Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:По русскому и скандинавскому северу
.pdf
ГЛАВА 2
АРХАНГЕЛЬСК
Пристани. — Подворья. — Гостиницы. —
Пароходы. — Рейсы. — Гостиница «Троицкая». —
Библиотека. — Музей. — Памятник Ломоносову. —
Спутники. — Соломбала. — Гостиница «Англия». —
Красотка. — Притоны. — Гигиена и личики. —
Домик Петра I. — Рынок. — Соловецкое
подворье. — Тундры и леса. — Пароходы «Николай II»
и «Ломоносов». — Опять гостиница «Англия» и милое
видение. — Маленькие труженики. — Купанье. —
Пароход «Соловецкий». — Остров Моисеев. —
Маленькое толкование. — Топливо. — Рейсы на Новую
Землю и Шпицберген. — Перед отплытием
в Соловки. — Отплытие и путь до моря. —
Пароходная публика. — Капитан и прислуга. —
Некоторые данные о Белом море. — Некоторые
данные о Соловках.
41
А . ЭНГЕЛЬМЕЙЕР
17 июня
тром стали пассажиры собираться в город. Извозчиков на пристани оказалось еще меньше, нежели
вчера, т. е. их теперь не было совсем. Пришлось
у
двинуться пешком при помощи носильщиков. Пассажиры, направлявшиеся в Соловецкий монастырь, решили отправиться в одно из подворий этого монастыря,
в каковых обыкновенно богомольцы здесь дожидаются
рейсов на острова Соловецкие.
Нас уже предупреждали на пристани, что придется
подождать дня два-три прежде, нежели удастся ехать
в Соловки. Монастырский пароход только что ушел,
а пароход товарищества Архангельско-Мурманского пароходства отойдет туда еще не скоро.
Пристань беломорских пароходов АрхангельскоМурманского общества находится рядом с пристанью,
где остановился наш «Десятинный». (Это пристань Северного пароходного общества.) Пароходы же океанские, того же вышеупомянутого Архангельско-Мурманского товарищества, имеют пристань уже в другой части
города, в той, которая называется Соломбалой. Там же
находятся пристань и монастырских пароходов и таковое же подворье № 2 для богомольцев.
Монастырское подворье № 1 находится около пристани малых пароходов, делающих рейсы в Соломбалу
и обратно каждый час. В то время как мои спутники разбрелись по подворьям и по гостиницам, я застрял тут, на
этой пристани, рассчитывая собрать кое-какие сведения
о пароходах и подворьях. Ничего нужного, однако, не
узнал. Здесь тоже ничего не знают точного об отходе па-
42
ПУТЕШЕСТВИЕ ПО СЕВЕРУ
рохода в Соловецк, тем более что монастырские пароходы правильных рейсов не придерживаются, а сообразуются лишь с накоплением пассажиров.
Вся эта неопределенность заставила меня направиться в гостиницу. Их всего две в Архангельске: «Троицкая»
да «Золотой якорь». Есть еще «Беломорские меблированные комнаты». Я остановился в лучшей из них — «Троицкой», где, кроме того, остановились и оба писателя.
С одним из них, г. Б., я пустился осматривать пешком
город. Его спутник, г. Л., плохой пешеход, остался в гостинице за своими рукописями, собираясь после этого
объехать город на извозчике. Этот литератор поражал
меня своим трудолюбием. Он и на пароходах и тут, в гостинице, большую часть времени проводил за писанием
своих путевых заметок. Я даже задавал себе не раз вопрос:
когда же он делал свои наблюдения для этих заметок?
Осматривая город, первым делом я справился в самой конторе Архангельско-Мурманского товарищества
о пароходах, плавающих по Белому морю и по океану до
Норвегии.
Оказалось, что только один рейс в неделю направляется прямо на Соловецкие острова, другие же ихние суда
заходят туда, лишь обойдя прежде часть берегов Белого
моря. Из архангельско-мурманских пароходов вообще
заходили на Соловецкие острова лишь два парохода.
Лучший из последних считается «Ольга»
1
. Кроме того,
1
На всех пароходах товарищества Архангельско-Мурманского обязательно уплачивать за дневное продовольствие лишь в 1-м классе.
43
А . ЭНГЕЛЬМЕЙЕР
с Соловков необходимо вернуться обратно в Архангельск, чтобы пересесть на океанские пароходы. Поэтому мимоездом посетить Соловецкие острова, направляясь в Норвегию, было невозможно. Получалась теперь
для меня непредвиденная потеря времени. Но оставить
неосмотренными Соловки я не решался.
Эта же непроизводительная трата времени на неизбежное возвращение в Архангельск не дозволила мне
объехать и берега Белого моря, что представляет, по уверению бывавших там, чрезвычайно интересное путешествие. Последнее, конечно, взяло бы у меня минимум
неделю.
Обходя город и знакомясь с его жизнью, мы решили,
что все это далеко не так интересно, как можно бы ожидать. Впрочем, будущность Архангельска еще впереди.
