальных миров 133

ний субъектов. В целом же социальный конструктивизм нацелен на выявление социальной сущности социальных феноменов

. Однако, с

нашей точки зрения, структурно-конструктивистское социокультурное видение конструирования дает возможность лучше представить, каким образом в конвенциональном взаимодействии интегрируют социальные миры. Весь реальный мир «здесь-и-сейчас» воспринимается человеком как некое социокультурное пространство, в которое он «погружен» вместе с другими людьми.

Для того чтобы жить в этом

специфическом пространстве, пространстве предметов и идей, чтобы конструировать его, человек постоянно должен: 1) считаться с существующими структурами и конвенциональными правилами поведения в социокультурном пространстве; 2) постоянно заключать конвенции по всем поводам. Таким образом, субъективные миры, пересекаясь, «встраиваются» в социокультурное пространство. Располагая субъективные миры «внутри» социокультурного пространства, мы не только

предполагаем выяснить механизмы конструирования, но и не нарушаем структурной целостности пространства.

Социокультурное пространство, благодаря тому что человек оказывается внутри этого пространства и проявляет в нем свой субъективный мир, становится для человека и пространством, и ми- ром одновременно. Именно так воспринимает его субъект. Очень сложно оторвать артефакты культуры от

смыслов. Они создаются уже как имеющие смысл и воспринимаются другими как имеющие смысл a priori. По этому поводу можно привести блестящий афоризм М. Мерло-Понти: «Внутреннее и внешнее неразделимо. Мир весь внутри, а я весь вне меня»

Иными словами, трактуя социокультурное пространство мира как пространство и как мир, мы как раз и выходим на нормативноинтерпретативную модель. Предложенная модель позволяет учесть следующие моменты: 1) смыслы, которыми наполнено социокультурное пространство мира; 2) структуры; 3) свойства социокультурного

См.: Knorr-Cetina K. Strong Constructivism – from a Sociologist’s Point of

View: A Personal Addendum to Sismondo’s Paper // Social Studies of Science. –

1993. – Vol. 23.

Мерло-Понти М. Феноменология восприятия. – СПб.: Ювента: Наука,

1999. – С. 527.

134 Глава 3. КОНВЕНЦИОНАЛЬНОСТЬ СОЦИАЛЬНЫХ МИРОВ

пространства мира; 4) конвенции, заключаемые по поводу интерсубъективного конструирования, благодаря которым становится возможной интеграция социальных миров.

Модель социокультурного пространства – целостная методологическая конструкция, объединяющая в себе принципы классической и неклассической парадигм, поэтому нам придется объяснить, на чем основывается ее непротиворечивость. Исследуем для этого термин

«погружение»

: субъективный мир не сразу и не вдруг оказывается

внутри социокультурного пространства, он должен его воспринять, познать, понять и, наконец, адаптироваться к нему. Принцип погружения в наилучшей мере отражает конвенциональные тенденции, возникающие при интерсубъективном конструировании.

Человек не может сразу же или за короткий срок «понять» интерсубъективное социокультурное пространство и

адаптироваться к нему, как не может вдруг сконструировать целостный образ мира. Во-первых, создание целостного образа начинается с появлением человека на свет и связано с другими сопутствующими процессами: социализацией, социальной адаптацией, идентичностью. Во-вторых, мы постоянно корректируем составленный образ, поскольку можем изменить место, где проживаем, свой социальный статус, дело, кото рым занимаемся, и т. д. В-третьих, образ социального мира собран из фрагментов, что связано с влиянием различных ситуаций на восприятие. Именно о сложности процесса восприятия социального мира пишет М. Мерло-Понти: «Во всякий миг мое перцептивное поле наполнено отражениями, потрескиваниями, мимолетными тактильными ощущениями, которые мне не под контексту восприятия и которые тем не менее я сразу же помещаю в мир, никоим образом не смешивая их с моими мечтаниями»

силу в точности привязать к

. Процесс

формирования собственного субъективного мира и выстраивания отношений с социокультурным пространством длится всю жизнь. Но мы можем говорить о некоторых моментах, оцениваемых субъектом как определенные этапы данных встречных процессов. Этот непрерывнодискретный процесс будем называть «погружением» в социокультур-

Термин «погружение» уже использовался в социологии в метафориче-

ском смысле (П. Бурдье, Ф. Знанецкий и др.).

