Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Национальная идея в Западной Европе в Новое время. Очерки истории. Монография
.pdf
371Глава V. Национальная идея и национальное сознание в Италии
республики и итальянцев призывали добиваться этой цели с оружием
1
в руках
.
В начале 30-х гг. XIX в. в итальянском национальном движении
возникло революционно-демократическое направление, неразрывно
связанное с именем Джузеппе Мадзини (18051872). Никто до него
в Италии не развивал концепцию нации столь многогранно и целеустремленно, связывая ее с решением конкретных практических задач.
В программных документах основанной им в 1831 г. революционной организации Молодая Италия Мадзини утверждал, что в Италии отсутствует нация, но создание ее неизбежно, поскольку сам ход
европейской истории неотвратимо ведет к слиянию больших масс людей в национальном государственно-политическом единстве. Такая
тенденция присуща и многовековой истории итальянской цивилизации: Италия призвана стать нацией и сможет добиться этого собственными силами.
Порукой тому божественный промысл: Там, где Бог повелел,
чтобы была нация, существуют силы, необходимые для ее создания, и
народ вместилище этих сил. Главной целью своей организации
Мадзини провозглашал превращение Италии в нацию единую, независимую, свободную, республиканскую. Нация не может существовать без национального сознания это ее важнейший атрибут: для
утверждения национальности (здесь синоним нации. Â. Á.) необходимо сознание этой национальности. С помощью подпольной пропаганды в Италии Мадзини старался пробудить национальное сознание
и национальные чувства итальянцев и таким образом вовлечь их в борьбу за независимость и объединение страны, полагая, что только всеобщее народное восстание, народная война, сплотив людей, может привести к созданию нации
2
.
Нация для Мадзини главным образом государственно-политическая общность, он не мыслит ее вне рамок единого всеитальянского
унитарного государства: без государственного единства на деле нет
нации, нации не существуют. После освобождения и объединения
страны, полагал Мадзини, итальянское Учредительное собрание в Риме
должно принять Национальный договор (Patto) своего рода декларацию принципов, оформляющий, новый факт образование на-
3
.
öèè
Нация самодостаточна, только ей принадлежит суверенитет. Политическая организация нации должна быть централизованной. Нация
1
Канделоро Дж. Óêàç. ñî÷. Ñ. 209.
2
Mazzini G. Sñritti editi ed inediti. Vol. II. Imola, I907. P. 45, 50, 52, 5556. Vol.
VI. Imolà, I909. Ð. 346. Vol. XXXIX. Imola, 1924. P. 265.
3
Ibid. Vol. II. Ð. 45, 298. Vol. III. Imola, 1907. Ð. 303. Vol. LXIX. Imola, 1935.
P. 345.
372 Национальная идея в Западной Европе в Новое время
невозможна без единого законодательства (политического, гражданского, уголовного), без единой системы представительства и образования,
без демократии: Демократия и единство, писал Мадзини, две
составляющие величины нашей национальности, они нераздельны
1
Государственно-политическое единство обязательное, но не
единственное условие образования нации: она предполагает также
единство принципов, стремлений и права. Без этих связующих элементов нация не существует, и речь может идти лишь о конгломерате
людей, человеческой массе (gente)
2
. Именно в таком состоянии, считал Мадзини, остаются итальянцы. Общая мысль, общий принцип,
общая цель, соединяющие аморфную массу в нацию, являются выражением высшего морального закона вечной категории в отличие
от чисто материальных стремлений и эгоизма, которые преходящи и
не могут служить надежной основой национального единства. Подлинным, т. е. духовным, фундаментом нации должно стать сознание
долга, обязывающего каждого стремиться к личному совершенству и
совершенствованию всего общества, его прогрессу.
