Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Билингвальная подготовка будущего юриста как профессиональной языковой личности. Монография
.pdf
к слову», характеристик речемыслительной культуры, билингвизма и аккультурации, коммуникативных качеств речи как показателей эффективной речемыслительной деятельности в области русского и английского языков; таким образом, практическая отработка рецептивных, репродуктивных и продуктивных
речевых стратегий, в том числе в билингвальном режиме, осуществляется обучающимися на сознательной основе самопроектирования в качестве сильной
языковой личности диалогического, демократического, поликультурного типа,
профессиональной языковой личности. В технологическом плане применение
метода моделирования речевых событий различных типов, прежде всего, профессионально ориентированных; оптимальное сочетание рецептивноаналитических, репродуктивно-конструктивных и продуктивно-творческих заданий и упражнений с учетом различных стилей, типов, жанров воспринимаемого и продуцируемого дискурса; варьирование техники речемыслительной деятельности с целью достижения уровня подготовки будущего юриста, соответствующего ГОС ВПО, а теперь и ФГОС нового поколения. Важным является
аспект состязательности при имитации в ролевых играх коммуникативной
стороны судебных прений, искусства доказывания в судебном процессе, что
повышает мотивацию студентов в овладении риторическим искусством для
успешности в их будущей профессии.
2. Билингвальный принцип предполагает формирование у будущего
юриста основ билингвальной ЛР компетенции смешанного типа на базе усвоения необходимого минимума социокультурной лексики в системе речевых событий разных типов как механизма профессиональной аккультурации. Решение
«проблемы родного языка» в обучении иностранному языку лежит в области
проектирования целостного педагогического процесса по формированию механизма билингвизма в рамках ЛР составляющей иноязычной подготовки в школе и особенно в вузе, в рамках профессионального обучения. На основании
предпринятого анализа научной лингвистической, психолингвистической, дидактико-методической литературы, посвященной проблемам билингвизма, было установлено (А. В. Тимофеев), что условием формирования билингвальной
речемыслительной культуры языковой личности выступает билингвальная ЛР
компетенция смешанного типа, которая представляет собой совокупность двух
корреспондирующих психолингвистических образований на вербальносемантическом уровне языковой личности, детерминированных ее лингвокогнитивным и мотивационным уровнями и координируемых посредством
навыков переключения и девербализации в процессе выполнения коммуникативной, экспрессивной, когнитивной, транслятивной, развивающей речемысли-
71
тельных функций. Навык переключения реализуется в области языковой субкомпетенции через языковые операции (фонетико-графические, морфемнословообразовательные, лексико-фразеологические, морфолого-синтаксические),
в области текстовой и коммуникативной субкомпетенций — через текстовые
действия и коммуникативную деятельность в монологическом и диалогическом
режимах, рецептивно-аналитическом, репродуктивно-конструктивном и продуктивно-творческом регистрах, устной и письменной формах. В основу билингвальной модели вузовской подготовки А. В. Тимофеевым положено паритетное
формирование подструктур русско- и иноязычной ЛР компетенции, обеспечивающих билингвальную речемыслительную культуру.
3. Социомежкультурный принцип опирается на теории социолингвистики и кросскультуризма, которая обосновывает единство многообразия куль-
тур, их самоценность и значимость в адаптации личности к иноязычию. Наиболее показательным в этом отношении является составленный В. С. Матюшенковым словарь «Dictionary of Americanisms, Canadianisms, Briticisms and
Australianisms» (3-е изд.: [Матюшенков, 2017]). В нем собрано более 1000 слов
и выражений, наглядно демонстрирующих специфику лексики указанных ареалов английского языка, иллюстрированную цитатами из художественной литературы, современной газетной и журнальной периодики, которые необходимо
знать каждому преподавателю английского языка, туристу, и вообще современному культурному человеку. В этой связи кросс-культуризм как методологическое основание процесса создания педагогических условий в изучении билингвизма обеспечивает взаимосвязь социальной, культурной и языковой ориентаций в многонациональной среде обитания.
Метод, получивший название герменевтика (введенный в речевой оборот
одним из представителей так называемой «философии жизни» В. Дельтелем)
[Спиркин, 2000, с. 188–189], истолковывается как понимание и интерпретация
текстов. Сам термин «герменевтика» восходит к древнеегипетской философии
герметизма, автором которой является легендарная личность Гермеса Трисмегиста. Современными представителями герменевтики считаются Э. Бетти,
Х. Г. Гадамер, М. Ландман, способ толкования определенной историкокультурной ситуации [Там же, 2000, с. 188].