Мерло-Понти М. Феноменология восприятия. – СПб.: Ювента: Наука,

1999. – С. 9.

3.1. Конвенциональные тенденции интерсубъективного конструирования социальных миров 135

ное пространство. Проходить нормально данный процесс может только при условии, если к процессу восприятия добавляется процесс формирования доверия к себе, к миру, к другим. Собственно именно на этом фоне усваиваются в дальнейшем конвенциональные «правила».

Человек, помещенный внутрь социокультурного пространства, прежде чем перейти к конструированию окружающей действительности, должен понять

, что его окружает. Восприятие не есть конструирование, поскольку «восприятие не есть знание о мире, это даже не акт, не обдуманное занятие позиции, восприятие – это основа, на которой развертываются все наши акты, и оно предполагается

ими»

. Однако, если мы говорим, что субъективный мир помещен в

социокультурное пространство, восприятие приобретает особое значение и исключительно активный характер. Пусть это не конструирование, но это уже начало отношений с социальным окружением. От нашего восприятия социального мира будет зависеть наше отношение к нему, мы выстраиваем отношение с социальным

миром как метастратегию, или глобальную стратегию. В то же время от этого будут зависеть жизненные и адаптивные стратегии, социальное поведение, принятие решений в тех или иных ситуациях. Кроме того, прежде чем начать действовать, необходимо иметь общее представление о том пространстве, в котором ты действуешь. Результатом восприятия социального мира является

целостное представление об этом мире, которое, с одной стороны, связано с чувственными переживаниями, а с другой – с рациональным подходом.

Конструирование мира (мысленное и практически-жизненное) становится возможным только при наличии других субъектов, каждый из которых строит собственное социокультурное пространство. В результате интерсубъективного конструирования появляются социокультурные пространства

социальных групп и социетальных общностей: социальный мир – контекст, постоянно стремящийся к расширению. Интерсубъективным конструкциям, в свою очередь, тоже свойственно взаимодействие – от взаимосвязей по поводу какой-либо конкретной ситуации до устойчивых отношений. Взаимодействие групп и социетальных общностей предполагает конструирование, которое при наличии определенных факторов может приводить к формированию

Там же.

136 Глава 3. КОНВЕНЦИОНАЛЬНОСТЬ СОЦИАЛЬНЫХ МИРОВ

некоего более широкого социокультурного пространства. Таким образом, процесс интерсубъективного конструирования организуется при условии постоянного взаимодействия социокультурных пространств и объединения двух или нескольких таких пространств в одно интерсубъективное, имеющее два аспекта – объективный и субъективный, оно структурировано и оно же конструируемо.

Взаимодействие социальных миров можно классифицировать по

модальности субъекта:



между индивидуальными социальными мирами;

 между групповыми социальными мирами (мирами семей, про-

фессиональных, статусных, сословных и других групп);

 между социетальными мирами (мирами суперэтносов, госу-

дарств, цивилизаций).

Объединение миров в единое социокультурное пространство возможно только в результате такого взаимодействия, которое было бы достаточным для появления качественно нового феномена. Основой такого процесса становится интерсубъективное конструирование, а обязательным критерием сформированности подобного социетального социокультурного пространства становится идентификация. С точки зрения П. Бергера и Т. Лукмана, «идентичность представляет собой феномен, который возникает из диалектической взаимосвязи индивида и общества»

Процесс формирования интерсубъективных социокультурных пространств и расширение данного конструируемого пространства за счет присоединения новых социальных субъектов указывают на реально существующий принцип социального взаимодействия, который мы обозначили выше как социальную конвенциональность. Социальная конвенциональность есть внутреннее свойство интерсубъективного мира, основанное на социальных конвенциях как способе обретения специфического состояния, именуемого согласием. П.

Бергер отмечает: «Выбор той или иной группы означает согласие жить в особом мире. Если социология знания предлагает нам общий взгляд на процесс конструирования социальной реальности, то теория референтных групп показывает множество маленьких цехов, в каждом из которых своя бригада строителей универсумов выковывает собственную мо-

Бергер П., Лукман Т. Социальное конструирование реальности. – М.:

Медиум, 1995. – С. 281.

3.1. Конвенциональные тенденции интерсубъективного конструирования социальных миров 137

дель космоса»1. Однако согласие жить в общем интерсубъективном мире не означает «размывание», или даже «нивелирование» собственного субъективного мира, это противоречит идее интерсубъективного конструирования. Соглашаясь на сосуществование, человек самым тщательным образом оберегает свой мир, выстраивая определенные границы. Он сам определяет, кого «впускать» в свой мир, а кого «не впускать». Инструментом, преодолевающим данную

замкнутость,

служат конвенции.

