Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Российская деревня в условиях индустриальной модернизации
.pdf
Даже если признать, что в табл. 4 с кулаками объединены креп-
кие середняцкие хозяйства, все равно основной фигурой в крестьянском движение за КС был середняк, то есть основная масса крестьян.
Это признавало и руководство коммунистической партии. В ноябре
1927 г. Н. И. Бухарин отмечал: «Мы имеем весьма острую постановку вопроса о крестьянском союзе»1.
§ 7. Крестьянские настроения:
рост социальной напряженности в деревне
В широкий научный оборот в рамках международного проекта
Института российской истории РАН «Советская деревня глазами ВЧК – ОГПУ – НКВД» введены оперативные данные ОГПУ о
крестьянских настроениях в нэповской деревне2. Они и другие источники зафиксировали нарастание социальной напряженности в
советской деревне во второй половине 1920-х гг., что проявилось в
росте бытового хулиганства и уголовной преступности в молодежной
среде, нередко принимавших политическую окраску, а также в расколе деревни на противников и сторонников аграрной политики советской власти. Как и в случае со сводками ОГПУ о крестьянском движении за КС, информация этого органа по указанной теме не может
рассматриваться в качестве единственно достоверного источника. Но
имеющие в сводках данные о крестьянских настроениях заслуживают внимания, так как эти сводки – наиболее полные среди доступных
на данный момент исследователям источники и не искажают общей
картины положения в деревне в рассматриваемый период3.
В донесениях ОГПУ сообщалось о многочисленных случаях,
когда хулиганствующая молодежь, в том числе комсомольцы, представлявшие собой не комсомольскую ячейку, а «кучку хулиганов и
самогонщиков», терроризировали селения, избивали крестьян, насиловали женщин и т. п.4 Например, в дер. Колтово Брянской губернии «терроризированные хулиганами» крестьяне ложились спать,
«ожидая нападения» и «кладя под руки топоры»5. Неспособность
милиции обуздать хулиганов и преступников обусловили всплеск в
1
Бухарин Н. И. Путь к социализму. Избранные произведения. С. 211.
2
Кондрашин В. В. Советская деревня глазами ВЧК – ОГПУ – НКВД: к
итогам международного проекта // Вопросы истории. 2013. № 7. С. 162–170.
3
Орлова Ю. Крестьянские настроения в 1926 году // Отечественные за-
писки. 2004. № 1. С. 415–437.
4
Советская деревня глазами ВЧК – ОГПУ – НКВД. Т. 2. С. 426.
5
Там же. С. 448–449.
471
доколхозной деревне актов самосуда над застигнутыми на месте преступления ворами и хулиганами1. Сельские сходы принимали решения о высылке хулиганов2.
Распространенными в 1926–1927 гг. были случаи «политического хулиганства» молодежи, когда в пьяном виде молодые крестьяне
врывались на организованные сельсоветом и ячейкой ВКП(б) собрания и разгоняли их, избивали местных активистов (селькоров, комсомольцев и т. д.)3.
Донесения ОГПУ отмечали изменение отношения части
крестьян к памяти В. И. Ленина и действующему руководству
Советского государства. Например, в с. Усть-Козлуха Рубцовского
уезда Сибирского края в мае 1926 г. группа крестьян «составила поезд из 10 подвод», на одной из которых стояло чучело, «поезд ездил
по деревне», и «один из кулаков кричал, указывая на чучело: “Это –
Ленин”»4. ОГПУ сообщало о фактах порчи в красных уголках портретов В. И. Ленина и «вождей» (на портретах «прокалывали глаза»
и т. п.)5. Сильный рост «политхулиганства» в советской деревне накануне коллективизации «выдвинул в порядок дня» борьбу с этим
явлением органов ОГПУ6.
Сводки ОГПУ зафиксировали факт растущего противостояния
части крестьянства политике советской власти в ходе перевыборов
Советов и во время основных налоговых и хлебозаготовительных
кампаний 1926–1927 гг. Исходя из установок коммунистической
партии оппозиционно настроенных крестьян ОГПУ объединило в
«кулацкие» и «антисоветские» группировки, хотя в действительности, наряду с кулаками, в них были представлены все социальные
группы доколхозной деревни. Хотя статистика ОГПУ в этом вопросе
нуждается в проверке и уточнении, тем не менее она отражает реально существовавшую в рассматриваемый период в деревне тенденцию
роста протестных настроений как реакцию на политику власти (см.
табл. 5).