В ЛР парадигме восприятие текста, процесс установления соответствий
между интерпретациями текста, которые даются автором и реципиентом, —
«вторая сторона медали» универсального идеоречевого цикла «от мысли к слову». При восприятии текста необходимо выявить ту когнитивную базу, которая
позволит понять содержательную сторону текста, так как именно когнитивная
72
база является неотъемлемой частью индивидуального когнитивного пространства автора или реципиента. На пересечении индивидуальных когнитивных
пространств образуется зона общих знаний и представлений, которая называется пресуппозицией.
Социомежкультурный принцип предполагает, во-первых, максимально
возможное в условиях вузовского обучения иностранному языку студентовнефилологов обеспечение аккультурации, во-вторых, широкое использование
возможностей городского социокультурного пространства в целях эффективного становления юриста-профессионала как ритора, сильной языковой личности
диалогического, демократического, поликультурного типа в области русского
и английского языков. В аккультурном аспекте на первый план выдвигается
профессионально ориентированное лингвострановедение, изучение этносоциокультурных особенностей правовых систем Великобритании и США в сопоставлении с российской, ключом к которому выступает углубленный анализ
внешнекультурных языковых единиц и социокультурной лексики. Адекватное
понимание и свободное творческое применение данных пластов русско- и англоязычных лексических пластов рассматривается нами в качестве приоритетного пути формирования у будущих юристов билингвизма и достижения профессиональной аккультурации. Культурогенность понимается учеными как
способность однозначно выступать маркером «своего» и «чужого» в условиях
межкультурного общения в интеракциях различного типа. Соответственно,
учебный материал должен отражать наиболее значимые и константные параметры национальной картины мира, а также специфичные для определенной
лингвокультуры способы их оязыковления, включая и номинативные, и дискурсивные стратегии, первично используемые в изучаемой лингвокультуре для
достижения определенной цели [см.: Венедиктова, 2002, с. 189–193]. Поэтому
специальное внимание уделяется выявлению специфики трудностей, возникающих в работе с внешнекультурным типом лексико-фразеологических единиц;
разработке путей их преодоления в практике преподавания, развитию у студентов билингвальных навыков при работе с интернациональной лексикой; все это
способствует более успешному решению задач формирования у будущего юриста базисных структур профессиональной языковой личности «первичного»
и «вторичного» типа в их взаимосвязи.
Например, студентам необходимо показать, что при всем разнообразии
в юридической речи России и США наблюдается и нечто общее. Очень важным
внутренним компонентом является форма речи, которая отличается усиленной
выразительностью и изобразительностью (экспрессией). В любой стране на
73
публичную речь не смотрят уже больше как на «изящную словесность»; подобно всякому устному общению она — средство достижения цели, а не самоцель.
В идеале внимание слушателей должно быть всегда направлено на то, что
должно быть сказано, а не на самого оратора. Ведь публичная речь должна обладать качествами хорошего собеседования с некоторыми поправками в отношении голоса, манер и темы для полного соответствия с обстановкой выступления: она почти всегда официальная, и оратор мало знаком со слушателями.
Поэтому свои замечания он делает осмотрительно. Здесь он должен остерегаться многих личных, в том числе неожиданно возникающих высказываний, которые помогают ему чувствовать себя непринужденно в частной беседе. Необходимость все время придерживаться предмета обсуждения — главная трудность,
не встречающаяся в беседе. Именно в таких ситуациях и может иногда наблюдаться разница в экспрессивных тенденциях ораторов различных стран. В частности, российские ораторы, как правило, более эмоциональны в своих выступлениях, пользуются дополнительными речевыми приемами паралингвистического направления, чаще используют пословицы и поговорки в судебных выступлениях. Американских же судебных ораторов обычно отличает категоричность и сухость в выступлениях; использование паралингвистических средств
наблюдается нечасто. В то же время в их выступлениях более четко прослеживается профессиональная точность, логичность и неоспоримость доказательств.
