Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Смутные времена в истории России. Материалы всероссийской научной конференции (Омск, 28 февраля 2012 г.)
.pdf
Негосударственное образовательное учреждение
высшего профессионального образования
«Омский юридический институт»
СМУТНЫЕ ВРЕМЕНА В ИСТОРИИ РОССИИ
Материалы всероссийской научной конференции
(Омск, 28 февраля 2012 г.)
Омск
ОмЮИ
2012
ББК 63.3(2)
C52
Ответственные редакторы
канд. ист. наук, доц. С. А. Величко;
канд. филос. наук, доц. Г. И. Тюменцева
Смутные времена в истории России : материалы всероссийской научной конференции (Омск, 28 февраля 2012 г.). – Омск :
Омский юридический институт, 2012. – 190 с.
ISBN 978-5-98065-099-5
В сборнике публикуются материалы всероссийской научной
конференции, посвященной 400-летию окончания Смутного времени в России и освобождению Москвы от польской интервенции. В конференции приняли участие историки, юристы, философы, политологи, психологи и специалисты других отраслей знаний из многих регионов России. В материалах конференции рассматриваются проблемы «смутных времен» в России на протяжении ее многовековой истории – с XIII века по настоящее время.
Ответственность за содержание и достоверность приводимых
фактов несут авторы публикаций.
ISBN 978-5-98065-099-5
© Омский юридический институт, 2012
Москва, Стародуб и кризис XIII века
С. М. Усманов –
профессор кафедры новой, новейшей истории и
международных отношений Ивановского государственного
университета, доктор исторических наук
В 1983 г. английский историк Джон Феннел выпустил в свет
свою весьма любопытную работу «Кризис средневековой Руси».
Благодаря изданному в 1989 г. в издательстве «Прогресс» русскому переводу она вполне доступна и отечественным исследователям. Пожалуй, данный труд британского русиста более всего интересен своей концептуальной заостренностью, проблемной
постановкой многих проблем средневековой истории Руси. Как
не без оснований утверждает в своей книге Дж. Феннел, для нашей страны XIII столетие было «эпохой хаоса разъединенности,
раздробленности, слабосильных стремлений, военной неподготовленности и беспомощности». И дело тут отнюдь не только
в последствиях монголо-татарского нашествия. Английский историк подчеркивает, что слабость Руси объяснялась, прежде всего,
«преступным консерватизмом, органически присущим правившим княжеским родам, их нежеланием и неспособностью изменить устаревший, трещавший по всем швам порядок, вопиющей
бездарностью большинства князей».
Сразу заметим, что утверждения британского историка о «преступном консерватизме» и «устаревшем порядке» явно из разряда
достаточно спорных суждений. В некоторых существенно важных своих чертах такой консерватизм был для Руси необходимым
и благотворным. И это относится, прежде всего, к приверженности ее политической элиты православным традициям.
Впрочем, не будем отрицать того, что русская государственность в XIII столетии действительно переживала тяжелый кризис.
Тем не менее в отечественной исторической науке этот «кризис
средневековой Руси» как-то не очень и замечают. Вместо этого
появлялись и продолжают выходить работы в основном двух типов: либо это наполненные мелочной описательностью разработ-
3
ки тех или иных частных вопросов, причем нарочито лишенные
развернутых оценок и обобщений, либо, напротив, пронизанные
нормативизмом общие рассуждения об усилении феодального
гнета (как это было в советскую эпоху) или, скажем, о становлении «русской цивилизации» (такое нередко мы видим в наши
дни). Но и в том, и в другом вариантах XIII век дает мало возмож-XIII век дает мало возмож- век дает мало возможностей для упражнений подобного рода, а значит, и не особенно
часто основательно осмысливается.
Однако, на наш взгляд, опыт XIII столетия заслуживает внима-XIII столетия заслуживает внима- столетия заслуживает внимания, в том числе и со стороны общественного мнения в нынешней России. Ведь этот век в истории нашей страны представлял
собой самую настоящую Смуту, да еще и затянувшуюся на целые десятилетия. Как отмечал тот же Дж. Феннел, к концу данного столетия у Руси было только два возможных варианта развития – или «впасть в политическое забвение» и быть поглощенной
«растущей и агрессивной Литвой», или же возродиться «под руководством твердого и решительного правителя».
Можно соглашаться или не соглашаться с английским исследователем. Но в существенном и главном его доводы отнюдь
не построены на песке. Так что подобный, пусть и очень тяжелый, опыт как нельзя более полезен и поучителен для России нашего времени.