1
Советская деревня глазами ВЧК – ОГПУ – НКВД. Т. 2. С. 450, 586, 596,
624–625.
2
Там же. С. 415–416.
3
Там же. С. 414, 449.
4
Там же. С. 415.
5
Там же. С. 594, 616, 625.
6
Там же. С. 639–640.
472
Таблица 5
Численность выявленных ОГПУ «кулацких» и «антисоветских» группи-
ровок в регионах СССР в период с ноября 1925
по 1 января 1928 г. в период перевыборов сельских Советов
Регионы Время действия выявленных группировок
Перевыборы
сельских
советов:
ноябрь 1925 –
май 1926 г.
Украина 68 66 178 133 445
Северный
Кавказ
Центр 121 20 144 134 419
Сибирь 80 31 81 30 222
Поволжье 37 15 72 53 177
Урал 40 13 42 46 141
ДВК 33 10 20 50 122
Северо-Запад
Запад 14 5 30 91 100
Всего 544 243 752 653 2161
Источник: Советская деревня глазами ВЧК – ОГПУ – НКВД. М., 2000. Т. 2.
С. 636.
142 71 161 59 433
9 12 24 57 102
Июнь –
декабрь
1926 г.
Перевыборы
сельских советов:
январь – март
1927 г.
Апрель –
декабрь
1927 г.
Всего
с 1 ноября
1925 по
1 января
1928 г.
Как видно из данных табл. 5, в 1927 г. наибольшую активность в период выборной кампании в сельсоветы «кулацкие группировки» проявили в основных зерновых районах страны, а также в Центральном
промышленном районе.
О растущей социальной напряженности в деревне на почве недовольства действиями советской власти в 1926–1927 гг. свидетельствовали зафиксированные ОГПУ акты крестьянского («кулацкого»)
террора против представителей местной власти. Его объектами были
проводники политики государства – сельские активисты (председатели сельсоветов, селькоры, коммунисты и комсомольцы), которых
избивали и даже убивали крестьяне, пострадавшие от их действий –
выявление скрытых посевов, необлагаемых доходов от торговли,
лишение избирательных прав и т. д. За период с 1924 по 1927 г. в
сельских регионах СССР ОГПУ учло 2853 случая «кулацкого террора». Большинство из них имело место в Сибири (883), Центральной
России (393) и на Украине (370)1.
1
ЦА ФСБ России. Ф. 2. Оп. 5. Д. 389. Л. 109.
473
В 1926–1927 гг. в советской деревне сформировался достаточно
прочный костях сельского актива, как правило, из деревенской бедноты и молодежи, решительно поддерживающий курс коммунистической партии на борьбу с кулаком, поддержку бедняка, организацию
колхозов и т. п. Он был готов действовать и уже действовал «комбедовскими методами» в период сбора налогов, выявления скрытых посевов у кулаков и зажиточных крестьян, выступая инициатором массового лишения избирательных прав в период выборных кампаний в
Советы всех, по его мнению, антисоветски настроенных односельчан,
невзирая на их имущественное положение1.
§ 8. Кризис хлебозаготовок
В 1927 г. настоящим потрясением для страны и испытанием для
власти стал кризис хлебозаготовок, во многом предопределивший
дальнейший ход событий в советской деревне. Был сорван план
хлебозаготовок и зернового экспорта, возникла угроза прекращения снабжения хлебом городов и промышленных центров, в конце
1927 – начале 1928 г. для изменения ситуации советским правительством были приняты чрезвычайные меры.
Данная тема – одна из дискуссионных в историографии. Советские
историки объясняли кризис хлебозаготовок саботажем кулачества2. Их позиция была подвергнута аргументированной критике
В. П. Даниловым, Н. А. Ивницким и другими исследователями.
В авторских статьях и монографиях, а также документальных сериях
«Трагедия советской деревни», «Советская деревня глазами ВЧК –
ОГПУ – НКВД» и др. они обосновали вывод об ответственности за
кризис хлебозаготовок И. В. Сталина и его сторонников в ЦК ВКП(б)3.
Именно Сталин и сталинисты, по мнению В. П. Данилова, задали
тон в погроме ЦСУ СССР в декабре 1925 г., сменив его руководство
1
Окуда Х. «От сохи к портфелю»: деревенские коммунисты и комсомольцы в процессе раскрестьянивания (1920-е – начало 1930-х гг.) // История
сталинизма. Итоги и проблемы изучения. Материалы международной научной конференции. Москва, 5–7 декабря 2008 г. М., 2011. С. 495–527.