В связи с необходимостью демонстрации студентам профессионального
межкультурного инварианта важно подчеркнуть, что как в английском, так
и в русском языках наиболее распространены следующие основные типы речевых юридических актов, стратегий и тактик: 1) дознание (расследование),
включает общение с подсудимым и со свидетелями; 2) вынесение приговора; 3)
уловки; 4) характеристика судебных органов; 5) личностная характеристика
юристов; 6) обвинение; 7) защита; 8) навязывание положительной или отрицательной характеристики объекта речи; 9) особенности судебного производства
страны. Исследование данных аспектов на материале литературных произведений проведено в статье [Рядчикова, Шевченко, 2003]; данные материалы использовались нами в образовательном процессе.
4. Профессионально-личностный принцип базируется на формировании
с первых занятий и последовательном углублении и развитии у каждого студента Я-концепции юриста-ритора, билингва, квалифицированного специалиста, грамотного, добросовестного, честного профессионала. Организация образовательного процесса по иностранному языку, его идеологическая направленность должны с необходимостью обеспечивать самопроектирование будущего
74
юриста в качестве сильной языковой личности диалогического, демократического, поликультурного типа в плане будущих личных профессиональных достижений, активно способствовать формированию соответствующей мотивации, способности студентов к систематической к ЛР рефлексии. Преподаватель
стимулирует у студентов процесс самопроектирования в качестве сильной языковой личности диалогического, демократического, поликультурного типа, обладающей билингвальной подготовкой, в плане моделирования будущих личных профессиональных достижений, активно формируется соответствующая
мотивация, способность к ЛР рефлексии. Студентам предлагаются образцы мотивирующих самонастроев для индивидуального творческого применения. Исследовательский аспект данного принципа заключается в применении проблемных вопросов и ситуаций из области юридической теории и практики на
занятиях по английскому языку; технологический — на широком применении
ролевой игры: постановки студента в позицию русского / английского / американского юриста той или иной специализации, преподавателя юридического
факультета и т.д.
З. Р. Танаева [Танаева, 2005] справедливо подчеркивает, что в настоящее
время правосознанию специалистов придается исключительно большое значение, ибо от его уровня, содержания и направленности во многом зависят
результаты деятельности специалистов. Специфика правосознания состоит
в том, что в правосознании, как «особой форме общественного сознания»
[Общая теория права, 1996], фиксируются представления людей о праве, законности, правосудии, о правах и обязанностях, о справедливости и несправедливости, о правомерном и противоправном. Профессиональное правосознание юриста по своему содержанию и уровню обобщения правовых категорий является теоретическим, оно шире и глубже правосознания граждан,
при этом оно носит практический характер, так как специалисту необходимо
знать, как правомерно в соответствии с законом действовать в той или иной
ситуации, связанной с нарушением закона. Таким образом, в содержание
профессионального правосознания, наряду с квалифицированными, научно
обоснованными суждениями и выводами, входит и правовая подготовка; интенсивность, степень выраженности, острота проявления и устойчивая положительная направленность правовых установок и ценностных ориентаций;
умение применять право [Общая теория права и государства, 1996; Шеяфетдинова, 2003]. Все вышеназванные аспекты профессиональной деятельности юриста немыслимы без адекватного уровня сформированности речемыслительной
культуры, желательно в билингвальном режиме.
75
Е. А. Панкратова справедливо отмечает: становление «профессиональной
языковой личности» [Ворожбитова, 1999] юриста средствами иностранного
языка предполагает изучение не только языковой системы и общей картины
мира, но и профессиональной картины инофонной сообщности. В современных
условиях формирование или расширение тезауруса юриста должно включать
усвоение профессионально ориентированных, базисных идей и концептов правовой культуры, детерминирующих языковое сознание носителя языка [Панкратова, 2001]. Важными для нашей концепции явились положения автора
о том, что картина мира юриста инофонного сообщества раскрывается через
стереотипные ситуации, генерализованные высказывания, пословицы, цитаты,
афоризмы, стереотипы правовой культуры, которые вербализуются в текстах
профессиональной ориентации. Представляется невозможным заложить основы
профессиональной языковой личности юриста без изучения текстовой деятельности представителя юридического иносоциума, так как «тексты являются языковым сознанием в действии» [Астафурова, 1997]. Языковое сознание юриста,
кроме реалий, профессионализмов, включает цитаты, пословицы, поговорки,
«говорящие имена», крылатые слова. В. Г. Костомаров и Н. Д. Бурвикова определяют такие единицы языка, как «логоэпистемы» (греч. логос — слово, греч.
эпистеме — знание) [Костомаров, Бурвикова, 2001].
