Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Оптина Пустынь. История обители и жизнеописания скитян сборник
.pdf
ПРИЛОЖЕНИЯ 261
II
От всего сердца уважаемый батюшка!
Вчера ввечеру получили мы письмо Ваше и
рукопись перевода Исаакия Сирина (с Болховским купцом В.И. Курк), а сегодня еще письмо по
почте от 8 августа. Но сегодня с самого утра я должен был ездить по делу вашего процесса и потому
не мог просмотреть замечаний Ваших на перевод
Троицкой Академии, и только половину Вашего
перевода 1-й главы Исаака Сирина успел прочесть и сличить с переводом лаврским и паисиевским. До сих пор мне кажется во всех тех местах,
где Вы отступаете от перевода лаврского, Вы совершенно правы и смысл у Вас вернее. Но несмотря на это, мне кажется, что перевод Паисия все
еще остается превосходнее, и хотя смысл в нем
иногда не совсем ясен с первого взгляда, но эта
неясность поощряет к внимательному изысканию, а в других местах в словенском переводе
смысл полнее не только от выражения, но и от
самого оттенка слова. Например: у Вас сказано:
«сердце вместо Божественного услаждения ув-
лечется в служение чувствам». В словенском переводе: «разсыпается бо сердце от сладости Бо-
жия в служение чувств». Слово: рассыпается от
сладости, может, и не правильно по законам на-
ружной логики, но влагает в ум понятия истинные, и между прочим оно дает разуметь, что сладость Божественная доступна только цельности
сердечной, а при несохранении этой цельности
262 ЧАСТЬ I. ИСТОРИЧЕСКОЕ ОПИСАНИЕ
сердце служит внешним чувствам. Также выражение: «иже истинного сердца своего уцелому-
дряет видение ума слова», дает не только понятие
о исправлении сердечном, но еще и о том, что пожелание нечистое есть ложь сердца, которую человек сам себя обманывает, думая желать того,
чего в самом деле не желает. Впрочем, может
быть, я вижу в этих выражениях и излишнее.
Главное было в прямом смысле, а оттенок вещь
посторонняя. Прочтя все слово и все замечания, я
сообщу Вам мое мнение, потому что Вы приказываете мне это сделать. Митрополиту думаем мы
отвезти Ваши рукописи завтра, если Богу будет
угодно. О вопросе Вашем: можно ли писать
по-русски: от того же к тому же, Н.П. уже сооб-
щила мнение митрополита. Я же думал, что написать Вам в последнем письме, что никак не вижу,
почему бы нельзя было сказать этого. По моему
мнению, это столько возможно по-русски, сколько
и по-словенски. Сомнение Ваше о том, не повредит ли некоторым то мнение, которое Исаак
Сирин имел о положении земли, если это мнение
оставить без примечания, — я представлю на
рассуждение митрополита, так же как и то, что
Вы изволите писать о переводе слова разум. Я с
своей стороны в этом последнем случае совершенно согласен с Вами. Что же касается до того,
что Вы изволите писать мне, чтобы я вник и ура-
зумел и сказал Вам свое мнение (!) о той не совсем
понятной материи, которая заключается между
ПРИЛОЖЕНИЯ 263
16 и 20 строками 28 листа на обороте, то это приказание Ваше не потому удивило меня, что требовало от меня объяснения для Вас! Но потому показалось мне поразительным, что в самом деле Бог
устроил так, что я могу Вам сообщить на это ответ. Ибо тому 16 лет, когда я в первый раз читал
Исаака Сирина, Богу угодно было, чтобы я именно
об этом месте просил объяснения у покойного
о. Филарета Новоспасского, который сказал
мне, что это место толкуется так, что под словом
«Глава и основание всея твари» понимается
Михаил Архангел. Видно, надобно было о. Филарету передать это Вам. Но как Вы не были тогда
при нем, то Бог вложил мне в мысль спросить его
именно об этом. Спешу, чтобы письмо мое попало
на почту, хотя со штрафом. Испрашиваю Ваших
свв. молитв и св. благословения и с глубочайшим
почтением и преданностью остаюсь
Ваш покорный слуга и духовный сын
И. К.
III
10 января 1849 г.
Почтеннейший батюшка!
Н.П. не может сегодня писать к Вам сама,
потому что Голубинский был у нас 7 числа. Он
обещал много, но не знаю, найдет ли время и
силы исполнить. «Второе слово Марка Подвиж-
ника: о крещении» хотел прислать в следующую
264 ЧАСТЬ I. ИСТОРИЧЕСКОЕ ОПИСАНИЕ
пятницу. Феодора Студита хотел тоже просмотреть, и если там найдете немного ошибок в орфографии и знаках препинания (потому что
других поправок он, не имея подлинника, делать
не думает), — обещал прислать к нам для того,
чтобы печатать без цензуры, а ему в цензуру посылать корректурные листы. Это было бы гораздо скорее. Печатание устава Нила Сорского
он очень одобряет, но говорит, что надобно спросить предварительно позволение у митрополита.