Рассмотрим эту проблему истории Руси XIII столетия на при-XIII столетия на при- столетия на примере Стародубского княжества в контексте его положения в тогдашней Руси. Как известно, в русской средневековой истории
Стародубское княжество занимает свое, пусть и не очень заметное место. Лишь до конца XI� столетия оно было сравнитель-XI� столетия оно было сравнитель- столетия оно было сравнительно самостоятельным. Уже в следующем веке княжество попадает под полную власть Москвы, а к X�I столетию и вовсе совер-X�I столетию и вовсе совер- столетию и вовсе совершенно исчезает. Давно уже нет и династии князей Стародубских,
хотя этот род продолжают до сих пор князья Гагарины и Хилковы. Показательно и то, что уже давно исчез родовой центр князей
Стародубских – город Стародуб-на-Клязьме, называвшийся еще
Стародубом-Ряполовским. Надо заметить в этой связи, что первый город, получивший это название – Стародуб-Северский, существует до сих пор. Равно как до сих пор не исчезли и радуют
4
нас своей неповторимой красотой и атмосферой Ростов Великий,
Суздаль, Переславль-Залесский, Плес и немало других городов,
сохранивших для нас дух русской древности и средневековья.
Однако в XIII столетии до такого итога было еще очень дале-XIII столетии до такого итога было еще очень дале- столетии до такого итога было еще очень далеко. Напротив, Стародубское княжество имело и свои известные
преимущества. Оно весьма выгодно располагалось в нижнем течении Клязьмы, а потому значительная часть грузов из Владимира и Суздаля шла на восток и юг через него. Судя по археологическим данным, в самом Стародубе было и собственное ремесленное производство, в частности, гончарное. Стародубье было богато рыбой, медом, пушным зверем. Княжество меньше страдало от татарских набегов: здесь куда больше «доставалось» более
заметным и богатым Владимиру, Суздалю, Ростову, Переславлю.
В общем, в XIII в. Стародуб мало чем отличался от столь воз-XIII в. Стародуб мало чем отличался от столь воз- в. Стародуб мало чем отличался от столь возвысившейся в будущем Москвы. Оба были небольшими городами,
практически полностью застроенными деревянными сооружениями. Оба города не имели ни каменных соборов, ни епис копских
кафедр, ни собственного летописания. А их князья – и московские,
и стародубские – в тогдашней политической жизни явно были
на вторых ролях, а потому очень редко упоминались в летописях.
И все-таки к концу рассматриваемой нами эпохи Москва уже
приобрела одно внешне незаметное, но очень ценное преимущество. Мы имеем в виду обстоятельства духовного порядка, которые очень многие историки стараются вообще игнорировать
либо «выносить за скобки». Это относится и к весьма содержательной книге Дж. Феннела. В конце концов, по внешней своей
канве XIII столетие не очень отличается от следующего – четыр-XIII столетие не очень отличается от следующего – четыр- столетие не очень отличается от следующего – четырнадцатого. Вроде бы те же самые набеги, усобицы, бедствия. Но
в XI� в. «на глубине» русской жизни происходят большие изме-XI� в. «на глубине» русской жизни происходят большие изме- в. «на глубине» русской жизни происходят большие изменения именно духовного порядка. Изменяется, точнее начинает
изменяться, сам русский человек. И в результате происходит настоящий духовный всплеск, давший Руси множество святых и героев. XIII век в этом отношении куда беднее. Он, по общему пра-XIII век в этом отношении куда беднее. Он, по общему пра- век в этом отношении куда беднее. Он, по общему правилу, живет еще старым багажом.
Но у Москвы свой настоящий герой и подвижник к концу
XIII столетия уже появился. Это был младший сын великого кня- столетия уже появился. Это был младший сын великого кня-
5
зя Александра Невского князь Даниил Московский. Он был скромен, незаносчив, трудолюбив. И при этом постоянно и усердно
предстоял Богу, на деле выполнив главные заветы своего отца.
В данном отношении есть одно очень сильное свидетельство –
основанный им Данилов монастырь, в наши дни являющийся
официальной резиденцией предстоятеля Русской православной
церкви. А разве мало было монастырей, за многие века основанных теми или иными князьями?