Обучение студентов-юристов иностранному языку, как полагает автор,
невозможно без знакомства с логоэпистемами, поскольку они направляют
мышление обучающихся, заставляют обратиться к фоновому знанию представителя юридического иносоциума, т.е. изучение таких единиц языка позволяет
расширить поле собственного языкового сознания, постигая особенности языкового сознания инофона. Например, «I have a dream» (У меня есть мечта) —
логоэпистема, которую часто цитируют американцы, из знаменитой речи
М. Л. Кинга, произнесенной перед участниками 200-тысячного митинга в защиту гражданских прав негров. Она является символом борьбы за искоренение расизма. Правовое сознание не может не включать логоэпистему «Constitution»
(Конституция). У среднего гражданина США, получившего хотя бы школьное
образование, за этой логоэпистемой возникает в сознании текст преамбулы
(Preamble), начинающейся словами: «We, the people of the United States...» (Мы,
народ Соединенных Штатов ...), который служит отголоском того прошлого,
когда не политическая элита дала права и свободы, а сами американцы получили их в результате борьбы. Для юристов за этой логоэпистемой стоит также
текст самой Конституции, состоящей из 7 статей и 27 поправок.
76
Так, в современных американских фильмах в разговорах между юристами
часто можно услышать: «Amendment five» (Поправка 5), за которой не следует
объяснения, так как ее содержание известно общающимся. За логоэпистемой
стоит текст 5-й поправки Конституции США, которая определяет порядок судопроизводства и право не свидетельствовать против самого себя. Однако логоэпистема, будучи устойчивым законом, обладает определенной динамикой. Логоэпистема «Watergate» связана с политическим скандалом, в который оказалась вовлечена администрация республиканцев в 1973–74 гг. Вторая часть слова сейчас используется для образования логоэпистем со значением скандала,
связанного с высокопоставленными чиновниками, «Irangate», «Monicagate».
Таким образом, обучение иностранному языку юристов, способных выступать
полноправными участниками межкультурной коммуникации, предполагает
формирование у студентов профессиональной картины мира инофона путем
расширения их языкового сознания.
В связи с вышесказанным для нашего исследования важен анализ языковой и риторической специфики именно юридического дискурса. О. В. Бакланова в работе «Юридический дискурс как разновидность институционального
дискурса: к постановке проблемы» подчеркивает, что область знания юридического дискурса стала объектом пристального внимания лингвистов лишь несколько последних десятилетий. В России лингвисты стали активно заниматься
этой проблемой преимущественно с начала перестройки, когда правовая коммуникация перестала носить сугубо визуальный характер. Связь между языком
и правом проявляться в том, что ни одно общество, ни одно правовое государство не могут существовать без коммуникации. Язык нужен правоведам для того, чтобы проводить законодательные акты, вершить правосудие и т.д. «В ходе
формирования нового законодательства в последние годы все большую актуальность приобретают исследования различных аспектов языка и права. Правовая норма — это составной компонент целостной и единой системы права. Она
действует в жизни социума в неразрывной связи и взаимодействии с множеством других правовых норм. В связи с этим исходным моментом систематического толкования являются те результаты, которые получены в процессе грамматического толкования. С помощью систематического толкования возможно
глубже и полнее осмыслить законодательство, проверить и уточнить контекстное содержание правовой нормы, устранить семантические неточности,
которые могут возникнуть в процессе грамматического толкования».
77
Лингвистическая специфика языка права заключается в трудности разграничения логического, информационного, семантического, понятийного
и социально-нормативного аспектов. Во многом это определяется тем, что у
истоков юридической терминологии находились не лингвисты, а профессионалы-правоведы, для которых семантическая структура слова и закономерности функционирования терминоединиц не являлись доминирующими при
формировании и образовании определенного юридически-правового термина
и понятия. Правовая норма развивается, рождается в обществе, в процессе деятельности людей. По своей природе она не может не отражаться в языке, поскольку жизнь социума не может существовать без языка [Бакланова, 2002].
Л. В. Колесникова указывает на следующие особенности «юридического
дискурса как универсума культуры»: для реализации своих функций юриспруденция пользуется как специальным (юридическим), так и естественным (общелитературным) языком. Помимо слов, предметом внимания юристов становятся смысловые отношения в тексте, языковые предпочтения, диссонанс
смыслов написанного и понятного. Языковые факты переводятся в плоскость
правовых, а метаинформационный уровень текста воспринимается как изначальный. Таким образом, юридические документы реализуют частные или общие интересы через язык права, который является главной составляющей юридического дискурса.
