Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Проблемы истории права и государства. В трёх книгах. Книга 1. Проблемы истории права и государства Древнего мира. Проблемы истории государства и права
.pdf
Тема 2. Проблемы истории государства и права России в эпоху Московского государства
его личных качеств, а родовой, когда восприятие лица напрямую связывалось со статусом и почетом того служилого рода, к которому оно
принадлежало. В силу своей природы «отечество» не могло быть пожаловано Государем и передавалось лицу по наследству лишь по факту
рождения. Однако одного лишь знатного происхождения, как правило,
было недостаточно для того, чтобы автоматически претендовать на занятие соответствующих должностей. Унаследованную от предков отеческую честь требовать поддерживать постоянной службой. При этом
важно было не просто нести службу, а занимать такие должности, которые соответствовали месту лица как внутри своего рода, так и по отношению к представителям других родов.
При возникновении местнических споров они рассматривались
Государем, назначенным им боярином вместе с дьяком, специальной
думской комиссией или Боярской (Государевой) думой в полном составе.
Проигравший местнический спор челобитчик подвергался наказанию.
Право местничать изначально являлось привилегией исключительно
высшей аристократии, но впоследствии оно распространилось
и на менее знатных лиц.
Местничество имело весьма сложное политическое и административное значение, характеризовалось своими плюсами и минусами как
для великокняжеской власти, так и для служилой аристократии. Однако
в целом оно было выгодно и Государям, и их ближайшим слугам, поскольку отвечало интересам и тех, и других: с одной стороны, местничество защищало членов родословных фамилий от худородных конкурентов, а с другой, оно позволяло московским Государям с учетом былых
заслуг соответствующих лиц, их сословного «веса» и прочих факторов
грамотно и без произвола распределять имевшиеся в их арсенале аристократические кадры и стимулировать их к верной потомственной
службе Великим князьям Московским. Институт местничества сыграл,
безусловно, важную роль в образовании централизованного Московского Государства.
Однако впоследствии, по мере развития государства и общества он все
менее соответствовал новым реалиям и даже противоречил им, превращался в анахронизм, а потому должен был сойти с исторической арены.
Ключевые причины отмирания местничества заключались в следующем.
161
Часть 2. ПРОБЛЕМЫ ИСТОРИИ ГОСУДАРСТВАИ ПРАВА РОССИИ
Во-первых, возбуждение местнических споров или отказ назначенных на определенные должности лиц от исполнения служебных обязанностей под предлогом защиты отеческой чести от «порухи» наиболее
пагубным образом сказывались в «святая святых» Государевой службы — в военной сфере. В целях предупреждения вреда от подобных
действий военачальников предпринималась такая мера, как введение
временного запрета местничества, что, по сути, свидетельствовало о все
более отрицательном отношении Верховной власти к этому институту
и его восприятии как помехи в государственном управлении.
Во-вторых, если изначально местничество регулировало взаимоотношения лишь между высшими слоями служилых людей и тем
самым являлось сугубо аристократическим институтом, то впоследствии оно распространилось и на менее знатных лиц из служилого
сословия и даже на гостей, подрывало сами исторические основы данного института.
В-третьих, со временем количество местнических споров су щес твенно возросло, а сами они стали гораздо более запутанными и сложными.
Разрешение этих споров требовало от Государей или назначенных ими
думцев достаточно много времени и отвлекало их от решения гораздо
более насущных дел.
Наконец, главная причина отмены местничества состояла в том,
что с течением времени личные качества служилого человека стали
признаваться ценнее его «породы». Государи все настойчивее пытались
приближать к себе пусть и неродовитых, но при этом талантливых,
исполнительных и ответственных слуг, но это их стремление упиралось
в «ценз породы», введенный в государственную службу местничеством.
В конечном счете в 1682 г. местничество было официально отменено,
хотя его следы сохранялись еще долгое время.
7. В плане соотношения между законом и обычным правом как
источниками права в период образования Московского государства
правовое регулирование могло осуществляться различным образом.
Во-первых, определенные правовые нормы в законе могли отсутствовать, и соответствующие отношения в этом случае регламентировались обычным правом. Это была наиболее типичная ситуация
для рассматриваемой эпохи, о чем свидетельствуют весьма небольшое
162
Тема 2. Проблемы истории государства и права России в эпоху Московского государства
количество законодательных актов и относительная бедность их содержания в сравнении со сферами общественных отношений, которые подлежали правовому регулированию.