Начну свое описание этого города с гостиницы, где мы
остановились («Троицкой»). Она невзрачна и невелика,
впрочем, дешева и прилична. Там не дурен ресторан
с органом, играющим русские песни, «жестокие романсы» и прочее тому подобное. Обед из четырех вкусных
и сытных блюд стоил дешево. Квас подают чудесный,
вкусный и холодный, что было очень кстати в тогдашнюю жаркую погоду.
Есть в городе крохотная публичная библиотека. Там
мы перечитали еще раз описание Соловков В. Немировича-Данченко, восторженные места которого придавали мне еще более охоты побывать на этих островах.
В музее, тоже миниатюрном, видели принадлежности местных промыслов, чучела рыб, птиц и животных,
встречающихся в этих странах.
44
ПУТЕШЕСТВИЕ ПО СЕВЕРУ
Из рыб здесь находится в спирту одна такая, которой
до сих пор никто еще не мог определить! Кто же были
эти определители?
Из птиц я обратил внимание на чучело норвежского
кречета, названного на ярлычке почему-то балобаном.
Уж не такого ли определителя нашла и вышеупомянутая неизвестная рыба?
Интересно чучело ястреба тетеревятника слетка,
т. е. экземпляра в поре первого года жизни. Фон оперения его был чрезвычайно светел. Не об этом ли виде писал старик С. Т. Аксаков в своей статье об ястребиной
охоте? Если в коллекциях музея и чучела дербников, соколов сапсанов и более южных видов: пустельги, кобчика и сокола чеглока.
Мне сообщил сторож музея, что все эти чучела
и определения их сделаны одним местным препаратором, неким г. Вальневым.
Памятник Ломоносову, о котором я уже говорил,
представляет его совершенно раздетым и с подобием
какой-то простыни на плечах, с маленьким крылатым
гением, имеющим арфу в руках и стоящим у его ног на
одной коленке. Памятник этот — произведение академика Мартоса; он совсем не привлекателен, чтобы не
сказать больше.
В городе всего одна аптека, один книжный магазин.
Оптика нет. Мне пришлось, например, чинить очки
в каком-то универсальном магазине.
Мои спутники-учителя, направлявшиеся, как я уже
говорил выше, также на Соловецкие острова, еще с утра
45
А . ЭНГЕЛЬМЕЙЕР
переехали с вещами прямо на ломовом извозчике в Соловецкое подворье в Соломбале. Теперь мы с писателем г. Б.,
расхаживая по городу, встретили их. Пошли все вместе
обедать в нашу гостиницу. Вытащили из его номера писателя Л., который еще сидел за своими письменными работами, без жилета, перед вечным, остывшим самоваром.
Обедом в гостинице «Троицкой» все мы остались довольны. После обеда мы четверо, кроме плохого ходока
г. Л., отправились в Соломбалу на перевозном пароходике.
Эти пароходики имеют на Соломбале особую пристань, близ Соловецкого подворья, к пристани которого
им приставать будто бы монахи не дозволяют. В конторе
билетов этих соломбальских пароходиков меня уверяли
даже, что монахи не раз встречали их публику дубьем,
если та осмеливалась только высадиться на монастырскую пристань. Однако при мне ничего подобного не
случалось, хотя мы и не раз причаливали и к этой монастырской пристани.
Сойдя в Соломбале, мы первым делом посетили Соловецкое подворье и комнату наших спутников-учителей. Потом обошли набережные и пристани, где видели
один из двух океанских пароходов, именно лучший из
них «Николай II». Осматривать его внутри почему-то не
пожелали мои компаньоны. Пришлось это отложить до
другого случая.
Находившись по улицам Соломбалы под чрезвычайно жарким, хотя уже и вечерним солнцем, мы стали думать о прохладе и питье. По совету прохожих и их указа-
46
ПУТЕШЕСТВИЕ ПО СЕВЕРУ
ниям пошли мы в некую крохотную гостиницу
«Англию», скорее же трактирчик.
Подходя к этому учреждению, мы встретили на улице несколько девочек лет десяти — двенадцати. Одна из
них, блондиночка, была замечательной красоты. Чудные
волнистые волосы обрамляли прелестное фарфоровое
личико. Голубые прозрачные глазки глядели шаловливо
и весело. Наши молодые люди отпустили несколько
слишком откровенных похвал, когда я обратил их внимание на эту маленькую красотку. Та ничуть не сконфузилась. Видимо, похвалы были не внове ей.
Мы вошли в гостиницу, поиграли там на бильярде,
выпили неимоверное количество квасу, вследствие нестерпимой жары, и пустились осматривать Соломбалу
и город.
Слобода или скорее предместье Соломбала отделяется от Архангельска речкой Кузнечихой и отстоит от
центра города верст на пять.
