Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Российская деревня в условиях индустриальной модернизации
.pdf
РСФСР утвердил положение о фондах кооперирования деревенской
бедноты, из которых бедняцкие хозяйства могли получить беспроцентную ссуду на 5 лет1.
Реализация на практике политики льготного кредитования бедноты столкнулась с серьезными трудностями. Выделенные бедноте
средства либо расходовались не по назначению, либо уходили как
вода в песок. Крестьяне считали, что подобная практика «развращала
бедноту» и не позволяла ей выйти «из бедняцкого сословия»2.
1927-й стал годом утраты сельской кооперацией самостоятельности. 27 января СНК СССР издал декрет «Об объединении всех видов кооперативных организаций», по которому кредитные и ссудосберегательные товарищества, их районные, губернские и областные
союзы объединялись с потребительскими обществами и союзами.
Последним передавались денежные средства, техническое оборудование и персонал кредитной кооперации. В центральный орган потребительской кооперации Центросоюз вливались также всероссийские центры сельскохозяйственной, промысловой и других видов
кооперации. Одновременно ликвидировался общий кооперативный
центр – Совет Всероссийских кооперативных съездов, его функции
передавались Центросоюзу. Губернские советы кооперативных съездов тоже упразднялись. Их функции передавались губернским союзам потребительских обществ.
В мае для руководства всей системой сельскохозяйственной
кооперацией создается Сельскосоюз (Союз союзов сельскохозяйственной кооперации). В июне он преобразуется во Всероссийский
снабженческо-производственный союз, задачами которого стала организация снабжения крестьянских хозяйств машинами и орудиями,
минеральными удобрениями и т. п., их рационального использования
для содействия производственному кооперированию крестьянства3.
Реорганизованная кооперация должна была более активно проводить классовую линию в кооперативном движении. Об этом прямо
заявлялось в «Правде», в статье «О линии партии в сельскохозяйственной кооперации (К организации Союза союзов сельскохозяйственной кооперации)», опубликованной 7 июля 1927 г. В ней говорилось, что внедрение основ классовой политики в повседневной
хозяйственной и организационной работе кооперации означает, что
«перед каждым сколько-нибудь ответственным актом работы» сле-
1
РГАЭ. Ф. 7733. Оп. 5. Д. 373. Л. 13–14.
2
Документы свидетельствуют. Из истории деревни накануне и в ходе
коллективизации 1927–1932 гг. С. 71, 105.
3
Кооперативно-колхозное строительство в СССР. 1923–1927. С. 9.
451
дует «предусмотреть проведение правильной классовой линии, защитить интересы бедноты, содействовать укреплению ее союза с середняком, повести с гораздо большей глубиной и организованностью
борьбу со всеми явными и скрытыми видами кулачества», чтобы «направлять с/x кооперацию по руслу социалистического развития»1.
На практике борьба с кулачеством в кооперации свелась к мерам
по недопуску кулаков к кредитам, к ликвидации так называемых
лжекооперативов и замене в правлениях кулаков и зажиточных крестьян беднотой2.
«Лжекооперативы», как правило, отличались от большинства кооперативов членством в них наиболее успешных в хозяйственном
отношении крестьян, установивших высокие паевые взносы, что
препятствовало вступлению в кооператив маломощных середняков
и бедноты. Кроме того, данные кооперативы отличались особой предпринимательской направленностью, активным участием ее членов в
торгово-коммерческих операциях. Имея статус кооператива и более
предприимчивый состав, «лжекооперативы» успешно пользовались
возможностью получать льготные государственные кредиты на свои
хозяйственные цели.
Данный факт был отмечен на объединенном пленуме ЦК и ЦКК
ВКП(б), состоявшимся 29 июля – 9 августа 1927 г. Подводя итоги
использования сельскохозяйственного кредита, пленум отметил «извращение директив партии», выразившееся в «ненормально высоком
получении кредита зажиточно-кулацкими слоями деревни, в использовании ими лжетовариществ для приобретения сельскохозяйственных машин и т. п.»3.
Реализуя установку партии на борьбу с «лжекооперативами»,
секретариат Центрального кооперативного совета 15 июля 1927 г.
