Добавил:

ivanov666 Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.

Вуз:

Башкирский Государственный Аграрный Университет

Предмет:

[НЕСОРТИРОВАННОЕ]

Файл:

Социальные конвенции. Монография

.pdf

Скачиваний:

Добавлен:

08.09.2026

Размер:

2 Мб

Скачать

☆

<<< < Предыдущая 1 2 3 4 5 6 7 8 9 1011 / 2011 12 13 14 15 16 17 18 19 20 > Следующая >>>

2.2. Типология социальных конвенций (конвенциональных взаимодействий) 101

Данное деление вовсе не соответствует делению на рациональные и нерациональные конвенции, хотя естественно, что деловые отношения имеют более рациональный характер, нежели неделовые. Кроме того, можно выделить следующие социальные конвенции:

1) в сфере экономики;

2) в сфере политики;

3) в сфере быта, в семье;

4) в сфере морали и права;

5) в сфере

религии и идеологии;

6) в сфере культуры;

7) в сфере искусства.

Поскольку сферы деятельности человека представлены социальными институтами, то социальные конвенции, складывающиеся внутри каждого из них, основываются на нормах и имеют ритуализированный характер. По этой причине интенциональность, стремление к интерсубъективному конструированию сводятся часто к отношениям партнерства и сотрудничества. Однако отношения

партнерства все же шире проигрывания ситуаций в рамках предписанных ролей и ритуалов. Человек всегда вкладывает в отношения нечто большее, а именно желание создать некую общую конвенциональную территорию, социальное пространство, где ритуалы имели бы наибольший эффект, а результаты были бы взаимовыгодными.

Конвенции в каждой из названных сфер имеют собственную

специфику. В экономике эти отношения, по наблюдениям самих же экономистов, напоминают игру в покер, где необходимо соблюдать джентельментские правила, но при этом думать о собственной выгоде. «Правила игры» делают конвенциональность в данной сфере вынужденной, основанной на отношениях обмена, прагматичной. Такая конвенциональность, казалось бы, противоречит самой сущности конвенции,

но на самом деле не только деловые отношения и погоня за прибылью толкают людей к партнерству – мы можем наблюдать у бизнесменов устойчивое желание играть в эту «игру», а сама игра невозможна без конвенции. Разработанный этикет и ритуалы проведения переговоров, наконец, такое понятие, как «гамбургский счет», свидетельствуют о том, что

конвенциональность и в данной сфере является социально-психологической потребностью. Создаваемое пространство оказывается релевантным для подобных игр и в высшей степени конвенциональным.

102 Глава 2. КОНВЕНЦИОНАЛЬНОЕ ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ

Особенностью политических конвенций является, наверное, самая тщательная, детальная их разработка. Не случайно само понятие «конвенция» берет свое начало из практики международных переговоров. Социальная конвенция в политике часто имеет циничный характер, ее «обнаженная» сущность – стремление к власти, потребность в ней, мотивированность властью – оказывается прикрыта ритуалами, как фиговым листком. Такая

конвенция имеет очень выборочный характер: не все и не со всеми будут стремиться к конвенциональным отношениям, поэтому игра становится игрой только для узкого круга, другие же (к ним можно отнести подчиненных – клерков и массу) не должны даже предполагать о ее существовании, истинных правилах и намерениях. К таким конвенциям можно отнести

, например, коалиции: помимо того, что людей здесь объединяет некоторая цель, они еще и хорошо понимают друг друга. Наряду с тем, что политик вынужден идти на конвенциональные отношения внутри властных структур, его деятельность является публичной. Поэтому конвенции вне системы с представителями общественного мнения, с активным электоратом будут иметь публичный и

демонстративный характер. Это, можно сказать, театрализованные конвенции. Обещания политика своим избирателям взамен их голосов на выборах – наверное, тоже конвенция, но опять-таки имеющая свои особенности. Часто отношения политика с собственным электоратом имеют манипулятивный характер, но степень такой преднамеренной манипуляции зависит от политической культуры общественности и уровня развития гражданского общества Манипулировать – не значит поступать дурно (данный термин в социальных науках перестал рассматриваться как обозначение моральнонравственной категории), если «правила игры» известны обеим сторонам, а результаты приносят пользу всем.