Во-вторых, закон мог предусматривать конкретные правовые нормы,
но при этом их содержание определялось не законом, а обычным правом.
Примерами таких законодательных норм, в частности, могут служить
уголовно-правовые постановления Судебника 1497 г. о «ведомых лихих
людях» и об ответственности за различные преступления, которые
в законе лишь назывались, но не раскрывались.
В-третьих, сформулированные в законе правовые нормы могли
являться воплощением обычно-правовых воззрений народа на те или
иные жизненные ситуации. В этом случае нормы обычного права,
сохраняя свое содержание, фактически меняли только форму, приобретая законодательно утвержденный статус. Статьи же закона в свою
очередь, по сути, являлись не чем иным, как теми же обычно-правовыми нормами, но зафиксированными в письменном виде. Именно такой
характер имели, в частности, постановления Судебника о сроках крестьянского отказа и об обязательном присутствии на суде наместников
и волостелей представителей местного населения.
Отмеченное бережное отношение законодателя к правовым
обычаям, впрочем, вовсе не означало, что в правотворческом процессе
он играл исключительно пассивную роль, всегда и во всем безропотно
подчиняясь «народной воле» и не проявляя решимости отстаивать свое
мнение. Если законодатель полагал, что определенный правовой обычай
шел вразрез с интересами государства и общества, то он объявлял его
вне закона и вводил наказание за следование ему. В частности, Судебник
1497 г. запретил судьям и другим судебным чиновникам брать взятки,
а населению — давать их.
8. Если период образования Русского централизованного (Московского) государства в целом можно назвать временем становления
и заложения основ социальной структуры, государственного строя
и правовой системы Московской Руси, то «царская» эпоха отечественной
истории может быть без преувеличения охарактеризована как период их
полного расцвета и окончательного раскрытия. Вторая половина XVI в.
и XVII век стали временем наиболее энергичных попыток воплощения
163
Часть 2. ПРОБЛЕМЫ ИСТОРИИ ГОСУДАРСТВАИ ПРАВА РОССИИ
в жизнь в политико-правовой и прочих сферах христианских
заповедей и идеалов, построения подлинного «государства правды»,
базирующегося на непоколебимом фундаменте Вечного и Абсолютного
и стремящегося к подчинению временных, преходящих, мирских
интересов Христовой Истине. И хотя реализовать до конца этот
высший идеал, разумеется, не удалось, именно в «царскую» эпоху, как
ни в какую другую, русский народ и его властители смогли, насколько
это вообще возможно, приблизиться к его осуществлению.
Фундаментальной основой правового положения населения являлся
«принцип государственной пользы», исходя из которого социальная
структура характеризовалась четкой дифференциацией большинства
населения на две обособленные категории: на служилых людей, несших
военную, административную, придворную и дипломатическую службу,
и на тяглых людей, выполнявших комплекс натуральных, денежных
и иных повинностей в пользу государства. В основе общественного
деления лежали не права и привилегии, предоставленные конкретным
социальным группам, а совокупность определенных обязанностей
по отношению к государству, возложенных на каждую из них. Именно
эти сословные обязанности предопределяли набор прав и привилегий,
имевшихся у соответствующих лиц, и их наличие обеспечивало
им возможность исполнения обязанностей, вытекавших из факта
принадлежности к конкретному чину. Иными словами, сословные права,
например, право служилых людей на владение землей с крестьянами,
вытекали из сословных обязанностей и предоставлялись именно для
реализации последних.
Еще одной важной характеристикой общественного устройства
являлось то, что его сословная структура не представляла собой
сплошной иерархической лестницы чинов, по которой можно было бы,
начав с социального низа, двигаться вверх вплоть до самой вершины.
Вместо единого, общего для всех социального «лифта» вся «лествица
московских чинов распадалась на несколько отделов, и иерархическое
движение было возможно для лица известного происхождения только
на пространстве ступеней известного отдела… У каждого общественного
слоя была своя чиновная карьера, свой ряд доступных ему чинов»
16
Ключевский В. О. История сословий в России. М., 2002. С. 439.
16
.