2
Трапезников С. П. Ленинизм и аграрно-крестьянский вопрос. Т. 2. М., 1967.
3
Кондрашин В. В. Виктор Петрович Данилов – выдающийся исследователь аграрной истории России ХХ века // Сельское население России в условиях модернизации XIX–XXI веков. Сборник статей VII Международной
научно-практической конференции. Оренбург, 2012. С. 132–149; Он же. Памяти Николая Алексеевича Ивницкого – летописца трагедии советской деревни // Российская история. 2020. № 5. С. 15–27.
474
(П. И. Попова, А. И. Хрящеву), отказавшееся при составлении хлебофуражных балансов преувеличивать имеющиеся у крестьян («кулаков») товарные запасы хлеба («невидимые хлебные запасы»). Новые
руководители ЦСУ (В. С. Немчинов и А. И. Гайстер) пошли по пути
манипуляций с хлебофуражным балансом и преувеличили товарные
излишки в крестьянских хозяйствах из урожаев 1926 и 1927 гг.: в первом случае с 198,7 млн пуд. до 403,8 млн, во втором – с 721 млн пуд.
до 900 млн1. Преувеличенные расчеты хлебофуражного баланса ЦСУ
в отношении валовых сборов и товарности, на которых затем основывались планы хлебозаготовок, осознавались специалистами и оппонентами Сталина. Например, они были подвергнуты критике наркомом торговли РСФСР Г. В. Чухритой и Н. И. Бухариным2. О том,
что советское правительство ошибалось в своих расчетах товарных
запасов хлеба у крестьян признал на XIV съезде ВКП(б) председатель СТО СССР Л. Б. Каменев, указавший, что планы хлебозаготовок из урожая 1925 г. были завышены на 200 млн пуд.
3
Но сталинское руководство не восприняло доводы оппонентов и
создало миф о кулаке как саботажнике хлебозаготовок, который поддержали и его главные враги в борьбе за власть – лидеры «объединенной оппозиции» (Л. Д. Троцкий, Г. Е. Зиновьев, Л. Б. Каменев и др.),
предложившие XV партсъезду изъять у зажиточно-кулацких слоев
для нужд индустриализации в порядке займа не менее 150 млн руб.
из тех натуральных хлебных запасов, которые, по их мнению, достигли уже в 1926/27 г. 800–900 млн пуд.
4
Это позволило сталинскому руководству развернуть в советской
деревне репрессии против крестьянства, начать насильственную коллективизацию. Такова в настоящее время общепринятая в исторической литературе концепция кризиса хлебозаготовок.
В целом соглашаясь с ней, тем не менее следует отметить, что известные исследователям и заслуживающие доверия источники ука-
1
ГА РФ. Ф. 5446. Оп. 1. Д. 3. Л. 36; РГАСПИ. Ф. 84. Оп. 2. Д. 2. Л. 13;
РГАЭ. Ф. 1562. Оп. 1. Д. 533. Л. 15, 24–26; Сельское хозяйство СССР. 1925–
1928. Сборник статистических сведений к XVI Всесоюзной партконференции. М., 1929. С. 340–342; Трагедия советской деревни. Т. 1. С. 93–94, 790;
НЭП: экономические, политические и социокультурные аспекты. С. 30.
2
Бухарин Н. И. Проблемы теории и практики социализма. М., 1989.
С. 299; Трагедия советской деревни. Т. 1. С. 114–116.
3
См.: XIV съезд Всесоюзной Коммунистической партии (б). 18–31 декабря 1925 г. Стенографический отчет. М.; Л., 1926. С. 263–264, см. также: С. 39,
326–327, 491.
4
Архив Троцкого. Коммунистическая оппозиция в СССР. 1923–1927.
Т. 4. М., 1990. С. 137.
475
зывают и на такую важнейшую причину кризиса хлебозаготовок в
1926–1927 гг., как нежелание крестьян сдавать хлеб государству по
невыгодным для них закупочным ценам. И это не было «кулацким
саботажем». Такова была позиция всего крестьянства советской деревни. Для этого имелись веские основания: если осенью 1925 г. цена
на рожь составляла 1 руб. 10 коп., на пшеницу – 1 руб. 36 коп., то
в заготовительную кампанию 1926 г. цены на рожь, пшеницу, овес и
1
ячмень снизились до 85–90 коп.