Духовная мощь князя Даниила, этого действительного «хозяина» Москвы, хорошо известна православным москвичам и
в наши дни. Являл он ее и в прошлом, например, явившись у
Москвы-реки одному придворному юноше великого князя Ивана III со следующим повелением: «Рцы великому князю Ивану:
сам убо всячески себе утешаеши, мене же забвению предал еси».
Такого выдающего подвижника среди князей Стародубских
не было. Правда, в XI� столетии был среди них князь Федор Ива-XI� столетии был среди них князь Федор Ива- столетии был среди них князь Федор Иванович, прозванный благоверным. Он погиб в Орде в 1330 г., отстаивая свою веру и интересы своего княжества. Его память весьма почиталась спустя долгое время после кончины. И в наше время его чтут жители села Алексино, находящегося на территории
Ивановской области. Именно в этом селе был погребен благоверный князь Федор.
Однако Стародуб-на-Клязьме был, прежде всего, ставкой
удельных князей. Ни духовными трудами, ни сколько-нибудь заметными хозяйственными достижениями он не прославился.
Судя по сохранявшимся в его окрестностях преданиям, Стародуб
выделялся разве что высотой княжеского терема. Будто бы, забравшись на его верх, можно было увидеть Суздаль (примерно
65 нынешних километров по прямой линии!).
Как бы то ни было, старинный русский город Стародуб-наКлязьме не дошел до нашего времени. Тем не менее его история
не должна быть для нас безразлична. Она является своего рода
предостережением против чрезмерного увлечения материальными благами и сиюминутными заботами и против пренебрежения
подлинно высокими духовными традициями, на основе которых
и были достигнуты все главные успехи России. Впрочем, мы мо-
6
жем обращаться к нашим традициям и обогащаться их опытом.
В этой связи изучение нашей истории дает и сейчас немало ценных и поучительных уроков.
Суверенизация сибирских народов
в условиях российской революционной смуты:
к проблеме роли этнических элит
А. В. Сушко –
профессор кафедры гуманитарных и социально-
экономических дисциплин Омского филиала
Военного учебно-научного центра Сухопутных войск
«Общевойсковая академия» Вооруженных cил
Российской Федерации, доктор философских наук
Слово «смута» в русском языке толкуется как мятеж, беспорядки, волнение, раздор, ссора, нелады. Революционные события
в России сопровождались этими явлениями. Поэтому активный
участник тех событий генерал А. И. Деникин, руководивший Белым движением на юге России, назвал свою работу «Очерки русской смуты»1. Современный российский историк В. П. Булдаков
определил российский революционный кризис 1917 г. как «красную смуту»2. Привычное использование термина «смута» применительно к событиям в России X�II в. скорректировано событиями революции и Гражданской войны в ХХ в., имевшими характер
общероссийской смуты. Цель данной работы – охарактеризовать
роль элит сибирских народов, инициировавших процессы суверенизации в годы революционной смуты в России.
Процессы суверенизации начались в Сибири в результате победы Февральской революции 1917 г. Они проявились в последовательную деятельность элит по защите интересов своих на-
1
См.: Деникин А. И. Очерки русской смуты. М., 1991.
2
См.: Булдаков В. П. Красная смута. Природа и последствия революцион-
ного насилия. М., 1997.
7
родов посредством образования территориальных автономий и
государств. Национализм был идеологией всех без исключения
движений за суверенизацию в Сибири.
В этой связи важным является вопрос, насколько деятельность
элит отражала интересы их народов, или же их представители под
маркой «защиты народных интересов» преследовали собственные корыстные цели. Когда используется понятие «элита», речь,
по сути, всегда идет о политической элите. В этой связи важно
обратить внимание на основания властной легитимнос ти элит.
В связи с этим важен ценностный аспект элитаристских теорий,
который подчеркивает, что, во-первых, принадлежность определенного члена общества к элите определяется наличием у него качеств, полезных для всего общества: таланта, профессиональной
компетентности и готовности служить общественным интересам;
во-вторых, элита образуется не в результате ожесточенной борьбы за власть, а в итоге «естественного отбора» обществом наиболее ценных и одаренных личностей; в-третьих, элита сплачивается не на основе имеющихся привилегий и противостояния большинству общества, а в процессе профессионального сотрудничества в решении тех или иных вопросов общественной жизни;
в-четвертых, взаимодействие между элитой и обществом представляет собой не отношения господства и подавления, а основанную на общественном доверии власть более опытных и знающих.