Специфика конвенциональных отношений в семье заключается в создании некоего единого адаптивного пространства, которое удовлетворяло бы всех входящих в него

субъектов. Известная аксиома, порожденная здравым смыслом и опытом, гласит, что когда проходят высокие любовные отношения, супруги могут найти адекватное удовлетворение в понимании и созданном совместно мире. Такой мир становится ценностью для обоих, и его конструирование – главный смысл конвенционального взаимодействия в семье. Существенной чертой данных конвенций выступает и их эмоциональность. Так

, от-

ношения аттракции – это конвенциональность совершенно особого

2.2. Типология социальных конвенций (конвенциональных взаимодействий) 103

рода. В условиях аттракции субъекты «впускают» друг друга в собственный мир достаточно «глубоко», поэтому и общая конвенциональная «территория», и интерсубъективное конструирование приносят такое чувство удовлетворения, что любое сокращение этой «территории» и прекращение аттракции приводят к состоянию стресса, к уменьшению активности субъекта, а следовательно, влияют на субъективный

мир личности. Таким образом, для того чтобы семья была нормальной, супруги и все члены семейства должны иметь навык установления конвенций, поскольку, как известно, жизнь без конфликтов невозможна, а устанавливать конвенции необходимо в каждой ситуации. Достижение конвенции предполагает прежде всего необходимость в «проговаривании» каждым собственных позиций и интересов. Семья, в

которой ситуации не обсуждаются, общие интересы отсутствуют и не находится общее решение («Мы подумали, и Я решил!»), – «нездоровая» семья.

К особенностям конвенций в сфере морали и права можно отнести их социетальный характер. Это правила наиболее общие, и они составляют социальный консенсус, социальный порядок, социальный контроль. Но одновременно они

становятся некоей структурированной основой для индивидуальных и групповых конвенций. Конвенциональные нормы (предписания) определяют, какое поведение нормально, а какое – девиантно. Но для того чтобы конвенциональная норма стала функциональной, необходим достаточно длительный период, поскольку нормы должны быть интериоризированы большинством, только после этого они вводятся в процесс социализации и передаются последующим поколениям как

уже не вызывающие сомнения от лица референтных субъектов (родителей, бабушек, дедушек, учителей и т. д.) и групп. Конвенциональные нормы предопределяют ролевое поведение субъекта и поддерживают конвенциональные роли (т. е. социальные роли, относительно исполнения которых договаривается общество). Конвенция в отношении социальных норм и ролей может быть жесткой, с соответствующей договоренностью о жестких санкциях, или мягкой, когда о санкциях не договариваются, но норму предлагают соблюдать. Для индивида нормы приобретают конвенциональный характер по мере социализации, и в этой связи для нас представляет интерес теория психической эволюции морального сознания Л. Кольберга. В соответствии с данной теорией взрослеющий человек, поднимаясь на

новую, более

высокую ступень морального сознания, решает проблемы, возникшие в

104 Глава 2. КОНВЕНЦИОНАЛЬНОЕ ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ

процессе интеракции, перестраивая и дифференцируя уже имеющиеся в его распоряжении когнитивные структуры. В эволюции морального сознания Л. Кольберг выделяет три уровня: 1) преконвенциональный,

2) конвенциональный, 3) постконвенциональный. Первый уровень (уровень А) не ориентирован на установление конвенции с «другим», он включает ориентацию индивида в своем поведении исключительно на систему наказаний и «правильные»

поступки. Второй уровень (уровень В) ориентирован на «другого», он включает межличностные ожидания, связи и согласие. Третий уровень (уровень С) ориентирован на общечеловеческие, универсальные ценности и принципы поведения, на взаимовыгодные действия при условии признания личности в качестве высшей ценности

И наконец, религиозные, культурные конвенции и конвенции в сфере искусства объединяет попытка интерсубъективного конструирования виртуального (нереального) мира с претензией на трансцендентность. Трансцендентность приобретает здесь демонстративный характер и становится ярко выраженной чертой данных социальных конвенций, поскольку любое содружество верующих людей или людей, относящихся к богеме, занято по большому

счету не прагматическими вопросами, а поисками понимания чего-то, что выходит за рамки мира обыденного, реального. Поэтому и сами способы, и сущность конвенций, и интерсубъективный мир, возникающий посредством данных конвенций, имманентно трансцендентны. Подобная трансцендентность подталкивает к аффективным взаимоотношениям, и само конструирование интерсубъективного мира происходит в присутствии аффекта. Так, ре лигиозный фанатизм или энтузиазм, замешанный на идеологии, приводят к появлению совершенно специфического интерсубъективного мира. Такой иллюзорный и / или утопический мир воспринимается как реальный и как единственно правильный. Но религиозный и идеологический миры «покушаются» на мир реальный. Они, как правило, от конвенциональности переходят к экспансии, поскольку не могут оставаться

внутри своего конвенционально сформированного пространства. В отличие от такого рода конвенциональности, конвенциональность в искусстве создает собственный независимый мир – мир, за которым его субъекты позволяют наблюдать «зрителям», но который при этом существует отстраненно.