Долг, обязанности диктуются человеку и нации Богом носителем этого нравственного императива. Практическая предназначенность
религии долга, которую проповедовал Мадзини (и которая имела
мало общего с католичеством), вполне очевидна: она требовала от каждого итальянца активного участия в борьбе за национальное возрождение Италии. В тех же случаях, когда национально-государственное
единство уже достигнуто, религия долга обязывает добиваться решения социальных проблем. Страны, которые недостаточно преуспели в этом, по мнению Мадзини, не могли считаться нациями в полном
смысле слова. К таким странам он относил Англию и Францию на
том основании, что их законодательные институты не являлись подлинно национальными представительствами всех социальных слоев в них, утверждал Мадзини, представлена только собственность,
что вызывает войну между трудящимся классом и классом инертным;
пролетарии угрожают восстать и восстанут
3
. Таким образом, хотя свобода и равенство имеют огромное значение, эти права человека представляют собой лишь условия выполнения долга как высшей нравственной нормы. Одного только политического равенства недостаточно с его помощью следует добиваться прогресса социального равенства, т. е. проявлять заботу о классе, чья численность и нищета
превосходят все другие. Чтобы нация стала реальностью, недостаточно создания единого свободного отечества: для этого необходимо
1
Mazzini G. Sñritti editi ed inediti. Vol. II. P.47. Vol. III. P. 64, 298. Vol. XXXVIII.
Imola, I923. P. 5.
2
Ibid. Vol.V. Imola, 1909. P. 125.
3
Ibid. Vol. III. P. 52.
.
373Глава V. Национальная идея и национальное сознание в Италии
обеспечить сочетание максимальной независимости индивидов и максимума социального развития. Опыт Англии и Франции может стать
уроком для Италии: ее объединению должны сопутствовать такие преобразования, которые повлекут за собой переход от существующего
строя индивидуализма (порождающего абсолютизацию интересов индивида в ущерб обществу) к строю ассоциации, т. е. к строю социальной справедливости для всех слоев общества.
В конечном счете, понятие нации у Мадзини приобретало значение новой ступени развития человечества, новой стадии общественного прогресса, на которой принцип индивидуализма (под знаком которого, полагал Мадзини, прошла вся европейская история от Христа
до Французской революции XVIII в.) сменится принципом ассоциа-
1
. Такое социально-этическое, обращенное в будущее понимание
ции
нации сформулировано в обобщающем определении: нация, писал
Мадзини, это общность граждан, говорящих на одном языке, сплотившихся на основе равенства гражданских и политических прав с общей целью развития и прогрессивного совершенствования социальных
сил и действия этих сил
2
. Иначе говоря, превращение масс в нацию
предполагает утверждение общества, которое объединено не только в
политическом и правовом, но и в моральном отношении благодаря доминированию в нем новых духовных ценностей: в таком обществе будут почитаться доблесть и гений, а не богатство и сила. Культурноисторические контуры этой умозрительно сконструированной нации,
отождествляемой с идеальным (в понимании Мадзини) социальным
строем, обозначены слабо: он редко и вскользь упоминает о таких чертах нации как религия, традиции, обычаи, склад ума, стремления; отмечает неповторимость исторического пути народа и особенно выделяет роль языка священного достояния нации: когда все утрачено,
чувство собственного существования и накопленные самые дорогие
воспоминания выражаются в речи
3
.
Решение конкретней исторической задачи создание единого итальянского государства Мадзини облекал в мессианскую форму. Он считал, что каждая нация призвана сыграть особую роль в истории человечества, предназначенную ей Провидением. Миссию Италии Мадзини видел в том, что она выступает в авангарде народов, которые доби-
1
Ассоциацию Мадзини противопоставлял коммунизму враждебному человеческой свободе и практически невозможному. Ibid. Vol. XXXV. Imola, 1922.
Р. 352.
2
Ibid. Vol. III. P. 64.
3
Ссылка Мадзини (в работе начала 50-х гг.) на природный характер национального начала (борцы за национальное дело говорят на одном языке, в их облике запечатлена кровная общность) выглядит в контексте идей Мадзини случайностью. Ibid. Vol. III. P. 107. Vol. LXIX. Р. 166167. Vol. XLVI. Imola, 1926. Р. 261.
374 Национальная идея в Западной Европе в Новое время
ваются национальной независимости; к ней перешла революционная
инициатива, ранее принадлежавшая Франции. Став свободной и единой, превратившись в нацию, создав новое общество строй ассоциации, Италия, полагал Мадзини, смогла бы опередить самые развитые страны и на новой основе обрести первенство, не раз принадлежавшее ей в прошлом. В частности, удаление Папства из Рима позволило бы Вечному городу (и, следовательно, Италии) дать миру новую
универсальную религию человечества
1
.
Как писал Л.Сальваторелли, для Мадзини существовало как бы две
нации: одна действительная, реальная и другая, пребывающая еще
в зародыше, но подлинная нация свободы и ассоциации, которая
может быть уподоблена Граду Божьему Святого Августина
2
.
