Признание и исполнение решений международных инвестиционных арбитражей

В американском праве, несмотря на то, что вопрос об иммуните­те решается на предварительной стадии судебного разбирательства, заявление об иммунитете рассматривается как отзыв на исковое за­явление, а бремя доказывания по установлению статуса иностран­ного государства ложится на ответчика2. То есть, если иностранное государство само не заявит о судебном иммунитете и не докажет его наличие в данном деле, то у суда нет обязанности разрешать данный вопрос по своей инициативе.

Учитывая, что, в соответствии с ч. 2 ст. 56 ГПК РФ и ч. 2 ст. 65 АПК РФ, именно суд формирует предмет доказывания по делу, а также согласно ч. 1 ст. 57 ГПК РФ и ч. 2 ст. 66 АПК РФ суд вправе предло­жить лицам, участвующим в деле, представить дополнительные до­казательства, представляется, что разрешение вопроса о наличии или отсутствии иммунитета у иностранного государства может разрешаться по инициативе суда. Таким образом, в данном случае нормы рос­сийского законодательства более схожи с нормами английского Акта о государственном иммунитете. И обязанность суда по рассмотрению вопроса об иммунитете не зависит от позиций сторон.

с участием иностранного государства, противоречило бы эффектив­ности судопроизводства и удлиняло бы рассмотрение дела.

Участие органов исполнительной власти. Следует также отметить, что помимо суда, в решение вопроса о наличии или отсутствии им­мунитета у иностранного государства, в странах, где приняты законы об иммунитетах, активно вовлечены и органы исполнительной вла­сти1. В полномочия таких органов обычно входит выдача заключений, удостоверяющих статус иностранного государства, подтверждающих наличие или отсутствие иммунитета у государства или его собствен­ности, устанавливающих взаимность. Такие положения можно найти в законах Австралии (ст. 42)2, Сингапура (ст. 17)3 и Канады (ст. 15)4. В Российской Федерации таким органом выступает Министерство иностранных дел. В соответствии со ст. 256.8 АПК РФ и 417.8 ГПК РФ Министерство иностранных дел РФ по инициативе суда или по соб­ственной инициативе может участвовать в деле для дачи заключения по вопросам предоставления юрисдикционных иммунитетов Рос­сийской Федерации и ее имуществу в иностранном государстве. За­ключение МИД РФ оценивается судом в совокупности с другими доказательствами. При этом в ст. 104.4 ФЗ № 229 «Об исполнительном производстве» закреплена возможность обращения судебного приста­ва-исполнителя в МИД и другие государственные органы с запросом о наличии или отсутствии иммунитета у определенного имущества, если этот вопрос не был решен судом. Таким образом, российским законодательством предоставлены широкие полномочия органам ис­полнительной власти в решении вопроса об иммунитете иностранного

С одной стороны, министерство иностранных дел является органом, который отвечает за международные отношения государства и, таким образом, может располагать более полной и подробной информацией об имуществе иностранного государства, чем суд. Таким образом, за­ключение МИД окажет существенную помощь суду и будет оценено наравне с другими доказательствами. С другой стороны, обращение судебного пристава-исполнителя в МИД (а не в суд) по поводу возмож­ности взыскания того или иного имущества иностранного государства полностью передает разрешение вопроса о государственном иммуни­тете в руки исполнительных органов. Как было продемонстрировано в § 5.2–5.3, применение критерия коммерческой деятельности к соб­ственности иностранного государства, в отношении которой предпо­лагается взыскание, вопрос крайне сложный, требующий не только присутствия суда, но и сторон, которые имеют право представлять доказательства в поддержку своей позиции, в связи с чем исключение суда из решения данного вопроса было бы нежелательным.

шения. Международные нормы об иммунитете, а также положения

Акт о государственном иммунитете Великобритании 1978 г. в ст. 12 (4) предусматривает возможность вынесения заочного ре­шения только в случае надлежащего уведомления государства и ис­течении двух месяцев; срок подачи заявления об отмене решения составляет также 2 месяца с момента вручения решения. При этом, как уже было отмечено выше, обязанность по рассмотрению и раз­решению вопроса об иммунитете в отсутствие иностранного госу­дарства ложится на суд.

Следует отметить, что подход, при котором на суде лежит обязан­ность по разрешению вопроса об иммунитете иностранного государ­ства, не является бесспорным. Иностранное государство вряд ли можно отнести к слабой стороне в споре, которой требуются дополнительные привилегии в виде перенесения бремени доказывания факта отсутствия иммунитета на истца. Процессуальные привилегии предоставляются иностранному государству, скорее, из уважения к его суверенному статусу, международной вежливости. Так есть ли в данном случае необходимость суду по своей инициативе поднимать вопрос о госу­дарственном иммунитете, если само государство о нем не заявляет или не участвует в процессе вовсе? Это ли не нарушение принципа состязательности? С другой стороны, если спор очевидно касается су­веренных действий иностранного государства, то игнорирование судом вопроса об иммунитете влечет нарушение важного принципа между­народного права «par in parem non habet imperium» и может негативным образом отразиться на международных отношениях. В пользу такого подхода говорит и сама концепция ограниченного иммунитета. Все законы о юрисдикционных иммунитетах наряду с Конвенцией ООН о юрисдикционных иммунитетах государства 2004 г. и Европейской конвенцией об иммунитете государств 1972 г. содержат общее правило наличия у иностранного государства иммунитета, а затем перечисляют исключения из данного правила, которые и должны быть доказаны заявителем в каждом конкретном деле.

рассмотрение вопроса об иммунитете в отсутствие иностранного госу­дарства при разбирательстве в российском суде. Представляется, что в будущем этот вопрос стоит урегулировать на уровне постановления Пленума Верховного Суда РФ.