Проблема границ социокультурного пространства мира – есть проблема идентичности. Мир человека и есть сам человек. Аналогичной позиции придерживаются П. Бергер и Т. Лукман, утверждающие, что «идентичность объективно определяется как размещение в определенном мире, и она может быть субъективно усвоена лишь наряду с этим миром. Иначе говоря, горизонтов, открывающихся особым социальным миром»

любые идентификации возможны в пределах

. Данное по-

нимание границ не противоречит описываемой выше модели социокультурного пространства, где субъект активно интерпретирует собственное социальное окружение. Идентифицируя социальное окружение, субъект составляет представление о территории, где он живет и взаимодействует с другими, о наполненности данного пространства идеальными конструкциями, и прежде всего об отдельных артефактах.

Целостное представление всей совокупности

моментов получает со стороны субъекта определение «своего» мира. Этот момент (или в практике – моменты) и есть осознание идентичности. Но поскольку представление о данном мире имеет субъективный и интерпретативный характер, говорить об определенности и жесткости границ социокультурного пространства не приходится. Поэтому и ощущение идентичности всегда зыбкое, а его ясность зависит от

требования со стороны (по А. Тойнби, «вызова»), заставляющего индивида рефлексировать по этому поводу. Субъективное ощущение границ социокультурного мира корректируется между тем оценкой социокультурного пространства со стороны. Сторонний наблюдатель, другой субъект (группа субъектов), может иметь собственное сужде-

Бергер П. Приглашение в социологию. Гуманистическая перспектива. –

М.: Аспект-Пресс, 1996. – С. 112.

Там же. – С. 215.

138 Глава 3. КОНВЕНЦИОНАЛЬНОСТЬ СОЦИАЛЬНЫХ МИРОВ

ние о нашем мире, но его представление о нас самих – это в первую очередь суждение о нашем социокультурном пространстве. При этом суждение «другого» о нашем мире может значительно отличаться от нашего собственного. Более того, этот «другой» может иметь собственные обозначения для составляющих нашего мира (так же, например, как в этнологии

выделяются название и самоназвание этноса). Однако «другой» лишь может иметь представление об истинном содержании и границах нашего социокультурного пространства, однако тест на истинность границ – это идентичность.

В социальной теории часто разделяют социальную идентичность

(Ч. Кули, Г. Мид, Р. Бернс, А. Тэдшфел, Э. Эриксон, В.А. Ядов и др

.),

временную идентичность, связанную с образом социального или исторического времени (Е.И. Головаха, А.А. Кроник, П. Штомпка и др.), и средовую (пространственную) идентичность, связанную с образом среды как территории проживания (Р. Баркер, Т. Нийт, К. Линч и др.). Однако если мы считаем, что человек погружен в социокультурное пространство, имеющее

пространственно-временные координаты, то разрывать социальную, временную и пространственную идентичность нельзя. Более того, социокультурное пространство – это такое пространство, в котором рождаются смыслы, идентичность же понимается как определение себя через нечто, что имеет глубокий субъективный смысл. Мы говорили, что человек создает целостный образ мира из фрагментов, но идентифицирует он себя с

данным социальным миром как с миром целостным, поэтому временная и средовая (пространственная) идентичности являются лишь частными случаями.

Итак, социокультурное пространство – это жизненный мир, который идентифицируется как «свой», следовательно, индивид должен не только «увидеть» себя в контексте данного мира, но и соотнести этот мир со своей личностью, своими целями,

приоритетами и потребностями. Социокультурное пространство является одновременно и физическим (предметным), наполненным артефактами, и идеальным (интерпретативным), состоящим из идей, ценностей, норм. Осмысливая многие моменты, мы переживаем их каждый раз и определяем или не определяем им место в собственном социокультурном пространстве. Иными словами, у нас складываются эмоциональные отношения с собственным

пространством. В результате мы достаточно агрессивно реагируем, когда трогают наши любимые вещи, и воспринимаем это как вторжение в личностное пространство. Агрес-

3.1. Конвенциональные тенденции интерсубъективного конструирования социальных миров 139

