Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Языковые единицы и категории русского языка грамматическое описание. Монография
.pdf
ГЛАВА II. ДИНАМИЧЕСКИЕ ПРОЦЕССЫ И ЯВЛЕНИЯ В РУССКОМ ЯЗЫКЕ
сификацию, в которой эвфемизмы делятся на эвфемизмы общелитературного языка и эвфемизмы различных жаргонов;
классификацию, основанную на степени запретности прямого
наименования, нуждающегося в эвфемистической замене, в которой выделяют эвфемизмы-табуизмы (лукавый – ср.черт), факультативные эвфемизмы (слабослышащий – ср.глухой), деэвфемизмы
(бомж, сортир), исторические эвфемизмы (собака, змея, медведь),
эвфемизмы
по происхождению (хоспис, эвтаназия), языковые
и окказиональные (в худых душах, зарубеженцы), тематические
классификации, содержащие разнообразные запретные темы, являющиеся табуированными, социальные классификации, учитывающие принадлежность к определенным социальным группам:
общеупотребительные эвфемизмы национального литературного языка (уходить – ср.умирать), классовые и профессиональные
эвфемизмы (снять с должности – ср.уволить), семейно-бытовые
жиденько – ср.жидко, камчатник – ср.двоечник), лингвистические
(
классификации: по структуре, по стилистической принадлежности, по способу словообразования» (Сергиенко 2018); графические
(«:%;№:*;(*?% – обозначение эмоционально выраженного грубого
высказывания, чаще замена для обсценной лексики), фонетические (песец – обозначение неприятной ситуации вместо употреб-
ления грубого слова п***ц), лексические (недалекий – ср.глупый),
морфологические (страшноватенький
– ср.страшный), стилисти-
ческие эвфемизмы (отойти в мир иной – ср.умереть).
2.1.2. Функциональные особенности эвфемизмов
в современном русском языке
Эвфемизмы используются в языке и речи с целью реализации
определенных речевых и коммуникативных установок. Каждая
функция эвфемистической замены направлена на изменение отношения слушающего к высказыванию.
Степень изменения высказывания зависит от ряда факторов:
размера аудитории (количество людей и формат мероприятия);
уровня языка общения (жаргон, арго, профессиональный диалект, нейтральный стиль, книжный, возвышенный); цели высказывания (скрыть действительность, приукрасить факты, изменить
51
ЯЗЫКОВЫЕ ЕДИНИЦЫ И КАТЕГОРИИ РУССКОГО ЯЗЫКА: ГРАММАТИЧЕСКОЕ ОПИСАНИЕ
отношение, и пр.); степени подготовленности аудитории к воспринимаемой информациии пр.
При условии обязательного изменения первоначального значения действия, предмета, явления, подтверждается наличие градуальной функции в явлении эвфемии как основной функции качественно-количественного изменения высказывания.
Градуальная метафункция может быть представлена при использовании как вербальных, так и невербальных способов
эвфе-
мизации, что подтверждает динамичность значения эвфемизма.
Прагматика и семантика эвфемизмов позволяют на основе качественных характеристик выделить три функциональных уровня
эвфемизации.
1. Уровень градуальной метафункции. При реализации эвфемистической замены любая динамика отражается
в той или иной степени через функционирование градуальных
денотатно(Д)-коннотатных (К) отношений. Например: Д: пло-
хой
– К: плохенький.
Семантика изменения значения доказывает позитивный компонент коннотата и наличие градуальной функции, выраженной
через изменение формы слова. Следующий уровень функционирования эвфемизмов определяет характер высказывания:
2. Уровень манипулятивной, контактоустанавливающей, ре-
кламно-экспрессивной и информативной функции.
Реализация той или иной функции зависит от речевой ситуации, контекста и факторов, влияющих
на изменение значения исходного денотата. Следующий уровень определяет конкретную
ситуацию и выбор необходимой замены для успешной реализации процесса коммуникации:
3. Вуалирующая, маскирующая, комуфлирующая, скрывающая, смягчающая, этикетная, приукрашивающая, выразительная,
описательная и др.).
Градуальная функция характерна для лексических замен всех
уровней языка (фонетическом, лексическом, словообразовательном и грамматическом) и может
быть реализована с разной сте-
пенью интенсивности.
Функциональные уровни эвфемизмов представлены на схеме (рис. 1).