провел заседание, на котором были определены признаки «лжекооперативов». Кооперативы признавались таковыми, если состоявшие
в них лица преследовали «свои частные предпринимательские интересы». Также к признакам, характеризующих «лжекооперативы»,
были отнесены такие, как «замкнутость кооператива, ограничивающая членство в нем небольшим кругом лиц»; преобладание в составе
кооператива «элементов, живущих на нетрудовые доходы или экс-
1
Правда. 1927. 7 июля.
2
Ягов О. В. Политика государственных и кооперативных органов по ликвидации лжекооперативных уклонов в годы нэпа // Вестник Саратовского
государственного социально-экономического университета. М., 2007.
С. 157–160.
3
КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК.
Т. 4. С. 189–190.
452
плуатирующих чужой труд с целью извлечения прибыли», «относительно высокая норма обязательного паевого взноса, превышающая
размеры, установленные в данной системе, преграждающие доступ в
кооператив трудящемуся», организация хозяйства кооператива, «при
которых норма наемного труда превышает установленные размеры»1.
Подобный подход к определению кооперативов как «лжекооперативов» означал борьбу с самыми успешными в хозяйственном
отношении кооперативами, укрепившимися в период курса партии
«лицом к деревне». Ликвидации подлежали именно те кооперативы,
в которых в наибольшей степени были реализованы главные принципы подлинной крестьянской кооперации: добровольность членства,
обязательность паевых взносов, самостоятельность хозяйственной
деятельности, предпринимательский успех. Приоритет отдавался
другим кооперативам, состоявшим из маломощных крестьянских хозяйств, не способных существовать без государственной поддержки,
создававшихся, по замыслу сталинского руководства, для подготовки к коллективизации2.
С лета 1927 г. в деревенской кооперации начинается кампания по
«оздоровлению» ее социального состава и «выпрямлению» классовой линии. При этом игнорируются такие важнейшие кооперативные начала, как добровольность членства в кооперации, выплата дивидента на пай, свобода установления цен в соответствии с рыночной
конъюнктурой и т. д. В правления и ревизионные комиссии потребительской и сельскохозяйственной кооперации назначаются бедняки
и одновременно оттуда изгоняются кулаки и зажиточные середняки.
В результате в 1927 г. доля бедняков в руководящих органах низовой
кооперации достигает 60 %3.
В 1926 г. сельскохозяйственная кооперация охватила почти четвертую часть крестьянских хозяйств страны, к осени 1927 г. – около
трети4. По данным на 1 октября 1927 г., в составе союзов сельскохозяйственной кооперации насчитывалось 64 573 разного рода кооператива, объединявших 9468,2 тыс. крестьянских дворов5. Их основной
и наиболее многочисленной группой были объединения, работавшие в сфере товарно-денежного обращения – 28 681 товарищество,
в том числе 7840 кредитных, 6451 универсальное, 9231 специальное
(5705 молочно-маслодельных, 1068 плодоовощных, 78 картофелете-
1
Кооперативно-колхозное строительство в СССР. 1923–1927. С. 294–295.
2
Кабанов В. В. Крестьянская община и кооперация России ХХ века. М.,
1997.
3
Рогалина Н. Л. Власть и аграрные реформы в России ХХ века. С. 76–77.
4
Кооперативно-колхозное строительство в СССР. 1923–1927. С. 313–319.
5
Сеть сельскохозяйственной кооперации СССР. М., 1929. С. 8.
453
рочных и т. д.). 8 млн дворов (9/10 кооперированного крестьянства)
состояли в торгово-кредитных кооперативах1.
Сельскохозяйственная кооперация в деревне обслуживала нужды
не только своих членов. По ее каналам осуществлялось практически
все производственное снабжение крестьянских хозяйств. В 1926/27
финансовом году в РСФСР на ее долю приходилось 65 % оборота
по снабжению крестьян машинами и орудиями, 87,9 % оборота по
снабжению тракторами. Она же активно участвовала в распространении в деревне агрономических знаний2. В конце 1927 г. кооператоры вели успешную внешнеторговую деятельность. С 1922/23 по
1926/27 г. они передали государству валюты более чем на 150 млн
руб., что значительно превысило затраты на содержание кооперации
из госбюджета3.
В 1926–1927 гг. до 18 555 увеличилась общая численность простейших производственных товариществ. Среди них было 20 347
машинных и машинно-тракторных товариществ, 3505 мелиоративных, 1880 животноводческих, 1734 семеноводческих и 1089 поселковых. По официальным данным, в объединениях состояло примерно
700 тыс. крестьянских хозяйств4.