При этом следует помнить, что по
сравнению с довоенным временем, как признавал на февральском
(1927) пленуме ЦК ВКП(б) нарком торговли А. И. Микоян, советский крестьянин платил вдвое больше за промышленные товары, чем
2
выручал за свои
.
В июле 1926 г. низкие закупочные цены на хлеб в какой-то мере
компенсировались снижением розничных цен на промышленные то-
3
. Но «ножницы цен» все-равно оставались и даже увеличива-
вары
лись не в пользу крестьян. Так, в Московской губернии выступавший
на заседании волисполкома в декабре 1926 г. середняк заявлял: «До
снижения цен галоши стоили 3 рубля 70 копеек, а теперь – 3 рубля
90 копеек». Об этом же говорил крестьянин-бедняк дер. Медведево
Рязанской губернии: «Все кричали о снижении цен, а на деле выходит
наоборот: сапоги в прошлом году стоили 12–14 рублей, ныне – уже
18–20 рублей; масло растительное стоило 18–22 копеек, а теперь –
40–45 копеек, вот тебе и снижение розничных цен». Даже органы советской власти вынуждены были признать, что «происходящее сни-
4
жение цен совершенно незаметно для крестьян»
.
В условиях хорошего урожая в основных зерновых районах страны
с помощью централизации руководства хлебозаготовками (передача
прав регулирования заготовительных цен, использования заготовительного и торгового аппарата основных хлебозаготовителей, передача руководства хлебозаготовками «в одни руки» – Наркомторгу
5
СССР)
, используя на заготовках в массовом порядке органы ОГПУ6
и другие меры, советское правительство завершило хлебозаготовительную кампанию 1926 г. успешно. Был достигнут пик заготовок
хлеба в нэповской деревне, что позволило увеличить экспорт хлеба
1
Советская деревня глазами ВЧК – ОГПУ – НКВД. С. 433.
2
Рогалина Н. Л. Власть и аграрные реформы в России ХХ века. С. 74.
3
СЗ СССР. 1926. № 32. Ст. 207; № 51. Ст. 374.
4
Советская деревня глазами ВЧК – ОГПУ – НКВД. Т. 2. С. 475.
5
ГА РФ. Ф. 5446. Оп. 1. Д. 3. Л. 316.
6
ЦА ФСБ России. Ф. 66. Оп. 1. Д. 164. Л. 194–195; Трагедия советской
деревни. Т. 1. С. 18.
476
для нужд индустриализации1. В 1926/27 г. при росте валового сбора
на 6,5 % государственные заготовки увеличились на 25,2 % по сравнению с 1925/26 г. (см. табл. 6).
Таблица 6
Заготовки и экспорт зерновых культур из урожаев 1913, 1922–1927
гг. (в млн пуд.)
Годы Всего поступило хлеба в
распоряжение государства
1913 1300 100 602,9 100
1922/23 429,6 33,0
1923/24 397,2 30,5 171,0 28,3
1924/25 274,7 19,0 22,1 3,6
1925/26 496,0 38,1 125,0 20,7
1926/27 727,5 56,0 150,0 24,8
Источники: Народное хозяйство РСФСР в 1924–25 г. (Сборник обзоров по важнейшим отраслям народного хозяйства РСФСР в 1924–25 г.). М., 1926. С. 22; Конъюнктура народного хозяйства СССР и мирового в 1925–26 г. М., 1927. С. 41; Есиков С. А.
Российская деревня в годы нэпа. К вопросу об альтернативах сталинской коллективизации (по материалам Центрального Черноземья). М., 2010. С. 201–202, 204; Трагедия
советской деревни. Т. 1. М., 1999. С. 28; СССР за 15 лет. М., 1932. С. 267.
В % к 1913 г. Экспорт В % к 1913 г.
Совершенно по-другому проходили хлебозаготовки в 1927 г. Их
темпы упали уже весной 1927 г., несмотря на 10-процентное сниже-
2
ние цен на промышленные товары
. Снижение было незначительным
и касалось неходовых для деревни товаров. Например, были снижены
цены на кровати, но остались по-прежнему высокими цены на сельхозинвентарь и сельхозмашины. При этом закупочные цены на некоторые зерновые культуры даже несколько снизились по сравнению
с 1926 г. (до 70 коп. за пуд), оставаясь в целом на уровне приблизительно 90 коп. за пуд. Характерны следующие заявления крестьян по
этому поводу: «Все товары дороги и только один крестьянский труд
дешев. Сапоги, которые в мирное время стоили 5–6 рублей на заказ,
теперь стоят 23–25 рублей. Ситец раньше стоил аршин 12 копеек, а
теперь 40»; «На промтовары цены снизили на 3 %, а тем же временем
снизили цены на хлеб, тогда как нужно было бы на товары снижать на
1
Материалы по перспективному плану развития сельского и лесного хо-
зяйства (1928/29–1932/33 гг.). Ч. 2. М., 1929. С. 7.