52
ГЛАВА II. ДИНАМИЧЕСКИЕ ПРОЦЕССЫ И ЯВЛЕНИЯ В РУССКОМ ЯЗЫКЕ
II
III
I
Контактоустанавливающая
Вуалирующая, маскирующая, камуфлирующая,
скрывающая, смягчающая, приукрашивающая и т.д.
Градуальная
Рекламно-
экспрессивная
Рисунок 1
Содержательноинформативная
2.1.3. Градационные отношения
в кругу эвфемистических единиц русского языка
Явление градуальности в языке в настоящее время активно
и достаточно подробно исследуется в разных системах координат и в разных аспектах. Проблемам анализа данного явления
посвящены работы Э.Сепира, Б.А. Булгаровой, С.М. Колесниковой и мн. др.
Языковая оценка представлена в
трудах Н.Д. Арутюновой,
Е.М.Вольф, М.Н.Крыловой, А.Д. Шмелева, и др.
Отдельные исследования посвящены квантификации интенсификации и интенсивности в русском языке, а также отражают некоторые аспекты категории градуальности (В.А.Белькова, Е.В.Белоглазова, А.В. Берестяной, Е.С. Гайломазова, О.Л. Давыдова,
А.В.Иванча, Е.И.Кокконен, Н.Н.Ледовская, С.Р. Макерова, О.ЮМокроусова, Н.Е. Петрова, Т.В. Подуфалова, Н.А. Райцева, Е.Н.Сергеева, Г.С. Стругова, Т.М. Уздеева, А.А. Ховалкина, А.Н. Шрамм,
Ю.А.Шумейко, А.В.Щербаков и др.).
Для актуализации факта
эвфемистической замены важную
роль играют метаязыковые рефлексивы, которые представляются
53
ЯЗЫКОВЫЕ ЕДИНИЦЫ И КАТЕГОРИИ РУССКОГО ЯЗЫКА: ГРАММАТИЧЕСКОЕ ОПИСАНИЕ
весьма значительными с точки зрения осознания диалектической сущности эвфемизмов. Парадоксальность использования
эвфемизмов состоит в том, «что эвфемизмы, реализуя градуальную функцию и употребляясь в качестве средства своеобразной
маскировки неоднозначно качественно оцениваемых фактов
действительности, одновременно являются их маркёрами, обозначая как раз «проблемные» зоны, своеобразные «болевые точки» общественного бытия. Актуализация
факта эвфемистической
замены посредством рефлексива позволяет говорящему, с одной
стороны, объяснить намеренное снижение точности номинации,
а с другой – привлечь внимание к негативно оцениваемым фактам действительности по принципу «от противного» (Прядильникова 2007).
Уклончивые способы обозначения одного и того же действия
подтверждают наличие функции неопределённости.
В современной лингвистике «градуальность» определяется
как функционально-семантическая категория, характеризующаяся мерительной, градуальной функцией описания языкового материала через различные языковые способы (Колесникова 2018).
Категория градуальности в русском языке подразумевает вклю-
чение таких понятий, как градуирование, градационные отно-
шения, векторный комплекс и пр.
«Градуирование» представляет собой соотнесение каче-
ственного признака по отношению к нулевой ступени измерения
на шкале градаций.
Градационные отношения связаны с субъективно-объективными отношениями в грамматическом аспекте и формируют векторный синонимико-антонимический комплекс.
Плохой – хороший, горячий – холодный, начало – конец, новый –
старый представляют оппозиционные качественные ряды. Лек-
сическая система современного русского языка характеризуется
наличием качественно-количественных отношений, при которых
возникает векторный синонимико-анотонимический комплекс
с множеством градационных оттеночных значений:
Градационный ряд молодой (1) – средних лет (2) – старый (3)
имеет дополнительные оттеночные значения, расположенные
на градационной шкале в синонимическом поле градотативов
54
ГЛАВА II. ДИНАМИЧЕСКИЕ ПРОЦЕССЫ И ЯВЛЕНИЯ В РУССКОМ ЯЗЫКЕ
каждой из групп. Близкие по значению группы могут иметь смежные области, включающие в себя градотативы двух полей
(1) нестарый, юный, зеленый; (2) в самом расцвете лет, нестарый, немолодой, в самом соку; (3) в возрасте, немолодой, почтенного возраста.