Кто-то рассказал нашим молодым спутникам-учителям, что у речки Кузнечихи находятся притоны известного сорта. Так как они все время только и толковали,
только и вспоминали, что трактиры и подобные учреждения, то и стали настаивать теперь на проверке вышеупомянутых слухов. Я возражал, указывая, что в подобной пригородной трущобе с полуразвалившимися
избами нечего ни разыскивать, ни осматривать; я напоминал, что в городе мы еще не обошли всего; я говорил,
что мы, наконец, с г. Б. семейные люди, и т. д. Ничто не
помогало. Наши педагоги тянули нас настойчиво разы-
47
А . ЭНГЕЛЬМЕЙЕР
скивать «Le Logi del Abramo», как называют итальянцы
подобные приюты. Г. Б. согласился на эти розыски ради
изучения местных нравов. Я уступил с большою неохотою, не ожидая ничего интересного от ходьбы по грязной, убогой пригородной окраине.
Мои спутники скоро добились от прохожих требуемых указаний и нашли искомое. Это оказались жалкие
полусгнившие избенки, впрочем, такие же, как и все
остальные дома там. У окон виднелись несчастные убогие девицы, зазывавшие нас и просившие угостить их
«пивцом», «чикаладом» и т. д. Впечатление получалось
ужасное, подавляющее.
Даже наши молодые чудаки почувствовали некоторое охлаждение к подобным прелестям. После этого мне
наконец удалось отвлечь всю нашу компанию от дальнейшего разыскивания подобных «мест нетерпимости».
Я посоветовал педагогам после отдельно позаняться соответственными розысками где-нибудь в городе, но, во
всяком случае, не в таких трущобах, откуда мы только
что теперь выбрались.
К удивлению всех нас, потом оказалось, что на весь
большой приморский город Архангельск ничего иного,
кроме ужасной Кузнечихи, в смысле урегулированной
проституции не было.
Рассмотрев после всего вышеупомянутого поближе
двух своих спутников-учителей, я стал подзывать на Соловецкие острова усиленно и обоих писателей, тем более
что оба они сожалели о скудости наблюдений, полученных ими в первом классе от Петербурга до Архангельска.
48
ПУТЕШЕСТВИЕ ПО СЕВЕРУ
Но уговорить их продолжать путешествие до Соловков
мне не удалось. Оба отговаривались необходимостью
вернуться в столицу. И моими дальнейшими спутниками
остались двое вышеописанных педагога.
Расхаживая по Архангельску, мы заметили, что, несмотря на страшную июньскую жару, окна в домах были
далеко не везде выставлены. В мыслях возникало подозрение в нелюбви архангельцев к свежему воздуху. Этим
антигигиеничным образом жизни здешних жителей хотелось объяснить ту массу бесцветных, анемичных, часто
усыпанных веснушками лиц, каковые встречаешь на
каждом шагу в Архангельске. Особенно женские лица
отличаются вышеописанными принадлежностями, хотя
иногда черты их и привлекательны.
Домик Петра I (каковой, конечно, есть и здесь) —
почти уже никуда не годная маленькая хибарка, над которою, в виде футляра, выстроен простой сарай. Помнится, у этого домика нет ни дверей, ни даже сторожа.
И мы вошли в него и вышли опять совершенно свободно,
не встретив там никого.
Осматривали, между прочим, и рыбный рынок. Там
много интересного. Особое внимание обращает на себя
рыба палтус (гигантская разновидность камбалы), которою можно иногда прикрыть целый обеденный стол.
Интересна зубатка с крапчатой кожей, годной для разных изделий и напоминающей шершавые кожи змей,
ящериц и т. п. Видели рыбу снаружи совершенно розовую, напоминающую видом окуня. К сожалению, названия не запомнил. Масса соленой и свежей семги красует-
49
А . ЭНГЕЛЬМЕЙЕР
ся повсюду великолепными колерами своих чешуи
и мяса. И, наконец, бесчисленные экземпляры известных
во всем мире сельдей и трески наполняют все, что только
лишь можно наполнить на рыбном рынке здесь.
Из местных предметов торговли, годных как сувениры с дороги, можно называть рога оленей и лосей, всевозможные звериные шкуры и изделия из них.
Из последних мне особенно понравились меховые
пимы и туфли. Женские и детские туфли выглядят очень
красиво. Впрочем, на хорошенькой ножке ведь все красиво, даже портянки и лапти, а безобразную ничем не
украсишь, как бы ее ни украшать. Помню, видел раз, как
даже крупные брильянты на туфле нимало не могли
украсить такую ступню.
Однако, каковы здесь ножки, мне убедиться не пришлось. Личики, как я уже сказал, не особенно-таки привлекательны.
18 июня
Писатель Л. оказался большим любителем покушать
и попить. Впрочем, он очень много пишет, не расставаясь
целый день с самоваром. Писатель Б. сообщил о себе, что
он работает в день лишь только три часа утром.
Сегодня дождь и прежняя жара. Сносно себя чувствуешь в чичунче лишь в пасмурные дни. В солнечные
и такой костюм не помогает.
Ночи совершенно светлы, так что ни свечи, ни спички не нужны. Впрочем, незаходящего солнца в Архангельске не бывает.
50
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]