Сверх того он хотел справиться, находится ли
эта книга в числе тех, которые Синод объявил
своею собственностию. Если не находится, то
надобно будет просить Синод. Об ответе патриархов папе он сказывал нам слух очень огорчительный и почти невероятный. Но как он сам
этого ответа не читал, а только слышал, то мы и
думаем, что тут есть какая-нибудь ошибка. Он
говорил, будто там сказано о происхождении
Св. Духа, что Православная Церковь хотя и принимает это происхождение от Отца и Сына по
существу, но не принимает Его по Ипостаси.
Такое отступление от одного из первых догматов Православия кажется невозможным. Но
если это правда, тогда Русской Церкви следует
протестовать громко и поддержать истину, к которой, вероятно, пристанет и весь Восток. Испрашиваю Вашего св. благословения на весь
наш дом. Остаюсь с почтением и преданностию
Ваш покорный слуга И. К.
ПРИЛОЖЕНИЯ 265
IV
18 апреля 1850 г.
На днях я получил письмо от того приятеля моего (великого математика и астронома), о котором
говорил с Вами 3 февраля в Оптине и который
имел странные мысли о воплощении Сына Божия
на звездах. Я сообщил ему наш разговор и Ваши
слова, сколько мог припомнить и как умел, и теперь, сверх всякого ожидания моего, он пишет ко
мне, что это сообщение произвело на него такое
действие, что в невольном излиянии чувств во
время чтения он мысленно повергался к стопам
Вашим и что впечатление от этих слов до самой
смерти не изгладится из его памяти. Испраши-
ваю Ваших свв. молитв и св. благословения Вашего и остаюсь
с уважением и преданностию И.К.
V
21 августа 1852 г.
Многоуважаемый батюшка!
Я прочел и сличил Ваш перевод первой главы
Исаака Сирина и просмотрел также Ваши замечания на перевод лаврский, и большую часть из
них сличил с Паисием: мне кажется, что почти
везде Вы совершенно правы. Местах в двух, и то
в незначительных, казалось мне, что еще возможно сомнение между лаврским переводом и
Вашим исправлением. Но вообще я думаю, что
266 ЧАСТЬ I. ИСТОРИЧЕСКОЕ ОПИСАНИЕ
Вы были слишком снисходительны к этому переводу и в нем осталось, сверх ваших поправок,
еще очень многое, требующее исправления.
Очень любопытно мне будет слышать мнение
митрополита. Ваши рукописи и письмо я доставил ему только сегодня, и то через Александра
Петровича. Прежде митрополит или не принимал, по нездоровью, или уезжал в Лавру. Теперь
же он готовится к завтрашнему служению и
также по причине нездоровья не принимает. Если
возможно мне будет видеть его завтра, то я постараюсь представить ему Ваше мнение о слове ра-
зум и о переводе вообще. Разумеется, слова его
тотчас сообщу Вам. Между тем позвольте мне
сказать мое мнение о двух словах в Вашем переводе: «созерцание» и «доброе». Для чего предпочитаете Вы созерцание слову видение, зрение?
Первое — новое, любимое западными мыслителями и имеет смысл более рассматривания, чем
видения. Потому нельзя, например, сказать, что
ум от состояния молитвы возвышается к степени
созерцания, так же как нельзя сказать, что он возвышается к степени рассматривания. Если же
один раз необходимо греческое слово Феория
перевести, видение, то не худо бы, кажется, и
всегда одному слову усвоить один смысл. Таким
образом может у нас составиться верный философский язык, согласный с духовным языком
словенских и греческих духовных писателей.
Второе слово: доброе, которое на словенском
ПРИЛОЖЕНИЯ 267
языке, кажется, значит то же, что на русском:
прекрасное, Вы везде изволите и на русском
языке переводить словом доброе. От этого, мне
кажется, в некоторых местах выходит неполный
смысл. Например, в конце 27-го слова Исаак Сирин, кажется, приписывает второму чину разума
совершение и доброго (по естеству), и изящного.
По-словенски первое название: благое, а второе:
доброе. Поэтому всю деятельность изящных искусств можно отнести к области разума этой степени. Если же слово: изящное, или прекрасное,
заменить словом: доброе, то весь этот смысл пропадет. Прошу Вас, милостивый батюшка, сказать
мне, ошибаюсь ли я, и в этом случае простить с
свойственным Вам благодушием. Осмеливаюсь
же я говорить свои замечания вследствие Вашего
приказания. Посланную к Вам тетрадь русского
перевода Феолипта прошу Вас прочесть и исправить. Язык, кажется, хорош, но везде ли верно переведено, не знаю. После Вашего исправления
мне бы хотелось Комаровскому и еще кой-кому
немогущу читать по-словенски, чтобы они получили какое-нибудь понятие о том учении нашей Церкви, которое не знакомо Западу. Письмо
это начато 21, а окончено 22 августа. Думаю,
нынче около пяти часов поехать к митрополиту.