Юридический дискурс, как и политический, экономический, организационный, аргументативный, феминистский, учебный и другие виды дискурсов,
является разновидностью институционального дискурса. Соотносить «застывшие» тексты различных правовых актов с постоянно меняющейся социальной
действительностью при поддержании жизнеспособности, эффективности и стабильности правовой системы возможно только через изменения в интерпретации (толковании) этих текстов судом и обоснование им в судебном решении
оснований предпочтения и выбора того или иного вида интерпретации. С понятием юридического дискурса тесно коррелирует понятие «юридическая аргументация» [Колесникова, 2005]. Эти идеи более подробно развиваются в диссертационном исследовании [Колесникова, 2007].
Соответственно в спроектированной нами учебной программе большое
внимание уделялось риторической технологии спора, дискуссии, полемики,
обучение которым осуществлялось в билингвальном режиме. Теоретикометодологические основы билингвальной профессиональной подготовки юристов представлены схематически далее, на рис. 1.
78
Принципы проектирования
Ведущие педагогические условия формирования готовности
Высокая русскоязычная ЛР
Высокая англоязычная ЛР
как сильной языковой личности диалогического, демократического,
Профессиональное становление будущего юриста
поликультурного типа: билингвальный аспект
компетенция: субкомпетенции,
механизмы реализации
компетенция: субкомпетенции,
механизмы реализации
билингвальной профессиональной подготовки
будущего юриста
1. Лингвориторический принцип.
2. Билингвальный принцип.
3. Социомежкультурный принцип.
4. Профессионально-личностный принцип.
1) приоритетность усвоения социокультурной лексики как ядра
внешнекультурных языковых единиц при формировании подструктур
вторичной языковой личности обучающегося;
2) вооружение студентов билингвальной типологией языковых и речевых ошибок;
3) системная организация практики речемыслительной деятельности
обучающихся в разных режимах, формах, стилях, типах и жанрах речи на
интегративной ЛР основе;
4) применение проблемных вопросов и ситуаций из области юридической теории и практики на занятиях по английскому языку, ролевая игра;
5) билингвальное диагностирование и мониторинг в образовательном
процессе;
6) согласование подсистем аудиторной и внеаудиторной, фронтальной, групповой и индивидуальной работы студентов, координирование
содержательных блоков образовательного процесса.
будущего юриста к профессиональной деятельности
на базе билингвальной ЛР компетенции смешанного типа:
Рис. 1. Теоретико-методологические основы
билингвальной профессиональной подготовки будущего юриста
79
В данном параграфе представлена целефункциональная разработка
спроектированного педагогического процесса как собственно модельное его
описание; остальные проектные характеристики будут подробно охарактеризованы далее. В качестве целефункциональной основы инновационного процесса
профессионально-коммуникативной подготовки обучающихся разработана го-
товность будущего юриста к профессиональной деятельности на базе билингвальной ЛР компетенции смешанного типа. Данная готовность определяется
как стремление и способность будущего юриста в условиях глобализации мирового социокультурного и экономического пространства, резкого увеличения
межкультурных контактов функционировать в качестве сильной языковой личности диалогического, демократического, поликультурного типа в билингвальном режиме межкультурной коммуникации в профессионально значимых речевых событиях разных типов, в различных режимах, регистрах, формах, стилях,
типах и жанрах речемыслительной деятельности.
Компонентами вышеописанной готовности выступают:
I. План стремления («хочу»):
1) мотивационно-волевой компонент;
2) рефлексивный компонент.
II. План способности («могу»):
3) теоретический компонент;
4) практический компонент.
III. План реализации («имею опыт»):
5) эмпирический компонент.
Критериями сформированности данной готовности выступают:
1) мотивационный;
2) рефлексивный;
3) теоретический;
4) практический.
В сопоставительном плане отметим, что психологическая готовность
к профессиональной деятельности юриста определяется П.А. Смирновым
как «интегрированное личностное образование, структурными составляющими
которого выступают мотивационный, когнитивный, эмоционально-волевой
и коммуникативный компоненты».
Психологическая готовность к профессиональной деятельности является
необходимым условием профессионализма деятельности и личности и определяется как синтез знаний, высокоразвитых умений, профессионально важных
личностных качеств и выраженной профессиональной направленности [Смир-
80
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]