См.: Kohlberg L. Justice as Reversibility // Essays on Moral Development. –

San Francisco, 1981. – Vol. 1. – P. 409.

2.2. Типология социальных конвенций (конвенциональных взаимодействий) 105

От типологии по сферам жизнедеятельности перейдем к типологии по внутренне присущим социальным конвенциям критериям. По данному основанию выделим 1) открытые и 2) латентные социальные конвенции. При этом речь, видимо, должна идти о степени открытости / латентности. Так, люди могут испытывать скрытую симпатию друг к другу, но по мере включения в какую-либо

деятельность и особенно при появлении общей осознанной цели их конвенциональные отношения начнут проявляться открыто. Латентность поэтому может быть свойственна конвенциональным отношениям в самом начале, и в этом смысле латентность конвенции есть ее интенция. Интересно, что превращение конвенции в открытую предполагает вербализированное выставление друг другу условий взаимодействия.

В то же

время латентные конвенциональные отношения предполагают обоюдные ожидания. Это нормально и понятно: человек ожидает конвенциональных отношений, но не конфликтных. Конвенциональность способствует равновесию когнитивной структуры личности и предотвращает когнитивный диссонанс. Перефразируя автора теории когнитивного диссонанса Л. Фестингера и когнитивистов, конвенциональность – это позитивный драйв, она способствует получению непротиворечивой информации и вообще

дает нам информацию не только о другой личности, но и о ее внутреннем мире. Мы уже упоминали, что в последнее время проблема образа мира представляет теоретический интерес и рассматривается в психологии социального познания и в когнитивизме. Но мы говорим о том, что в диалоге существуют два образа мира,

а социальная конвенция позволяет создавать и создает конвенциональную территорию для конструирования интерсубъективного мира. Конвенциональность через постоянное раскрытие субъективных миров партнерам по взаимодействию способствует созданию непротиворечивой картины мира. А это есть условие сохранения гомеостазиса личности.

Следует отметить, что социальная конвенциональность / социальная конвенция выступает в качестве понятия, противоположного социальной

конфликтогенности / социального конфликта. До сих пор это место было не занято, отсутствовала дихотомия и конфликт не имел адекватного противоположного понятия. С нашей точки зрения, понятия «партнерство» или «консенсус» по своему объему / содержанию оказывались меньше, чем понятие «конфликт». Консенсус – категория, относимая к макросоциологическому уровню, партнерство – к сфере

106 Глава 2. КОНВЕНЦИОНАЛЬНОЕ ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ

или деловых отношений, или гражданского общества. В любом случае в самом термине «партнерство» сквозит сугубо правовой политический или экономический контекст, требующий юридического подтверждения конвенциональных отношений. Между тем социальная конвенция может по аналогии с типологией конфликтов быть:

1) внутриличностной (конвенция с самим собой, характеризующая-

ся доверием к самому себе);

2) межличностной

(конвенция с другой личностью, характеризую-

щаяся доверием к «другому»);

3) межгрупповой (конвенция между социальными группами);

4) конвенцией принадлежности (конвенция между личностью и

группой);

5) конвенцией со всем миром (конвенция, характеризующаяся со-

стоянием полной удовлетворенности или альтруизмом).

Отличие данной классификации от аналогичной классификации конфликтов предположительно может заключаться в дополнительном факторе, характеризующем конвенцию как

положительное психосоциальное явление, а именно факторе доверия. Доверие выступает как индикатор конвенциональных отношений различного вида, при этом каждая категория конвенции предполагает собственную характеристику доверия. В целом доверие выступает как характерная и сопутствующая черта конвенциональности, объясняющая ее психосоциальную сущность.

Поскольку конвенциональные отношения – это отношения между

людьми, включенными в

деятельность, то социальная мотивация будет зависеть от мотивов и степени мотивированности субъектов. Выделим:

1) конвенции, в основе которых лежит мотив удовлетворения фи-

зиологических потребностей (биологическое побуждение);

2) конвенции, в основе которых лежит мотив удовлетворения соци-

альных потребностей, мотив достижения;

3) конвенции, в основе которых лежит мотив удовлетворения выс-

ших потребностей – понимания,

аттракции, самоактуализации.