2
Ильиных В. А. Коммерция на хлебном фронте (Государственное регулирование хлебного рынка в условиях нэпа. 1921–1927 гг.). Новосибирск, 1992.
С. 170.
477
20 %, а на хлеб поднять на 20 %»; «Мы не против того, что хлеб стоит
70 копеек за пуд, корова 40 рублей, лошадь 100 рублей, но пусть и
ситец будет 25 копеек метр, сапоги 7 рублей» и т. д.
1
Свою роль в кризисе хлебозаготовок сыграли виды на урожай
1927 г. Из-за не совсем благоприятных погодных условий урожай
ожидался пониженным, и крестьяне в таких случаях всегда придерживали хлеб. В результате в июне 1927 г. резко ухудшилось снабжение хлебом Москвы и Ленинграда
2
.
Но решающим фактором хлебозаготовительного кризиса стала неожиданная для населения страны и прежде всего крестьянства кампания нагнетания «военной опасности» летом 1927 г. Население кинулось заготавливать продукты. Во многих городах европейской части
страны перед хлебными лабазами выстроились длинные очереди за
мукой. Хлеб в больших количествах закупали горожане и крестьяне
из близлежащих деревень. Перебои с хлебом в государственных магазинах привели к росту цен на рынке. Подорожание зерна вызвало подорожание продуктов животноводства. В хлебопроизводящих районах
под влиянием слухов о войне крестьяне увеличивали свои страховые
запасы, прекращали продажу хлеба государству
3
. Даже крестьянекоммунисты, советский и кооперативный аппарат не продавали своих излишков, несмотря на специальное постановление о сдаче хлеба
коммунистами в первую очередь
4
. Колхозы и совхозы придерживали
товарный хлеб и даже продавали его частникам. Для текущих расходов крестьяне предпочитали продавать не хлеб, а мелкий скот и птицу (стоимость курицы равнялась стоимости двух пудов хлеба, одного
гуся – трех пудов хлеба, пуда свинины – десяти пудов хлеба)
5
.
Чтобы изменить ситуацию, в июле – августе 1927 г. правительство
повысило хлебозаготовительные цены. На рынок поступил запас урожая хлеба предыдущего года. Но в сентябре темпы хлебозаготовок
снова упали из-за нового снижения заготовительных цен
6
. Снижение
1
Советская деревня глазами ВЧК – ОГПУ – НКВД. Т. 2. С. 587–588,
600–602.
2
ЦА ФСБ России. Ф. 2. Оп. 5. Д. 491. Л. 184, 251, 252, 560; Д. 492. Л. 123,
179, 199.
3
Трагедия советской деревни. Т. 1. С. 84.
4
Есиков С. А. Хлебозаготовительный кризис и социально-политическая
ситуация в деревне Центрального Черноземья (1927–1929 гг.) // ХХ век и
сельская Россия. Российские и японские исследователи в проекте «История
российского крестьянства в ХХ веке». С. 131–152.
5
ГА РФ. Ф. 393. Оп. 74. Д. 3933. Л. 2–3.
6
Трагедия советской деревни. Т. 1. С. 108; Окуда Х. Самообложение сельского населения в 1928–1933 гг.: к вопросу о последнем этапе русской крестьянской общины. С. 158.
478
произошло из-за сложившегося у советского правительства представления о возросшей платежеспособности сельского населения,
которая превышала предложение продукции предметов широкого
потребления и тем самым создавала в стране «товарный голод»1. Это
ошибочное мнение самым негативным образом сказалось на результатах хлебозаготовительной кампании. Данный факт был отмечен
управляющим ЦСУ СССР Н. Осинским в письме И. В. Сталину и
А. И. Рыкову от 12 декабря 1927 г.
2
Снижением государственных закупочных цен на хлеб воспользовался частник, скупая у крестьян хлеб нового урожая по более высоким, чем у госзаготовителей, ценам3. Крестьяне придерживали часть
урожая до весны, чтобы реализовать хлеб, когда цены традиционно
достигали высшего уровня4.