В действительности число простейших производственных товариществ было намного больше, поскольку они составляли основную
массу «диких кооперативов» – от 8 тыс. до 10 тыс. объединений и от
200 тыс. до 400 тыс. чел.5 Наряду с ними в советской деревне широкое распространение получили малые и временные формы трудового
объединения крестьянских хозяйств внутри общины: супряги, помочи, толоки, хутора-общины и др.
6
Феномен «диких кооперативов» – кооперативов, не оформленных
юридически и не входящих в союзы сельскохозяйственной кооперации, в наибольшей степени изучен в историографии применительно
к истории промысловой кооперации7. Их деятельность в советской
1
Кооперативно-колхозное строительство в СССР. 1923–1927. С. 298.
2
ГА РФ. Ф. 374. Оп. 14. Д. 21–25, 28–29 об.; РГАЭ. Ф. 4106. Оп. 3. Д. 1281.
Л. 3–85, 117–123; Ф. 5240. Оп. 11. Д. 80. Л. 1–56.
3
Кооперативно-колхозное строительство в СССР. 1923–1927. С. 313–319.
4
Там же. С. 298.
5
Там же. С. 14.
6
Кабанов В. В. Крестьянская община и кооперация России ХХ века. С. 76.
7
Шанина А. В. «Лже»-кооперация и «дикая» кооперация в условиях новой экономической политики (по материалам Пензенской губернии) // Известия Пензенского государственного педагогического университета имени
В. Г. Белинского. Гуманитарные науки. 2012. № 27. С. 1106–1109; Ягов О. В.
К вопросу о лжекооперативности и «дикости» кооперативов в кустарно-про-
454
деревне в производственной, торгово-кредитной и иных сферах нуждается в дальнейшем исследовании. Но и имеющиеся знания на эту
тему позволяют заключить, что распространение в деревне данного
вида кооперации было обусловлено стремлением значительной части крестьян избежать излишней бюрократизации при создании и
деятельности кооперативов, а также затрат на выплату налоговых
отчислений от прибыли, полученной в результате хозяйственной
деятельности.
Во второй половине 1920-х гг. на кооперацию возлагались задачи
выполнения госзаказа в форме закупки и заготовки сельхозпродукции, установления кооперативных цен на уровне, выгодном государству, то есть значительно ниже рыночных. Выборы в правления кооперативов становились фиктивными, происходили их регулярные
чистки от лиц, не разделявших платформу ВКП(б). В результате кооперация превратилась в политический инструмент государства.
§ 4. Новый этап колхозного строительства
В конце 1925 г. была начата перерегистрация колхозов, продолжавшаяся в ряде мест до 1927 г. По данным перерегистрации, число
колхозов по СССР в целом выросло с 16 760 на 1 октября 1925 г. до
17 874 на 1 октября 1926 г.1 Они объединяли около 200 тыс. крестьянских дворов.
Проведенное в первой половине 1926 г. НК РКИ обследование
6956 колхозов (больше 40 % от общей численности) показало, что
25 % работавших колхозов являлись «лжеколхозами». Причем, по
данным Сельскосоюза, больше половины колхозов вообще не входили в сеть колхозной системы и считались «дикими»2. В «лжеколхозах» объединялись крепкие крестьянские хозяйства, как правило,
из близких родственников, с целью получения дешевых кредитов и
сельхозтехники. Среди учредителей таких колхозов нередко находились лица, лишенные избирательных прав. На Украине членов таких
«колхозов» крестьяне называли «красными кулаками»3.
Феномен «лжеколхозов» в годы нэпа, как и «лжекооперативов»,
был не случаен. Он свидетельствовал о стремлении предприимчивой
мысловой кооперации Поволжья в период нэпа // Вестник Самарского государственного университета. 2005. № 4. С. 75–79.
1
Колхозы СССР. Состояние. Организация с.-х. производства. Обслужи-
вание. М., 1929. С. 9.
2
На аграрном фронте. 1927. № 2. С. 32.
3
Советская деревня глазами ВЧК – ОГПУ – НКВД. Т. 2. С. 413.
455
части крестьянства, причисляемой властью к категории кулацких и середняцко-зажиточных крестьян, приспособиться к реалиям аграрной
политики Советского государства и извлечь из этого личную выгоду.