Испрашивая Ваших свв. молитв и св. благословения, с искренним уважением и сердечною преданностию остаюсь
Ваш покорный слуга и духовный сын И.К.
268 ЧАСТЬ I. ИСТОРИЧЕСКОЕ ОПИСАНИЕ
VI
26 августа 1852 г.
У митрополита я был на другой день после
того, как доставил ему Ваши рукописи. Он в этот
день служил, несмотря на зубную боль, и рукописей просмотреть еще не успел, а только взглянул на них и из того, что видел, заметил многое
такое, в чем неправильность перевода лаврского
бросается в глаза. «Очень бы жаль было, — сказал он, — если бы с этими ошибками рукопись
пошла в печать. Но о других замечаниях оптинских я еще ничего не могу сказать, покуда не
сличу с подлинником». О слове разум он тоже
сказал, что ничего не может сказать, не сличив с
греческою книгою. Когда же я сказал ему, что,
по всей вероятности, это по-гречески гнозис, то
он ответил, что в таком случае мудрено переводить иначе, как видение. Впрочем, надобно справиться с текстом. О 17-м слове, в котором выражается понятие того времени об устройстве
солнечной системы, владыка сказал, что, кажется, примечания к тому месту не нужно. Но
более об этом не распространялся. Когда же я
сказал ему, что в той же главе есть место темное,
которое даже и Вас затрудняет, то он пошел за
книгой, принес (тот самый экземпляр, который
он, еще бывши архимандритом, нашел в библиотеке Амвросия и испросил себе) и прочел то
место, о котором шла речь, и задумался. «Как
Ваше высокопреосвященство изволите понимать
ПРИЛОЖЕНИЯ 269
это?» — спросил я. «А вот, — отвечал он, показывая на поле книги, — когда я еще в первый раз читал это, то поставил вопросительный знак, который стоит еще и теперь». Тогда я сказал ему, как
покойный о. Филарет объяснял это место, как
относящееся к Михаилу Архангелу... «Я только
хотел сказать это сам», — прервал он меня. «Если
таково было мнение о. Филарета и такое же Вашего преосвященства, — сказал я, — то для меня,
кажется, уже нет ни малейшего сомнения в значении этого места». Сейчас перерывает меня.
Прошу Ваших свв. молитв и св. благословения и
с уважением и преданностию остаюсь
Ваш покорный слуга и духовный сын И.К.
VII
18–21 сентября 1852 г.
письмо от наместника сергиевой лавры
архимандрита антония.
Боголюбивейший и любезнейший
старец отец Макарий, благословите!
По слову Вашему о напечатании Исаака Сирина писал я к старцу нашему святому владыке.
Извольте выслушать, какой ответ он мне написал: «Рад буду, если напечатают отцы оптинские
книгу Исаака Сирина на славянском и для цензуры затруднения не предвижу. Желательно
было бы, чтобы при сем на некоторые места сделаны были с подлинника пояснения, как сделано
270 ЧАСТЬ I. ИСТОРИЧЕСКОЕ ОПИСАНИЕ
в издании Варсануфия Великого. Но если сие
окажется трудным, и без сего напечатать хорошо. А с пояснениями славянский текст по мне
лучше русского, потому что по свойству языка
перевод ближе к подлиннику. Новым переводам
я меньше верю». Вот Вам, любезный батюшка,
от слова до слова ответ владыки. Теперь остается Вам, призвав Господа в помощь, приступить к делу.
Испрашивая свв. молитв Ваших, с сердечною
любовью есмь навсегда недостойный
Антоний.
Отцу игумену Моисею, о. Антонию и всей
скитской Вашей братии передайте братский
поклон.
VIII
На следующей за сим почте получено письмо
от Н.П. Киреевской, в котором она извещает
о. Макария о разговоре своем со владыкою.
Владыка: «Не пишет ли Вам о. Макарий что о
печатании книги св. Исаака Сирина? Он писал о
сем к о. Антонию, почему это?» Она отвечала:
«Я не знаю ничего о сем, владыка, но если батюшка писал к о. Антонию, то, вероятно, основываясь на словах, сказанных Вами прежде
мужу моему, что Вы рады будете видеть сию
книгу напечатанною, подобно книге св. Варсануфия на славянском языке с пояснениями, но
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]