Полевая организация градуального ряда возраст:
1 2 3
Градационные отношения в кругу эвфемизмов создаются
с использованием разноуровневых языковых единиц. Градуальное значение эвфемизмов определяется в конкретном предложении и высказывании с учетом речевой ситуации. Градационная
шкала демонстрирует разную степень величины признака:
совсем плохой <–> плохой <–> плохенький <–> плоховатый.
Представленный ряд эвфемистических замен обозначает разную степень физической тяжести заболевания и может быть подтвержден употреблением в речи:
Застала ее совсем плохой, через месяц та у Фроси на руках скон-
чалась. (Шаров 1997–2002) // совсем плохой = «смертельно больной»
(ср. Сеничкина 2008:399);
Женщина обтёрла кружки чистым полотенцем, налила питьё
и снова спросила: – Значит, плохой, не поднимется? Корытин в ответ лишь вздохнул. (Екимов 1999) //
плохой = «сильно больной»
(ср.Сеничкина 2008: 314);
В запрошлом году нашего малого ставили, был такой плохенький, ледащий, мужички больно опасались, что не сойдет (Герцен
1854–1858); плохенький (=слабый, несильный);
Во время речи Василия Нобори мне пришло желание послать его
в Академию: очень умный и религиозно настроенный молодой человек, жаль только, что
здоровьем плоховат, часто болеет. (Архи-
епископ Николай Японский (Касаткин) 1903); плоховат (=слабое
здоровье).
55
ЯЗЫКОВЫЕ ЕДИНИЦЫ И КАТЕГОРИИ РУССКОГО ЯЗЫКА: ГРАММАТИЧЕСКОЕ ОПИСАНИЕ
Выбор разных форм и способов образования языковых единиц
указывает на наличие градации при описании состояния человека от безысходного до частично ослабленного. Интересным представляется пример: Совсем плохой – тюрбан какой-то на лысину
свою намотал…(Тронина 2004) // совсем плохой (= «нездоровый»).
Сохраняется качественность описания состояния человека,
но здесь идет речь об умственной
слабости; совсем плохой в при-
мере демонстрирует семантическую неопределенность и более
широкий градационный ряд оттеночности значения.
В области эвфемии градационная сущность выявляется
на уровне синонимии и антонимии, образуя градационную
шкалу слов, которые различаются степенью проявления признака, процесса, явления по отношению к «норме», как к условной «точке отсчета». Степень синонимичности может быть
различной, демонстрирующей «качество» определенной тематической плоскости, образуя градуальную парадигму: «Характер <…> наполнения подобных парадигм и их глубина <…> зависят от конкретных слов, к которым <…>« (Колесникова 2018:
110) применяются данные парадигмы.
Градационный ряд толстый (норма) – в меру упитанный – кор-
пулентный – с жирком отражает векторный синонимико-антони-
мический комплекс, демонстрирующий «
степени проявления ка-
чества».
Проявление качества может быть реализовано и при использовании разной степени отрицания: толстый – нехудой – не худой –
совсем не худой.
Если один тонкий, то другой, само собой, толстый, если один
зол, то рядом – добряк. (Слаповский 1994–1995)
А вот свидетельство журналистки «Новой газеты» Анны Политковской: «Наконец выходит человек
в камуфляже и с полностью
закрытым лицом, коренастый, нехудой и с точно такой же выправкой, как у наших офицеров-спецназовцев, обращающих серьезное внимание на физподготовку… Оказывается, это и есть «старший». (НКРЯ)
А и ты-то парень у нас не худой, чего говорить… (Белов 1967)
Интересен в этом
плане и тот факт, что посещая женщин лег-
кого поведения, мужчины стремятся найти такую, которая умеет
56
ГЛАВА II. ДИНАМИЧЕСКИЕ ПРОЦЕССЫ И ЯВЛЕНИЯ В РУССКОМ ЯЗЫКЕ
говорить ласковые и восхищенные слова о том, какой он есть “красивый, умный и в меру упитанный”…» (НКРЯ)
Вроде типичный функционер советских времен: несуетливый,
корпулентный, ранней весной уже с легким, обжившимся на лице
загаром, окружен аурой власти…(НКРЯ)
В приведенных примерах наблюдается оттеночность оппозиционных рядов, которые включены в
несколько синонимико-ан-
тонимических комплексов по разным основаниям.