Но подобное поведение противоречило стратегической цели коммунистической партии, для которой поддержка коллективных форм
земледелия рассматривалась прежде всего как средство социалистического переустройства советской деревни. Экономическое укрепление
кулацко-зажиточной части деревни с помощью ее участия в колхозном строительстве не входило в планы партии. Поэтому в 1927 г. и в
дальнейшем начинаются борьба советской власти с «лжеколхозами»,
отсечение от колхозного движения кулаков и зажиточных середняков,
ведущих активную предпринимательскую деятельность.
Начало этим процессам, а также более активному вовлечению в кол-
хозное строительство бедняцко-середняцкой массы деревни по
сравнению с предшествующим периодом положило постановление ЦК ВКП(б)
«Об итогах совхозного и колхозного строительства» от 30 декабря 1926 г
Оно стало важной вехой в развитии кооперативно-колхозной политики
Советского государства. В постановлении говорилось о необходимости
«всемерной и действенной поддержки колхозов и совхозов со стороны
партии и государства» «в деле социалистического переустройства сельского хозяйства» и «в организации деревенской бедноты»1.
В соответствии с постановлением для колхозов значительно
увеличивались налоговые льготы и все другие средства экономической поддержки. Например, колхозы с доходом на одного колхозника ниже средней уездной ставки сельхозналога получали скидку
сельхозналога в 25 %, для колхозов с доходом на одного колхозника
выше средней губернской ставки сумма налога исчислялась исходя
из среднегубернского дохода на душу населения со скидкой также
в 25 %. Для усиления финансовой поддержки колхозов создавался
фонд долгосрочного кредитования сельскохозяйственных коллективов, которому из средств госбюджета выделялось не менее 3 млн
руб. в год и из системы сельскохозяйственного кредитования не менее 2 млн руб. Не менее 40 % кредитов, выделяемых колхозам, являлись долгосрочными и не могли быть уменьшены в своих размерах.
При распределении кредитов на борьбу с засухой, восстановление
Центрально-Черноземной области и другие специальные мероприятия наркомземы союзных республик и структуры сельскохозяйственного кредита должны были в первую очередь учитывать интересы
колхозов как «проводников соответствующих мероприятий», увеличивая их кредитование. С колхозов слагались все недоимки по преж-
.
1
Кооперативно-колхозное строительство в СССР. 1923–1927. С. 13.
456
ним кредитам и арендной плате за пользование землей. Ставилась
задача за счет привлечения государственных средств бесплатно закончить землеустройство существовавших колхозов к осени 1927 г.
и оперативно осуществлять землеустроительные работы вновь создававшихся. Наркомземы, ЦСХбанк, Сельскосоюз и ВСНХ при составлении планов машиноснабжения и его кредитования «в части сложных сельскохозяйственных машин» обязаны были в первую очередь
обеспечить таковыми коллективные хозяйства1.
Постановление ЦК ВКП(б) от 30 декабря 1926 г. было одобрено
XV партсъездом. Все его положения вошли в текст закона «О коллективных хозяйствах», принятого ЦИК и СНК СССР 16 марта 1927 г.2
Закон провозглашал создание фонда в 2 млн руб. долгосрочного кредитования сельскохозяйственных коллективов по единому госбюджету СССР, сложение всех недоимок по кредитам и платежам колхозов, право последних на долгосрочные кредиты, государственную
помощь в привлечении агрономов, счетоводов и других специалистов
для своих хозяйственных нужд3.
Курс партии на всемерную поддержку колхозов реализовывался
с помощью создания централизованной системы управления колхозным строительством. В соответствии с упомянутыми постановлениями ЦК ВКП(б) от 30 декабря 1926 г. и ЦИК, и СНК СССР от 16 марта
1926 г., а также решением V расширенной сессии Всесоюзного Совета
колхозов от 24 мая 1927 г. был создан Колхозцентр (Всероссийский
союз сельскохозяйственных коллективов)4. На местах образовывались
специальные колхозные объединения (секции, союзы, бюро колхозов).
В задачи Колхозцентра входило руководство строительством колхозов
и их объединений, представительство интересов колхозного движения
в правительственных учреждениях и общественных организациях, содействие правильной организации хозяйства колхозов и устройству их
внутреннего распорядка, организация через сельскохозяйственные кооперативные объединения и государственные учреждения сбыта продукции колхозов и снабжение их средствами производства5.