Концепция нации, будучи основой революционной идеологии Мадзини, предельно политизирована и призвана служить конкретной политической цели вовлечению народа Италии в освободительную
борьбу. Нация Мадзини это сообщество борцов за национальное
дело. И хотя они говорят на одном языке, все же основным связующим началом этого сообщества является стремление и воля к достижению великой и священной политической цели независимой и единой Италии.
При том, что национальная идея, безусловно, главенствовала в созданной Мадзини идейной системе, нация не представляла для него
абсолютной ценности. Десятилетиями отдавая себя целиком борьбе
за решение итальянской национальной проблемы, Мадзини, вместе с
тем, считал обретение родины, создание нации переходным этапом на пути к высшей цели ассоциации свободных и равных народов, Соединенным штатам Европы
3
, единству всего человечества,
всеобщему братству людей, спаянных общими гуманистическими идеалами и моральным единством.
Народы неразрывно связаны сетью отношений, взаимных интересов и потребностей, поэтому народ, изолирующий себя, гибнет.
Будущему универсальному союзу человечества Мадзини придавал такое значение, что в молодые годы даже отрицал неизбежность национальных различий и самого деления человечества на народы: нет вечной неизменной причины, делающей неустранимыми различия в характере, страстях, желаниях народов; нет закона природы, неотвратимо обусловливающего особые свойства, индивидуальный характер каждой из семей, на которые разделен род человеческий
1
Mazzini G. Sñritti editi ed inediti. Vol. XLVI. P. 269270. Vol. LXIX. P. 164.
Vol. VI. P. 125127.
2
Salvatorelli L. Pensiero politico italiano dal 1700 al 1870. Milano, 1945. P. 240.
3
Mazzini G. Op. cit. Vol. LXIX. P. 166.
4
Ibid. Vol. I. Imola, I906, P.189. Vol. VI. P. 125127.
4
. Мадзини
375Глава V. Национальная идея и национальное сознание в Италии
считал, что все человечество принадлежит к одной, единой человеческой расе, которая включает в себя огромное разнообразие наций,
народов и историко-культурных реалий
1
. Он неизменно отстаивал равенство всех наций и народов (ни человека-короля, ни народа-короля) и проводил различие между национальным принципом, т. е. стремлением народов к самоопределению, к самостоятельному государственному существованию, и национализмом как выражением национального эгоизма, абсолютизации интересов одного народа в ущерб дру-
2
.
ãèì
В 40-е годы XIX в. либерализм превратился в самостоятельное направление итальянского освободительного движения. В работах либеральных идеологов национальная проблема стала центральной. В сравнении с либеральной мыслью 1030-х годов на первый план вышел
вопрос о независимости Италии и ее объединении. Либералов 40-х годов называли умеренными, имея в виду их решительный отказ от
крайних, революционных методов борьбы. Действительно, все их планы предполагали решение этих задач сверху, путем добровольного
вхождения государств полуострова в итальянскую федерацию; так же
мирным путем надеялись достичь независимости, т. е. освободить Ломбардию и Венецию от австрийского господства. Помимо Австрийской империи, другим, казалось бы, непреодолимым препятствием для
решения национальной проблемы являлось Папство, извечный противник объединения страны. Без изменения его позиции нечего было
и думать о согласии между монархами. Вопрос о вовлечении церкви и
Папства в освободительное движение стал главным в книгах пьемонтского аббата Винченцо Джоберти (18011852), начиная с его работы О духовном и гражданском первенстве итальянцев (1843 г.), открывшей идейное наступление либералов в 40-е годы.
Джоберти доказывал возможность и необходимость компромисса
и союза между католической церковью и итальянским освободительным движением в качестве непременного условия политического объединения страны. Он представлял его в виде федеративного союза четырех самых крупных итальянских государств: Пьемонта, Тосканы,
Папского государства и Неаполитанского королевства, причем папе
отводилась роль духовного главы федерации. Обоснованию этого политического плана была подчинена выдвинутая Джоберти национальная концепция.
В истории, утверждал Джоберти, были нации, чья цивилизация
распространялась, как из первоисточника, среди других народов и ста-
1
Goussot A. Alcune tappe della critica al razzisma // Nel nome della razza. Bologna,
2000. Ð. 133.