Это вызвало цепную реакцию. Осенью 1927 г. властью были приняты решительные меры по борьбе с частником: ОГПУ провело массовые аресты лиц, «срывающих заготовку продуктов с/х производства и снабжение населения по нормальным ценам» и т. п.
5
Но кардинально ситуацию переломить не удалось. В результате
был сорван годовой план экспорта хлеба, который составил только
17 % от предыдущего года. В полном объеме не были взысканы сельхозналог, страховые сборы, семссуды и срочные платежи по кредитам. Заготовленного хлеба не хватило даже для снабжения горожан,
армии, бедноты, сдатчиков технических культур.
Убедительным документом, объясняющим причины кризиса
хлебозаготовок в стране в рассматриваемый период, являются материалы состоявшегося в Тамбове 27 декабря 1927 г. заседания бюро
Тамбовского губкома с участием А. И. Микояна. Выяснялся вопрос:
почему крестьянин не везет хлеб? В итоге обсуждения бюро пришло
к выводу, что главными причинами были следующие: угроза войны и
желание в связи с этим приберечь хлеб, «плановый неурожай» и создание страхового фонда, ценовая политика на зерновые культуры6.
1
ГА РФ. Ф. А-410. Оп. 1. Д. 45. Л. 87; Трагедия советской деревни. Т. 1.
С. 88; Как ломали нэп. Стенограммы пленумов ЦК ВКП(б) 1928–1929 гг.
В 5 т. Т. 2. М., 2000. С. 442; Окуда Х. Самообложение сельского населения в
1928–1933 гг.: к вопросу о последнем этапе русской крестьянской. С. 158.
2
Большевистское руководство. Переписка. 1917–1927. С. 358.
3
Советская деревня глазами ВЧК – ОГПУ – НКВД. Т. 2. С. 585–586, 588,
595, 622.
4
Трагедия советской деревни. Т. 1. С. 105–108.
5
Там же. С. 86–88, 100–102.
6
ГА РФ. Ф. 393. Оп. 74. Д. 3933. Л. 2–3.
479
Осознав масштабы хлебного кризиса, ЦК ВКП(б) в декабре 1927 г.
обязал местные партийные организации сделать хлебозаготовительную кампанию центральным звеном всей партийной работы и найти
средства, чтобы вынудить крестьянство продавать хлеб государству
14 и 24 декабря на места были отправлены директивы ЦК партии, содержащие требования изымать денежные накопления деревни путем
максимального ускорения сроков всех платежей крестьянства государству по налогам, страхованию, семенным ссудам, обязательствам
2
кредитной системы
. 20 декабря ВЦИК и СНК РСФСР приняли
постановление «О предоставлении сельским Советам права производства обыска и выемок», которое допускало методы административного нажима на крестьянство в ходе хлебозаготовок и налоговых
3
кампаний
. 29 декабря Наркомторг в телеграмме «всем внуторгам»
впервые выдвинул требование «проверить наличие излишков, возможность покупки хлеба у колхозов, совхозов, в других обществен-
4
ных организациях»
. В тот же день ОГПУ разослало по своей сети
местных органов телеграмму, которой им предписывалось «обратить
исключительное, сугубое внимание» проведению в жизнь директив
союзного Наркомторга. Уклоняющихся от выполнения этих дирек-
5
тив надлежало привлекать к ответственности
.
Перечисленные действия власти свидетельствовали о ее скатывании к чрезвычайщине как основному методу выхода их кризиса
хлебозаготовок.
1
.
§ 9. Сельскохозяйственное производство:
«расцвет нэпа»
Для 1926–1927 гг. парадоксальным явлением был факт кризиса
хлебозаготовок и роста социальной напряженности в деревне и стране в целом на фоне успехов аграрной экономики, основанной на труде семейно-трудовых крестьянских единоличных хозяйств. В 1926 г.
был собран самый большой урожай за годы советской власти, хотя
и меньший, чем в 1913 г. В 1927 г. оказались превышены дореволюционные показатели по количеству крупного рогатого скота, свиней,
1
Иконникова И. П., Угроватов А. П. Сталинская репетиция наступления
на крестьянство // Вопросы истории КПСС. 1991. № 1. С. 69.
2
РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 3. Д. 663. Л. 4; Д. 666. Л. 20–22; Трагедия советской
деревни. Т. 1. С. 113–114.
3
ГА РФ. Ф. 393. Оп. 74. Д. 93. Л. 1.
4
Трагедия советской деревни. Т. 1. С. 117.
5
Там же. С. 118.
480
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]