1
Стенограммы заседаний Политбюро ЦК РКП(б) – ВКП(б) 1923–
1938 гг. Т. 2. С. 331–336.
2
Решения партии и правительства по хозяйственным вопросам, 1917–
1967. Т. 1. С. 590–597.
3
РГАЭ. Ф. 7733. Оп. 4. Д. 190. Л. 33–37 об.
4
Кооперативно-колхозное строительство в СССР. 1923–1927. С. 13,
277–280.
5
Ивницкий Н. А. Фонд Колхозцентра СССР и РСФСР и его значение для
изучения истории коллективизации в СССР // Проблемы источниковедения. М., 1955. Вып. 4. С. 6–113.
457
Об изменении политики коммунистической партии в колхозном
строительстве, ее новом курсе на ускорение его темпов свидетельствовало постановление СНК СССР от 30 сентября 1927 г. о директивах к составлению оперативных хозяйственных планов бюджетов на
1927/28 г. Оно предусматривало значительное увеличение размеров
государственной поддержки бедноты, колхозов и совхозов. На поддержку бедноты выделялись 8 млн руб., колхозов – 10 млн, совхозов –
8 млн руб. По кредитному плану системы сельхозкредита на кредитование колхозов направлялись 15 млн руб., совхозов – 17 млн1.
Меры по стимулированию колхозного строительства дали первые результаты уже в 1927 г. На 1 октября 1927 г. в 17 267 колхозах
(ТОЗы, артели и коммуны) оказалось около 400 тыс. крестьянских
дворов, в два раза больше, чем на 1 октября 1926 г.2 Но это была «капля в море» (всего 1,6 %) среди более чем 25 млн крестьянских хозяйств в стране.
Следует подчеркнуть, что в решениях коммунистической партии
и советского правительства в 1926–1927 гг. по поддержке колхозов
нигде не шла речь об использовании административно-репрессивных рычагов и о высоких темпах колхозного строительства, тем более сплошной и насильственной коллективизации. Наоборот, указывалось на «огромный вред», который могут принести колхозному
движению принуждение и форсированное насаждение колхозов.
Именно так было заявлено, например, в постановлении ЦК ВКП(б)
от 30 декабря 1926 г., поставившем перед партийными организациями цели оздоровления колхозов и совхозов и всемерной поддержки
колхозного строительства3.
Об этом же шла речь на XV съезде ВКП(б) (2–19 декабря 1927 г.).
Съезд категорически высказался против каких бы то ни было мер административного воздействия и принуждения по отношению к крестьянству при организации колхозов. В его решениях, в том числе
выступлениях И. В. Сталина, подчеркивалось, что переход к крупному коллективному хозяйству «может происходить только при согласии на это со стороны трудящихся крестьян», «не в порядке нажима,
а в порядке показа и убеждения»4.
Об отсутствии в 1927 г., в разгар кризиса хлебозаготовок, в руководстве ВКП(б) идеи форсированной и массовой коллективизации
1
РГАЭ. Ф. 7733. Оп. 5. Д. 374. Л. 6.
2
Кооперативно-колхозное строительство в СССР. 1923–1927. С. 14.
3
Пятнадцатый съезд ВКП(б). Стенографический отчет. Ч. 1. С. 63; КПСС
в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК. Т. 4. С. 129.
4
КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК.
Т. 4. С. 299.
458
свидетельствует факт обращения 1 октября 1927 г. к А. В. Чаянову
и другим экономистам-аграрникам комиссии В. М. Молотова, готовившей по поручению Политбюро ЦК тезисы о работе в деревне
к XV съезду партии, с предложением представить свои соображения о путях развития сельского хозяйства страны. Как известно,
А. В. Чаянов и Н. Д. Кондратьев были решительными противниками насильственной ломки крестьянских хозяйств, они ратовали за
их сохранение и развитие в рамках кооперации при государственной
поддержке1.