164
Тема 2. Проблемы истории государства и права России в эпоху Московского государства
В целях надлежащего исполнения своих обязанностей и минимизации возможностей уклонения от их отбывания служилые и тяглые
разряды «московского» общества были, условно говоря, наследственно
прикреплены к роду государственной службы, а право свободного перехода из одной социальной ниши в другую было ограничено или отменено. Подобное «закрепощение» социальных групп было обусловлено как
религиозно-нравственными факторами, нашедшими выражение в идее
особого служения каждого сословия, так и о особенностями исторического развития России, прежде всего ее геополитического положения,
и было направлено на решение ключевой стратегической задачи —
совместными, соборными усилиями всего общества сохранить и укрепить суверенную государственность России как политического центра
православного мира.
Сущность государственного строя Московского Государства
во второй половине XVI в. — XVII в. составляла самодержавно-народная
монархия, которая начала формироваться еще на этапе образования
Русского централизованного (Московского) государства, а в «царский»
период была реализована во всей полноте. Суть «московской» монархии
в эпоху расцвета Московского Государства заключалась в совместном
участии Царя и народа в управлении делами государства и общества,
в создании такой системы власти, при которой широкие народные
массы были непосредственными субъектами государственного
и общественного строительства, оказывавшими прямое влияние на ход
и содержание политико-правовых процессов, а Государи не только
не видели в этом народоправстве никаких угроз для собственной
самодержавной власти, но напротив, всячески прислушивались к «гласу
народа» и стремились как можно активнее привлекать своих подданных
к «Государеву и земскому делу». Именно эпоха торжества Самодержавия
стала временем наиболее впечатляющего развития народовластия,
выражавшегося в функционировании соответствующих властных
институтов: как на низовом, местном уровне — в виде выборных
общинных, губных и земских органов, так и на высшем — в лице
Земских соборов, смысл которых и сводился к тому, чтобы напрямую,
без бюрократических «средостений» донести «голос земли» в лице ее
лучших представителей до Великого Государя. Другой, не менее важной
формой влияния народа на государство была широчайшая практика
подачи челобитий, которые никогда не ограничивались ни с точки
165
Часть 2. ПРОБЛЕМЫ ИСТОРИИ ГОСУДАРСТВАИ ПРАВА РОССИИ
зрения круга затрагиваемых в них вопросов и проблем, ни по составу
лиц, имевших право их подавать, и которые практически всегда
удовлетворялись. Постоянное участие населения в делах государства
не только обеспечивало столь необходимую живую связь между
Царем и вверенным ему Богом народом, не только повышало качество
государственного управления, но и способствовало приобретению
народом бесценного политико-административного опыта.
9. Предусмотренное Уложением 1649 г. прикрепление крестьян
к земле, будучи, по задумке правительства, чисто фискальной мерой,
не предполагавшей коренного пересмотра характера взаимоотношений
между землевладельцами и крестьянами, тем не менее имело далеко
идущие последствия, способствовав значительному расширению
власти вотчинников и помещиков над крестьянами и приобретению
ею невиданных ранее черт. Прикрепление крестьян к земле начало
трансформироваться во второй половине XVII в., особенно в последней
его четверти, в их прикрепление к землевладельцам, и в статусе
владельческих крестьян с течением времени все явственнее стали
проявляться признаки холопской зависимости.
Главным показателем данного процесса являлось возраставшее
количество сделок землевладельцев в отношении крестьян,
аналогичных сделкам с холопами. Но, пожалуй, наиболее зримым
доказательством расширения власти землевладельцев над крестьянами
в результате прикрепления стало право телесного наказания крестьян.
Если в эпоху свободного перехода помещик или вотчинник мог
просто согнать нерадивого крестьянина со своей земли, то после
прикрепления такое наказание утратило смысл. В новых условиях
землевладельцам требовались другие меры принуждения к крестьянам,
и самой радикальной из них стали телесное наказание. Правда,
в рассматриваемый период телесные наказания крестьян еще только
начи на л и входи ть в оби ход и не бы ли об щера спр о ст ране н ной прак т ико й .
Несмотря на отмеченные обстоятельства, свидетельствовавшие
о существенных сдвигах в положении владельческих крестьян во второй
половине XVII в., они тем не менее и юридически, и фактически
по-прежнему отличались от холопов и продолжали оставаться
свободными лицами.