2
Mazzini G. Op.cit. Vol. XLVI. P. 218219.
376 Национальная идея в Западной Европе в Новое время
новилась таким образом универсальной. В Европе такой нацией, наряду с Грецией, была Италия, являвшаяся порождающей нацией, эмбрионом современной Европы (древнее название Италии Vitellia Джоберти совершенно произвольно выводил из латинского слова vitellas
желток). Италия трижды способствовала утверждению и развитию европейской цивилизации: в древности с помощью политики и оружия,
в средние века благодаря религии и церкви, в период Возрождения
благодаря светской культуре литературе, искусству и науке
1
. При
этом особенность итальянского гения (т.e. духовного склада итальянцев) Джоберти видел в том, что он сформировался как сплав двух
элементов: природного, светского, исторического (пеласгического,
дорического, этрусского, латинского, римского) и религиозного христианского, католического, иератического, гвельфского, превратившегося в течение пятнадцати веков, которые истекли после Христа, во
вторую природу итальянцев
2
.
Исходя из этого, Джоберти развивал концепцию первенства итальянцев их авангардной роли в истории. Первенство проявлялось
во многих формах. Это и этническое первенство (благодаря происхождению от кавказско-пеласгического корня), философское (вследствие
превосходства итальянской мысли, которое сохранялось вплоть до
Вико), научное (от Пифагора до Галилея), языковое (вследствие того,
что итальянский язык стал непосредственным продолжением латыни),
а также художественное, литературное, политическое. Итальянцы всегда обладали особенно подвижным умом, изобретательностью, находчивостью. В настоящее время научное, политическое, промышленное
первенство принадлежит Германии, Франции и Англии, но первенства такого рода представляют проявление и реализацию в низших
сферах деятельности высшего первенства духовного (морального) и гражданского, а оно всегда принадлежало Италии
3
. Это обусловлено тем, что здесь находится Рим религиозная столица христианских народов, центр католической церкви. Такова еще одна из причин того, почему Италия явилась первоисточником общеевропейской
(универсалистской) цивилизации ведь прежде всего религия определяет моральное состояние народа. Рим неотделим от Италии, а Италия до и после Христа способствовала обновлению и распространению по всей Европе знаний и благородных искусств; поэтому от итальянской нации первоносительницы христианства следует ожидать
нового гражданского возрождения народов.
1
Gioberti V. Del Rinnovamento civile dItalia. T. II. Roma, 1969. P. 353354,
356360.
2
Gioberti V. Del Primato morale e civile degli italiani. T. 2. Losanna, 1846. P. 198.
3
Ibid. Ð. 5354 sg. Gioberti V. Del Rinnovamento. T. I. P. 356.
377Глава V. Национальная идея и национальное сознание в Италии
Чтобы придать большую весомость этим утверждениям, Джоберти использовал мотив духовно-избранного народа: итальянцы, предназначенные к духовному верховенству в мире, должны быть достойны своего великого призвания и не забывать о царственном знаке, запечатленном Всевышним на их челе, о той высшей привилегии, которую он даровал им
1
.
Идея первенства итальянцев была для Джоберти, как и для авторов XVIII в., по существу, литературным и психологическим приемом,
преследовавшим все ту же практическую цель: поднять моральный дух
итальянцев, вселить в них веру в свои силы, в свою способность решить проблему освобождения и объединения страны. Подтверждение
этого можно видеть в том, что, посвятив сотни страниц обоснованию
идеи итальянского первенства, Джоберти вместе с тем утверждал,
что итальянский народ пока не существует это пожелание, а не
факт, предположение, а не реальность. Есть итальянская народность
(stirpe), соединяемая религией, письменным и великолепным литературным языком, но разделенная правительствами, законами, институтами, народными наречиями, обычаями, чувствами и нравами. Это разделение препятствует превращению итальянцев в народ: условием его
образования, как и нации, является политическое единство, о чем свидетельствует пример французского, английского и испанского народов; в Италии же пока существуют в разных провинциях разные народы.
Так обнаруживается, что, подобно Мадзини, Джоберти отождествлял нацию с политическим единством Италии. Ей следует утвердить
свою жизнь как нации, а национальная жизнь невозможна без политического союза между различными частями страны. Если такой
союз отсутствует, нация безнадежно слаба и неустойчива
2
.