Элиты сибирских народов, инициировавшие процессы суверенизации, боролись за политическую власть. Их представители вышли из разных по материальному достатку слоев общества, но
были наиболее грамотными и компетентными представителями
своих народов, их деятельность по суверенизации поддерживалась массами, надеющимися, что элиты, придя во власть, смогут
защитить их интересы во всех сферах общественной жизни.
После победы Февральской революции элиты народов Сибири проявили благоразумие. Они заявили о безоговорочной поддержке новых революционных органов власти, созданных Временным правительством, и готовность ждать реализации интересов своих народов до созыва всенародно избранного Учредительного соб рания и Сибирской областной думы.
8
Интересы сибирских народов были сформулированы интеллигенцией в ходе многочисленных съездов, проводимых в период
с марта по октябрь 1917 г. У коренных народов Сибири они оказались во многом схожими и отражали причины процессов суверенизации. От имени своих народов съезды выдвинули требования обретения в полном объеме гражданских прав, введения
земства с перспективой последующего обретения национальнотерриториальной автономии в составе России или Сибири, а также участия представителей элит сибирских народов в законодательных органах сибирской и общероссийской властей, защиты
интересов в области землепользования, создания условий для сохранения и развития культуры, а также роста благосостояния.
В ходе Октябрьской революции в результате признания большевиками «права наций на самоопределение» в качестве принципа своей политики в отношении народов России процессы суверенизации получили дополнительный импульс. Их развитие привело к требованиям элит о самоуправлении через создание институтов национально-территориальной автономии. В разгар Гражданской войны эти процессы иногда протекали даже в формах попыток образовать суверенные, независимые от России государст ва
(Горный Алтай, Бурятия).
В развитии процессов суверенизации ясно прослеживаются
следующие взаимосвязанные закономерности. Во-первых, чем
более слабой и менее авторитетной становилась центральная
власть, тем масштабнее становились требования националистов,
постепенно эволюционировавшие от автономий к федеративному
переустройству России, а затем и (в ряде случаев) к образованию
независимых государств. По мере же усиления центральной власти националисты опускали планку своих требований до земского самоуправления. Во-вторых, сотрудничество националистов из
нерусских народов края с общероссийскими политическими партиями определялось стремлением элит провести суверенизацию
своих народов, добившись их автономного существования. Националисты в своей деятельности приоритетной считали именно защиту интересов всего своего народа – нации – без классового разделения. Для реализации этой цели они гибко варьировали соци-
9
альными, классовыми лозунгами. Поэтому взаимодействие элит
крупных сибирских народов с общероссийскими политическими
партиями определялось не идеологиями политических партий,
а их близостью к власти и готовностью содействовать суверенизации сибирских народов через признание создаваемых их интеллигенцией органов национального самоуправления.
Приведем пример, раскрывающий указанные закономерности. Существовавшее в среде казахов движение «Алаш» никогда
не отступалось в своей интерпретации от национальных, этнических интересов казахского народа, но гибко играло с социальными лозунгами, варьируя между общероссийскими партиями: сначала кадетами (лидер Алаш Букейханов был даже членом кадетского ЦК), потом эсерами (с конца лета – осени 1917 г. алашевцев привлекал пункт программы эсеров о федерации), затем большевиками (алашевцы в 1918 г. активно вели переговоры с большевиками, надеясь на признание территориальной автономии казахского народа под своим руководством), затем снова кадетами (отторгнутые большевиками, поддержавшими их политических конкурентов из «Уш Жуз», алашевцы сотрудничали с колчаковскими властями в надежде на территориальную автономию),
а по окончании Гражданской войны многие лидеры «Алаш» начали вновь решать вопрос о национально-территориальной федеративной автономии казахов рука об руку с большевиками, в чем,
собственно, и преуспели. Подробнее эти политические метаморфозы освещены в монографии Д. А. Аманжоловой1.
При оценке результатов деятельности элит по суверенизации сибирских народов следует непредвзято взглянуть на результат. Более
развитые в культурном отношении и многочисленные народы Сибири, имевшие слой националистически настроенных интеллигентовпросветителей, добившись в результате революции и Гражданской
войны создания национально-государственных образований в границах СССР, защитили свои интересы, осущест вив модернизацию
архаичных народов в современные нации, на данном историческом
этапе обеспечив их суверенное, прогрессивное развитие. Национа-
1
См.: Аманжолова Д. А. Казахский автономизм и Россия. М., 1994.
10
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]