И наконец, конвенция как деятельность предполагает определенный результат. В отличие от конфликта, такие отношения результативны, по большому счету они нацелены на выстраивание интерсубъективного мира. Поэтому будем различать социальные конвенции:

1) успешные и неуспешные;

2.3. Структура и механизмы социальных конвенций 107

2) законченные и незаконченные;

3) частные (локальные) и периодически возобновляющиеся.

Успешность / неуспешность социальной конвенции – критерий субъективный, при этом он имеет как минимум три стороны субъективности. Оценку социальной конвенции в отношении ее успешности дают оба субъекта конвенционального взаимодействия, при этом их оценка может отличаться; оценку конвенции дает сторонняя аудитория (если таковая абсолютно конгруэнтна оценке субъектов-участников. Объективный фактор здесь фигурирует в виде ожидаемого результата или же реализованной цели. Законченность / незаконченность социальной конвенции определяется ее протеканием от начала и до некоторой временной точки, в которой можно фиксировать хотя бы какой-то удовлетворяющий обе стороны результат. конвенций, то их можно определить как единожды случившееся конвенциональное взаимодействие. Повторение подобного взаимодействия будет возникать при двух условиях: 1) если каждая предыдущая конвенция приносит удовлетворение обеим сторонам;

2) если благоприятно складываются обстоятельства и прежняя ситуация повторяется.

Итак, проведенная типологизация социальных конвенций подтвердила, что многие формы «встраиваются» в данную классификацию и каждая отдельно взятая типология требует отдельного рассмотрения. Развернутая типология конвенциональных взаимодействий свидетельствует о сложности и многофункциональности такого феномена, как социальная конвенциональность. В результате типологизации, проведенной в данном диссертационном исследовании, социальная конвенциональность оказалась конкретизированной и приобрела содержание.

присутствует), и данная оценка никогда не бывает

Что же касается частных

и виды взаимодействия естественным образом

2.3. СТРУКТУРА И МЕХАНИЗМЫ

СОЦИАЛЬНЫХ КОНВЕНЦИЙ: ИНТЕНЦИИ,

СТРАТЕГИИ, ОТНОШЕНИЯ

При рассмотрении конвенционального взаимодействия как процесса можно выделить три этапа: 1) доконвенциональный (когда непосредственного взаимодействия еще не случилось); 2) конвенциональ-

108 Глава 2. КОНВЕНЦИОНАЛЬНОЕ ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ

ный (протекание самого взаимодействия); 3) послеконвенциональный (когда существует результат конвенционального взаимодействия, но оно само закончено). На каждом из этапов поведение субъекта имеет свои особенности. Если рассматривать социальную конвенцию как социальное взаимодействие с положительной окраской, то возникает вопрос, что именно побуждает субъекта к такому роду отношений и из чего складывается их

положительное содержание.

Во-первых, для того чтобы социальная конвенция произошла, случилась как факт, необходимо, чтобы на доконвенциональном этапе хотя бы у одного субъекта возникли желание и потребность в конвенциональном взаимодействии / отношении. Впрочем, изначально возможны два варианта: 1) только у одного субъекта возникает желание перейти к конвенциональным отношениям, и он

привлекает внимание, убеждает и заинтересовывает «другого»; 2) у обоих субъектов такое желание возникает одновременно.

Подобное есть не что иное, как интенция внутреннего трансцендентного мира. Внутренняя интенция к конвенциональности продиктована как раз социальной сущностью человека, его стремлением к интерсубъективному конструированию мира, что возможно только через раскрытие собственного мира и

познание мира «другого». При этом потребность в социальной конвенции может осознаваться как рациональная необходимость, но может и оставаться латентным, и даже непонятным самой личности, побуждением.

Таким образом, рациональную или нерациональную окраску социальная конвенция приобретает в момент, когда она не перешла еще непосредственно в действие, а является лишь интенцией, внутренним направленным желанием. Поэтому мы говорим, что социальная конвенция как явление выходит за рамки социального действия и взаимодействия и не является конгруэнтным им понятием. Формирование мотива конвенционального действия зависит:

1) от самой личности (личностных характеристик: степени активности, коммуникативных качеств, тревожности, внутриличностных проблем и т. д.);

2) от системы ценностей

и социально-психологических установок,

сложившихся стереотипов поведения.