По мнению итальянского историка Дж.Боллати, и отрицание Джоберти факта существования итальянского народа, и его идея первенства Италии представляют звенья одной концепции. Когда речь идет
о первенстве Италии колыбели европейской цивилизации, Джоберти имеет в виду, что воплощением этой цивилизации являлись государи и прелаты, дворяне и культурные буржуа, т. е. правящие и имущие классы и образованные слои. При этом молчаливо предполагалось, что основная масса населения не являлась носительницей итальянского духа (italianit
à), хотя исключение могло быть сделано для
отличившихся на военном, гражданском и других поприщах. Вопрос
же о том, существует или нет итальянский народ, сводился на деле к
1
Gioberti V. Del Primato morale e civile. T. 2. P. 7172, 7778. Ò. 3. Ð. 77, 310,
326.
2
Ibid. T. 2. P. 104105.
378 Национальная идея в Западной Европе в Новое время
тому, можно или нельзя вовлечь его в движение за национальную не-
1
зависимость
.
Общая цель историко-идеологических построений Джоберти была
той же, что и других итальянских идеологов XVIIIXIX вв., и сам
Джоберти четко декларировал ее: писатели должны пробудить народ,
в котором национальное сознание присутствует лишь в инстинктивной форме и поднять его до уровня подлинного самосознания
2
. Вместе с тем, стремясь идейно обосновать возможность участия католической церкви в национальном движении, Джоберти доказывал, что
церковь совместима с прогрессом современной цивилизации и способна руководить ею. Он утверждал, что Святой престол, проведя определенные реформы в церковном государстве, сможет даже возглавить национальное движение. Таким образом, развивая зародившуюся в начале XIX в. идеологию неогвельфизма, Джоберти, не ограничиваясь признанием положительной роли Папства и церкви в итальянской истории, пытался представить их в виде силы, сочетающей
традиции и обновление и потому способной вывести Италию на путь
политического и духовного возрождения.
Джоберти отчасти удалось достичь поставленной цели: его работы повлияли в конечном счете на позицию папы Пия IX, который сделал попытку включиться в 18461848 гг. в национальное движение.
И хотя этот маневр Папства оказался недолгим, он стимулировал национальный подъем в Италии во второй половине 40-х гг.
Позднее сам Джоберти признал, что говорил не всерьез о папе как
главе будущего федеративного союза. В 1851 г. в книге О гражданском обновлении Италии он отказался от неогвельфизма. Теперь Джоберти провозгласил, что Пьемонт с его Савойским домом должен возглавить нацию, объединить страну и добиться ее независимости. Характеристика нации приобрела у Джоберти демократический отпечаток:
плебейские массы он оценил как основополагающий элемент будущего политического образования. Одновременно он почти полностью
отказался от своей концепции итальянского первенства и признал
отсталость Италии в сравнении с некоторыми европейскими странами. Речь уже не шла о том, что итальянцы могут снова стать первым
народом мира, и идея первенства получила теперь совершенно иную
интерпретацию: в свободном соревновании равных народов каждый
из них может выявить свои особые индивидуальные качества, в чем и
проявится его первенство
3
.
1
Bollati G. Op. cit. P. 959960.
2
Passerin DEntrèves E. Lidea e moti delle nazionalità // Storia delle idee politiche.
Vol. 5. Torino, 1972. P. 381.
3
Gioberti V. Del primato. Ò. 2. Ð. 102. Salvatorelli L. Op. cit. Ð. 300, 311313.
379Глава V. Национальная идея и национальное сознание в Италии
В 40-е гг. писатели и публицисты умеренно-либерального направления внесли в трактовку национальной идеи некоторые новые моменты. Не сосредоточиваясь специально на вопросе о природе нации,
склонясь к отождествлению ее с Италией как страной, либеральные
идеологи отказались от использования мистических мотивов в понимании нации (например, ее провиденциальной миссии), от сложных
идеологических построений, смягчили историко-патриотическую риторику и отвергли идеализацию прошлого с целью доказательства
неизбежности политического возрождения Италии. По сравнению с
концепцией В.Джоберти в их работах отразился более реалистический взгляд на действительное состояние страны. Дж. Дурандо в книге
Об итальянской национальности (1846 г.) призывал покончить с литературной привязанностью к традициям прошлого отвергнуть культ
античности и Средних веков и вместо этого обратиться к опыту процветающих стран современной Европы. В отличие от них Италия
это страна, впавшая в варварство.