Эвфемизмам свойственна оттеночность значений, что по зволяет говорить об определенной степени градуальности эвфемистической замены. Соотношение языковых единиц на градационной шкале век торно-сино ни мико-ан то ни ми ческого комплекса
обуславливает наличие градонимов, являющихся эвфемиз мами.
Порядок слов в векторно-синонимико-антонимическом комплексе имеет «собственное место» (Колесникова 2018: 115) на градуальной шкале для выражения степени величины признака и его
«градуса». Выделяются объективные факторы построения градационного ряда, которые в эвфемистической конструкции всегда
ситуативны:
1) Экспрессивная и эмотивная лексика, например: «очень
неплохой оратор, но, Бог мой, какой же скучный оратор!»
(НКРЯ);
2) интенсивная
лексика, например: мы понимаем, что это
весьма скучный процесс, но лучше все-таки не считать договор пустой формальностью и подойти к нему со всей юридической и процессуальной серьезностью (НКРЯ);
3) наличие отрицания (не всегда), например: Так идет жизнь,
не очень весело и не совсем скучно. (НКРЯ)
Кроме объективных
факторов в эвфемистических конструкциях всегда присутствует субъективный фактор (психологические
механизмы), «которые непосредственно связаны с прагматическими задачами: смягчения утверждения» (Колесникова 2018:
116), перехода в новое качество.
Градационная шкала какой же скучный – весьма скучный – не со-
всем скучно реализуется за счет контекстного уточнения величины
признака от негативной коннотации к позитивной, при которой
субъективный фактор смягчения ситуации зависит от говорящего
57
ЯЗЫКОВЫЕ ЕДИНИЦЫ И КАТЕГОРИИ РУССКОГО ЯЗЫКА: ГРАММАТИЧЕСКОЕ ОПИСАНИЕ
и слушающего, что в свою очередь может изменить степень интенсивности высказывания.
Основными семантическими признаками эвфемизмов являют-
ся обозначение неприемлемого денотата (другой мир – ср.смерть);
неопределенность выражения (кто-то наверху – ср. Бог); из-
менение значения эвфемизма на более положительное (сокра-
щение – ср. увольнение); формальное изменение, позволяющее
адресату понять, о
чем идет речь (в летах – ср.старый, аппетит-
ный – ср.толстый). Данные признаки определяют характер града-
ционных отношений.
В эвфемистических конструкциях с градуальной семантикой
реализуется функционально-пространственная модель «градуированный субъект – градуальный предикат – градуированный
объект», в которой проявляются объективно-субъективные и мерительные отношения качественной неопределенности, являющейся организующим
началом любой эвфемистической модели.
(Колесникова 2018: 35). «Объект – это есть количественное прояв-
ление качественно-оценочных характеристик с учетом пространственной корреляции»; субъект («Я» – «не Я»), – элемент структуры эвфемистической конструкции, осознанный/не осознанный
индивид, который выступает в совокупности с функциями, реализуемыми в определенном контексте. В субъективном авторском
эвфемистическом повествовании «Я» – «не
Я» формирует качественно-количественную неопределенность «через обособление
совокупности свойств объекта и превращение этой совокупности» (Колесникова 2018: 47) в скрытую ассоциацию с последующей
дифференциацией этой качественной неопределенности, из которой создается целостная субъективное восприятие. Эвфемистическая модель имеет логику воплощения объективно-субъективной
действительности. Градуальный характер эвфемистической конструкции определяется системой субъективно-
объективных отношений и детерминирует поведение подобных себе, чуждых себе,
обобщенных от себя эвфемизмов-градотативов.
Градуатор – это «общее градуирующее понятие, через которое
осуществляется переход от одного признака к другому. Как специальное языковое средство градуатор может повышать и понижать
степень проявления признака» (Колесникова 2018). Градотатив
58
ГЛАВА II. ДИНАМИЧЕСКИЕ ПРОЦЕССЫ И ЯВЛЕНИЯ В РУССКОМ ЯЗЫКЕ
отражает действия градуаторов и является результатом процесса
градуирования, поэтому эвфемистическая единица (слово, словосочетание, конструкция) в настоящем исследовании рассматривается как эвфемизм-градататив.