166
Тема 2. Проблемы истории государства и права России в эпоху Московского государства
10. В основе концепции «московского» Самодержавия лежали несколько источников, сведенных воедино, а именно народные представления об идеальном Государе и его обязанностях и правах, теоретические построения русских книжников о монаршей власти и ее пределах,
ранее сложившиеся и постепенно эволюционировавшие политико-правовые обычаи, определявшие статус и прерогативы Великого Князя,
а также византийская доктрина Верховной власти, скорректированная
с учетом того, что на Руси «не столько подражали действительной Византии, сколько идеализировали ее, и в общей сложности создавали монархическую власть в гораздо более чистой и более строго выдержанной форме, нежели в самой Византии» 17.
Царская самодержавная власть мыслилась и воспринималась как
сакральная, как устроение Божие, поэтому базировалась на таких
фундаментальных началах, как, во-первых, подчиненность Царя
земного по отношению к Царю Небесному, во-вторых, политический
суверенитет (Самодержавие) Государя и, в-третьих, наследственный
характер его власти.
Божественная природа Самодержавия, его религиозное освящение
находили выражение в следующих ключевых ипостасях.
Во-первых, христианская сущность, содержание и предназначение
Верховной власти Государя прямо подчеркивались его новым
официальным титулом — Царя, который был принят Иваном Грозным
в 1547 г. Царский титул в качестве главного Государева имени ставил
русского Царя в один духовный ряд с царями библейскими, бывшими
первыми царями в истории человечества, и, что особенно важно,
уподоблял его Самому Царю царей.
Во-вторых, Царь являл собой помазанника Божия, видимый образ
Самого Царя Небесного, земное воплощение Божественной Правды.
Власть Царя имела надмирской характер, ее источником выступала
Воля Божия. Согласно народным воззрениям, Царь представлял собой
сакральную ценность высочайшего значения, уступавшую лишь Богу.
При этом сакрализация Царя и царской власти вовсе не означала обожествления монарха как личности. Вместо обожествления конкретной
персоны Государя народному сознанию были присущи сакрализация
17
Тихомиров Л. А. Монархическая государственность. М., 1998. С. 218.
167
Часть 2. ПРОБЛЕМЫ ИСТОРИИ ГОСУДАРСТВАИ ПРАВА РОССИИ
Царя как символа, возвеличивание его исключительного статуса —
носителя высшей власти в государстве и средоточия правды, справедливости и прочих идеальных атрибутов.
В-третьих, предназначение Царя, вытекавшее из принципа
богоявленности его власти, смысл его служения заключались
в утверждении Евангельской Правды на земле, построении и охранении
Православного царства как преддверия Царства Небесного, защите
вселенского Православия, приуготовлении человеческого рода
ко Второму Пришествию Христову. Как Божий слуга, Царь нес свою
Государеву службу как послушание сродни иноческому, во славу
Божию и во благо вверенного ему Богом народа. Данная самодержцу
власть являлась не самоцелью, а лишь орудием для осуществления
тех идеалов, которыми жила нация. Власть Царя — это подвиг, крест,
миссия, возложенная на него свыше, от исполнения которой он был
не вправе отказаться, какой бы непосильной ни была монаршая ноша.
В-четвертых, для реализации стоявших перед Царем задач он должен
был не только обладать образцовыми нравственными качествами —
быть христолюбивым, благочестивым, праведным, смиренным,
милостивым, совестливым и т. п., но и уметь в необходимых случаях
прибегать к суровым мерам для обуздания греховных страстей. Только
сильной рукой монарх может утвердить среди подданных правду,
слабость же власти неизбежно ведет к падению государства.
В-пятых, почти не ограниченная никакими земными рамками, Верховная власть Царя в то же время имела пределы, очерченные содержанием того религиозно-нравственного идеала, носителем и выразителем
которого Царь являлся. Именно Божье установление царской власти, ее
безусловное подчинение Верховному Закону в первую очередь связывали и ограничивали власть монарха, не давая ему превратиться в тирана
и «душегуба». Помимо этого, огромную роль играли внутренние ограничения (самоограничения), такие как осознание доверия народа к своему Государю как образцу веры, праведности и благочестия, а также голос совести, прислушиваясь к которому самодержавный Царь не только
«сам держал власть», но и «сам себя держал».
Наконец, не подлежавший юридической ответственности, земному
суду за свои действия, Государь, как и любой другой человек, нес
168
Тема 2. Проблемы истории государства и права России в эпоху Московского государства
высшую, религиозную ответственность за свои поступки и мысли.