К концу 1927 г. И. В. Сталин и другие лидеры коммунистической
партии (в том числе Н. И. Бухарин) были единодушны во мнении о
необходимости усиления борьбы с кулаком и кулацким влиянием на
крестьянство («форсированное наступление на кулака»), повышения
товарности сельскохозяйственного производства в условиях испытывающей трудности с финансированием индустриализации, ускорения «социалистического продвижения вперед»2. Эти идеи были
закреплены в решениях XV съезда ВКП(б), который не был, как утверждала советская историография, съездом коллективизации в ее
практическом воплощении, но который однозначно утвердил курс
на «переход распыленных крестьянских хозяйств на рельсы крупного производства» «на основе общественной, товарищеской, коллективной обработки земли, с применением сельскохозяйственных машин и тракторов, с применением научных приемов интенсификации
земледелия»3. После XV съезда колхозное строительство получило
сильный импульс для развития.
1
Кондратьев И. Д. К вопросу об особенностях условий развития сельско-
го хозяйства СССР и их значении. 8 октября 1927 г. // Известия ЦК КПСС.
1989. № 7. С. 207–208; Чаянов А. В. Записка о современном состоянии сельского хозяйства СССР по сравнению с его довоенным положением и положением сельского хозяйства капиталистических стран. 6 октября 1927 г. // Там
же. № 6. С. 213–214, 217.
2
Бухарин Н. И. Очередные задачи партии. Доклад на XVI Московской
губернской конференции 20 ноября 1927. М.; Л., 1928. С. 32; Он же. Путь к
социализму. Избранные произведения. Новосибирск, 1990. С. 211, 339–340;
Объединенный пленум ЦК и ЦКК ВКП(б) 21–23 октября 1927 г. Документы
и материалы. М., 2018. С. 258–269; Документы свидетельствуют. Из истории
деревни накануне и в ходе коллективизации 1927–1932 гг. С. 85; КПСС в
резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК. Т. 4. С. 63.
3
Пятнадцатый съезд ВКП(б). Стенографический отчет. Ч. 1. С. 63; Документы свидетельствуют. Из истории деревни накануне и в ходе коллективизации 1927–1932 гг. С. 19.
459
§ 5. Конец «двоевластия» в деревне
В 1926–1927 гг. в советской деревне в ходе подготовки и проведения перевыборных кампаний в сельские Советы была значительно ослаблена власть общины, а Советы превращались в инструмент
власти по реализации аграрной политики большевистской партии,
направленной на поддержку форсированной индустриализации
страны.
Чтобы изменить ситуацию в деревне и не повторить ошибок кампании «оживления» Советов 1925 г., в результате которой в Советах
уменьшилось представительство коммунистов, а сами Советы еще
больше стали зависимы от общины, укрепившей свое влияние на
крестьянство, в 1926 г. были изменены условия выборов. Толчком к
этому послужило выступление И. В. Сталина на заседании Оргбюро
ЦК ВКП(б) 15 марта 1926 г., в котором он резко осудил инструкцию
ВЦИК РСФСР о выборах в Советы от 13 октября 1925 г., расширившую круг избирателей «в пользу непролетарских элементов»1.
Созданная в ЦК ВКП(б) комиссия под председательством
В. М. Молотова подготовила новую инструкцию по выборам в сельские Советы, которая была законодательно утверждена постановлениями ЦИК СССР от 28 сентября 1926 г. и ВЦИК РСФСР от 4 ноября 1926 г.2 По новым правилам была расширена категория лиц,
лишенных избирательных прав. Лишенцами объявлялись все земледельцы, «применяющие наемный труд, сезонный или постоянный, в
таком объеме, который расширяет их хозяйство за пределы трудового». Фактически в эту категорию попадали все крестьяне, занимавшиеся, наряду с земледелием, другими видами хозяйственной деятельности, если при этом они использовали наемный труд и активно
занимались в деревне посредническими коммерческими операциями и торговлей («барышники-прасолы» и т. п.). К ним добавлялись
лица, «по своему классовому положению или прошлой деятельности,
лишенные избирательных прав (бывшие офицеры, агенты полиции,
служители культа)»3.
Если в ходе избирательных кампаний 1925 и начала 1926 г. избирательных прав было лишено 1,1 % избирателей (580 тыс. чел.), то в
новой избирательной кампании (январь – март 1927 г.) в среднем по
стране их доля составила 3,6 % (около 2 млн чел.)4. Причем неред-
1
Известия ЦК ВКП(б). 1926. № 16–17. С. 2.
2
СЗ СССР. 1926. № 66. Ст. 501; СУ РСФСР. 1926. № 75. Ст. 577.
3
СУ. 1926. № 75. Ст. 577.
4
История советского крестьянства. Т. 1. С. 385, 388.
460
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]