Таким образом, в результате эвфемистических замен, функционирования эвфемизмов и эвфемистических конструкций в тексте
рассматриваемые языковые единицы вступают в градационные отношения, которые создаются за счет качественных признаков
эвфемизмов, выстраиваемых на основании изменения или измерения их значения от отрицательного к положительному смыслу
на шкале градаций: непьющий – как стекло – трезвый – на веселе –
веселенький – под градусом – пьяный. На данной шкале градаций отрицательное значение – это отсутствие наличия величины признака, положительное – высокое наличие величины признака.
Градосема в системе функционирования эвфемистических за-
мен становится маркером как степени эвфемизации, так и степени величины признака (очень нетрезвый – ср.сильно пьяный, поба-
ливать – ср.болеть, с брюшком – ср.толстый).
2.2. Контекстуальный потенциал лексем «позитивный»,
«позитивность», «позитив» в современном русском языке
В современной лингвистической науке все чаще встает вопрос
о важности
исследования эмоционального аспекта коммуникации. Эмоции так или иначе сопровождают коммуникацию, помогают более полно передать все смыслы и достичь определенного эффекта. Эмоциональные системы разных народов и культур
имеют схожую структуру (Шаховский 2008: 19): в них присутствуют и негативные, и позитивные оценочные знаки; позитивные
оценочные знаки в разных языках обладают
однообразием форм
выражения, а негативные – многообразны, обладают своей языковой спецификой. Выделение семантики негатива (Лекант 2007)
и позитивности (Колесникова 2011) происходит в современной
лингвистике неслучайно – на фоне антропоцентрических исследований особенно важно изучить механизмы воздействия на реципиента и восприятия речи слушающим как блока информации,
несущей в себе позитивный или негативный оттенок.
59
ЯЗЫКОВЫЕ ЕДИНИЦЫ И КАТЕГОРИИ РУССКОГО ЯЗЫКА: ГРАММАТИЧЕСКОЕ ОПИСАНИЕ
Основное исследовательское внимание направлено на описание системных отношений в лексикологии и определение семантической структуры лексем «позитивный», «позитивность»,
«позитив» в современном русском языке: «лексемы представляют собой систему….» их семантическая структура «предполагает упорядоченность элементов в системе, где каждый из них займет свойственное только ему место, которое скреплено
связями
с окружающими единицами» (Колесникова 2015: 111), то есть позволяет выявить их синтагматические особенности (Колесникова
2012: 14–19) и т.д.
Позитивность рассматривается как универсальное понятие, ак-
туальное и с точки зрения межкультурной коммуникации (Шачнев
2016), и с позиции собственно системы современного русского языка и межличностного общения. Позитивный результат (согласие,
одобрение, подтверждение, договоренность) – то
, к чему стремятся
коммуниканты, но в силу некоторых особенностей (степени эмоциональности самих участников общения, уровня их эмпатии, ситуации
общения, дополнительных невербальных средств общения и др.) позитивный, положительный исход беседы возможен не всегда.
«Позитивность» (от лат. positivus – «положительный, утвердительный»), «позитив», «позитивный» – совсем не новые для русского языка лексемы, этимологический словарь М. Фасмера уточняет:
«Позитивный – «положительный, определенный», начиная с Петра
I; см. Смирнов 229. Через нем. positiv «определенный» (с 1652 г.;
см. Шульц-Баслер 2, 610 и сл.) или франц. positif из лат. positivus.
Дальше в фонетическом отношении стоит польск. pozytywny, вопреки Смирнову» (Фасмер 1971).
Словарь С.И. Ожегова, Н.Ю. Шведовой (Ожегов 2000) даёт следующие определения, ср.: «Позитивный, -ая, -ое; -вен, -вна. 1. см.
позитив. 2. Основанный на фактах, на опыте (устар.). Позитивные
знания. 3. То же, что положительный (в 1 и 2 знач.) (книжн.). По-
зитивно (нареч.) относиться к чему-н. II сущ. позитивность, -и,ж.»,
«Позитив, -а, м. (спец.). Фотографическое изображение, светлые
и темные части или цвета к-рого отвечают их распределению
в действительности. II прил. позитивный, -ая, -ое».
«Толковый словарь СРЯ» Д.Н. Ушакова (Ушаков 2013) представляет схожие значения, однако у существительного «позитив» по-
60
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]