Однако в отличие от остальных людей ответственность Царя перед
Богом являлась наиболее полной, поскольку на Страшном Суде Царю
суждено дать ответ не только за свои личные прегрешения как человека
и монарха, но и за грехи каждого из своих подданных, которые были
совершены ими по недосмотру Государя.
В силу отмеченного статуса Царя, характера и задач царской власти,
Государь по определению не мог не занимать первенствующее положение в Церкви, а из всех его обязанностей и прерогатив именно церковные являлись наиважнейшими. Не посягая на содержание православной
веры, ее догматические основы и не возлагая на себя функции первосвященника, Царь в то же время обладал рядом ключевых полномочий
в сфере церковной администрации и регулирования церковного бытия,
выступая в качестве высшей инстанции: принимал непосредственное
и решающее участие в избрании епископов, митрополитов и патриархов, созывал Церковные соборы и предлагал на их обсуждение соответствующие вопросы, являлся верховным судьей по делам церковного
управления, обеспечивал церковную дисциплину и монастырское благочиние и т. д. В фигуре Царя как «Всероссийского церковного старосты» специфическим образом воплощалось и фокусировалось единство
церковно-государственного организма.
Что касается второго основополагающего аспекта царской самодержавной власти, то таковым являлся политический суверенитет монарха,
то есть его полновластие, самостоятельность и независимость во внутриполитических отношениях и на международной арене. Царь находился вне формального правового регулирования, что давало ему возможность в необходимых случаях действовать помимо «буквы закона»
в целях торжества высшей правды, обладал универсальными властными
полномочиями и соединял в своих руках всю полноту государственной
власти. Наличие других органов не ущемляло нераздельность властных
прерогатив монарха, всегда остававшегося выше прочих государственных институтов. Такой статус носителя Верховной власти обеспечивал
ее социальный нейтралитет и надклассовость, которые уравновешивали разнонаправленные стремления и интересы различных социальных
групп и гарантировали, что перед Царем, как и перед Богом, все равны.
169
Часть 2. ПРОБЛЕМЫ ИСТОРИИ ГОСУДАРСТВАИ ПРАВА РОССИИ
В то же время царская самодержавная власть вовсе не являлась
синонимом абсолютизма, поскольку наряду с религиозно-нравственными
ограничениями на самодержавного Государя распространялись
и некоторые мирские требования, вытекавшие из политико-правовых
обычаев и придворных традиций, например, касавшиеся порядка
престолонаследия, выбора царской невесты, назначения на высшие
государственные должности, поведения на публике и в быту и т. д. Царь
был не властен над исторически и органично сложившимися порядками
и учреждениями, был не вправе их разрушать по собственному хотению.
Связанность Государя заветами «старины» являлась надежным
заслоном против радикальной ломки сверху установившегося уклада
и обеспечивала размеренный, поступательный, эволюционный,
а не революционный характер социальных и политико-правовых
изменений. В силу различных ограничений власти монарха в сознании
царей и общества поддерживалось представление о том, что, находясь
на вершине власти, Государь нес свою службу как послушание и являлся
лицом, обязанным перед Богом и народом. В обязанности подчинения
Царем своих личных желаний и пристрастий интересам государства
и общества и заключалось принципиальное политическое отличие
власти самодержавного Государя от абсолютного монарха.
Единство Царя и народа в религиозных и политических идеалах
обеспечивало прочную связь между ними, причем связь не внешнюю,
формально-юридическую, а духовно-нравственную, мистическую,
в основе которой лежали взаимные любовь, верность и жертвенность.
Несмотря на свое высочайшее положение и Верховную власть, Царь
являлся первым слугой своего народа.
Необходимым атрибутом царской самодержавной формы правления,
также очевидно отражавшим ее религиозную сущность и подчеркивавшим богоизбранничество Царя, являлся традиционный для Московской
Руси принцип перехода монаршей власти в порядке престолонаследия
по прямой нисходящей линии от отца к старшему сыну. Передача-получение Верховной власти в Московском Государстве осуществлялись
одновременно в порядке престолонаследия по закону (конституционно-правовому обычаю) и по завещанию, причем завещательное основание, как и ранее, являлось исключительно формальным, поскольку престолонаследником не мог быть никто, кроме старшего сына монарха.
170
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]