Видный представитель пьемонтского умеренного либерализма Чезаре Бальбо, автор книги О надеждах Италии (1844 г.), также отрицательно относился к восхвалению итальянского прошлого как уводящему
от реальности и считал ошибочной и вредной идею первенства Италии, оказавшейся на деле в арьергарде европейской цивилизации
1
. Он
утверждал, что ни у одной нации вообще не может быть какого-то всеобъемлющего первенства, зато любая из них способна ярко проявить себя в отдельных сферах. Что же касается Италии, то ей следует
стремиться не к первенству, а к тому, чтобы вновь занять достойное
место среди других наций, преодолев долгий период деградации и упадка боевого духа, вследствие чего итальянцы в течение более трех веков не могли противостоять иноземцам. Поэтому, писал Бальбо, прежде чем заботиться о первенстве, надо позаботиться о равенстве.., а первое из равенств с независимыми нациями это независимость, без
которой вообще невозможно добиться какого-либо блага для страны.
Независимость это основа государственности, поэтому ее достижение Бальбо считал ключом к решению национальной проблемы.
Иностранное господство над Ломбардией и Венецией сказывается отрицательно не только на этих двух областях оно влечет за собой
ограничение независимости всех итальянских государств, так как их
политика в большей или меньшей степени находится под влиянием
Австрии. Прямая и косвенная зависимость итальянских земель от Австрии препятствует нормальному развитию всей страны. Жизнь нации, как и людей, не может быть полной без полной независимости
2
.
1
Salvatorelli L. Op. cit. Ð. 299.
2
Balbo Ñ. Delle Speranze dltalia. Capolago. 1844. Ð. 60, 912.
380 Национальная идея в Западной Европе в Новое время
Чтобы подчеркнуть важность решения этой задачи, Бальбо готов
был утверждать, что воин-предводитель, который возглавил бы 200
тысяч итальянцев, чтобы победить или умереть ... и любой ценой доказать,.. что существует на деле итальянская доблесть, значил бы для
Италии больше, чем все ее великие творцы культуры, вместе взятые,
от Данте и Микеланджело до Россини и Беллини. Однако когда речь
заходила о конкретных путях достижения национальной независимости, Бальбо, подобно другим умереннo настроенным либералам, категорически отвергал любое народное движение за независимость, считая восстания и тайные общества опасными и вредными ... для роди-
1
. Для Бальбо решение этой проблемы было делом исключительно
ны
пьемонтского государства, его армии и дипломатии. Одновременно он
высказывал утопические предположения о возможности добровольного
ухода Австрии из итальянских земель в связи с перспективой ее территориальной экспансии на Балканах. Что же касается проблемы объединения Италии, то либеральные идеологи, исходившие из принципа
безоговорочной верности монархическому принципу, связывали ее
решение главным образом с преобразованиями в хозяйственной сфере. Они призывали к расширению экономических связей между государствами полуострова путем создания таможенного союза, унификации денежной системы и торгового законодательства и широкого железнодорожного строительства. Либералы считали, что такие меры
создадут условия для образования федерации итальянских монархических государств, что и означало бы, в их представлении, утверждение политического единства Италии.
Особенностью итальянской либеральной мысли этого времени стало новое видение национальной проблемы сквозь призму европеизма или в неразрывной связи с ним: проводилась идея, что европейская (или христианская) цивилизация связывает современные нации
и сама по себе представляет высшую ценность. Ч.Бальбо утверждал,
например, что смысл существования каждой нации участие в европейский цивилизации. Все проблемы нации могут быть разрешены
только благодаря ее прогрессу
2
.
Подобный взгляд на национальную проблему разделял и Камилло
Кавур (18101861) идейный и политический лидер итальянского
либерализма в 50-е гг. Как никто другой из современников он связывал решение итальянской национальной проблемы с присоединением
Пьемонта к более развитым странам Англии и Франции авангарду европейской либеральной цивилизации. Вместе с тем, полагал
Кавур, Италия сможет подняться до уровня передовых стран только
1
Baibo Ñ. Lettere di politica e letteratura. Firenze, 1855. P. 439.
2
Salvatorelli L. Op. cit. P. 300, 298.
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]