сия такого рода хорошо описана у С. Кинга в его романе «Нужные вещи». Вещь для человека может значить больше, чем просто вещь: она связана с памятью, с теми моментами жизни, когда человек был счастлив и получал удовольствие не без участия данной вещи. Со временем ситуация идеализируется, а состояние удовлетворенности кажется столь

абсолютным, что привлекает возможностью своего повторения. Агрессия здесь служит великолепным показателем существования идентифицированного социокультурного пространства. Мы оберегаем индивидуальное социокультурное пространство так же, как оберегаем собственную личность, мы выделяем это пространство из числа других и из общего, дистанцируясь от «других». В то же время, стремясь к конвенциональному взаимодействию,

а тем более – к отношениям, мы прежде всего «допускаем» «другого» до любимых вещей, причем не просто демонстрируя их, но интерпретируя, делясь смыслами.

Конструируя и выстраивая эмоциональные отношения с собственным социокультурным пространством, человек тем не менее, подчиняясь естественной установке, никогда не забывает об интерсубъективном мире, естественно воспринимая его интерсубъектив ность. Социокультурное пространство – это «свой уголок» в интерсубъективном мире, а точнее, в интерсубъективном социокультурном пространстве, и человек готов знакомить с ним других и «впускать» их в свое пространство. Восприятие интерсубъективности мира как естественной ситуации объясняет возможность формирования общего социокультурного пространства двумя или большим количеством индивидов.

Индивидуальный

мир человека, сколь бы уникальным он ни был, копирует общие культурные стереотипы и ценности. Этнографам хорошо известен тот факт, что люди строят одинаковые жилища, имеющие предельно похожую обстановку, и даже предметы располагаются здесь в определенном общепринятом порядке. Чтобы проверить этот факт, достаточно зайти в несколько квартир, например, русских, или

американцев, или итальянцев и т. д. Но, несмотря на это, мы утверждаем, что социокультурное пространство каждого человека, и в первую очередь предметное пространство его жилища, квартиры, дома, уникально. При этом интерсубъективный характер ментального и практического конструирования общего социокультурного пространства предопределяет неизбежность «вторжения» субъектов в

140 Глава 3. КОНВЕНЦИОНАЛЬНОСТЬ СОЦИАЛЬНЫХ МИРОВ

социокультурное пространство друг друга, а существование их в одном общем социокультурном пространстве становится условием такого взаимодействия. Но только ли на этом основана возможность взаимодействия? А если субъекты относятся к разным культурам и воспитаны в разных культурных традициях? И почему субъект отнюдь не каждого «впускает» в свой мир? Мы даже в

гости приглашаем дале-

ко не всех.

Каждый человек индивидуально определяет возможность «вторжения на собственную территорию». Самый простой пример: если для кого-то большое количество самых разных людей (друзей, знакомых), постоянно бывающих у них дома, допустимо, то для некоторых их дом – в буквальном смысле крепость, которая оберегает от посторонних.

Проблема эта не исчерпывается психологическими качествами личности (по принципу: экстраверт – интроверт) или особенностями национальных традиций. Анализируя ситуацию взаимодействия индивидуальных миров, мы можем говорить о взаимодействии двух типов по признаку длительности субъективных отношений. Взаимодействие субъектов без «допуска» друг друга в индивидуальное социокультурное пространство ограничено, как правило, передачей информации или же

какой-либо деятельностью, имеющей непродолжительный, эпизодический характер. Взаимодействие субъектов, «впускающих» друг друга в собственное социокультурное пространство, характеризуется установлением конвенциональных отношений разного уровня. Тогда мы должны поставить вопрос о том, как и насколько «глубоко» мы «погружаемся» в социокультурное пространство «другого». Видимо, степень (или уровень) такого погружения имеет социальный и психо логический аспекты. Социальный аспект характеризуется тем, насколько успешными будут интерсубъективное конструирование общего социокультурного пространства и совместная деятельность. Психологический аспект может измеряться степенью аттракции и возможной аддикцией субъектов (или же одного из них). Ситуация, в которой оба субъекта «впускают» друг друга в собственное социокультурное пространство, зависит:

 от

личностных качеств обоих субъектов;

 от степени доверия друг другу обоих субъектов и меры доверия,

которая устанавливается в ситуации и в отношениях;

 от способности обоих субъектов к толерантному общению и сте-

пени их толерантности;

<<< < Предыдущая 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 1314 / 2014 15 16 17 18 19 20 > Следующая >>>

Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]