В равной мере на формирование мотива конвенционального действия оказывает влияние присутствие «другого» («других»), готового или не готового к конвенциональным отношениям. Вообще готовность

2.3. Структура и механизмы социальных конвенций 109

к конвенциональным отношениям следует отличать от мотивации, это как бы следующий шаг на пути к самому действию – непосредственной конвенции. Готовность – это своего рода барьер, отделяющий интенцию от действия. При этом высокая степень готовности предопределяет динамический характер начала действия, в данном случае конвенционального. В свою очередь, высокая активность в самом начале конвенции скорее приводит к формированию конвенциональных отношений.

На переход от интенций к конвенциональным действиям оказывают влияние и взаимные ожидания. Напомним, что для Т. Парсонса взаимные ожидания являются условием гомеостазиса общества, в то время как их нарушения приводят к конфликтам. Ожидания подводят к конвенциям, формируя готовность к данному

типу отношений. Но не обязательно конвенции предшествует взаимное ожидание, она может происходить как стихийное событие, к которому подталкивает, например, сама ситуация (иногда говорят: «Ситуация располагала к этому»).

Следовательно, еще один фактор, влияющий на социальную конвенцию, – это ситуация, понимаемая как частный контекст, или взаимосвязь внешних факторов и диспозиций участников. Если

ситуация требует от субъекта принятия какого-либо взвешенного, рационального решения в пользу конвенциональных отношений; если индивид понимает, что конвенциональные отношения ему выгодны, поскольку он эффективнее и быстрее сможет добиться поставленной цели и, возможно, даже решить не одну проблему, а несколько (конвенциональные отношения часто позволяют «убить нескольких

зайцев

сразу»), то и мотивация субъекта имеет рациональный характер.

Даже если впоследствии отношения между субъектами перестанут носить рациональный, прагматический характер, а перейдут в аттракцию, первоначальная мотивация, основанная на личностном ratio (выгоде), будет давать о себе знать. В равной степени и отношения аттракции могут через некоторое время приобрести рациональный оттенок (

например, если два человека, находящиеся в таких отношениях, организуют совместное дело). Именно такие отношения можно назвать отношениями партнерства. Рационализация отношений аттракции может помочь сохранить «нежные чувства», вопреки известному утверждению «ничто не вечно под луной», а может их разрушить.

110 Глава 2. КОНВЕНЦИОНАЛЬНОЕ ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ

Итак, внутренняя интенция перетекает в формирование сначала мотивации, затем готовности, что сопровождается оценкой ситуации. При этом перед началом самих конвенциональных отношений личность должна как бы еще раз посмотреть на свой собственный мир, дать оценку своим проблемам и действиям, своему жизненному опыту и чувствам. Это может напоминать генеральную уборку перед прие мом желанных гостей, когда мы и некоторые вещи пытаемся оценивать с точки зрения этого «ожидаемого гостя». Такое состояние есть состояние готовности к вступлению в конвенциональные отношения, оно отмечено волнением и неопределенностью, которую субъект стремится преодолеть. Потребность конвенциональных отношений активи-зирует индивида, а при благоприятных условиях готовность переходит в действие.

Однако еще до начала действий субъект выби-

рает конвенциональные стратегии.

Жизненная стратегия человека имеет сугубо эгоцентричный характер. Когда мы говорим «жизненная стратегия», наше воображение рисует упорно пробивающегося в жизни человека, который должен реализовывать свои потребности среди множества таких же, стремящихся к собственной выгоде субъектов. Таким образом, жизненная стратегия – это

своеобразная замена закону борьбы за выживание, имеющему место в животном мире (вспомним размышления «премудрого пескаря», который так и прожил жизнь, не высовываясь). Жизнь человека сложнее, человек рефлексирует и способен к антиципации, у него есть прошлое и будущее – все это заставляет его, исходя из собственных установок, прокладывать некий будущий

фарватер.

Поскольку человек существует в интерсубъективном социокультурном пространстве, на формирование его жизненных стратегий будут влиять окружающие его субъекты, а сама жизненная стратегия будет формироваться как конвенциональная для данного социокультурного пространства. Социально-психологические установки, социальные стереотипы, ценности – все, что хоть как-то определяет человеческое поведение, встраивается в так

называемые жизненные стратегии. Человек может не осознавать, что стереотипы и установки определяют его поведение, но он не может не задуматься хотя бы раз в своей жизни о собственных жизненных стратегиях. Впрочем, уровень осознания и рефлексии прямо пропорционален интеллектуальному уровню, чего нельзя сказать о степени эффективности стратегий.

<<< < Предыдущая 1 2 3 4 5 6 7 8 9 1011 / 2011 12 13 14 15 16 17 18 19 20 > Следующая >>>

Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]